(1) Джентльмены Удачи [2022]

— Какое завтра в город? — Возмущённо протянула мать. 

— Мне срочно нужно к Кире.

— Я и так закрывала глаза на твои выходки.

— Какие выходки?

— Уж больно самостоятельным ты пытаешься стать.

— Разве это плохо?

— Да, сына, плохо. Ты себя видел? Скоро на теле живого места не останется.

— Это тут при чём?

— Не нравится мне, что ты с собой делаешь.

— Если ты так на тренировки злишься, то я тебе глаза открою: без синяков никак. Понимаешь?

— Даже не хочу понимать.

— Я завтра не в клуб еду. Мне просто срочно нужно встретиться с другом.

— Я твою Киру ни разу в лицо не видела.

 — Начнём с того, что это парень.

— Чем его родители думали, давая такое имя?

— Я даже прокомментировать это не могу.

— Больно наглым ты стал, сынок.

— Разговор окончен.

— Уверен?! — Я проигнорировал эту придирку. Почему мне нельзя просто съездить к другу? По разговору и не скажешь, что мать волнуется за меня. Она против, потому что против. Всё. Как же бесит!

          Попивая тёплый чай с мёдом, я набрал Киру. Долгие гудки поселили в моей голове мысль, что он не ответит. Ошибался.

— Алло? — Послышался уставший голос.

— Здравствуй. Есть небольшая проблема.

— Какая? 

— Ты только не смейся. В общем, мать не одобряет мои участившиеся поездки. Если я правильно понял, она сомневается в тебе.

— Не доверяет, потому что в лицо меня не знает?

— Походу.

— Пиздец. И почему моим родителям настолько все равно, где я и как.

— Слегка тебе завидую.

— Аналогично.   Лады, тогда давай я завтра сам загляну к тебе.

— С ума сошёл? Ты даже не знаешь, где я живу!

— Исправим. А что ещё делать?

— Тоже верно.

— Всё, тогда до завтра.

— Всего хорошего.

— Давай, — протянул собеседник, и отключился.

Я пошёл, предупредил мать, что завтра она сможет собственными глазами увидеть моего коллегу по спортзалу. Реакция была не самой лучшей. Я не удивился.

Адрес я скинул немного позже. К одиннадцати часам ночи сообщение уже было прочитано. 

          Он явился ближе к обеду. Пёс, сидящий на цепи возле ворот, моментально отреагировал. Я любезно поприветствовал гостя.

— Ты прав, к тебе сложно добраться, — сказал он пожимая мне руку.

— Согласен на все сто. — Несколько раз пригрозив Рыжему, да, так звали пса, я провёл Киру в дом.

Есть вопросы, которые я люблю или ненавижу. Отличный пример: Что я призираю в людях. На этот вопрос я могу дать вполне большой ответ: Это то, как они судят других исключительно по внешнему виду. Судят по обложке, если так угодно.   С моей стороны было некрасиво забыть тот факт, что моя мать из таких людей. Серьёзно: презрительный взгляд только из-за причёски и одежды моего друга. Видите ли, каре — это исключительно женская причёска. К тому же, что такого в розовой кофте и бежевых шортах? Пиздец какой-то.

Кира тоже прекрасно заметил все недовольства. Но за время разговора смело держался. В конце концов, мы уехали.

          Рассказывать, как добрались, смысла не вижу. Ничего интересного за то время не было.

Завидев избитый временем восьмиэтажный дом, я слегка напрягся. 

— Филипп на четвёртом этаже живёт. Пойдём, — сказал Кира, только мы подошли к зданию. Далее быстрый подъём по лестнице, и вот, мы уже у старой деревянной двери с кожаным покрытием.

— Открывай, хозяин, — стуча по двери прокричал Кира. Спустя пол минуты та отварилась. У входа стоял сильно похожий на моего друга парень. Они были одного роста, одной причёски. Различались лишь по одежде и цветам.

— Филипп, братюнь, здравствуй. Вот, привёл Тамарьку. — На слова Киры, Филипп отреагировал слегка вяло.

— Тамарька? Тамари? 

— Да, — максимально серьёзно ответил я.

— Не напрягайся ты так, — хозяин квартиры улыбнулся, — Я не кусаюсь. Проходите.

— Брат, дай пожрать. 

— Иди на кухню и возьми, чего желаешь. Ты, Тамари, иди за мной.

