Сяньлэ
Сяньлэ (仙乐, Xianlè) было процветающим королевством на просторах Центральной равнины.
Земли его были обширны и плодородны, народ жил в мире и согласии. Страна славилась четырьмя сокровищами: бессчётным числом красавиц, великолепной музыкой и блистательной литературой, золотом и драгоценными камнями. А четвёртым сокровищем стал знаменитый наследный принц — Се Лянь.
Информация
Название
仙乐 – Xiānlè
仙 xiān – бессмертие
乐 lè – веселье, счастье
Тип: Королевство
Статус: Пало
Расположение: Центральная равнина
Описание
Сяньлэ располагалось на Центральных равнинах. Все процветающие регионы государства, столица и подавляющее большинство населения были сконцентрированы на востоке, людей здесь проживало как минимум в три раза больше, чем на западе. Восток королевства находился близко к морю и окружен озерами, в то время как запад был жарким и сухим.
Места
Гора Тайцан: представляет собой обширную горную цепь, на которой располагался монастырь Хуанцзи, где проживали совершенствующиеся монахи Сяньлэ. Среди всех вершин выделялись пики, посвященные поклонению Се Ляню и Небесному Владыке Цзюнь У.
Столица: находилась на востоке королевства Сяньлэ.
Императорский дворец: являлся вершиной средоточия всего того, что любили люди народа Сяньлэ. Пересекая огромную дворцовую площадь и проходя через длинную киноварно-красную галерею, повсюду можно было узреть роскошные изваяния из нефрита и золота. На стенах вокруг красовались превосходные произведения каллиграфического искусства, то и дело по воздуху плыли звуки музыки. Атмосфера поистине подобная обители бессмертных. Дворец был обставлен особенно богато: колонны из золота, ступени из нефрита. Во дворце хранилось бессчётное множество необыкновенных редчайших сокровищ.
Пагода небесного божества: возведённая несколько сотен лет назад, она являлась одним из символов императорского дворца Сяньлэ, а также самым высоким строением в столице. Расположенная в самом центре императорского дворца и всего города, пагода считалась достопримечательностью. Была разрушена во время восстания.
Юнъань — название большого города на западе Сяньлэ, также называли и сам западный регион.
Излучина Ланэр — залив на западе, близ которого находился город Юнъань.
Горбатый склон — небольшая гора, находящаяся недалеко от столицы.
Безмрачный лес — лес, находящийся недалеко от столицы. Здесь был обустроен лагерь для заболевших поветрием ликов. Здесь же был похоронен ребёнок Лан Ина.
Культура
"Нравы государства Сяньлэ отражали страсть людей к золоту, драгоценным камням, красивой внешности, музыке и каллиграфии."
Люди Сяньлэ часто предавались наслаждению и созерцанию, а особенно в этом преуспели жители столицы. Многие простолюдины в праздный час приходили сюда прогуляться, потанцевать, потренироваться в фехтовании, а также декламировать стихи, рисовать, да и просто собраться вместе.
Благосостояние
Богатство Сяньлэ было одной из самых известных черт королевства. Столица была сосредоточием роскошной жизни и изысканной архитектуры.
Государство Сяньлэ славилось своими драгоценностями, его жители знали толк в красивых и изысканных вещах, а дворец правителя был обставлен особенно богато: колонны из золота, ступени из нефрита. Сокровищам не было числа, и даже маленькие дети играли драгоценными камнями как простыми шариками. Строительство замков из золота было излюбленным развлечением детей знатного рода.
Праздники
Из любви к роскоши и празднования в королевстве проходили с размахом. Особенно показательным в этом плане был ежегодный Праздник фонарей и церемониальное шествие поклонения Небесам.
Воины дворцовой стражи прокладывали дорогу, молодые девушки кружились в изящном танце и рассыпали цветочные лепестки, из золотых повозок музыка разливалась по всему Запретному городу. А за почётным караулом бок о бок шли шестнадцать белых лошадей с золотыми уздечками, волоча за собой богато украшенный помост. На самом верху этой платформы стоял человек, который изображал Небесного Владыку Цзюнь У: Верховного бога войны, тысячу лет сражавшегося со злобными духами. Исполняющему роль Цзюнь У надлежало надеть золотую маску, облачиться в церемониальное облачение и с ритуальным мечом в руках сражаться против «демона». Это событие вызывало огромный ажиотаж у зрителей, толпы заполняли улицы так, что яблоку негде было упасть, народ заполнял даже стены и крыши. Аристократия же располагалась на высоких трибунах и верхних этажах зданий.
