Алиса отражалась в зеркалах. 18+

Алиса вышла на улицу с курткой в руке. Внезапный порыв ветерка куполом раздул платье. Она оправилась и, щурясь ласковому солнцу, улыбнулась. Когда-то она мечтала жить в центре, где всë рядом. Можно выйти и просто гулять по красивым местам, заглядывать в уютные кафе, сидеть у фонтанов.

Она поняла, что мечты всегда сбываются странным образом и часто процесс не соответствует ожиданиям. Можно мечтать об отдыхе и попасть в больницу. Но сейчас ей меньше всего хотелось возвращаться в прошлое, особенно в такой ясный день, – отличный, чтобы «начать заново». Природа, лучший учитель тому, как любить жизнь, – каждый раз умирает, но всегда возрождается.

Алиса шла в сторону бульвара и просто улыбалась. Она решила в этот день гулять, не строить планов, прочувствовать красоту вокруг.

Три часа она неспешно меряла шагами расстояние до набережной и обратно. И даже косые взгляды прохожих не могли испортить настроение. А вот тяжёлые ботинки заставляли останавливаться,  отдыхать на лавочках. Ногам не хватало воздуха, хотелось разуться и пойти босиком. Бутики на первых этажах зданий, будто специально, наряженными манекенами в витринах и огромными рекламными плакатами манили в свои сети: «Наша обувь – дарит лëгкость!», «Одевайся в счастье!» «Весенняя распродажа!».

«Новая ты» – название магазина, попав на глаза, сразу ковырнуло душу. Алиса остановилась, издалека вглядываясь в витрину.

Она перешла дорогу и зашла в магазин. Две продавщицы переглянулись и натянули приветливые улыбки.

Алиса подошла к вешале. Она растерянно двигала одежду, иногда поглядывая на продавщиц.

– Странная какая-то. Смотри за ней, чтоб ничего не стащила. – Одна из них прошипела коллеге.

Вторая кивнула и подошла к Алисе.

– Вам помочь?

– Да.  – Алиса неуверенно улыбнулась и отступила в сторону. – Что сейчас модно?

– Здесь всë модно.

– Тогда мне нужны брюки, платья, обувь.

– Хорошо. Проходите в примерочную. Я вам принесу. У вас сорок второй размер?

Алиса пожала плечами. Продавщица, передвинув несколько вешалок, сняла платье.

– Возьмите пока это, примерьте, а я принесу остальное.

Алиса взяла платье и скрылась за шторкой в тесной кабинке.

Продавщица, стоявшая у кассы, поглядывая в сторону примерочной, подошла к коллеге:

– Уверена, что у неё есть деньги? – промямлила как чревовещатель.

– Нам план надо выполнить. Что-нибудь да купит. – Вторая прошептала в ответ и сняла ещё несколько разных вещей. – Лучше, подбери обувь.

– Девушка, а какой у вас размер ноги?

– Тридцать восьмой. – Алиса выглянула из примерочной и отодвинула шторку.

Платье сидело немного свободно, но очень шёл васильковый цвет.

– Смотрите, как вам хорошо! – заметив перемены, улыбнулась более приветливая продавщица. – Вы сразу преобразились, стали ярче.

Алиса встала напротив большого зеркала и покрутилась.

– Невелико?

– Нет, всë отлично, это такой фасон. Вам нужно немного свободное, чтобы скрыть худобу.

Другая продавщица принесла в цвет платья босоножки.

– Вот эти примерьте.

Алиса встала на каблуки, моментально выпрямилась и улыбнулась отражению: еë лицо расслабилось, выражение стало мягким, цвет глаз – ярче, а взгляд нежным.

– Вам бы маникюр, педикюр, макияж и причёску – и никто не заметит, что вас проблемы с наркотиками, – Не подумав, ляпнула, задерживая взгляд на синяках Алисы.

Алиса покраснела и плотно сжала губы.

– Я не наркоманка. Просто долго лежала в больнице.

– Простите, я не так хотела сказать.

Алиса сделала вид, что поверила и бросила взгляд на другие вещи.

Приветливая продавщица, осуждающе зыркнула на коллегу, опасаясь, что Алиса уйдёт, так ничего и не купив.

– Тут на углу есть салон красоты. Если хотите, я сейчас позвоню и попрошу вам помочь. Очень хороший салон.

Алиса неуверенно кивнула и благодарно улыбнулась.

Приветливая продавщица вручила дополнительно несколько образов и проводила в примерочную.

***

Алиса вышла из магазина в новых джинсах, белой рубашке, белых кедах, с огромными пакетами в руках и милой сумкой лососевого цвета, перекинутой через плечо.

