9.
Джеймс застывает в дверном проёме. Крепко стиснув челюсти, что выступили желваки, он сжал кулаки. Замечаю, как багровеют белки его глаз и поджимаю губы. Молодой человек выходит на лестничную площадку, и оторвав гневный взгляд от меня, переводит его на рядом стоящего со мной Сатану. Тот усмехается, и слегка склонив голову в бок, распрямляет плечи и скрещивает руки на груди. Демон и мой лучший друг сверлят друг друга глазами, а затем Джей замечает на мне чужой и явно мужской пиджак. Его глаза вспыхивают злостью. Мне нужно немедленно, что-то сказать, но я понятия не имею что именно. Джей начнёт наезжать на моего спутника, но ругаться с Сатаной — дело не слишком безопасное.
— Спасибо, эм-м, Стэн, — я похлопываю Сатану по плечу, и рассеяно улыбаясь, вызываю лифт, тем самым даю ему понять, что исчезать следует не здесь.
— Без проблем, человечек, ещё увидимся, — мужчина прикладывает два пальца к виску, а затем быстро отводит их в сторону.
Лифт приехал быстро и Сатана без вопросов и проблем заходит внутрь. На его лице застыла усмешка, и совсем скоро двери лифта закрыли нам вид на машущего рукой мужчину. Но когда лифт достигнет первого этажа и откроется вновь, в нём уже будет пусто. Делаю глубокий вдох, а затем и выдох прежде, чем обернуться к Джею. Молодой человек сверлит меня осуждающим взглядом, но меня он больше не пугает. Наверное, мало кто из людей теперь способен меня по-настоящему напугать, после пережитого за этот день и общения с настоящим, твою мать, Люцифером. Джеймс утыкает руки в бока, но я очень устала, чтобы сейчас начинать ругаться с ним. Прохожу мимо него прямо в квартиру и устало скидываю трясущимися руками обувь с ног.
— Не хочешь объяснить?! — психует Джеймс, заходя вслед за мной и закрывая дверь. — Где тебя носило? Ты не отвечала на звонки несколько часов, я уже хотел в полицию звонить! И кто этот чёрт?
— Во-первых, — тяжело вздыхаю я, оставляя сумку на тумбочке, — перестань оскорблять всех моих новых знакомых. Не отвечала, потому что телефон разрядился, а я не проследила за его зарядкой. Я ходила по делам, Джеймс, и говорила тебе об этом. Спасибо, кстати, за двойняшек. Если хочешь можешь остаться на ночь.
— Что это за дела почти ночью? — Джей идёт за мной по пятам, когда я направляюсь в свою комнату.
— Важные, — открываю шкаф и достаю от туда пижаму.
— Какие?
— Джей, — захлопываю дверцы и резко оборачиваюсь к нему, у меня и без того нервы ни к чёрту, — они связаны со мной и той книгой.
— Почему она тебе так сдалась? Что Александр наплёл тебе о ней?
— Дай мне пройти, — я прошу его отойти, но парень даже не двигается с места, перекрывая мне дорогу.
— Ответь мне.
— Хватит! — я взрываюсь и толкаю Джеймса плечом, направляясь в ванну. — Ты мне не отец, чтобы я отчитывалась за каждый свой шаг.
Захожу в ванную комнату и запираю дверь. Зачем он так себя ведёт? Я понимаю, что Джей волновался, но какое право он имел повышать на меня голос и требовать объяснений? Я просто хотела вернуться домой, туда, где я чувствую себя комфортно и в безопасности, и просто поговорить с близкими людьми. Хоть на время отвлечься от того, что мне пришлось пережить и ещё предстоит. И обида прожигала мою душу за то, что Джей поступает подобным образом. Я включила воду в ванн, но перед этим услышала хлопок входной двери. Он просто ушёл. Сняв всю одежду я забралась под тёплые, даже горячие, струи воды прямо с головой. Мне хотелось как можно скорее смыть с себя этот день. Терла кожу мочалкой до боли. Слёзы катились по щекам, смешивались с водой и уносились вниз по водопроводу. Мне тяжело и страшно, как никогда раньше. Даже сейчас меня продолжали преследовать сальные взгляды тех мужчин в парке, на фоне звучали слова Александра о том, что он на самом деле Люцифер, а перед глазами так и стоял яркий золотистый свет, что излучало сияние Гавриила в тот роковой для меня день. Та ночная смена в книжном магазине навсегда изменила мою жизнь. Жить в неведении всегда проще, что знать о том, кем являются наши соседи, а также видеть собственными глазами подтверждение тому, что их существование не чьи-то больные выдумки.
