ЦИРК КОШМАРОВ

Цирк кошмаров - Рой Олег

Ведь без Алисы, без проводника, он, скорее всего, пропал бы там.

Алиса... Еще один пунктик внутренней дисгармонии.

Олег думал, что их сблизит совместная борьба против пытавшегося проникнуть в их мир зла, но в реальности все вышло совсем по-другому. Алиса вдруг резко отшатнулась от него, и сколько Олег ни пытался понять причины этого, сколько ни копался в прошлом, отыскивая собственные ошибки, картина мира не прояснялась. Видимо, понять женскую логику может только женщина. Если, конечно, это вообще возможно. Может, и логики-то никакой нет, есть одни капризы и переменчивое настроение. Сегодня подул южный ветер, и Алиса мила и приветлива, завтра настал черед северного - вот она повернулась, словно флюгер, и замкнулась. Эх, лучше не думать, а то и мозги закипеть могут...

Пока Олег размышлял над всем этим, Светку, всю покрасневшую то ли от неловкой ситуации, то ли от усилий вспомнить законы химических реакций, все-таки отпустили. Прозвенел звонок.

В школе было душно, и Олегу ужасно захотелось выйти на воздух. Он, бросив сумку в кабинете, где должен состояться следующий урок, спустился в холл и вдруг с удивлением обнаружил оживленно переговаривающуюся толпу.

Из любопытства он подошел поближе и наконец смог разглядеть небольшой аккуратный столик, за которым сидела миниатюрная женщина, очень похожая на куклу, с мелкими чертами лица и ярко-блондинистыми волосами. Перед женщиной стоял ящик с прорезями и лежала тетрадка, в которую записывались имена и фамилии.

На стене возле нее висел плакат.

СБОР СРЕДСТВ НА НУЖДЫ ДЕТЕЙ-ИНВАЛИДОВ.

ТОЛЬКО СЕГОДНЯ ПРОВОДИТСЯ ЖЕРЕБЬЕВКА МЕЖДУ ПОЖЕРТВОВАТЕЛЯМИ. СЧАСТЛИВЧИК, ВЫИГРАВШИЙ В ЛОТЕРЕЕ, ПОЛУЧАЕТ БЕСПЛАТНО ДВА БИЛЕТА В ЦИРК.

- А сколько можно положить? - спрашивал небольшой пацан с темными всклокоченными волосами.

- Сколько хочешь, - кукольно улыбнулась женщина. - Это добровольное пожертвование.

- А что, если я пятьдесят рублей положу, то тоже смогу билеты выиграть? - Он медлил перед коробкой и, очевидно, никак не мог решить, какую сумму пожертвовать так, чтобы не прогадать.

- Конечно.

- А если десять? - испытывал терпение парень.

- Ты можешь пожертвовать любую сумму, - лицо блондинки оставалось невозмутимым. - Жеребьевка будет случайной. Мы положим листочки с фамилиями участников в барабан, покрутим его и вытащим наугад одну бумажку.

- А если рубль?

В толпе засмеялись.

- Клади десять копеек! - посоветовал кто-то.

- Пять копеек! Копейку! - подхватили ребята. - Буратино, Буратино, дай денежку и попадешь в Страну дураков!

- Он богатенький Буратинко! Ему для детей-инвалидов и рубля не жалко! - смеялась какая-то девочка из средних классов.

- Мне мама больше пятидесяти рублей не дает! - лохматый паренек покраснел до свекольного цвета. - А кусок пиццы сорок рублей стоит.

- Да куда тебе в цирк! Ты сам как клоун! - захихикал тощий рыжий парень на полголовы выше темноволосого.

Олегу вдруг стало стыдно присутствовать при этой сцене и ничего не сделать. Понятно, что мальчишка из небогатой семьи, но это же не повод над ним насмехаться! И наверняка ему тоже хочется в цирк.

- Вот, - Олег, не считая, выгреб из кармана несколько смятых бумажек, - возьмите, пожалуйста, за него.

Ребята расступились, и он опустил бумажки в ящик.

- Сто пятьдесят рублей. Очень щедро, - блондинка улыбнулась, на этот раз более искренне.

Олег пожал плечами - что тут ответишь. А сам он не оголодает - мама всегда держит в холодильнике что-нибудь подходящее для перекусов.

- Спасибо! - пробормотал лохматый. Он явно стеснялся и даже не мог смотреть на своего спасителя.

- Вот что, - объявила женщина, - в розыгрыше будут участвовать обе фамилии. Как тебя зовут? - спросила она Олега.

Играть в эту странную лотерею он вообще-то не планировал, а потому слегка растерялся.