Старые вещи она оставила в магазине и попросила выбросить. Теперь она не чувствовала себя чужой в этом городе. Она обогнула здание и зашла в салон красоты с пафосным названием «Шанталь».

– Вы Алиса? Проходите.

Ухоженная женщина приветливо улыбнулась и пригласила за ширму к педикорному креслу. Крикнув мастеров, она принесла чашку кофе.

Алиса впервые доверилась такому количеству людей. Раньше сама, экономя каждую копейку, она ухаживала за ногтями.

Когда дело дошло до стрижки, парикмахер долго проводила по волосам, придумывая образ. Оказалось не всё потеряно, хоть и вариантов стрижек для коротких волос не так много.

Алиса расслабилась, уверяя себя, что хуже чем есть уже точно не будет и просто закрыла глаза.

– Сделайте из меня уверенную, такую как вы.

Женщина кивнула в ответ, и глянула на коллег.

***

Алиса провела в салоне много времени. Она ещё раз поблагодарила мастеров искренней улыбкой. Персиковая помада на губах и большие выразительные глаза с огромными ресницами, – она давно забыла, что значит быть красивой.

Уходя, Алиса заметила парики в стеллажах и попросила продать парочку: один – с длинными волосами, хотелось вспомнить себя прежней и второй – с пепельными, до плеч и чëлкой.

Алиса вышла из салона, обновлённой, женственной, смущаясь внезапному вниманию, не тому, что чувствовала на себе в обед или вчера в ресторане, осуждающему, а восхищеным взглядам мужчин и женщин. Одежда красит человека, не душа. Душу красит что-то другое.

Она счастливая зашла в салон связи, купить телефон, сим-карту и на сегодня хватит впечатлений.

Продавец с радостью предложил несколько вариантов, но сим-карту отказался продавать.

– Я сожалею, но без паспорта, мы не имеем права! Ничем не могу вам помочь. – молодой парень лишь развёл руками.

Она совсем забыла, что нужен паспорт. Везде нужен паспорт, а ей отдали только справку, которую она на эмоциях смыла в унитаз. Да и вряд ли бы справка сейчас помогла. Почему не потребовала, не настояла? Не пришлось бы возвращаться. Желание скорее вырваться оттуда оказалось сильнее бытовых вопросов.

Еë лицо исказилось в отчаянии. Она глянула на часы на стене салона – не сегодня! Сегодня ничто не должно испортить этот день.

Алиса зашла ещё в несколько магазинов косметики и белья, потратив больше половины обменных денег.

Всю дорогу до дома она корила себя за оплошность. Возвращаться в больницу – ошибка. Даже возможность стоять там поодаль вызывала в теле ледяную дрожь.

Надо как-то собраться духом, чтобы вернуться в свою квартиру, и где-то найти дух покрепче – встретиться с врачом, забрать свои документы.

***

Алиса зашла в квартиру Олега. Она оставила пакеты в коридоре и заглянула в холодильник. Рыба из ресторана и жареный картофель в прозрачной упаковке – вчера она не могла на них смотреть, но сейчас настолько голодная, что не пугает их измученный вид и готова съесть, не разогревая.

Алиса достала контейнеры из холодильника и, переложив в одну тарелку, засунула в микроволновку. Запах жаренной рыбы вперемешку с картофелем развеялся по квартире, наполняя рот слюнями. Она открыла окна, вытащила ужин и села за стол.

После еды, приняв вечерний душ, она лежала в тишине и смотрела в выключенный экран телевизора. Если отбросить нелепое утро, день прошёл неплохо.

Нужно скорее со всем разобраться. Алиса дала себе срок до конца недели освободить эту квартиру. И если не вернуться домой, то снять что-то другое. Щедрость Олега казалась странной и слишком подозрительной.

***

Олег припарковал машину. Пересчитав заработанные за день деньги, он позвонил напарнику и поднялся в его холостяцкую двушку. Он прошёлся по квартире, отмечая беспорядок. Похоже вчера тот неплохо повеселился. Недопитые бокалы, один из которых с помадой, пустые бутылки на полу и в спальне не заправленная кровать.

Олег усмехнулся. Он занёс свою сумку с вещами в зал и, убрав с журнального столика мусор на кухню, сел на диван и включил телевизор для фона.

Он весь день ждал звонка Алисы, но она так и не позвонила. Олег открыл приложение в телефоне и залез в раздел "история". Маршрут Алисы за день оказался ничем не примечательным.

– Магазины, магазины, магазины... – Олег улыбнулся. Сейчас точка мигала по адресу его квартиры. – Ну и почему ты не звонишь?