────༺༻────
На работе всё было тихо. Джей не разговаривал со мной, держал обиду за вчерашнее, а я не поднимала эту тему. Сложно было обсуждать с ним только рабочие моменты, но я понимала, что так будет лучше. Не могла же я ему сказать, что вчера меня едва не изнасиловали, а потом Люцифер спас меня и забрал к себе? Конечно, нет. Почти весь день прошёл относительно спокойно, ближе к обеду забегала миссис Рослинг, но потом почти сразу же ушла на какую-то конференцию. Было около четырёх часов вечера, я стояла за кассой, а Джей раскладывал товар позади меня, когда ко мне подошла взволнованная женщина с некоторыми книгами. Я пробивала ей покупки, но она выглядела настолько взвинченной и обеспокоенной, что мне не удалось оставить её состояние без внимания.
— Извините, миссис, вами всё хорошо? — спрашиваю я, упаковывая книги в пакет.
— А как же, — вздрогнула та, поправляя причёску, — новости не читаете что ли?
— При чём тут новости? — свожу брови и подаю ей пакет.
— Маньяк у нас, в Лондоне, завёлся. Вчера в парке нашли три трупа. Мужчины. Все крепкие и здоровые, да только у двоих шеи свёрнуты. А у последнего... сердце вырвали. Представляете? У меня племянник в полиции, иначе такие подробности и не узнаешь.
— Сердце? — казалось, я дышать перестала, вздрогнув всем телом.
— Да. Прям целое. Взяли и вырвали из груди. Что ж за люди такие...
Это сделал не человек...Чуть погодя женщина ушла из книжного, а я собиралась пойти выпить чай, как Джей остановил меня, придержав за локоть. Сложно было не заметить на сколько сильно он напряжён. Он спросил меня ещё раз о том, что случилось вчера, но я ответила тоже, что и раньше. А по поводу этих кошмарных убийств, якобы не знала и впервые сегодня услышала. Джей поверил мне и отпустил. Или сделал вид, что поверил. Я понятия не имела, что творилось у него в голове, но и не собиралась в этом разбираться. У меня были разборки и по важнее. Кстати, о них. Мне нужно было поговорить с Гавриилом, но звать сегодня его не хотела. В прошлый раз он почувствовал энергию Люцифера, значит, в этот раз тоже поймёт, что я виделась с ним. Что сделает со мной архангел, если обмануть его? Очевидно, что ничем хорошим для меня это не закончиться. Мне до сих пор было странно и страшно об этом думать. Каждый раз, когда тема ангелов и демонов всплывала в моих мыслях, мне казалось, будто я схожу с ума. Словно эти мысли были не моими, а их настоящий обладатель должен был быть отгорожен от других людей крепкими стенами психиатрической больницы и белыми рубашками с длинными рукавами. Мне не верилось в происходящее даже после всего, что я успела повидать. Каждый раз, ловя себя на мысли о Люцифере, мне хотелось истерично рассмеяться.
────༺༻────
Следующие три дня были похожи друг на друга. Такими же как и раньше, до всей этой кутерьмы с ангелами и пророками. Для меня это стало ценнее глотка воздуха. Но что-то внутри подсказывало мне, что это всего лишь затишье перед сильной бурей, что сметет меня с ног. Я работала, забирала двойняшек из школы, мы гуляли, готовили вместе ужин и ложились спать. Ничего сверхъестественного и необычного. Разве что мы с Джеем почти не разговаривали. Но мне казалось, что так будет лучше для него. Эвелин и Эверетт не лезли в мои дела, поэтому оставлять их в неведении было проще простого, а вот с Джеймсом всё обстояло иначе. Ему не терпелось сунуть свой нос в то, что я делаю. И что будет легче : скрывать от него всё и постоянно врать или попросту не общаться? Определённо, второе. Я боялась утянуть его за собой в эти ангельские разборки. Однако на четвёртый день случилось то, что я никак не могла предугадать.
— Джен, прости меня, я вспылил тогда, — неожиданно говорит Джей перед самым закрытием магазина, когда мы случайно столкнулись в подсобке, — я очень сильно переживал и не знал куда себя деть. Наплёл двойняшкам с три короба, что ты пошла по магазинам, а сам сидел как на иголках. Ты была права, что ты совсем не обязана отчитываться передо мной. А потом ещё и те убийства, о которых во всех новостях трубили... Я правда перепугался до смерти.
Джей действительно раскаивался за то, как он тогда со мной общался. Я смотрела в его грустные глаза, которые уже успели стать мне родными, и корила себя за то, что тоже плохо обошлась с ним, хотя это и было всё ради его безопасности. Накинув себе на плечи свитер, я глубоко вздыхаю, пытаясь подобрать правильные слова. Джеймс молчаливо ждёт, пока я что-нибудь скажу.
