Владимир Петрович Демихов
1916–1998
Нет пророка в отечестве своем. Многие величайшие медики, изменившие мир, – увы! – на себе испытали, что означает это евангельское выражение. В конце 1950‑х – начале 1960‑х годов в Советском Союзе повсеместно звучало бравурное «Догоним и перегоним Америку!». В этой гонке СССР первым вышел в космос, но руководителям государства, как ни странно, не было дела до открытий, которые по своей значимости могли бы составить конкуренцию запуску первого спутника. В крохотной лаборатории хирург Владимир Демихов разработал основы науки, обещавшей человечеству фактически бессмертие. Выдающиеся врачи, чьи имена ныне известны всему миру, – Барнард и Дебейки, почитали за честь считаться учениками Демихова, человека трагической судьбы, но отчаянного экспериментатора.
Вклад в медицинскую науку:
• Родоначальник и основоположник трансплантологии
Вклад в развитие медицины:
• Трансплантология
• Сердечно-сосудистая хирургия и ангиология
• Реаниматология
• Медицинская техника
В пропахшем сыростью и опилками темном углу сарая надрывно ревел крутолобый мальчонка. Его левое ухо, как и то, что располагается чуть ниже спины, пылало огнем. Мамка-мамка, такая добрая, такая заботливая! Никогда Володька не видал ее такой. «Ты не сын мне! – кричала она каким-то совсем незнакомым голосом. – Ты – живодер!» Володька, как говорится, доигрался, и теперь ему стало жалко безмозглого щенка. Но каким же еще способом можно было посмотреть, как у того внутри бьется сердце – у щенка-то? Глупый ты, Володька: думал, посмотришь, а потом все само собой заживет, вот и стащил папкину бритву... А теперь сиди и утирай слезы.
Пороть его до этого случая было некому: поначалу мал был, потом батя, Петр Яковлевич, пропал в гражданскую. Многие пропадали, половину станицы Ярыжинской, что в Новониколаевском уезде Донской волости как метлой вымело. Кто воевать пошел, кто прямо тут, в станице, полег. Крестьянам в гражданскую хуже всего: грабят кому ни попадя, а чуть слово поперек, хоть рой сам яму да закапывайся. Вот и остались на руках Домники Александровны Демиховой трое ребятишек. Она не жаловалась, недаром ее крестили во имя святой мученицы, претерпевшей гонения за веру христианскую. Помощи ниоткуда не ждала, тянула сама вдовью долю, как могла. Силу свою, упорство, как будет видно, и детям своим передала: все выучились в институтах, вышли в люди.
На 3-м курсе отличник Демихов продал на толкучке свой единственный костюм и приобрел серебряные пластины, чтобы смастерить электромеханическую модель сердца
Володька поначалу пошел в слесарное, руки у него с малолетства были золотые – матери в помощь. Но, став учеником слесаря на Сталинградском тракторном заводе, рабочую стезю внезапно бросил. Поелику овладело им желание разобраться в сердечной механике (еще в слесарном он как-то выточил натуральную копию сердца по картинке). В 18 лет парень поехал поступать в медицинский. Но попытка не удалась, и он подал документы на отделение физиологии биофака Воронежского университета – там приняли. На 3-м курсе отличник Демихов продал на толкучке свой единственный костюм и приобрел серебряные пластины, чтобы смастерить электромеханическую модель сердца. Собака, которой он вживил его, жила с искусственным сердцем целых 2 часа! А на дворе стоял 1938 год.
По рекомендации С. С. Брюхоненко – автора первого аппарата искусственного кровообращения, автожектора, – для продолжения обучения Демихов перевелся в МГУ. В Москве выдающийся физиолог X. С. Коштоянц, в лаборатории которого работает будущий ученый, прочит молодому человеку большое будущее. По окончании университета в 1940 году Демихов написал свою первую научную работу: он разработал методики трансплантации сердца и легких и уже заимел опыт пересадки сердца в паховую область. Но все планы разом перечеркнула война, и будущий светила отправился на фронт.
Поскольку по образованию Владимир Петрович не был врачом, работать военным хирургом ему не дозволили. Тогда он окончил подготовительные курсы и стал патологоанатомом. В этом качестве Демихов прошел всю войну, закончив ее в Маньчжурии в звании старшего лейтенанта медицинской службы и исполняющего обязанности главного патологоанатома 11-й Гвардейской армии.
В 1940 году Демихов написал свою первую научную работу: он разработал методики трансплантации сердца и легких.
В годы Великой Отечественной впервые пересеклись пути двух выдающихся хирургов: Демихова и будущего министра здравоохранения – академика Б. В. Петровского. Молодого и амбициозного Петровского болезненно задевали постоянные комментарии «непрофессионала» по медицинским вопросам, и в будущем неприязнь министра сыграет злую роль в судьбе Демихова.