Он гипнотизировал красную точку в телефоне.

Входная дверь открылась. Олег закрыл приложение и встал встречать напарника.

Лëха, заходя, растекся в улыбке. Протягивая руку, он схватил и притянул Олега, обнял и похлопал по спине.

– Здорово, бомжара!

– Заткнись, бичара! – улыбаясь, Олег отстранился. – Что у тебя тут за срач?

Напарник, улыбаясь, протянул пакет с бутылками пива.

– Да нормально всë! Завидуй молча! – Лëха зашёл в ванную и включил воду.

– Чему завидовать? – Олег засмеялся из кухни.

Он убрал бутылки в холодильник, оставив пару на столе.

– Тому, что я в строю! А ты, как расстался со своей Жаннет, до сих пор хранишь целибат.

Хозяин квартиры зашёл на кухню и с насмешкой глянул на друга. Олег сморщился.

– Не знал, что ты знаешь такие слова. Ладно, рассказывай, что там на работе.

– Не хочу я говорить о работе, завтра сам придёшь и всë узнаешь. – Леха открыл пиво и, взяв одну бутылку, сел вальяжно на стул. – Лучше ты рассказывай, как докатился до такой жизни.

Олег сел напротив и взял свою.

– Как всегда, внезапно. – он усмехнулся.

– Расскажи ещё раз, я не понял. Ты поселил у себя дома психически ненормальную девушку, а сам решил пожить у меня?

– Угу.

– Ты извини, но по-моему это у тебя проблемы с головой. Она тебя обворует и смоется в неизвестном направлении.

– Не угадал. По-твоему я просто так спрашивал код своего маячка?

– Ах ты, хитрый жучара! – напарник восхищённо посмотрел на друга. – И что дальше?

– Ничего!

– Ты хоть в паспорт еë заглянул?

Олег отрицательно покачал головой.

– При ней не было ни документов, ни телефона. Только имя, и то, я не уверен, что настоящее.

– Ну хоть симпатичная? Там.. – он руками на себе очертил большую женскую грудь.

– Исаев, отвали! На себе не показывай!

– Значит страшная... Тогда вообще ничего не понимаю.

– И не поймёшь! – Олег улыбнулся. – Она не страшная, просто какая-то... – он подбирал слова. – Замученная, что ли.. Я бы так сказал. Она мне интересна. Я никогда не встречал таких замороченных.

– Орёл, Орëл. – Леха отпил из бутылки и улыбнулся. – Ты воробей, а не орëл! Запомни, чем меньше у девушек сиськи, тем больше тараканов у них в голове. Поверь моему опыту!

– Да пошëл ты, придурок! – Олег швырнул в него арахисом.

– Ладно, располагайся! – он протянул Олегу свою бутылку и горлышком стукнул об его. – Рад тебя видеть!

***

Алиса проснулась рано. Лёжа в кровати, она снова оглядела комнату. Ей не хватало зелёных целительных красок растений. Она надеялась, что дома что-то выжило из цветов и на время сможет забрать хоть один. Выжить бы после встречи с врачом, общение с ним отнимает силы.

Она привела себя в порядок, позавтракала и, надев классические брюки красивого цвета индиго и белую рубашку, взяла сумку и вышла из квартиры.

Около часа она тряслась в автобусе, попав в самый час пик, мысленно проклиная своë желание прокатиться, глядя в окно. Места у окон были заняты пожилыми людьми и женщинами с детьми. Все, что она могла разглядывать – спины людей, трущиеся друг о друга.

Протиснувшись к выходу, она вышла на остановке. Уставшие пятиэтажки, завидуя, соседствовали с новостройками, которых ещё три года назад здесь не предвиделось. Район вырос вдвое. Друзья детства давно разъехались и встретить кого-либо было бы чудо. На самом деле ей никого из них не хотелось бы видеть.

Они наверное стали бы хвастать своей личной жизнью, количеством детей, успешностью. А она что, лежала в психушке? Так себе достижение.

Алиса остановилась у своего подъезда, в ожидании, что кто-нибудь выйдет. Но то ли было ещё рано, то ли никто никуда не торопился, – она простояла так около часа, сменяя вертикальную позу на сидячую.

Кто-то открывал дверь изнутри. Алиса вскочила с лавочки и подбежала, схватившись за ручку.

Вышла женщина в возрасте. Алиса пропустила её и нырнула в подъезд. Неожиданно женщина окликнула.

– Девушка, а вы к кому?

Алиса остановилась на середине пролёта.

– К себе домой.