— Ты тоже прости. На меня столько навалилось в тот вечер, поэтому я нагрубила тебе, хотя не должна была. Я очень тобой дорожу и ценю твою заботу, но пойми и ты меня. Мне не десять лет. И как бы я тебе не доверяла, у всех нас есть тайны. И у меня они тоже есть.
— Я понимаю... Просто позволил эмоциям взять вверх. И последний вопрос задам, ладно? Кто этот Стэн?
— Хороший друг Александра, — отвечаю я, однако, на самом деле, не знаю кем он является Люциферу, потому что, по сути, Сатана демон и был им создан, да и мне представили его, как друга.
— Вливаешься в новую компанию? — усмехается Джей. Понимаю, что он шутит, но также вижу, что ему неприятно осознавать это.
— Ещё не знаю. Просто было страшно идти одной, вот Стэн и проводил, — я бесстрастно пожимаю плечами, выключая везде свет.
— Хорошо. Слушай, у меня как раз нет дел сегодня. Может заберём двойняшек и погуляем все вместе? — предлагает Джей, направляясь к выходу из книжного.
— Отличная идея. Мелкие уже соскучились по тебе.
Так мы и поступили. И через некоторое время уже были в школе, чтобы забрать детей с дополнительных занятий. Ждали пять минут, десять. Потом прозвенел звонок. Меня заставило напрячься то, что обычно их класс отпускают на несколько минут раньше звонка, сегодня, видимо, стало исключением. Через пятнадцать минут пустого ожидания в коридоре первого этажа, я наконец заметила их класс, спускающихся по лестнице. Я ждала. И ещё ждала. Но ни Эверетта, ни Эвелин видно не было. У меня засосало под ложечкой от плохого предчувствия. Однако я тут же откинула страшные мысли в сторону, мысленно сказав себе, что их мог задержать учитель. Джей, в отличии от меня, признаков беспокойства не подавал и спокойно о чём-то разговаривал с охранником. А зачем ему нервничать, если он не знает о том, во что именно я вязалась? Я позвонила брату, но его телефон был выключен, а затем и сестре, где ситуация повторилась. В горле встал ком. Коридор начал заметно опустевать, детские голоса стихли. У подоконника я заметила Молли. Девочка стояла и что-то рисовала в тетради. Так усердно и с большим интересом, словно весь окружающий мир её давно перестал волновать. Обходя других школьников, я быстро приблизилась к ней. Джей едва не потерял меня из зоны видимости, и как только я сорвалась с места, тот извинился перед охранником и с удивлением последовал за мной.
— Молли, привет, — позвала я девочку, но та даже бровью не пошевелила.
Заглянув в её тетрадь, я увидела портрет. Рука девочки скользила по листу бумаги, карандашами разного цвета вырисовывая красивого молодого человека. Молли не умела рисовать, поэтому лицо мужчины было непропорционально и слишком большим, но другие отличительные детали его внешности были переданы с поразительной точностью, которая меня пугала. На рисунке был изображён мужчина средних лет с короткими прямыми волосами цвета пшеницы. Глаза оказались жёлтыми, потому как подходящего цвета карандаша у Молли не нашлось. Девочка взяла этот цвет ещё раз и рваными линиями нарисовала лучи, идущие от мужчины в разные стороны листа. Меня передёрнуло и бросило в холод от осознания.
— Молли! — я схватила девчонку за плечо и силой развернула её к себе, заставив посмотреть мне в глаза. Молли вздрогнула, растеряла былую сосредоточенность и испуганно взглянула на меня. Белки её глаз были опутаны красной паутинкой.
— Джен! — Джей схватил меня за руку, но я сбросила её, даже не обратив на его перепуганный тон никакого внимания.
— Молли! Где ты видела этого человека?
— Женевьева , — прошептала она, а глаза её заблестели от подступающих слёз, — прости меня, прости меня... Я так им завидовала! У них есть такая прекрасная сестра, как ты. И такой красивый парень за ними сегодня пришёл... Почему им всегда везёт? Даже не контрольных работах везёт...
— Какой красивый парень?! — меня не на шутку пугал её сбивчивый и непонятный рассказ. — Его ты нарисовала?
— Да. Он подошёл ко мне на перемене, спросил знаю ли я тебя или нет. А потом начал расспрашивать про тебя. Не знаю почему... Я рассказала где вы живёте, рассказала про Эва и Эви. Он сказал мне, что он твой хороший друг, а потом забрал двойняшек, — заливаясь слезами хныкала Молли, её всю трясло, как осиновый лист, — он был такой красивый, Женевьева. Я не видела таких людей раньше.
