Дорога к контролю.
Мия
Утро оказалось холодным и серым, когда я стояла на улице с чемоданами у дверей общежития. Вокруг меня собрались мои друзья, и в их глазах читалась тревога и печаль. Каждый из них попытался скрыть свои эмоции, но я могла видеть, как они сдерживают слёзы.
Киришима, напоминая себе о мужестве, улыбался, но я знала, что это всего лишь маска. Урарака теребила краешек своего свитера, её глаза были полны слёз. Мидория смотрел на меня с безысходной надеждой, а Яойорозу не могла сдержать слёзы, когда сказала: - "Не забывай нас, Мия. Мы будем ждать тебя!"
Я обняла их по очереди, каждый раз чувствуя, как сердце разрывается от боли необходимости расставания. - "Вы тоже не забывайте меня," — произнесла я сквозь сжатые губы, чтобы не разрыдаться.
Мой отец с улыбкой помогал забрать чемоданы. - "Не переживай, Мия, это временно," — попытался он успокоить меня, хотя я знала, что мне предстоит непростой путь.
Хоть я и старалась сохранить спокойствие, слёзы всё равно лились по щекам, и вскоре я также не смогла сдержаться, обняв всех своих друзей в последний раз. Это было эмоционально тяжело, и воздух вокруг казался вязким от горечи.
Когда, наконец, я стояла у машины, готовая к отъезду в новую жизнь, вдруг кто-то подбежал ко мне. Я подняла глаза и увидела Бакуго.
"Что ты делаешь?" — мягко спросила я, когда он оказался рядом.
Он посмотрел мне в глаза с такой силой, что на миг всё остальное вокруг исчезло. Затем он схватил меня за запястье с такой решительностью, что я не могла сдержать оптимистичную улыбку.
"Иди ко мне, идиотка," — произнес он резко, но с лёгким оттенком обеспокоенности в голосе. Это не было привычным гневом, скорее, он выражал свою заботу.
Я прижалась к нему, чувствуя, как он крепко меня обнимает. Несколько мгновений мы стояли в этом объятии, обменивались простыми эмоциями.
Затем, когда всё закончилось, он прижал мои губы к своему лбу и закрыл глаза на мгновение. — "Овладей этой причудой наконец и возвращайся," — сказал он хмуро, с той злостью, что была ему свойственна, но всё же явно скрывающей опасения.
Я кивнула, понимая, что уходить — это не значит забывать. Мы покинули это место, и, помахав рукой своим друзьям, я села в машину.
Дорога в Америку была долгой и утомительной. Вскоре я почувствовала, как на меня напала новая волна кризиса. Я сидела рядом с отцом, который старался поддержать разговор, но всё же ощущала подавленность.
Наконец, мы прибыли в место назначения, и перед нами стоял Ллойд. Он вышел навстречу с широко распахнутыми объятиями.
"Добро пожаловать в Америку!" — прокричал он с энтузиазмом. — "Я рад вас видеть!"
Его бодрость немного подняла мне настроение, и я улыбнулась в ответ. Он уверенно взял нас под руку и повёл к машине.
Мы долго ехали на автомобиле, и горы постепенно становились всё более заметными, пока наконец не прибыли в место, где тренировались люди. Я заметила огромное пространство, заполненное энергией и жизнью. Какое-то чувство волнения овладело мною; я знала, что впереди нас ждут новые испытания.
Ночь уже опустилась, когда мы добрались до места. Словно в ожидании чего-то великого, я увидела людей, которые интенсивно тренировались, их усилия были наполнены решимостью. Каждый из них был на своём пути, стремясь достичь чего-то важного.
Отец, Кракен, встал передо мной, и я почувствовала с него мощную ауру, которая пронизывала всю обстановку.
"Завтра начинаются жестокие и изнурительные тренировки," — произнес он, его голос был полон уверенности. — "Здесь нет места слабости, и я ожидаю от тебя полной отдачи."
У меня вновь гложет самый большой страх — что если я не справлюсь с контролем? Приводя себя в порядок, я спокойно кивнула. Но в душе понимала, что Ллойд, хотя и кажется безобидным, как тренер может быть беспощаден, и мне нужно готовиться к борьбе.
Впереди ждал новый путь, и я знала, что это будет настоящая проверка для меня и моих сил.