– Я тебя раньше не видела, ты из какой квартиры? – она перешла на ты и подозрительно взметнула бровь, отчего лоб её покрылся волнами.

– Я тоже вас раньше не видела! – Съязвила Алиса. – Женщина, какое ваше дело? Я иду домой.

Алиса не стала выслушивать еë возмущение и предположения о неблагонадежных жильцах, наркоманах и проститутках, поселившихся в доме. Она быстрым шагом взбежала по лестнице, мысленно оставляя себе заметку взять ключи от домофона, чтобы больше не слышать этот бред.

– Я тебя запомнила, учти! – женщина крикнула вслед.

Алиса поднялась на четвёртый этаж и, запыхавшись, достала из сумки связку ключей.

– Боже, отключи мне воображение, отшиби память! – Она глубоко вздохнула, и глазами взмолилась к потолку. – Я только заберу цветок, только заберу цветок. – Алиса повторила несколько раз, как молитву и ткнула ключом в замочную скважину. Но ключ не прошëл, застряв на середине.

Она снова попыталась его запихнуть, потом другой, третий, но не один из них не подходил.

– Что за... – она медленно выдохнула и попробовала ещё раз. Но всë бесполезно. – Так, спокойно!

Алиса облокотилась о дверь спиной, пытаясь понять, почему не может попасть в свою квартиру. Кто мог сменить замки без спроса и главное зачем? Неравнодушные соседи?

После смерти мамы отец был нервным, часто выпивал, пытаясь забыться. Он мог наорать, обозвать, унизить, поэтому они старались проскочить мимо и, наверное, вздохнули с облегчением, когда его не стало.

Ладно, всё равно хотела идти за ключом от домофона. 

Она спустилась и, выйдя, решительно направилась к дому напротив. В подвале пряталась управляющая компания с воодушевляющим названием «Успех». Алиса спустилась по лестнице и постучала в дверь, на которой висела табличка с режимом работы.

Не дождавшись ответа, она открыла. В тесном помещении  заставленном шкафами за столами сидели две женщины. Растерянные внезапным вмешательством в их утренние беседы за чашкой кофе, они недовольно переглянулись.

– Что вы хотели, девушка? – перестав жевать, одна из них отложила надкусанное печенье в сторону. – Если вам не ответили, значит нужно подождать.

Алиса не стала тратить время на споры и начала с того зачем пришла.

– Извините, но мне нужна ваша помощь. – Пытаясь быть вежливой, Алиса натянуто улыбнулась. – Я не могу попасть в свою квартиру. Мне нужен мастер и ключ от домофона.

– И ещё номер от банковской карты! – съязвила вторая. – Звоните хозяину, пусть выдаёт.

Алиса недовольно глянула на обеих.

– Какому хозяину? Я – хозяйка.

– Какая квартира? – устало выдохнув, первая надела очки и пошевелила компьютерной мышкой.

– Пятьдесят пятая. – Ожидая решения, выдохнула Алиса.

– Вы снимаете?

– Нет! Я же говорю, в свою квартиру!

– Это та, пятьдесят пятая, где никто не живёт, но иногда привозят проституток? – она неприятно скривила губы и посмотрела на вторую.

– Каких проституток, вы в своём уме? Это моя квартира! Меня не было три года, а теперь я не могу в неё попасть. Кто-то сменил замки.

– Паспорт покажите, страницу с пропиской или звоните хозяину. А если незаконно – идите в полицию.

– Паспорт в квартире, – соврала Алиса и начала терять терпение. – Мне нужен слесарь или кто здесь у вас всем этим занимается? Я просто хочу попасть домой!

– Вы глухая? – Прикрикнула вторая женщина. Она взметнула бровь и, опередив Алису в нетерпении, перешла на "ты". – Тебе сказали, паспорт или звони хозяину квартиры! Ещё какие-то проститутки будут здесь права качать!

– Сама ты проститутка!

Не выдержала Алиса и, смахнув со стола документы, выбежала прочь.

– Она её обчистит, а нам потом отвечай? Деловая какая! – закричала дама вслед.

Задыхаясь от возмущения и еле сдерживаясь, чтобы не раскиснуть, Алиса взбежала по лестнице на свежий воздух. Покраснев, она растерянным взглядом скользила по прохожим.

– Спокойно! Это просто наглые тётки.

Она пыталась прийти в себя: медленно вдыхая через нос и плавно выдыхая через рот. Алиса обернулась и заметила на стене доску объявлений. Она приблизилась и, бегло читая, нашла нужные. Оторвав от пары клочки бумаги с номерами мастеров, Алиса рассчитывала вернуться позже.