- О, наверное, все девочки вашего класса по тебе сохнут, - блондинка кокетливо взмахнула густо накрашенными ресницами. - Щедрый, добрый и к тому же скромный!

Участвовать в этом спектакле дальше Олег не собирался, но пути назад не было, оставалось только назвать фамилию.

- Олег Волков, - представился он и поспешно пошел прочь.

- Надеюсь, ты выиграешь, Олег Волков... - повторила женщина, склоняясь над тетрадкой.

К концу дня, получившегося довольно напряженным, он вообще позабыл о странной лотерее. Поэтому когда одноклассники бросились к нему с поздравлениями, Олег не сразу смог понять о чем, собственно, речь.

Оказывается, волшебный барабан для жеребьевки уже был запущен, и миниатюрная блондинка жестом фокусника извлекла оттуда бумажку с его именем. Осталось только забрать приз.

- Не, мне не надо. Не пойду, - тут же заявил Олег.

- Да ладно тебе, - рассудительно заявил Володька, главный отличник их класса, - на халяву же! И девушку какую-нибудь сводить можно. Посмеяться. Смех сближает!

Последний аргумент показался Волкову вполне достойным рассмотрения. А почему бы и вправду не предпринять совместный поход в цирк. Вполне дружеский, ни к чему не обязывающий поход. Когда он в последний раз был в цирке? Кажется, в классе втором-третьем. Самое время сходить.

Он спустился в холл и торжественно, под завистливые взгляды, забрал у блондинки билеты.

- Ты счастливчик, Олег Волков! - сказала она, улыбаясь - теперь уже снова профессионально-нейтрально. - Пусть везение и дальше будет с тобой.

- Спасибо, - буркнул он и, привычно похрамывая, зашагал к выходу.

Время представления приходилось на вечер пятницы.

При ближайшем рассмотрении оказалось, что билеты - не в один из стационарных московских цирков, а в гастролирующий цирк шапито, расположенный где-то на забытой богом окраине.

Пришлось потратить на дорогу чуть более полутора часов.

День выдался мрачным, год уже прочно поворачивал на зимнюю половину, а поэтому, когда они с Алисой вышли из автобуса, было уже темно. С неба падали мелкие колючие снежинки. Первый снег в этом году.

- Судя по карте, нам сюда, - Олег решительно повернул на узкую, плохо освещенную улочку.

- Ты здорово ориентируешься. В тебе как будто компас встроен, - сказала Алиса с легкой завистью. Подул резкий ветер, и девушка поежилась в тонком жемчужно-сером пуховичке. Похоже, зима будет ранней и суровой.

- Ну и забрались! В самую пятую точку мира, - вздохнул Олег. - Теперь понятно, почему билеты дали за участие в благотворительной акции. Небось на эти представления у них вообще никто не ходит. Или окажемся единственными зрителями, или там соберутся точно такие же идиоты, как мы.

- Сто лет, наверное, не была в цирке! - Алиса говорила бодро и немного преувеличенно весело. - Было бы прикольно, если бы представление давали только для нас!

В это время они, согласно карте, еще раз повернули и неожиданно оказались перед большим шатром цирка, раскрашенным в яркие цвета. У входа были намалеваны огромные лица клоунов с неестественно широкими улыбками и красными шариками-носами.

- Вот и пришли. - Олег кинул взгляд на спутницу: не передумала ли, но она спокойно шагала рядом.

- Добро пожаловать на представление! - еще один клоун, на этот раз живой, только миниатюрный, на полторы головы ниже Олега, взял у них билеты и приглашающе отдернул довольно засаленную портьеру, закрывающую вход.

Ребята, не без доли недоверчивой робости, шагнули внутрь.

Цирк оказался очень просторным, даже бо?льшим, чем казалось снаружи.

В нем имелся традиционный манеж и высящиеся полукругом деревянные скамейки для зрителей, образующие амфитеатр. Вопреки ожиданиям народу набралось уже много. Публика, среди которой было неожиданно мало детей, шумно переговаривалась в ожидании представления.

- Куда нам? - Алиса огляделась.

- На первый ряд, в центре, - Олег еще раз сверился с билетами. - Странно, я думал, у нас такие элитные места потому, что никто больше не хочет идти на представление. А тут едва ли не аншлаг!

- Значит, представление хорошее!

Они пробрались на свои места в уже заполнившемся первом ряду, сели прямо перед сценой, и не успели еще толком оглядеться, как заиграли трубы, и на манеж выскочил клоун.

Это был не тот клоун, что встречал их у входа. Этого Алиса и Олег еще не видели - можно даже не сомневаться, потому что, увидев его однажды, навряд ли сможешь когда-нибудь позабыть.

