Prologue, Part-4
— Сеул, за городом; 00:30. —
Девушка стояла в неподвижной позе, упираясь бедрами о свой автомобиль.
Изо рта выходил никотиновый дым, а за поясом два огнестрельных оружия.
С первого взгляда в ней видна завышенная самооценка и непокорность: черная куртка, свободной формы штаны и черные сапоги.
Возможно, вы подумали, что она очередная мажорная сучка, но это не так.
Эта особа живет в самом бедном районе города. Её дом чуть ли не свалка, заполненный ненужными вещами, которые бесили саму хозяйку.
Спросите: почему бы не выбросить? Да хуй знает.
В ней нет девичьих очертаний. Она не любит уборку, готовку и тому подобное. Питается самыми дешевыми продуктами, которые продают на местном рынке.
Думаете, что она замухрышка и абсолютно не блещет красотой, нет.
Ли Хёджин очень красива. В ней, вообщем-то, нет недостатков, если только...
С самых ранних лет Хёджин не может высунуть изо рта сигарету. После смерти родителей, она перестала выражать какие-либо эмоции на своем лице.
Закрыта ото всех и всего. Она — книга, которую хочется открыть, но нет ключа.
— Тебя долго еще ждать? — Ли Хёджин шипела на кого-то в трубку, отбрасывая докуренную сигарету куда-то в траву. Голова опущена, а на глаза сползла шапка, которой она всегда прикрывалась, чтобы не попасться копам. — Твоё СМС вырвало меня из постели, а ты еще смеешь опаздывать?
— Обернись, пулька. — обратился к ней женский голос. И он был знаком девушке. — Привет. — махнула пришедшая, сбрасывая телефонный звонок, так как она и была собеседником.
— Ага. — вздернула бровью Хёджин.
— Минкёль еще не пришла? — спросила девушка.
— А так не видно? — огрызнулась, обводя окрестности руками. — Я одна.
— Ты, Хёджин, вообще умеешь нормально с людьми разговаривать или же нет? — обидчиво проговорила знакомая.
— Мы с тобой просто работаем вместе. — отвечала Ли. — Не за чем любезностями раскидываться.
— Ясно. — отвернулась собеседница, понимая, что с этой леди нет смысла вести переговоры о жизни. Ведь у неё отсутствуют все нормы морали. Самая, что ни есть невоспитанная девица со странными замашками.
— Ман Супак. — Джин позвала напарницу. — Почему ты такая миролюбивая?
— Что? — оживилась Супак. — В каком смысле?
— Мы ведь людей убиваем — это наша работа. — «пулька» начала свою безнравственную болтовню. — А ты ведешь себя так, словно по головке их гладишь.
— Я — не ты. — «выкидывает» Ман Супак. — Я убиваю только тех, кто этого заслуживает.
— А я убиваю всех подряд. — рассмеялась Хёджин. — И мне это нравится. — начала угрожающе подходить к девушке. — Нравится смотреть, как они корчатся от боли. Нравится, когда они просят о пощаде.
— Ты больная. — останавливает ее Супак. — Совсем крыша поехала?
— А она у меня была хоть раз на месте? — усмехается Джин, останавливаясь возле напарницы на очень близком расстоянии.
— Отойди. — шипит Ман. — Или пожалеешь.
— Что ты сделаешь? — Ли облизывается, показывая, что ей плевать на эту девчонку.
— Отошла, я сказала! — вскричала Ман Супак, приставляя ко лбу Хёджин пушку. Только она не учла того, что Ли очень смышленая. Среагировала моментально, высовывая из-за пояса свои два пистолета, которые уже давно были сняты с предохранителя.
— Поиграем — кто первый выстрелит? — Ли улыбается своей самой хитрой улыбкой.
— Катись к черту! — огрызается Супак, опуская оружие.
— Говорю же, миролюбивая. — еще пуще рассмеялась «пулька». — Слабачка.