Главное забрать документы и тогда всё встанет на свои места. В таком состоянии, когда любая мелочь способна вывести из равновесия, нельзя встречаться с врачом. Алиса решила вернуться, успокоиться и позже поехать.

***

Леха, изрядно выпив накануне, боялся попасться за рулем, поэтому закинув в рот пол пачки мятной жвачки, напросился в отдел на машине Олега. Они вышли из дома. Олег, оглядываясь по сторонам, открыл машину.

– Синий ауди. Точно нельзя пробить кому принадлежит?

– Не смог, информация закрыта. Может ФСБшники?

– Да хрен его знает... – они сели в машину. – Я делаю вид, что их не замечаю, жду каких-то действий, но ничего не происходит.

– Может проверка?

– Может, может. Ты другие слова знаешь?

Олег завёл машину и тронулся с места.

– А что я должен сказать? Шеф говорил, что там наверху кадровые перестановки и все сейчас ходим по лезвию. Любой косяк и...

– Я им зачем нужен? Куда меня переставлять? – они выехали на центральную дорогу и слились с потоком. – Они вчера по всем моим маршрутам за мной катались. Прикинь, идиоты!?

– А сейчас? – Леха глянул в боковое зеркало, потом обернулся, выискивая побозрителый автомобиль. – Вроде нет. – он вернулся в исходное положение, посматривая снова в боковое. – Ну у тебя же есть косяк? Не знаю, может смотрят, что ещё пришить к внутреннему расследованию?

– То есть дело все-таки завели? – Олег бросил недовольный взгляд.

– Что ты у меня спрашиваешь? Сейчас приедем, спросишь у Виталича.

– И спрошу!  – Олег прибавил скорости, не соблюдая дистанцию.

***

Алиса пролежала на диване несколько часов, обняв подушку. Она смотрела в черный монитор телевизора и думала о предстоящем разговоре. В уме репетируя каждое слово, выражение лица, она представляла, как будет себя вести. Держаться невозмутимо, не реагировать на оскорбления, говорить уверенно, без капли сомнений, не отводить взгляд и смотреть с презрением ему прямо в глаза.

Забрать чëртовы документы и держаться от него подальше!

Опасаясь не застать врача на месте, Алиса вышла раньше, чем планировала. Она дошла до бульвара и на автобусной остановке поймала частного извозчика.

Всю дорогу до больницы ей казалось, что тело обваляли в стекловате. Чем ближе она приближалась, тем чаще впивались иголки. Она расчесывала руки, чесала голову и плотно сжимала губы до синевы. Водитель несколько раз поинтересовался всë ли в порядке? Алиса кивала и, стараясь отвлечься, смотрела в окно, в уме считая прохожих.

Корпуса трёхэтажных зданий больницы спрятались за высоким бетонным забором, в раскидистых ветвях деревьев и кустарников, недалеко от дороги, в её тупиковом съезде, но вдали от посторонних глаз.

Отдав водителю наличные, Алиса попросила высадить на остановке, в нескольких десятках метров от больницы. Свинцовым шагом она дошла до ворот и встала под камерой, надеясь, что охранник узнает её и доложит главврачу. Она дала себе зарок, что дальше ворот не ступит, чем бы он не заманивал. Подняв голову, она, не отрываясь, всматривалась в темное стекло.

Ворота открылись на расстояние, способное пропустить одного человека. Через несколько минут, прихрамывая, вышел охранник. Егоров, мужчина лет шестидесяти, пряча лысину под кепкой, поправил козырёк.

– И долго ты стоять собралась? – он поднял взгляд на камеру, а затем перевёл на Алису. – Ты слышишь? – Он ткнул пальцем в еë плечо.

– Мне нужен Вениамин Сергеевич. Пусть выйдет.

– Так обход у него.

– Я подожду.

– Ну как знаешь. Он тебя не видит, можешь не смотреть. – Охранник встал перед ней, преградив обзор. – Не видит, говорю! Но я могу доложить.

– Так доложите. – она опустила на него взгляд.

– А сигарета у тебя есть?

– Есть. – Алиса достала из сумки наполовину пустую пачку. – Всю забирайте.

– Жди.

Охранник удивился еë щедрости и, взяв сигареты, боком протиснулся в узкий проём. Её решительность растворялась в учащающемся сердцебиении.

Иголки снова впивались в тело. Проëм казался порталом в иной мир, где абсурд граничит с остатками разума и различить, что есть правда, а что иллюзия почти нереально. Но шагнуть в него – означало остаться навсегда.

