Глава 15. Хлоя.
Я придумала парням новый повод для стычки, но не ожидала, что они будут так решительны. И совершенно не предполагала, что мальчики из лагеря могут вести себя прилично.
Клаус старается проявлять заботу, но парню, который всю жизнь провел на улице, сложно понять, как это делать. Единственное нормально действие с его стороны - кормление ягодами. Не знаю, где он их берет, но они появляются на моем столе каждый день. В остальном же блондин ведёт себя странно - пристально смотрит или молча сидит рядом, не подавая признаков жизни.
Иногда я дразню его: сбрасываю одеяло, принимаю провокационную позу, намеренно стону будто бы во сне. И надо отдать ему должное - он очень терпелив. Хотя и выглядит так, будто готов наброситься и разорвать в клочья.
Холодность у него в крови. В ледяных глазах, где нету проблеска тепла. В четко очерченных губах, которые шепчут «нравишься», но им сложно верить.
Подобные слова от Клауса звучат не как что-то романтичное. В такие моменты он походит на тигра, который хочет меня проглотить. Лучше остерегаться.
Клаус...
Мне снится, как блондин кормит меня малиной. Я беру в рот ягоды, а затем тщательно слизываю сок с его пальцев.
Ласкаю их настолько хорошо, что он ставит меня на колени, чтобы я проделала то же самое с его членом. Обвела языком нежный кончик, а затем обхватив губами ствол, позволила толкнуться внутрь.
Скользко и влажно...
Постепенно просыпаясь от приятного ощущения, которое распространяется с низа живота по всему телу. С губ срывается тихий стон. Множество мурашек расползается по коже, и, нежась в ощущениях, я начинаю осознавать, что происходит. Чей-то язык ласкает мой клитор, а губы обсасывают нежные складочки между ног.
Я резко открываю глаза и тут же заливаюсь краской. Клаус поднимает голову и говорит:
- Ты трогала себя во сне. Не смог удержаться.
Не спрашивая разрешения, он продолжает лизать мою киску, подключая при этом пальцы. Но я не сопротивляюсь, потому что давно этого хочу. Хоть и стыдно признаться.
Как же хорошо...
Издаю одобрительный стон и парень рыкает от возбуждения. Держу пари, он на пределе. Ещё один такой звук и вероятность быть изнасилованной увеличится.
Я фантазирую, как Клаус ставит меня на четвереньки и одним резким движением лишает невинности. Как трахает жёстко, дико. Заставляет стонать от удовольствия.
Будем честны, меня возбуждает грубость. Всегда смотрю порно с мужским доминированием. И надеюсь, что у моего будущего мужа будут яйца. Иначе не сможет со мной совладать.
Всем телом вздрагиваю от внезапно нахлынувшего оргазма. Сжимаюсь вокруг его пальцев узким кольцом. Изо рта непроизвольно вырывается протяжный стон.
- Да-а-а...м-м-м... - я подаюсь навстречу, позволяя его пальцам проникнуть глубже. Клаус не останавливается, продлевая мое удовольствие.
Когда мое тело перестает трясти, парень облизывает пальцы и поднимается с кровати. Прикрываясь одеялом, я чувствую желание и оттого смущение, когда вижу выпирающий бугорок у него в штанах.
Без лишних церемоний, он коротко прощается и уходит. Вот такое доброе утро...
Весь день я читаю и смотрю в окно, гадая, что будет, когда вернусь к учёбе. Вероятно, ничего хорошего.
За пару дней в лазарете я не выходила никуда без сопровождения Айзека. В отличие от Клауса, он был более разговорчив. От него я узнала много интересного про лагерь и его жителей. С некоторыми даже успела познакомиться.
Оказалось, не все здесь такие ненормальные, как троица идиотов, с которыми я постоянно взаимодействую. С некоторыми вполне можно общаться. И даже дружить.
Под присмотром черноглазого лидера я чувствовала себя уверенно. Он стал учтив, но я знала, что роль добряка это временно. Видела огонь в его глазах, который обещал расплату за свои «унижения».
Вечером, когда я читаю очередной любовный роман, ко мне заглядывает Айзек. Признаться, я не ждала его так поздно. На улице уже стемнело, а во дворе зажглись фонари.
Он кидает рядом со мной пакет и говорит:
- У нас сегодня вечеринка. Нелегальная, - его ухмылка не сулит ничего хорошего. - Одевайся и вперёд.
Я откладываю книгу и заглядываю в пакет. Там чёрное нижнее белье и изумрудное платье в обтяжку.
- С чего ты взял, что я куда-то пойду с тобой ночью? Вдруг ты решил меня убить.
- Тебе разве не скучно здесь сидеть?
- Лучше так, чем быть избитой и изнасилованной.
Айзек подходит ближе. Берет с тумбочки книгу, которую я читала.
- Эй! - я тянусь, чтобы ее забрать, но он поднимает томик над головой. - Отдай!
Парень отмахивается от меня, словно от назойливой мухи.
- И что же тут интересного? - открывает страницу на закладке и пробегается глазами по тексту. Его губы расплываются в усмешке.
Предугадывая, что там написано, мне становится стыдно. Но идиотскому Айзеку этого мало. Он хочет унизить меня полностью. Зачитывает:
- Его губы мягко касаются моего запястья, а в глазах появляется озорной блеск. Казалось бы, одно невинное прикосновение, но внизу живота уже завязывается тугой узел, - Айзек смеётся, а я готова лопнуть, возмущенная вторжением в личное пространство. - И тебе такое нравится?
- Отдай, сейчас же! - я подпрыгиваю, пытаясь выхватить у него книгу, но парень слишком высокий, чтобы у меня это получилось. Он пролистывает пару страниц и удовлетворённо произносит:
- Да ты, оказывается, извращенка, - он откладывает книгу. Я засовываю ее под подушку, чтобы больше никто не решил посмотреть, как я провожу свободное время.
- Это не твое дело! Отстань от меня.
Но он не отстаёт. Нависает надо мной коршуном, заставляя съежиться от страха. Я дергаюсь в сторону, и сильный хват удерживает меня за запястье. Он притягивает меня к себе.
- Живо собирайся, иначе свяжу тебя и выебу куда не следует. Поняла?
Мои губы сжимаются в тонкую линию. Пересилив рвущуюся наружу злость, я киваю.
- И не смотри так. Я с тобой ещё по хорошему, - говорит Айзек, перед тем, как выйти за дверь.