Judgment night [H.S.]

Я опасливо покосилась на маленькое существо на диване, ставя напротив неё стул и садясь так, чтобы мои ноги были по бокам, а руки лежали на спинке.

Миа спокойно сидела, внимательно рассматривая меня своими большими зелеными глазами, очень похожими на Гарри. Её лицо выражало чистое любопытство, пока она с улыбкой держала соску в маленькой ручке, не отрывая от меня глаз.

- Так, ладно, может, всё не так плохо. Час – это немного, наверное. – Тяжело вздыхая, сказала я.

Светловолосая немного склонила голову, издавая странный звук. Негромкое «Агу» вылетело из маленького рта.

Девочка протянула ко мне руку, пытаясь дотянуться до моих волос. Это было несложно, потому что стул стоял близко к дивану, а подбородок лежал на спинке стула. Я резко отшатнулась, из-за чего она начала падать с, высокого для детей, дивана головой вниз. Моё сердце укатилось в пятки. Вскакивая с места, я словила её за бедра за секунду до того, как её лоб встретится с деревянным жестким полом.

Хватая ртом воздух, я перевернула ребёнка, держа её на вытянутых руках. Испуганное выражение сменилось довольным, и она весело рассмеялась.

- Да, это был веселый трюк, ага. Только повторять его не нужно. – Буркнула я, сажая девочку обратно на диван.

Отодвинув стул, я села прямо на пол напротив неё, думая, что же делать целый час. Брови зеленоглазой сдвинулись у переносицы, и она издала громкий, даже немного грозный звук, хлопая маленькой ладошкой по дивану.

Я дернулась, не ожидая такой резкой смены настроения.

- Что? Что тебе уже не понравилось? – Тяжелый вздох вырвался из моей груди.

Миа снова громко прикрикнула, издавая нечто, похожее на «буууу» и сильнее хлопая рукой.

- Ты хочешь кушать? Может, игрушку? Что? Я не понимаю. – Разводя руками, я хмуро смотрела в её глаза.

Мой взгляд остановился на соске, которая валялась на полу у дивана. Должно быть, она упала, когда девочка начала лететь с дивана. Это то, чего она хочет?

Я подняла желто-оранжевую вещицу, вытирая её о свою руку и протягивая обратно ребёнку.

Мои брови поползли вверх, когда она взяла её и отбросила в сторону, снова громко «букая».

- Да что не так? Ты такая вредная, знаешь! – Возмущалась я, складывая руки на груди.

Может, ей скучно? Если бы хотела есть – наверняка заплакала. Все дети такие. Мультиков тут точно нет, а в игрушки играть будет со своей мамой. Погремушки вынесут мне мозг окончательно. К чёрту это дерьмо.

- Хочешь поболтать? – Неуверенно спросила я, сама не зная, что имела этим в виду.

На удивление складки между её бровями разгладились, и она снова выглядела заинтересованной.

Что ж, уже прогресс.

- Хмм. Тебя зовут Миа, верно? – Спросила я, не имея ни малейшего понятия, что сказать.

Девочка нявкнула что-то, типа «я» и улыбнулась, склоняясь вперед и заглядывая мне в глаза.

- Что ж, меня зовут Киара. Только Киара и никак иначе. Я знаю, что ты сейчас не сможешь это выговорить, потому что ещё маленькая, но меня это не волнует, потому что я ненавижу любые сокращения своего имени. – Бормотала я.

Эти слова были чистым бредом, но, кажется, малышка была более, чем удовлетворена. Если это то, чего она хочет – то, в принципе, можно немного побыть болтливой.

- Тебе нравится, когда я говорю? – Девочка снова улыбнулась, издавая положительный звук. Ну, хоть не кричит. – Это хорошо, но я понятия не имею, о чём с тобой можно поговорить. Вряд ли, мы сможем обсудить горячих парней или крутые тачки, так что мне нужны идеи, чёрт возьми. – Смотря в окно позади неё, я думала, что же можно рассказать.

Обычно мамочки по-глупому с ними сюсюкаются, рассказывая, какая красивая у них одежда, или как они выросли, или каким достижением является новый зуб в детском ротике. Это отлично работает, но проблема в том, что у меня, вряд ли, получится сюсюкаться. Из меня нянька, как из собаки балерина.

Я вспомнила, как моя подруга, Хейли, учила свою маленькую кузину говорить своё имя и, на удивление, на это ушло около двух часов. Конечно же, настолько меня не хватит, но, хотя бы, потяну время.

Чёрт, она же не выгорит моё имя.

- Ненавижу себя за то, что сейчас скажу. – Фыркнула я. – Знаешь, мой дядя называет меня «Кири». Это звучит мягче, так что, давай-ка потренируемся.

Девочка села поудобнее, свесив маленькие полные ножки. Это выглядело так, словно она понимает меня, что было бы неплохо. Покладистый спиногрыз – чуть меньшая проблема.

- Скажи «Кири». – Четко произнесла я, чуть наклоняясь и заглядывая в её зеленые глаза, которые озорно блестели.

Светловолосая ничего не ответила, продолжая молчаливо рассматривать мою фигуру.

- Скажи «Кири». – Она снова меня проигнорировала, заставляя раздраженно выдохнуть.

Как Хейли это делала? Я спросила только второй раз, но всё, что я сейчас хочу – это упаковать её в большую коробку и отправить по почте в Китай.