Клоун был настоящим лилипутом. К тому же скорченным лилипутом с безобразным двойным горбом, коротенькими конечностями и перекошенным на одну сторону лицом, из-за чего традиционно нарисованная огромная клоунская улыбка казалась еще более жуткой. Его неестественно рыжие волосы были вздыблены, как у какого-нибудь сумасшедшего профессора из фильма. От вида этого клоуна Олега бросило в дрожь.

- Добренького вечера, дорогая моя публика! - противным писклявым голосом поприветствовал клоун зал. - Добро пожаловать в цирк мутантов! Впрочем, «добро» - это еще надвое сказано. Потому что кому будет добро, а кому и не очень! - Он потер маленькие ручки и захихикал. - Ведь только у нас вы сможете увидеть самые захватывающие и самые жуткие вещи! Только здесь распиливают на части и опускают под землю в настоящем гробу! Только здесь отважный наездник на полном скаку бросает кинжалы в свою бесстрашную и очаровательную ассистентку! Только здесь вас ждут самые настоящие монстры!

Последние слова он прокричал так торжественно и страшно, что по спине пробежала дрожь. Публика отозвалась нестройным шумом, кажется, вполне одобряя предложенную программу.

Олег взглянул на Алису. Она сидела вся бледная и широко распахнутыми глазами смотрела на уродца, который уже вовсю прыгал по сцене, разом подбрасывая в воздух разноцветные шарики, мелькающие так быстро, что получалась настоящая радуга.

- Я не знал, что это какой-то цирк мутантов, - прошептал Волков ей на ухо. - Извини. Хочешь, уйдем?

Алиса бросила беглые взгляды по сторонам, потом посмотрела на сцену.

- Нет, - шепнула она в ответ. - Как-то неудобно уходить... Если бы мы в последних рядах сидели... Посмотрим, может, оно еще ничего будет. Не понравится - сбежим в перерыве. Тут ведь должен быть перерыв?

Олег кивнул. Объявленная программа и выкрутасы несчастного уродца его определенно напрягали. Но, с другой стороны, они так долго добирались до цирка, да и погода на улице не то чтобы приятная, располагающая к прогулкам... В общем, жаль сразу поворачивать обратно. Возможно, Алиса права, и программа будет действительно приличной.

Как раз в это время появилась пара воздушных гимнастов. Мужчина и женщина. Они тоже оказались карликами и свое уродство не только не пытались спрятать, а, напротив, всячески подчеркивали - с помощью блестящих искрами костюмов, убого смотрящихся на толстых, похожих на обрубки телах; с помощью грима, превратившего и без того безобразные лица с шишковатыми лбами и раздвоенными носами в жуткие маски, в которых не проглядывало уже ничего человеческого. Вот уж действительно мутанты!

Однако, поднявшись на тросах под купол, уродцы оказались неожиданно ловкими и подвижными. Они выделывали немыслимые сальто, совершали невероятные прыжки, от которых у зрителей замирали сердца, крутились и повисали вниз головой, держась на перекладине пальцами ног. Казалось, что законы земного тяготения над ними не властны, а тела не имеют позвоночника и прочих костей. При этом Олег не заметил у гимнастов страховки, и от этого становилось еще более не по себе. Так и мерещилось, что вот-вот одна из крохотных фигурок сорвется, чтобы камнем рухнуть вниз и недвижимой остаться на арене.

Это зрелище было противоречивым - и притягательным, и отталкивающим одновременно.

Зрители неистово аплодировали. Очевидно, представление имело успех. Хотя что они в нем находят, Олег никак не мог понять. Ему было страшно, и чем дальше - тем сильнее. Гнетущее впечатление подчеркивала музыка. Сопровождала выступление не обычная веселая цирковая музыка, а что-то мрачное, порывистое. Голоса скрипок звучали надрывными смертными стонами, трубы играли траурный марш, а барабаны били словно в сердце, и каждый их удар, казалось, вколачивал в него сваю.

Бум! Бум! - грохотали барабаны.

Ах, ах! - подхватывали литавры.

Не уйдешь! Пропадешь! - пророчили скрипки.

Всех предашь! Будешь наш! - мрачно подытоживали трубы.

На сцену вышла женщина, похожая на кенгуру, с закругленной спиной, неразвитыми руками и большими скрюченными ногами-лапами. Своими маленькими ручками она ловко подбрасывала разноцветные шарики, а затем повернулась, и Олега затошнило, потому что у женщины обнаружился самый настоящий хвост, похожий на хвост крысы или того же кенгуру. Он торчал из-под блестящей, усыпанной блестками юбочки и волочился по полу.

