Глава 17.
Андрей открыл дверь и вошёл в гостиную дома. Голова слегка кружилась, но он старался не подавать виду, чтобы не напугать семью. На голове была заметная белая повязка, а на лице - свежие следы от драки, которые сразу бросились в глаза Ирине
И: Андрей, что это? - её голос был резким, срывающимся. - Что у тебя на голове? Ты опять?! Ты понимаешь, что ты творишь?! Мы тут с Юлей сидим и не знаем, жив ты или нет, а ты... Мне надоело каждый день жить в страхе, что однажды ты не вернёшься домой! Ты хоть понимаешь, как это выглядит? У тебя сестра, у тебя мы! А ты снова лезешь в это болото!
Юля, привлечённая криками, выскочила из своей комнаты с мокрыми глазами. Она увидела Андрея, испуганно замерла и начала громко плакать.
И: Тихо, солнышко, не плачь... Всё хорошо, брат с нами... Всё хорошо, - повторяла она, но её руки слегка дрожали. - Ирина ушла с Юлей в комнату, а Андрей остался стоять в гостиной, глядя в пол. Ему казалось, что время замерло. Через несколько минут Ира вернулась, её лицо всё ещё было напряжённым.
И: Теперь объясни, что произошло, - тихо, но твёрдо сказала она.
П: Это не мы начали. Это ДомБыт. Они напали первыми, а мы... мы просто защищались. Я не мог поступить иначе.
И: Защищались? Ты себя видел? Ты приходишь в таком избитом состоянии чуть ли не каждый день, сестра твоя дома плачет! Тебе это нравится?
Андрей почувствовал чувство вины. Он встал и, неожиданно для самого себя, опустился на колени перед Ирой.
П: Прости. Я больше так не могу. Я не хочу вас терять, - он говорил искренне, голос был низким, срывающимся. - Я завяжу. Клянусь всем, что у меня есть.
Она долго молчала, её глаза бегали по комнате, но потом её взгляд остановился на нём. Ирина подошла ближе, помогла ему подняться и тихо вздохнула:
И: Вставай. Не нужно этих сцен. Пацаны не извиняются.
Андрей поднялся, чувствуя, как его отпускает напряжение. Она не сказала «прощаю», но её взгляд стал мягче. Осторожно, словно спрашивая разрешения, он склонился ближе и коснулся её губ. На этот раз она не отстранилась, но движения её были сдержанными.
***
В больницу, казалось, ворвался сам ураган. Когда родители Найли ворвались в палату, их взгляд сразу упал на дочь, мирно спящую на больничной кровати. Рядом с ней сидел Валера. Его торс был на кровати, а ноги свисали с края стула, как будто он только что задремал, пытаясь остаться на страже.
Отец подошел к парню и слегка потряс его за плечо, поднимая с его привычной неподвижной позы. Валера медленно очнулся и, не сразу понимая, что происходит, с трудом открыл глаза.
Отец: Ты что здесь делаешь? - его голос сразу стал жестким и настороженным. - Ты зачем соглашаешься сонным сидеть возле моей дочери? Ты всего лишь друг нашего покойного сына.
Парень в полусонном состоянии растерянно замер, не зная, как правильно ответить. В голове путались мысли, и он машинально произнес:
Т: Она со мной ходит - Валера не понял, как это вырвалось. «Твою мать...что я только что сказал. Еще и при её отце»
Отец насторожился и на несколько секунд замолчал. Его глаза стали мрачными, он оглядел парня с головы до ног. В воздухе сразу повисло напряжение.
Отец: Ты... что? - он слегка повысил голос, пытаясь понять, что Валера только что сказал. - Ты на каком основании такие слова говоришь?
Мать Найли, заметив, как обостряется ситуация, вмешалась, стараясь успокоить мужа.
Мама: Валера, иди домой. Ты устал, тебе нужно отдохнуть.
Валера замялся, он не хотел уходить, но понимал, что напряжение в комнате растет. Он снова попытался возразить:
Т: Но я не могу оставить её одну, вдруг с ней что-то случится.