- Скажи Кири. – Требовательнее произнесла я.

В этот раз девочка соизволила ответить.

- Не. – Не совсем чётко, сказала она, улыбаясь.

Мои брови поднялись вверх на такую дерзость.

- Ты такая вредная. – Уже второй раз за последние десять минут сказала я.

В её глазах плясали смешинки. Миа довольно улыбалась, смотря на моё раздраженное лицо. Это выглядело так, словно она меня дразнит. Что ж, вызов принят.

Следующие десять минут я беспрерывно повторяла одна и то же. С попугаями это работает. Она человеческое дитя, значит, должна быть умнее и запомнить быстрее.

- Скажи «Кири».

- Не.

- Скажи «Кири».

- Не.

- Скажи «Кири».

- Не.

- Скажи «Кири».

- Не.

- Блять. – Раздраженно буркнула я, вставая на ноги и потирая переносицу.

Сколько можно? Это просто невыносимо! Она же делает назло.

- Бля. – Неожиданно вырвалось из её рта.

Мои глаза расширились, а челюсть встретилась с деревянным полом. Рука так и зависла в воздухе, пока я в шоке таращилась на весело хохочущую девочку.

Боже, нет. Этого ещё не хватало.

- Ну, нет. Нет. Не говори этого. Джемма убьет меня. – Пробормотала я, снова садясь на пол, только в этот раз ближе.

- Бля. – Повторила Миа, смеясь так, словно узнала, что на мне трусы с большим розовым слоником на них.

- Нет, нет, нет! Я сказала «кря». Знаешь, так делает уточка. – Быстро придумала я, стараясь выкрутиться.

Но нет, чёрт возьми. Конечно же «бля» ей подошло большое. О каком «кря» может идти речь, когда тут такое? У всех детей большие проблемы с логикой. Только они могут вместо игрушек выбрать пакет для того, чтобы посвятить ему весь гребаный день.

- Бля. – Уже чётче сказала зеленоглазая, довольно хлопая ладонями по полненьким ляжкам.

Неожиданно выражение её лица полностью изменилось. Я забыла, как дышать, когда она скривилась и громко зарыдала. Слёзы потекли по красным щекам, а по подбородку стекали сопли и слюна.

- О, Боже мой! Чёрт возьми! Блин! – Выругалась я, проклиная всё, на чём свет стоит. – Нет, нет, нет! Не надо плакать! Нам нельзя этого делать. Ты же не хочешь, чтобы твоё лицо сморщилось, и ты выросла страшненькой?

Моё гениальное утешение ни капельки не помогло, что усилило панику, нарастающую в груди. Мне чертовски повезло, что я расслышала тихое урчание живота сквозь этот душераздирающий плач, раньше, чем я сошла с ума.

- Ты хочешь кушать! – Прикрикнула я, радуясь, что выяснила причину этого ужаса.

Проблема обнаружена. Теперь приступим к её решению.

Миа немного утихла, шмыгая носом, но всё ещё всхлипывала и с надеждой смотрела на меня. Этот взгляд был таким, словно она была в пустыне уже несколько дней, а фляга с водой только у меня.

- Не смотри на меня так. – Буркнула я, делая шаг назад. – Я сейчас пойду найду что-нибудь съедобное для тебя. Постарайся не убиться за эти пару минут.

Девочка никак не отреагировала на мой уход, что не могло не радовать. Было бы гораздо сложнее одновременно держать её на руках и добывать еду. Тем более, я не очень хорошо знаю, как правильно держать таких маленьких детей. Это нелегко и опасно. Я могу случайно выбросить её вместо чего-то другого, просто потому что это я. Джемма расчленит меня, если с ребёнком что-нибудь случится.

Так, как всё, что лежало в холодильнике состояло, в основном, из фастфуда и другой тяжелой пищи – я решила взять самое простое и безвредное. Заканчивая перемалывать бананы и обчищенное яблоко, я посмотрела на время. Прошло всего лишь три минуты. Вряд ли, она куда-то денется за это время, верно? И, вообще, чего я так разнервничалась? Мне столько дерьма в жизни пришлось перемесить. Годовалый ребёнок не должен быть проблемой. Что может случиться?

Высыпая смесь в небольшую пиалу, я проверила её на наличие шкурок от яблока, которыми Миа могла бы подавиться. К счастью, их там не оказалось. Я взяла чайную ложечку из верхнего выдвижного ящика и пошла с тарелкой в гостиную.

- Смотри-ка, что у меня есть. – Перемешивая смесь, довольно проговорила я. - Надеюсь, теперь ты будешь довольна, потому что, клянусь, детский плач – это худшее, что мне приходилось слышать в этой жизни. Даже смех чёртовых клоунов, от которых я ссусь с детства, не так отвратителен, как...

Пиала чуть не выпала с моих рук, когда я увидела пустой диван, на котором одиноко лежала желто-оранжева соска. Мои расширенные глаза быстро пробежались по гостиной, убеждая меня в том, что она абсолютно пуста.

- Твою мать! – Прошипела я, кидая тарелку на небольшой столик.

Вряд ли, она куда-то денется? Всего лишь ребёнок? Не проблема? Что может случиться?

Молодец, Киара. Ты только что подписала себе смертный приговор.