— А что за лучи на рисунке? — сердце пропустило удар, а затем забилось в два раза быстрее. Джей шокировано переводил взгляд с неё на меня. Его плечи заметно напряглись, и он перестал смотреть на меня, как на сумасшедшую.
— Он светился. Никто этого не видел, а я видела. Глазам больно стало, видишь? — она показала пальцем на покрасневшие белки своих глаз, которые я приметила с самого начала разговора.
— К-куда он их забрал?! Молли, куда? — страх и паника накрыла меня огромной волной прямо с головой. Пальцы, сжимающие плечо девочки онемели, а во рту пересохло так, что я с трудом могла говорить.
— Не знаю. Эв и Эви просто ушли с ним. Я сделала, что-то ужасное? — дрожащими губами спросила Молли.
— Молли, — по моим щекам покатились слёзы, я присела на корточки и крепко обняла девочку, — в следующий раз молчи.
— Н-но я не могла молчать, Женевьева, не могла, — всё громче хныкала девочка, обнимая меня маленькими ручками, она уткнулась носом в мои волосы, — я так завидовала, что язык сам говорил всё, что не нужно.
— За тобой придут родители? — спрашиваю я и отстраняюсь от бедной малышки.
— Да, папа всегда опаздывает.
Я прощаюсь с девочкой, на последок попросив её никогда не разговаривать с незнакомцами, а затем пулей вылетаю из школы. Что мне теперь делать? Куда идти? Страх за жизни брата и сестры сковал меня железными оковами, хотелось просто сесть и плакать. Я виновата, что не уберегла их. Но если не сидеть на месте, сложа руки, то что делать? Куда он их забрал? И почему Эверетт и Эвелин, которые никогда бы не ушли с незнакомым человеком, просто взяли и ушли? Или это случилось по той же причине, по которой молчаливая Молли выдала всё про меня? Девочка говорила о том, что выдала незнакомцу где я живу. Есть ли шанс застать его у меня дома? Других выборов не оставалось, поэтому я тут же заказала такси. В автомобили меня трясло, как алкоголичку со стажем. Я всё порывалась позвонить в полицию, но понимала, что она мне не поможет.
— Что происходит, Джен? — взволнованно спросил Джей, набирая в телефоне номер полиции.
— Не знаю точно, но возможно, они дома, — я вырываю из его рук сотовый и выключаю под протесты молодого человека, — если я права, то они нам не помогут, Джеймс.
— В смысле не помогут? Это полиция! — парень попытался выхватить телефон из моих рук, но я не позволила. — Объясни мне, что здесь твориться? Где двойняшки и кто этот светящийся мужик?!
— Полиция не поможет, потому что это не в её силах. Молли рассказала ему о том, где я живу, поэтому мы едем туда, — вытирая слёзы, говорю я, трясущимися руками пряча телефон Джея себе в карман.
— Что значит не в силах? Да, кто он, черт его дери?
До моего дома от школы идти-то всего ничего, а ехать — тем более. Поэтому я не успеваю ответить на вопрос Джеймса, и просто пулей вылетаю из такси, когда машина останавливается около нужного подъезда. Молодой человек едва успевает забежать за мной в лифт, когда двери уже начали закрываться. Джей заваливал меня вопросами, но я молчала, сжав кулаки. Ногти уже впивались в нежную кожу рук, но боль я игнорировала. В моей душе ещё теплилась надежда на то, что я застану своих брата и сестру в квартире. И эта надежда придавала мне сил и терпения. Как только двери лифта вновь открылись, я кинулась к квартире. Не с первой попытки, но мне удалось засунуть ключи в замок и открыть дверь. Не разуваясь, я пробежала по всем комнатам, звала Эвелин и Эверетта, но в ответ мне была тишина и лишь звуки наших с Джеем шагов. Я упала на пол не в силах больше стоять на ногах, мой взгляд упёрся в одну точку. Я их потеряла... В груди словно чьи-то стальные руки сжимали сердце, что даже рёбра болели. Из-за слёз начала рвано дышать, хватая воздух ртом. Джеймс тут же оказался рядом со мной на полу, взял меня за плечи и заставил посмотреть на него. Он был испуган сложившейся ситуацией и моим поведением. Но вместо того, чтобы что-то говорить ему, я скинула его руки и сложила свои ладони в молитвенном жесте, закрыв глаза, из который по прежнему лились солёные слёзы.