Сквозь ветви деревьев, она всматривалась в окна первого этажа и заметила знакомый силуэт, натянутый как струна. Через мгновение он растворился, но возник в дверях запасного выхода и уверенным шагом направился в сторону ворот.

Сердце Алисы сжалось в горошину. Она набрала полные лёгкие и медленно выдохнула, распрямив спину. Держаться нагло. Но уверенность таяла, как опора под ногами и тащила за собой. Со стороны казалось, что она мечется в поисках спасительных островков земли. Паника сбивала также стремительно, как приближались его шаги. Она слышала отчётливое шуршание листвы под его ногами. Чем ближе, тем громче.

Всегда опрятный, в строгом костюме под кипельно-белым халатом, будто из другой эпохи, он шагнул сквозь портал во внешний мир. Алиса не успела сделать шаг назад, чтобы увеличить дистанцию на безопасное расстояние. Врач, встретившись с ней взглядом, неожиданно раскинул руки и набросился, как старый добрый друг, окуная в свои объятия, полностью сковав движения.

Кряхтя, Алиса попыталась просунуть руки между телами и оттолкнуть от себя наглеца, но он плотно сжал свои тиски и, покрутив своей головой в разные стороны, а вместе с ней и телом Алисы, он с подозрением вглядывался в припаркованные машины.

– Что за представление? – он злобно прошипел и, что-то выискивая, штрихами быстро прогладил по спине. – Неужели соскучилась?

Алисе удалось согнуть локти и упереться ладонями ему в грудь, отталкивая от себя.

– Отпустите! Я буду кричать!

Он убрал руки и отступил. Раздувая ноздри, он вновь огляделся и мельком взглянул на камеру. Алиса поправила рубашку и встала в защитную позу, сложив руки на груди. Она с ненавистью смотрела в его черные глаза.

– Вы не отдали мне документы!

– Ты здесь собралась об этом говорить? – Он надменно улыбнулся. – Рубашку расстегни!

– Что? – Алиса растерялась, озираясь по сторонам.

– Я говорю, рубашку расстегни! Хочу удостовериться, что ты пришла одна.

– Вы совсем охренели? Не буду ничего расстегивать. Верните мне документы и я уйду.

– Нет, уйду я сейчас! – он переключился на свой убаюкивающий монотонный голос. – А ты свалишь отсюда. А если придёшь ещё раз...

Он поднял голову на камеру и жестом указал отключить. Алиса нервно засмеялась, но резко остановилась.

– Туда вы меня точно больше не заманите! Если сейчас же не отдадите – я пойду в полицию. 

– Иди. Мне даже интересно, что ты там скажешь.

– Правду!

– Какую правду? Что ты убила отца, помешалась на этой почве, что даже имя себе придумала? – Он усмехнулся, сверля еë глазами. – Или такую правду? Что попала к нам три года назад, без документов, в неадекватном состоянии, называешь себя Алисой? Родственники не нашлись, а теперь сбежала, угрожаешь мне расправой. Могу ещё диагнозы перечислить. Какая правда тебе больше нравится?

– Что вы несëте? – Сердце Алисы бешено заколотилось. – У вас совсем кукуха поехала? – Она испуганно смотрела на врача. – Я не убивала своего отца! Я никого не убивала! Вы обещали спрятать ненадолго, а сами продержали здесь три года, издевались, удовлетворяя свои извращенские наклонности!

– Спрятать от кого?

– От тех, кто убил папу!

– То есть от тебя?

Алиса, не веря его словам, замотала головой.

– Вы слышите себя? Что за бред вы несёте?

Её уверенность рухнула в пропасть. Она прокручивала в голове обрывки воспоминаний, но ни одно его слово не стыковалось с теми событиями.

– Ты помнишь как тебя зовут? – он посмотрел, уничтожая остатки еë самообладания. 

Она сильно сжала кулаки, хотелось вцепиться ему в лицо.

– Меня зовут Мартынова Алиса Витальевна. – Отчеканила Алиса.

– Ты в этом уверена? – Спросил, заставив сомневаться, и задумчиво продолжил. – Странно, странно. На памятнике твоëм совсем другое имя.

– Где? – опешила Алиса.

– Памятник, красивый такой получился. Папа, мама и дочь. Прям семейный склеп.

Он говорил так, между прочим, будто описывал любимую книгу. Словно речь шла не о ней, не о человеческой жизни, а о жизни комара. Ну умер и умер. 

– Вы врёте! – она смотрела блуждающим взглядом. – Что за бред?!

– Знаешь, мозг – удивительная штука! Иногда восхищаюсь, как мудро он заменяет воспоминания. Выдаёт иллюзию за правду и наоборот. Это так увлекательно копаться в чужих мозгах. – Он прервался, с интересом наблюдая за реакцией.