Мама: Ты вернешься через часа два, тебе нужно отдохнуть, умыться и поесть. Всё будет в порядке, а мы с дочерью справимся.
Парень по-прежнему неохотно встал с места, чувствуя, что его слова были неуместны, но всё же согласился.
Т: Ладно, через два часа вернусь - сказал он, с досадой на губах. С чувством неловкости он направился к выходу, понимая, что сказал лишнее и что в его голове больше вопросов, чем ответов.
Найля медленно начала приходить в себя. Постепенно ее веки поднялись, и она осторожно огляделась, чувствуя себя немного растерянной. Мама, увидев, что дочь просыпается, сразу же села рядом, склонившись к ней, и мягко прошептала:
Мама: Осторожно, не спеши, доченька, ты еще слабая.
Отец, который сидел напротив, взглядом пытался понять, что происходит с дочерью, и после небольшой паузы спросил:
Отец: Найля, что случилось? Возле вас в городе правда стреляли? Ты не хочешь говорить что-то другое?
Девушка молча кивнула, она сразу подумала, что Марат придумал такую отмазку. Она пыталась избежать подробностей и не выдать ложь брата.
Н: Да, так все и было, - ответила она, ощущая тяжесть в голосе, но сохраняя спокойствие.
Мама улыбнулась, но ее лицо все равно было тревожным.
Мама: Как ты себя чувствуешь, дорогая? - спросила она, положив руку на плечо дочери.
Н: Хорошо, лучше. Только... немножко головокружение, но это пройдет.
Мама: Я разговаривала с медсестрой. Она сказала, что тебя выпишут через неделю, так что нам нужно потерпеть немного.
Отец тоже расслабился, но тревога все еще оставалась в его глазах. Он продолжал молчать, наблюдая за дочерью, и не мог отделаться от мыслей о том, что на самом деле произошло. Найля попыталась подняться, но её тело еще не готово было к этому, и она снова легла, закрыв глаза, чтобы отдохнуть.
Кирилл Суворов продолжал смотреть на дочь с настороженностью, его взгляд был тяжелым, как будто он искал ответы на вопросы, которые еще не решены. Он ненадолго замолчал, прежде чем продолжить разговор.
Отец: А кто этот Валера, Найля? - его голос был спокойным, но в нем чувствовалась скрытая угроза, словно он предугадывал нечто большее.
Найля замешкалась, пытаясь подобрать слова. Она не хотела говорить о Турбо, потому что знала, что это может вызвать у родителей лишние переживания, но в конце концов она ответила сдержанно:
Н: Так вы же его знаете, друг Вовы
Отец, не удовлетворенный таким ответом, продолжил, слегка нахмурив брови:
Отец: Это я понимаю. Но тебе он кто?
Найля с усилием открыла глаза и тихо произнесла:
Н: Просто друг, - она пыталась не выдать своей тревоги, но по всему лицу было видно, что она сама еще не до конца осознавала, что произошло.
Отец, зная характер Турбо и его отношения с Вовой, еще раз поднял брови:
Отец: Просто друг? - его голос звучал настороженно. - Нам он сказал, что ты его девушка.
Найля оторопела, и удивление накрыло её с головой. Она посмотрела на отца, не в силах поверить в услышанное.
Н: Что?! - вырвалось у неё. - Он что, сказал это вам?
Отец спокойно кивнул.
Отец: Ну да, сказал. Я подумал, что ты, может, что-то об этом знаешь. Ты, наверное, не была в курсе?
Найля не знала, что ответить. Всё происходящее было для неё неожиданным. Слова Турбо все еще звучали в её голове, и она чувствовала, как её мир вдруг перевернулся. Всё, что она могла сделать - это кивнуть, но в глазах был виден шок.
Н: Не знаю, что и думать - произнесла она, уставившись в потолок. - Может, мне стоит поговорить с ним.
Отец вздохнул, и на лице появилась легкая улыбка.
Отец: Да, поговори. Может быть, он сам пояснит, что это всё значит.
Но Найля не была уверена в том, что её ответы смогут разъяснить все неясности.