Помимо зрелищности, шествие имело также сакральный смысл — каждый обход, совершаемый праздничной процессией вокруг Запретного города, символизировал моление о годе всеобщего благоденствия. И потому следующее грандиозное торжество проводилось лишь по истечении лет, количеством равных пройденным кругам в прошлый раз.
Другим примером роскошного празднества может служить Пир Чистого Золота — это торжественный приём по случаю какого-либо особенно важного события, на котором вся посуда и музыкальные инструменты были сделаны из превосходного золота высшей пробы.
Религия
Основной религией в Сяньлэ являлось поклонение небожителям — вознёсшимся на Небеса выдающимся людям. В обмен на поклонение и подношения божества даровали свою защиту и помощь. Наиболее почитаемым был Небесный Владыка Шэньу — Император Цзюнь У, в честь которого проводился ежегодное шествие в Праздник фонарей.
Однако когда у Императора и Императрицы Сяньлэ родился наследник Се Лянь, он завоевал всенародную любовь и поклонение ещё при жизни, а когда вознёсся на Небеса — стал едва ли не главным божеством королевства. Всего за три года после его вознесения в честь Се Ляня было возведено восемь тысяч храмов и монастырей. Его святилища возводились по указу правителя, для создания скульптур приглашались лучшие мастера со всей страны, а лица статуй вырезались в строгом соответствии с его собственным. В добавок из-за его знаменитого изречения «Тело пребывает в аду бесконечных мучений, душа — у Персикового источника» ремесленники взяли за обыкновение украшать венками его изображения и высаживать близ храмов целые рощи цветущих деревьев. Хотя Се Лянь и был Богом Войны, благодаря такому оформлению своего образа и храмов он был популярен не только среди мужчин, но и среди женщин.
Жители Сяньлэ были настолько набожны, что игнорировали даже пожелание самого Се Ляня о нежелательности преклонения перед ним. После вознесения Его Высочество явился во сне ко многим настоятелям и служителям храмов и сказал, что его последователи не должны преклонять перед ним колени и попросил убрать специальные подушки. Но прихожане восприняли это как ложные слухи и упорно продолжили вставать на колени даже на твёрдый пол, считая это проявлением искренности.
Однако после того, как Се Лянь не смог справиться с засухой и предотвратить восстание жителей Юнъани, не смог остановить болезнь поветрия ликов и проиграл войну, народ Сяньлэ разочаровался в нём и за семь дней и ночей все его храмы и монастыри были преданы огню.
Классовое неравенство
Несмотря на огромные богатства Сяньлэ, здесь существовало выраженное классовое неравенство. В сравнении с богатой столицей, западный город Юнъань располагался среди неплодородных земель, и никогда не отличался богатством, даже наоборот. Характер и обычаи простого люда здесь разительно отличались от жителей Востока, и в сравнении с ними обитатели столицы всегда намного сильнее ощущали себя истинным «народом Сяньлэ». Но даже в самой столице жилища богачей за красными воротами и грязные землянки бедноты разделяла лишь одна улица.
Человек, родом из бедной семьи, не мог получить хорошее образование и занять достойное положение, уделом таких людей оставалась грязная работа и работа прислугой. Множество беспризорных детей сбивались в группы, чтобы просить милостыню. Чудом же добившиеся положения всё равно презирались высоко рождёнными. Примерами этому могут служить отношение к Му Цину со стороны учеников монастыря Хуанцзи или отношение племянника Императрицы Ци Жуна к простолюдинам.