– Всё, что вы говорите – это чушь! Вы не заставите меня поверить, что я – сумасшедшая. Это ваше больное воображение!

– Правда в том, что тебя нигде нет! Официально – ты умерла три года назад. И то, что ты здесь стоишь и блеешь – всего лишь моя прихоть.

– А мои друзья, одноклассники, бывшие коллеги? По вашему, для них меня тоже нет?

– Те, что были на похоронах? Немного таких, да и плакали не особо. Обрадуются, наверное, если воскреснешь из мёртвых. – Он равнодушно пожал плечами. – Только не докажешь ничего, шокируешь – Да! Но не докажешь.

Алиса слушала, пытаясь найти в его словах признаки здравого смысла.

– Почему я не могу попасть в свою квартиру?  

– Наверное потому, что она – уже не твоя.

– А чья? Вы сменили замки? – Уже без страха, но с презрением, Алиса выискивала в его надменном взгляде хоть капельку души и сжимала кулаки, пропитываясь ненавистью. – Это всë из-за квартиры, да? Вы убили отца из-за квартиры? – Она с трудом сдерживала слезы. – Из-за старой хрущёвки на отшибе города?

– Я не убийца! Поэтому ты здесь стоишь, а не лежишь рядом с родителями.

– Вы больной! – Закричала Алиса. – Псих! Что я вам сделала?

– Мне? Абсолютно ничего! Ты просто оказалась не в том месте и не в то время. Классическая жертва обстоятельств.

– Тогда кто? Кто? Кто и зачем убил моего отца? – Она набросилась на него, вцепившись в халат. – Кто тот человек, что привёз меня?

Она искала в его глазах немного жалости. Но он, схватившись за запястья, отцепил её руки и посмотрел невозмутимо.

– Мне некогда с тобой разговаривать. Время, как говорится, – деньги! А деньги я люблю.

– Вы всё расскажите! Вы должны! Иначе зачем? Зачем вы меня выпустили, если меня больше нет?

– Я ничего тебе не должен. Просто исчезни! Прими это как дар.

Она отрицательно мотала головой сквозь слезы.

– Куда я исчезну? Я всё равно пойду в полицию. Потому что вы всë врёте! Это ваш мир – безумен, маленький и серый. Но остальной – намного больше этой узкой щели. – Она указала на проём. – Я докопаюсь до истины, вы будете молить, чтоб я остановилась!

– Не советую ковырять осиное гнездо – сдохнешь, как собака на помойке!

Он не стал дальше слушать и, развернувшись, шагнул в проём, но остановился.

– Я могу помочь, но не бесплатно. Сделаю документы и ты свалишь из этого города. – Помедлив, обернулся. – Придешь завтра с фотографиями по адресу: Проспект сорокалетия октября, тридцать шесть. На домофоне наберешь двести двадцать три. В одиннадцать утра. Не придёшь – разбирайся сама. Ты ничего не докажешь, себе хуже сделаешь.

– Я не убивала папу и вы это знаете.

Он безразличным взглядом просканировал снизу вверх.

– Мне всë равно. – Опустил взгляд на вырез. – И надень что-нибудь сексуальное, платье что-ли. Алиса! – добавил усмехнувшись.

Алиса прикрыла вырез и, часто дыша, смотрела как за ним закрываются ворота. Его голос звучал в голове снова и снова, будто кто-то нажал на кнопку повтора.

***

Дорогу обратно Алиса пыталась осознать слова врача. Она всматривалась на свои ладони словно они способны показать правду. 

Не могла убить отца.

Не убивала папу.

Это была не она.

Алиса закрыла глаза, напряжённо сдвинув брови.

Комната. Дверь. Толкнула. Отец на полу лицом вниз, в луже крови. Вскрикнула. Подбежала, упала на колени, испачкалась.

Коснулась тела – не дышит.

В луже нож.

Взяла отбросить.

Кровь на руках.

Чья-то тень.

Обернулась. Закричала.

Ткнула. Отпустила. Отползла.

Вскочила. Оттолкнула. Убежала. Не убивала.

– Не убивала! – Закричала Алиса на весь автобус и открыла глаза. – Не его. – Прошептала, испуганно озираясь на пассажиров. – Не его...

Опустив взгляд, Алиса вскочила с места и протиснулась к выходу. Она выбежала из автобуса, как только открылись двери. Стоя на остановке, она растерянно крутилась и всматривалась в здания, пытаясь понять, что за место.

Не доехала несколько остановок.