Олегу уже начинало казаться, что он сходит с ума. На виски давило, в голове туманилось, а в легкие вместо воздуха, подкрашенного кроваво-алыми огнями софитов и сдобренного каким-то восточным курением, казалось, поступал стопроцентный яд.

С детства у Волкова сохранилось совершенно другое впечатление о цирке. Однажды отец - он тогда еще жил в семье - водил сына в цирк. Олегу запомнилось что-то пестрое, многоцветное, веселое. Но теперь... То, что творилось здесь, было в корне неправильно. Да, именно в корне. Как будто у цветка сгнил корень, и от этого цветок, еще почему-то живой, получился неправильный, зловещий, несущий в мир вместо ожидаемого сладкого аромата запах тления и смерти.

В этот самый момент снова загрохотало, и на арену выбежал огромный гнедой конь. В его хвост и гриву были искусно вплетены алые и желтые куски шелка, и, когда скакун несся по кругу, казалось, будто это всполохи огня.

На спине у жеребца неизвестно каким образом держался крохотный человечек, одетый в черное с серебром. Лицо его было раскрашено на манер индейских масок - в черное и белое. Грим не украшал карлика, напротив, затенял глаза и нос, превращая их в черные впадины, обрисовывал белым зубы - в общем, превращал, может быть, не самое приятное, но все же человеческое лицо в лицо самой смерти.

Откуда-то с высоты, из-под потолка, послышался дикий нечеловеческий хохот, от которого все тело снова словно пронзило током.

А из-за кулис вышла карлица - одна нога у нее была короче другой, поэтому она заметно прихрамывала, зато длинные золотистые волосы оказались распущены, маленькое плотное тельце облачено в белое платье, подпоясанное золотистым пояском. Макияж был ярким, но выглядел он на этот раз скорее попыткой приукрасить, чем испугать. Видимо, она - в пару безумствующему на коне чудовищу - должна была изображать красавицу.

Дойдя до центра арены, «красавица» спокойно водрузила на голову яблоко.

Очевидно, часть фокуса заключалась в том, чтобы наездник в гриме смерти на всем скаку швырял кинжалы в яблоко, помещенное на голове у карлицы.

Сама эта идея казалась Олегу небезопасной и вообще бредовой.

- Я не хочу этого видеть! - прошептала Алиса и, найдя руку Олега, крепко-крепко ее сжала.

Вот и правда, оказывается, цирк сближает. Может, не совсем так, как представлялось Олегу, но тут все словно вывернуто наизнанку.

Он взглянул на арену и удивился.

Аттракцион принимал неожиданное направление.

Вместо того чтобы метать в ассистентку ножи, всадник вдруг резко осадил коня, и скакун, поднявшись на дыбы, забил в воздухе копытами.

- Это убийцы! - закричал человечек, удерживающийся в седле, несмотря на опасные маневры коня. - Вы должны знать...

Что именно они должны знать, не было ясным, потому что музыка стала просто оглушительной - от нее едва не лопались барабанные перепонки.

Человек в гриме смерти ловко соскочил на арену и двинулся в сторону зрителей. Ассистентка пыталась его остановить, однако он, не глядя, оттолкнул девушку. Он шел прямо на них - на Олега и Алису, разевая рот в неслышном крике, а в обеих его руках было по узкому стилету.

Что-то пошло не так. Надо бежать, как уже бежали в панике их соседи.

Олег дернул Алису за руку, пытаясь увести ее из страшного места, но она замерла и не сводила взгляда с наступающего монстра.

Грохот музыки сделался невыносимым.

Уродец вскочил на барьер арены. Олег видел его уже очень близко: лицо, покрытое крупными каплями пота, темно-серые, почти черные глаза, сверкающие из-под черной краски, искаженный криком рот... А главное - тускло поблескивающие ножи. В этот миг Олег от крайнего напряжения видел все детали, даже маленькую татуировку в виде галочки или, может быть, латинской буквы V на кисти левой руки карлика.

Нужно было срочно что-то делать, и Волков, оттолкнув Алису, загородил ее своим телом. «Вот так цирк, вот она - благотворительность», - мелькнула в голове паническая мысль.

И в тот самый миг, когда он практически распрощался с жизнью, монстр вздрогнул всем телом, застыл на краю бордюра, словно донельзя чем-то удивленный, а потом рухнул под ноги парню.

Ужасающая музыка наконец смолкла. И по ушам ударила звенящая тишина.

Не веря происходящему, Олег нагнулся над телом и увидел, что из шеи человечка торчит тонкая металлическая спица с оперением. Стрела, или, вернее, дротик.

- Помоги... - послышался тихий голос. Уродец на полу еще раз вздрогнул и вдруг вытянулся, замер.

- Он умер!