Особенно наглядным неравенство стало в годы засухи. Пока на богатом востоке проблема практически не была заметна и повсюду возводились роскошные храмы с золотыми статуями наследного принца, на западе люди погибали от голода. Реки высохли, дожди прекратились, сажать посевы стало невозможно. Богатым семьям повезло больше: имея деньги, они могли привозить воду и пищу, но большинство предпочло вовсе уехать на восток. Оставшиеся были либо слишком бедны, либо не в состоянии бежать. Бедняки не могли даже обратиться в храмы с молитвами, так как было установлено правило, что без подношения вход в храм запрещён, а подносить беднякам было нечего.
Когда спасающиеся с запада беженцы прибыли на восток, жители столицы испытывали к ним отвращение, без конца жаловались и обвиняли пришельцев во всевозможных проступках и преступлениях, даже стража относилась к ним более предвзято.
История
Ничего не известно о ранней истории Сяньлэ. Известно лишь, что королевство, или по крайней мере его столица, должны были существовать несколько сотен лет, поскольку именно таков был возраст Пагоды небесного божества, стоящей в самом центре императорского дворца.
Примерно за 800 лет до описываемых событий, у правителей Сяньлэ родился сын — наследный принц Се Лянь. Государь и его супруга относились к наследнику, как к жемчужине на ладони: души в нём не чаяли и постоянно повторяли, что сына ждёт судьба просвещённого правителя. Однако же сам он не проявлял интереса к власти, богатству и почестям и говорил лишь, что всё, чего он желает — это спасти простой народ. Он посвятил свою юность самосовершенствованию и прославился двумя выдающимися событиями. Одно из них — спасение мальчика, упавшего со стены во время ежегодного церемониального шествия поклонения Небесам на Праздник фонарей. Семнадцатилетний Се Лянь исполнял роль «воина радующего богов» и, спася ребёнка, прервал парад всего на третьем кругу, что обещало всего три хороших года для королевства. Второе событие произошло в тот же год — Се Лянь уничтожил могучего злого духа, чем привлёк внимание Небесного Владыки и вскоре Се Лянь вознёсся на Небеса. Простой народ обожал принца, а правитель тосковал по сыну и потому отдал приказ построить по всей стране храмы в честь наследника престола.
Засуха
В какой-то момент, примерно через год после вознесения Се Ляня, на государство Сяньлэ обрушилось бедствие — продолжительная засуха. Пострадало всё королевство, но хуже всего пришлось западному региону и городу Юнъань. Восточная часть находилась ближе к морю, здесь имелись озёра и множество рек, в то время как запад был беден и засушлив изначально. Спасти восток можно было бы выкопав канал. Но для этого нужно было набрать рабочую силу из народа, вложить огромные деньги и занять это могло много лет. Это огромные траты людских и материальных ресурсов, которые государство не могло себе позволить. Переместить воду божественными силами тоже бы не помогло — на востоке тоже стало меньше воды. Если бы после перемещения воды на запад в восточной, более густонаселённой и плодородной части началась засуха, то последствия были бы ещё серьёзнее и пострадало бы намного больше людей.
Кроме того, даже попытки оказать помощь — проваливались, поскольку выделенные средства оседали в карманах чиновников на каждой инстанции и в конечном итоге до нуждающихся не доходило ничего. Поэтому государь принял решение не оказывать помощь западной провинции. По совету настоятеля монастыря Хуанцзи Мэй Няньцина, он также не стал обращаться с молитвами о спасении Юнъани во время посещений храмов Се Ляня.
Восстание
Жители Юнъани стали постепенно бежать с запада на восток и собирались в столице, надеясь на то, что Император услышит их мольбы о помощи. Незнакомые с обычаями и нравами большого города, они подверглись дискриминации — жители столицы испытывали к ним отвращение, без конца жаловались и обвиняли пришельцев во всевозможных проступках и преступлениях, даже стража относилась к ним более предвзято. В конце концов беженцев стало так много, а конфликты вспыхивали так часто, что Император принял решение выделить Юнъаньцам средства на переезд в другие города, но двери столицы для них оказались закрыты.
Некоторые беженцы приняли это предложение, но большинство были слишком ослаблены, чтобы продолжать путешествовать, и они остались вблизи столицы — несколько десятков тысяч человек разбили стихийный лагерь под стенами города в ожидании открытия ворот. Конец ожиданию положил трагический инцидент — заболел ребёнок одного из беженцев и его отец попытался забраться на стену с сыном на спине, чтобы передать его лекарям в городе. Но охраняющие стену солдаты возмутились и перерезали верёвку, по которой он взбирался. Мужчина упал и погиб, его жена от горя разбила голову о городскую стену и обезумевшая от возмущения толпа попыталась штурмовать ворота.
