Глава 14
Пятый уже две недели пытался выбраться из этого забытого Богом места. Стадия отрицания шла у него очень долго. Каждое утро он вставал с мыслями о том, чтобы увидеть Джоконду. Он просто не мог позволить себе сдаться. А как же она? Кто ей поможет? Где она? - эти вопросы терзали его совесть и душу каждую секунду.
Только проснувшись, парень генерировал новые идеи, возможности, цеплялся за соломинку..все, что угодно, чтобы вернуться к ней. И даже не к семье,а к ней. Потому что она, Джоконда Гамильтон, стала ему семьёй и родственной душой.
Харгривз начал медитировать. Делал он это для того, чтобы усилить концетрацию на своих силах. Ведь, как говорил отец: Концентрация - ключ к успеху.
Медитация в первые дни давалась ему сложно, так как его все ещё гложило отчаяние и тоска, которые перекрывали собой все остальные мысли. Затем он стал свыкаться с этими чувствами, которые стали одним целым вместе с ним. Они уже звучали на фоне, стали неотъемлемой частью его рутины.
После этого на смену пришли навязчивые мысли о... смерти Джоконды. Он чуть не разбил себе руку, ударив о бетонную стену, когда одна из таких мыслей проникла в его сознание. Ни за что. Он этого не допустит. Он придет к ней. Будь это через год, через два.. а может и через десятилетие. Главное, что они встретятся вновь. Надежда не покидала его. Манекен, так похожий на Джо спокойно, безэмоционально наблюдала над всеми его агрессивными попытками исправить положение. Сначала они были агрессивными, потом отчаянными, а затем смиренными.
-Твою мать!,- крикнул он, когда в очередной раз после медитации попытался опробовать силы. Ногти впились в ладони, но это не помогало. Со злости он впечатал руку в кирпичную стену..вернее в то, что от нее осталось, и рассек себе костяшки. Но это его не остановило: он бил ещё и ещё, пока боль не заглушила ненависть. Ненависть к себе, к миру, к судьбе..к беспомощности.
-Твою мать, Твою мать, ЧЕРТ!,- прокричал он в унисон,сжимая кулак в крови и скатываясь спиной по стене.
Когда он превратился в это? Отчаявшегося, обозленного и обезумевшего? Его остатки разума спасали мысли о той, которая в свои дни заставляла его забыть о нем.
Джо.. Ее волнистые, почти кудрявые локоны цвета темного шоколада. Улыбка, стирающая все поохое на этом свете. Глаза, сверкающие огнем независимо от того, происходит ли что-то хорошее или ужасное. Ее смех, то, как она злилась на Пятого, когда он насмехался над героями ее книги, ее благородный, но убаюкивающий голос..
Пятого согревали воспоминания о ней. Каждую ночь, ложась на самодельной комнате из трёх стен, он прокручивал в голове воспоминания, связанные с этим кудрявым лучиком света. С самого начала, когда он только увидел ее там, в гостиной, стоящей рядом с ее отцом. Тогда она его не интересовала, разве что как новоприбывшая. Но когда она так легко решила тот пример,а затем стала причиной, по которой он открыл библиотеку только ей, после того, как она сблизилась со всеми, даже с Ваней.. она не оставила ему шансов и захватила его сердце вдоль и поперек. Но тогда он был дураком. Смахивал это все на дружбу, на общие интересы.. Какой же он идиот! Вот она, результат сплочения всего прекрасного на земле, ходила прямо перед ним.. разговаривала с ним! Теперь что таить? Если он не выберется отсюда, не сегодня - завтра он умрет. То ли от одиночества, то ли от недостатка еды.
Он любил ее. И любит сейчас. В полном смысле слова. Черт, да его чувства выходят за грани этого сраного смысла! Каким же он был придурком, когда убежал тогда от нее! Не выслушал, не остановился.. И последнее, что он увидел – ее заплаканное, растерянное лицо. Прямо как у ребенка. А в следующий момент - развалины апокалипсиса. Вот так судьба за одну секунду меняет жизнь человека. А ведь если бы он остановился, утер ей слезы.. если бы не поторопился и с концентрацией перенесся бы, он был бы не один, а с ней. Он бы не волновался за нее, а она – за него. А может она и не волнуется. Да к черту, плевать, главное чтоб она жила.
Харгривз сжал голову руками, теряясь в мыслях.
Но вдруг он решил.
Так не может продолжаться. Он не может сдаться. Плевать, сколько времени пройдет. Хватит. Хватит жалеть себя, это ему не поможет. Он перепробует все способы и найдет новые, если понадобится. Он обязан увидеть ее ещё раз. Обязан извиниться перед ней за все.
Ради этого он готов просыпаться каждый день и делать все, что в его силах и больше этого.
Брюнет с горящими глазами решил записать это. Записать,чтобы не забывать. А вообще, хороший вариант, чтобы не сойти с ума. Будет записывать все куда-то. Ведь когда записываешь свои мысли, ты как будто высказываешь их кому-то и от того на сердце легче.
Только вот куда?
Он встал, провел взглядом вокруг. Ничего нового: затухающий уже который день огонь, обломки и пыль.
Внезапно до него дошла одна мысль. Библиотека. Та самая, которую он показывал Джо. Есть надежда, что там остались пустые тетради, которые Пятый клал в ящики тумбы, чтобы отец не заподозрил ничего.