Погружëнная в свои мысли, она слилась с вечерним потоком прохожих: вдруг бред про могилу окажется правдой? И что она не Алиса, а та, кто была она – похоронена вместе с родителями. От этих мыслей тело сжималось. Воображение рисовало обезображенное лицо и тело, покрытое червями, пожирающими плоть.

Она сильно зажмурилась.

Если это правда, то гроб пустой? Не могли же они похоронить невинного человека... Или могли? В закрытом гробу мог лежать кто угодно. Свидетель другого убийства или кто?

Иголки вновь впивались в тело.

Может действительно всё рассказать Олегу? Прищучить врача, а вместе с ним и того полицейского.

Так не бывает. Она – есть! Иначе этот мир – перевëртыш, дурной сон, из которого нужно выбираться.

А если он не блефует? Она расскажет, а врач убедит, что это лишь еë фантазии. Тогда она никогда оттуда не выберется. Никогда.

Алиса ущипнула себя несколько раз. Надо заставить его говорить.

***

Она брела в сторону бульвара, выискивая салон связи. Заприметив первый попавшийся, Алиса зашла внутрь.

Не успел консультант предложить помощь, как она задумчиво выпалила:

– Мне нужен диктофон и пистолет!

Парень опешил и переспросил, на случай если показалось.

– Не расслышал, диктофон и что ещё?

Алиса подняла на него взгляд и опомнившись, растерянно улыбнулась.

– Диктофон. Мне нужен диктофон.

Парень кивнул и, взяв ключи со стойки, направился к нужному стеллажу. Алиса подошла ближе и, извиняясь, шепнула.

– А вы сможете продать сим-карту без паспорта?

Парень обернулся и, внимательно изучая еë лицо, виновато улыбнулся и тоже шепотом ответил.

– Нет. К сожалению, без паспорта не можем. – Он глазами указал на камеру в углу потолка и ещё на несколько в других местах.

– Ясно. – Алиса разочарованно выдохнула и полезла в сумку за кошельком.

– Вам памяти побольше, поменьше?

Алиса задумалась, будто он говорил о ней.

– На час непрерывного разговора.

– Тогда этот. – Парень потянулся за гаджетом. – Что-нибудь еще?

Он закрыл стеклянную дверцу.  

– А телефоном можно снимать без сим-карты?

Парень удивился вопросу.

– Да, конечно.

– Тогда мне нужен ещё телефон. Не очень дорогой, но с достаточной памятью.

–  Мужа подозреваете? – Бестактно пошутил парень.

– Если бы... – грустно улыбнулась Алиса.

Ей так хотелось рассказать, что с ней происходит. Снять с себя груз. Пусть ему, незнакомому человеку. Она искала в его глазах знак. Стоило ему моргнуть, она бы вылила на него свою невыносимую ношу.

Но парень, словно оказавшись в ловушке, глазами искал выход, избегая прямого взгляда.

– Пройдëмте к тому стеллажу. – Он указал пальцем позади неё. –  Я покажу варианты.

Он сбежал, так и не моргнув ни разу. Алиса на мгновение закрыла глаза, сдерживая разочарование, и, открыв, послушно пошла за ним. На всё, что он предлагал, она равнодушно кивала, соглашаясь.

Парень, понимая, что ей всё равно, и, возможно, она не в себе и даже под кайфом, сделал выбор сам в пользу дорогого из недорогих телефонов.

– Значит, этот?

Алиса безразлично кивнула и прошла за ним на кассу.

***

Она выбежала из салона. Жадно вдыхая воздух, смешавший в себе вечернюю прохладу, запах реки и цветов, усыпавших клумбы, Алиса сдерживала слëзы.

Придëтся делать фотографии. Жизнь без документов не похожа на свободу, а в рукаве нет ни единого козыря. Некем припугнуть, нечем пригрозить. Зато у врача – джекпот.

***

Зайдя в квартиру, Алиса закрыла за собой дверь и, прижавшись к ней спиной, устало сползла на пол. Брелок в руке, отражая потолочный свет, красиво переливался оттенками синего. Она достала из сумки фото на паспорт. На нем она казалась себе лучше, красивее. Фотограф заботливо стёр синяки и даже добавил на щëки румяна, отчего они казались пухлее.

"Она была красива, но глупа. Просто оказалась не в том месте и не в то время. Типичная жертва обстоятельств".

Алиса представила речь врача на своих похоронах, скорбящего у памятника с этим фото. Переполненный сосуд мгновенно лопнул и, отшвырнув всë в сторону, Алиса завыла.

Стесняясь тонких стен, она зажала рот рукой и, как раненый зверь, шатаясь, встала и скрылась в ванной.