Когда отгремели последние залпы Великой Отечественной, Владимир Петрович получил возможность вернуться в Москву – о предоставлении ему должности ассистента кафедры патофизиологии в Пушномеховом институте в Балашихе похлопотал академик Коштоянц. Там Демихов приступил к опытам по пересадке сердца на животных. В 1946 ему удается пересадить в грудную полость собаке дополнительное сердце, после чего она проживет целых два часа. Ввиду анатомических особенностей замена сердца на донорское оказалась очень рискованной затеей: необходимо сшить большое количество сосудов, а сделать это за короткое время, пока не наступила смерть мозга, без аппаратной поддержки чрезвычайно сложно. Потому через несколько месяцев Демихов решается заменить весь сердечно-легочный комплекс на донорский, благо количество сшиваемых сосудов позволяет уложиться в требуемое время – прооперированное животное прожило шесть суток.
В Минздраве разразилась форменная истерика, когда там узнали, что Вишневский предоставил Демихову возможность проводить опыты по пересадке органов на животных
Узнав о талантливом ученом, знаменитый хирург А. В. Вишневский в июне 1947 года пригласил Демихова на должность научного сотрудника в свой институт. Это стало большой удачей: Александр Васильевич, как ярый сторонник экспериментальной медицины, мгновенно загорался новыми и интересными научными идеями. Кроме того, авторитет Вишневского вкупе с его крутым нравом был надежным щитом от нападок недоброжелателей. А их у Демихова, к сожалению, хватало с лихвой. В Минздраве разразилась форменная истерика, когда там узнали, что Вишневский предоставил Демихову возможность проводить опыты по пересадке органов на животных. Большие начальники потрясали кулаками, требовали закрыть маленькую лабораторию, занимающуюся «антинаучными и аморальными опытами», и грозили самому экспериментатору уголовным преследованием. Великий Вишневский отбивал постоянные атаки кабинетных медиков, грозившие молодому ученому непоправимыми бедами.
В 1946 Демихову удается пересадить в грудную полость собаке дополнительное сердце, после чего она проживет целых два часа.
В 1948 году сам Александр Васильевич участвует в эксперименте: он и Демихов осуществляют у собаки пересадку почки на заднюю брыжеечную артерию. Однако размер кровеносного сосуда для полноценного кровоснабжения органа оказался недостаточным и эксперимент был прекращен. В том же году Демихов приступил к опытам по трансплантации печени – первым в истории медицины.
В 1948 году скончался А. В. Вишневский, добрый гений Демихова, и лаборатория по пересадке органов в Институте хирургии вскоре была закрыта. Ученый пытается продолжить исследования на базе кафедры оперативной хирургии в Первом Московском медицинском институте.
1951 год для Владимира Петровича стал временем грандиозных побед. Он создал пневматический протез сердца. Роль пневмопривода в нем выполнял обычный старенький пылесос. На выездной сессии Академии медицинских наук в Рязани Демихов провел показательную пересадку сердца и легких собаке Дамке, которая уже на второй день вполне прилично себя чувствовала, ходила, с аппетитом ела и пила воду Она прожила бы и дольше семи дней, что само по себе уже было огромным достижением, однако в ходе операции серьезно пострадала гортань, и собака, увы, умерла.
В том же 1951 году Демихов и его помощники А. Фатин и В. Горяйнов предложили способ сохранения изолированных органов в течение нескольких часов для последующей трансплантации. При поддержании постоянной температуры окружающей среды (38–39 °C) и искусственной вентиляции легких можно было часами поддерживать функционирование комплекса органов, включавшего в себя сердце, легкие, желудочно-кишечный тракт, печень и почки с сохранением их крово– и лимфообращения.
В 1948 году В. П. Демихов приступил. к опытам по трансплантации печени – первым в истории медицины.
И наконец, в 1951 году ученый осуществил прорыв: провел замену сердца на донорское без аппарата искусственного кровообращения двухступенчатым методом.
В 1952 году Демихов разработал метод прямого соединения внутренней грудной артерии с коронарной, дабы улучшить кровоснабжение сердечной мышцы (маммарно-коронарный анастомоз, маммарно-коронарное шунтирование). Спустя десятилетие, в 1964 году, этот метод будет применен у человека ленинградским хирургом В. И. Колесовым, поэтому впоследствии операция получит это имя, а не Демихова. Оперированные же Владимиром Петровичем собаки жили более двух лет, а одна из них, которой анастомоз был наложен в 1953 году, дожила даже до 1960 года!