Пятый Харгривз рванул к академии. Это было недалеко, буквально метров сто от места, где он обустроился. Кареглазый брюнет иногда приходил туда, создавая себе иллюзию, что они все здесь. Он специально не стал заходить в руины академии чтобы... чтобы не найти "спящих" братьев и сестер... и Джо.
Но на этот раз он решил посмотреть страху в глаза. Рано или поздно он бы это сделал. Чем скорее увидит,тем скорее оправится от удара.
Он на месте. Вот они, обломки его прошлой жизни. Место, где он рос с пелёнок, впервые узнал что такое семья (хоть и весьма экстравагантная), дружба, любовь... горело сейчас перед ним. Смотря на него, он будто слышал смех Клауса, спорящей с ним Эллисон, Бэна, пытавшегося их успокоить, скрипку Вани; видел Лютера, неуклюже громившего детали интерьера и Диего, метавшего ножи куда вздумается. И наконец, Пого, маму и отца, будто стоявших и наблюдавших за ним.
Зайти сюда - уже дело нелегкое и я сейчас не про физические препятствия.
"Мы становимся сильными тогда, когда у нас нет иного выбора" - вдруг вспомнил он слова любимой подруги. И, подняв голову, зашёл. Вернее, перепрыгнул с кирпича на кирпич и спрыгнул в кучу обломков. Противореча сердцу огляделся. К счастью или к сожалению, он никого не увидел и по памяти двинулся к библиотеке. Вернее, к тому, что от нее осталось. Несколько раз он чуть не споткнулся и не расшиб себе колено об бетонные блоки, но в конце концов добрался. Как он это понял? На пятидесяти квадратных метрах лежали обугленные обложки книг и части страниц вперемешку с деревянными щепками.
А вот и первый удар.
Места, где он находил себе утешение на протяжении восьми лет, больше нет. Вот все, что от него осталось.
Пятый сжал челюсти до боли, его губы сжались, а брови сошлись в одной точке.
Спокойно, Пять, это ещё не самое худшее.
Не очень обнадеживающе звучало, но это все, что осталось из его арсенала.
Он огляделся. Где-то здесь должно лежать что-то, похожее на тумбу. Отличительная черта - осколки стекла, тк она была с зеркалом. Поэтому она предположительно должна быть кучкой щепок и осколков. Вот она! Он нашел ее! В пяти метрах от него. Кинувшись к ней, он опустился на колени забыв о том, что ранит стеклом ноги. Перебирая обломки,его руки дошли до одного больше всех. Все таки немецкое качество. Отец знал где брать мебель!
О Господи.. никогда он не думал, что будет так рад отцовскому избирательству. Под его руками лежала стопка из десяти тетрадок! С ручками! Он не помнил чтоб клал их сюда.. к черту, это не важно. Хоть что-то уцелело в этом хаосе! Харгривз схватил дары и, прижав к себе, встал, направившись обратно.
Но вдруг его ботинок наткнулся на что-то мягкое.
Сердце забилось втроекрат быстрее. Пятый опустил взгляд вниз и... выронил все, что нашел.
Второй удар.
-...Ваня..ВАНЯ!
Он опустился на колени и положил руки ей на лицо. Девушка лежала, придавленная одним из стеллажей. По щекам парня скатывались слезы. Одна за другой, все вместе. Дыхание прерывалось, всхлипы заглушали все вокруг.
-Нет..нет.. Пожалуйста,очнись..,- умолял он её, мотая головой из стороны в сторону. - Ваня!..
Его голова упала на её. Лоб соприкоснулся с ее лбом. Рыдания не заканчивались, брюнет потерял счёт времени.. да ему и не до него было..
Он боялся. Боялся повернуть голову и увидеть остальные трупы. Все было как в кошмарном сне. Он уже зашёл и это не остановить. Он должен. Должен их найти.. и похоронить. Они не должны валяться в этих обломках, не такой смерти он хотел своей семье!
Он вообще не хотел их смерти.
Пятый повернул лицо, лежавшее на лице Вани в сторону. Слезы запеленали глаза, огонь на секунду превратился в оранжевые точки. Сморгнув слезы и повернув голову в сторону, он приготовился к следующему удару. И тот последовал.
-Клаус..,- задыхаясь в собственных слезах, Пятый еле неся свое тело переполз к нему..вернее, к его телу. Только не он. Клаус.. это же Клаус! Впервые за всю жизнь его лицо не изображало сарказм или кайф. Рыдания Пятого закапали слезами лицо брата. Прозрачные капли стекали с лица, запачканного грязью и пылью, оставляя чистые следы.
Несчастный обхватил его шею и прижав к себе, истошно закричал. Он кричал и кричал, пока не сорвал голос. Горло першило и очень болело,но разве это имело значение? Ему не хотелось его отпускать. Как же так?.. Тот, кто умел разговаривать с мертвыми, стал одним из них.
А затем он увидел Эллисон, и Бэна,и Диего. С каждым близким человеком отмирала часть его души. Часть прежнего Пятого.
Он переползал от одного к другому ,в отчаянных поисках признаков жизни и, не найдя ничего, обессиленно упал в середине этого круга из тел.
Чёт я вас надолго оставила, вот вам стеклышка чтоб не расслаблялись😍🥰😘
Оставьте звёздочку если хоть немного понравилось, это мотивирует меня писать больше:)