— Гавриил, — со сталью в голосе сказала я, ненавидя его всем своим сердцем, — я знаю, что это сделал ты, пернатое чудовище. Чего ты добиваешься?! Это всего лишь дети! Вам нужна я, так и спрашивайте с меня. А ты, как последняя мразь, решил похитить невинных детей...
— Женевьева, что ты такое... несёшь? — ошарашенно перебивает меня Джеймс, отшатываясь от меня, как от прокаженной.
— Иди сюда и разговаривай со мной. Детей отпусти. Если хотя бы волосок с их голов упадёт, ты даже представить себе не можешь, что я с тобой сделаю...
— И что же ты сделаешь?
Я резко распахнула глаза, когда услышала без эмоциональный голос Гавриила. Он стоял за спиной Джеймса, заставив моего лучшего друга подскочить и резко обернуться с шокированным выражением лица. Архангел прошёл вперёд по гостиной и остановился прямо передо мной, глядя мне в глаза сверху вниз, как на какую-то букашку. Я так отчётливо ощущала ту злость, что кипела во мне, словно она на миг стала осязаемой.
— Какого... я же закрыл дверь, — едва слышно прошептал Джеймс, глядя на ангела, а затем и на меня.
Я оставила это предложение без внимания. На мои глаза, словно шоры опустились, и видела я сейчас только грёбанного архангела, что слегка вскинул правую бровь. Поднявшись на ватные ноги, я с вызовом глядела Гавриилу прямо в глаза, мысленно покрывая его всеми ругательствами, которые только знала. По моим щекам скатывались слёзы вперемешку со жгучей ненавистью, что кипела у меня внутри.
— Где Эверетт и Эвелин? — твёрдо спросила я, выжигая в голове ангела дыру.
— В безопасности.
— Как же низко ты пал... Дальше уже просто некуда, — выплюнула я, скривив губы.
— Всё это стало последствием твоего не подчинения, человек, — он совершенно спокойно пожал плечами, — ангелы отдают приказ, а ты подчиняешься. Но, видимо, ты не понимаешь с первого раза. Пришлось припадать урок.
— Слушай сюда, сволочь на крылышках, я тебе перья по обрываю, — делаю шаг ближе, не спуская с ангела глаз. — Двуличность — это твой конёк? Что Бог приказал вам? Забыл уже? Тогда я напомню. Преклониться перед человеком и защищать его, а не отдавать приказы и уж тем более не похищать невинных детей! Некрасиво поступаешь. А помниться мне, что за подобное вы изгнали Люцифера с Небес. Одним приказам подчиняетесь, а другим нет?
— Следи за языком, смертная, — Гавриил свёл брови у переносья, — ты видела Люцифера и утаила это.
— Вы собрались нас всех грохнуть, стереть мой мир в порошок. Или это не так?
— Мы хотим сделать лучший мир. Тот, где нет грешников и богохульников.
— Флаг вам в руки. Вы хотите, чтобы я не вмешивалась, так? Сидела тихо? Верни мне брата и сестру, иначе я встану на другую сторону.
— Ты не в том положении, чтобы диктовать условия, — раздражённо прорычал тот, — что мне мешает убить тебя прямо сейчас? Ничего.
— Тот факт, что ваше драгоценное Слово Божье уже у Люцифера. После моей смерти появится другой пророк. Опять будете бегать за ним и выискивать по всему Земному шару. Люцифер и демоны отыщут его быстрее. Верни мою семью, иначе я помогу падшему выбраться за пределы города и вам наступит конец. — в сердцах прокричала я, крепко сжимая кулаки.
— Я верну их тебе, — спустя некоторое время говорит Гавриил, — но если ты посмеешь помочь Люциферу... сниму скальп с твоих брата и сестры, а тебя заставлю смотреть на это. Ты сегодня же покинешь город. И к тебе приставят охрану.
— Поняла. Верни Эверетта и Эвелин. Сейчас же.
Гавриил исчез. Я запрокинула голову наверх и тяжело вдохнула. Меня ужасно трясло, пока Джей молча наблюдал за происходящем, всё ещё сидя на полу. Не прошло и пяти секунд, как в комнате вновь возник Гавриил и на этот раз не один. Он держал за плечи Эва и Эвелин. Дети выглядели жутко напуганными, а младшая сестра заплаканной. Гавриил напомнил мне про нашу сделку, а затем вновь пропал, но уже на более долгое количество времени. Я со слезами кинулась к брату и сестре, чтобы заключить их в объятия и расцеловать. В этот раз Эверетт даже не пытался отмахнуться от меня. Двойняшки хватались за меня, как утопающий цепляется за спасательный круг. Моё сердце разрывалось на части от страха и одновременно от облегчения.