— Благодарю, — покинул нас Кира.

— Квартира у меня не сильно большая, но запутанная. Банально эта дверь, которая может закрыть два прохода, — у него и правда была одна дверь на две комнаты, — Слева ванная, справа зал. Это я на всякий, если тебе по делам службы понадобится. Понял хоть?

— Понял, понял.

— Замечательно. Вот, собственно, зал. Не самый новый ремонт, но что поделать? Сам еле-еле нашёл дешёвую квартиру.

— Хозяин хоть хороший?

— Не хозяин, а хозяйка. Да, замечательная женщина возрастом в тридцатку. О, а знаешь, как она говорила?

— Ну?

— Мне двадцать девять лет, пятнадцать месяцев, сучара! Последнее слово — моё почтение. Всегда нравилось, как она это говорит. Ты это самое... присаживайся. Кофе будешь? Чай не предлагаю. Такой роскоши у меня нет.

— Нет, спасибо.

— Тогда ближе к делу. Зачем пришёл?

— Да вот, тобой заинтересовался. Кира то только хорошее и говорил.

— А шо я? Простой студент, поехавший ёбырь и музыкант. Учусь вот на втором курсе. Технарь хуйня правда, но выбора особо нет. Сам понимаешь, живём не в лучшей стране и не в лучшем городе.

— Да, понимаю. А как вообще живёшь, что делаешь в свободное время?

— Живу, как говорится, от зарплаты до зарплаты. Родоки деньги нечасто кидают. Та и уходят эти самые копейки быстро. Банально за квартиру и учёбу отдавать надо. А если зажравшаяся хуета со статусом учителя докопается, тут уж будь добр отдать пятьдесят долларов. Шныряют нас по учёбе не по-детски. По поводу свободного времени: не сильно у меня его много. Вам обоим повезло, шо этот день у меня вольный. О, хочешь прикол расскажу? 

— Давай.

— Я ж эту квартиру всего лишь пару месяцев снимаю. Когда только с хозяйкой познакомился, так сразу друзьями стали. Она мне иногда даже подгоны делает. И вот однажды у меня находится свободное время. Решил я, значит, прибраться. Пыль на тот момент слоями свисала с потолка. Мне хозяйка, имени называть не буду, культурные люди всё-таки. Так вот: звонит она мне ближе к вечеру, и просится переночевать с извинениями. Извинялась потому, что обещала лишний раз не наведываться. А там прикол в чём был: набухалась она с подругами, а эта квартира ближе, если гнать от клуба. И вот спустя пол часа, стучится значит. Звонка нет, сам видел.

— Видел. Продолжай. — Развязка истории меня сильно заинтересовала.

— Приезжает, кое-как принимает душ, и ложится спать. Но по пьяни меня за собой через силу потащила. По итогу мы неплохо так поебались. Хорошо, шо я трезвый был. Запомнил её тело от и до. Наши пёзды из техникума и рядом не стоят с этой милфой.

— Ты любишь матерей?

— Чего сразу матерей? Можно и одиночку. 

— Милфхантер, — протянул я. Мы почти одновременно рассмеялись.

— Малой, ты толк знаешь!

— Не говори так, будто ты дед старый. 

— Действительно... Я хуйня со второго курса.

— Ну, хоть так. История конечно классная. Клянусь, не забуду.

— Как хочешь. Обо мне ты хоть что-то, да знаешь. Теперь о себе расскажи. По той же схеме.

— Кислов Тамари, двенадцать лет отроду, скилловый человечек в области программирования и графического дизайна. Так же хорошо рисую.

— Рисуешь хорошо? Показывай, раз упомянул.

— Без Б, — ответил я, уже открывая собственную страничку с работами. 

— А пока ты открываешь, я ни могу не воспользоваться возможностью подколоть чела.

— Валяй...

— Тот самый опытный программист в двенадцать лет.

— Не оригинально.

— Нахуй пошёл!

— Узнаю старого доброго Филю.

— Чего вякнул?

— Нет, ничего. Вот, к слову, работы. — Я показал последние наброски. За ними пошли несколько полноценных картин. 

— Не хуёво рисуешь. Особенно заметны старания над девушками. Шаришь за альт, мелкий!

— Ты совсем приахуел.

— По моему наоборот.

— Не смотри на возраст, сам же ещё школьник.

— По факту, блин.

— А я о чём...