В 1954 году Владимир Петрович пересадил голову щенка с передними конечностями на тело немецкой овчарки. Цветной документальный фильм об этом, показанный широкой аудитории в 1956 году на Международной выставке СССР в США, поверг в шок и отечественных, и западных коллег: химера пила молоко и кусалась обеими головами, сохраняя при этом характер каждого животного. Опыт был поставлен не просто ради эксперимента: Демихов серьезно разрабатывал методику сохранения жизни и личности человека в экстремальном состоянии – к примеру, при несовместимых с жизнью повреждениях некоторых жизненно важных органов (помимо головного мозга) путем «подсадки» уцелевшей части организма к другому человеку Несмотря на всю кажущуюся и доселе фантастичность замысла, хирург считал подобный метод вполне осуществимым и перспективным для дальнейшей разработки.
В 1960 году у Демихова была готова диссертационная работа «Пересадка жизненно важных органов в эксперименте», ставшая первым в истории руководством по трансплантологии.
Однако на заседании научной секции трансплантологов в Москве в 1965 году попытка демонстрации фильма об опытах по сохранению органов привела к скандалу К тому времени академик Петровский уже занимал пост министра и самостоятельно разрабатывал тему пересадки почек. Его антипатии к Демихову подогревались услужливыми подчиненными, нетерпимыми к «выскочкам». Ими было зачитано некое коллективное письмо «от общественности» с требованием закрыть лабораторию, а ее руководителя лишить всех званий за антинаучную и аморальную деятельность. По свидетельству ученика Демихова М. М. Разгулова, тот «сидел, окаменев, с белым лицом и то и дело ронял карандаш. Пытался его поднять. И... не мог удержать». Тогда слово взяла профессор Второго Медицинского института Т. А. Григорьева и, прямо глядя в лицо высокой коллегии, назвала происходящее «гнусным судилищем». И сплотившимся на защиту Демихова его сторонникам удалось-таки выбить для ученого возможность выступить на секции с докладом.
К 1967 году в мире уже научились проводить трансплантацию почки, а Барнард впервые пересадил пациенту сердце, и тот прожил 18 дней. Но в Советском Союзе с подачи министра здравоохранения тема трансплантологии имела высокий шанс стать запретной. Медики ломали копья над проблемой заключения «смерти мозга». В 1968 году сын А. В. Вишневского главный хирург Советской армии А. А. Вишневский полуподпольно произвел пересадку сердца человеку – пациентка прожила чуть более суток. В 1969 году все же был создан НИИ трансплантологии во главе с В. И. Шумаковым, но Демихов остался за бортом. В 1971 и 1974 годах профессор Г. М. Соловьев и академик В. И. Бураковский ценой неимоверных усилий добились разрешения на трансплантацию сердца – увы, операции оказались неудачными. Монографию «Пересадка сердца» под редакцией Бураковского удалось издать лишь в i тыс. экземпляров и то не в Москве, а в Грузии, по ходатайству выдающегося кардиохирурга Л. А. Бокерия.
В 1987 году В. И. Шумаков провел первую в СССР удачную пересадку сердца.
Причиной тому, вероятно, была высокая оценка авторами роли Демихова, которую они посчитали необходимым отразить в своей работе.
На его могиле установлен простой памятник, на котором высечены слова основоположника трансплантологии:
«Я стремился в своих экспериментах сделать все для человека»
Но что сам Демихов? Даже у таких мужественных людей, как Владимир Петрович, есть запас прочности. В 1968 году неимоверное нервное напряжение, нараставшее по мере жестокости гонений и злословия, спровоцировало у хирурга инсульт. Оправившись от него, Демихов стал терять память и профессиональные навыки. Как сказал о нем Л. А. Бокерия: «Он намного опередил свое время, но время догнало его и растоптало». Жил Владимир Петрович с женой и дочерью, как и прежде, на окраине Москвы в маленькой квартирке, в которой некогда выхаживал оперированных собак.
Лишь в 1987 году В. И. Шумаков проведет первую в СССР удачную пересадку сердца. В 1988 году группа ученых получит за разработку метода трансплантации сердца Государственную премию. В списке окажется и В. П. Демихов, который к тому времени был уже старым и больным человеком. Позднее ученого наградят орденом «За заслуги перед Отечеством» III степени и назначат почетным директором Центра репродукции человека – и то только по настойчивому ходатайству одного из учеников. О нем настолько забыли руководители страны и здравоохранения, что на просьбу Майкла Дебейки, приехавшего в Москву на консультацию президента Ельцина, о встрече с Демиховым у чиновников не нашлось даже что ответить.
Умер Владимир Петрович 22 ноября 1998 года. На его могиле на Ваганьковском кладбище установлен простой памятник, на котором высечены слова основоположника трансплантологии: «Я стремился в своих экспериментах сделать все для человека».