"— Вместо того чтобы спасать народ, пострадавший от беды, он кормит этими деньгами паразитов да возводит храмы для своего сынка, а нам — каплю воды да краюху хлеба! И что мы в его глазах? Невежественный правитель, невежественный правитель!"
Этот случай переполнил чашу терпения Юнъаньцев и положил начало восстанию. Поскольку им некуда было отступать, их нападения носили отчаянный, самоубийственный, но не неотступный характер. Особенно среди повстанцев проявил себя простолюдин Лан Ин. Первоначально неорганизованная толпа смогла держаться против регулярной армии Императора и самого снизошедшего в мир смертных бога Войны Се Ляня и вскоре — организоваться и даже давать ощутимый отпор. Как выяснилось, повстанцев снабжали соседствующие с Сяньлэ страны. Кроме этого Лан Ин тёмным ритуалом призвал демона и страшное проклятье на жителей Сяньлэ — поветрие ликов.
Постепенно ситуация ухудшалась — беженцы сражались всё лучше, жители Сяньлэ страдали от проклятия, которое невозможно было исцелить. Моральный дух населения падал, росло недовольство божеством Се Лянем, который ни как не мог справиться ни с войной, ни с болезнью. В конце концов иссякло и доверие жителей столицы к своему Императору и божеству. Храмы Се Ляня были разрушены, армия разбита и столица захвачена, предводитель мятежников Лан Ин стал правителем нового государства Юнъань.
После падения
Императору и Императрице удалось сбежать из павшего города, изгнанный с небес Се Лянь вместе со своими подчинёнными Фэн Синем и Му Цином воссоединился с родителями. Несколько месяцев они скитались по окраинам, скрываясь от солдат Юнъани, пока уставшие от тягот такой жизни и переживаний о том, что мешают сыну, бывшие правители не покончили с собой, окончательно прервав таким образом свою династию.
После падения государства Сяньлэ многие оставшиеся в живых жители не стали отказываться от своего происхождения. Даже когда народ Юнъань основал собственное государство и начал объединять земли под своим началом, часть людей и их потомков по-прежнему считали себя выходцами из Сяньлэ, что часто приводило к столкновениям с народом нового государства. В самом начале правящий дом Юнъань подавлял волнения с позиции силы и военного превосходства. Таким образом было убито множество потомков Сяньлэ, которые всё ещё оказывали сопротивление новой династии. С другой стороны, также нередки были случаи, когда люди Сяньлэ объединялись в союзы и устраивали покушения на членов правящего дома Юнъань. Несколько раз им это успешно удавалось, и тем самым взаимная вражда становилась лишь сильнее.
Только спустя почти 500 лет, в то время, когда правителями Юнъани стали родители Лан Цяньцю, начали предприниматься попытки объединения двух народов. Оставшимся в живых родственникам правящего дома Сяньлэ даровали титулы князей, чтобы выразить искренность своих намерений и проявить уважением к прошлой династии. Один из отпрысков такой семьи — князь Аньлэ даже подружился с наследным принцем Лан Цяньцю. Однако корни ненависти были слишком глубоки. Аньлэ оказался предателем и попытался уничтожить всю правящую семью Юнъани, но ему помешал Советник Фан Синь. Советник взял всю вину за убийство на себя и скрыл причастность Аньлэ к этому, не дав тем самым чудом оставшемуся в живых Лан Цяньцю возненавидеть последних потомков Сяньлэ и позволить чиновникам настоять на их полном уничтожении.
Известные жители
Интересные факты
- Xianlè также можно прочитать как Xianyue, что означает «Небесная музыка».
- С древних времён народ Сяньлэ веровал, что духовная сила человека сконцентрирована в его лике, а голова — это место, где живёт душа.
- Народ Сяньлэ считал, что тот, кто достиг высшего предела самосовершенствования, являет собой «слияние Инь и Ян», «единство мужского и женского начала»