Глава 4 - Тихий свет свечи
Она проснулась не от звука, а от ощущения. Воздух был тяжёлым, как будто в комнате кто-то стоял, просто смотрел на неё в темноте.
Но Андрей спал. Его дыхание было глубоким, даже слишком правильным — как у того, кто знает: всё под контролем.
На телефоне — 08:17. Несколько сообщений от мамы:
«Как ты?»
«Ты не звонишь, всё в порядке?»
Она медленно набрала:
«Прости, весь день ходили, устала. Всё хорошо. Завтра позвоню, обещаю.»
И снова школа.
Сегодня она решила не просто «быть», а наблюдать.
Андрей повёл её через другой вход. Объяснил:
— Для студентов с «повышенным курсом». Продвинутый модуль.
В холле был гул голосов — казалось, что люди там просто... есть. Как массовка. Но если вслушаться — разговоры были бессмысленны. Кто-то обсуждал курс про TikTok, другой — какие-то абстрактные «воронки».
— А кто эти люди? — прошептала она.
— У нас сегодня групповой день. Все потоки вместе. Смешение идей, — усмехнулся Андрей.
Но было ощущение, будто все здесь друг друга избегают.
⸻
Позже, за обедом в кафе рядом со старинной часовней, он снова завёл тему:
— Ты знала, что у нас раньше была польская блогерша? Очень популярная. Уехала через неделю.
— Почему?
— Сказала, не её. Паниковала. Не всем подходит интенсив. Барселона — это не для каждого.
Он посмотрел ей прямо в глаза. Слишком внимательно.
⸻
Вечером она осталась одна в квартире. Андрей ушёл якобы «по делам» — сказал, будет ближе к полуночи. Она чувствовала себя под наблюдением даже здесь — как будто в стене есть микрофоны.
Когда телефон завибрировал, она вздрогнула.
Сообщение с незнакомого номера (без имени):
«Нельзя звонить. Всё слушают. Carrer dels Mirallers, 17. Магазин свечей. Срочно.»
Только это. Ни приветствия. Ни подписи.
Она оделась быстро. Кеды, пальто, шарф. На улице было прохладно, в узких переулках — почти темно. Старый Готический квартал казался лабиринтом, где стены шепчут.
Она нашла магазин по запаху — воска и чего-то тягучего, почти сладкого. Лавка выглядела заброшенной, но внутри горел приглушённый свет.
Именно там она впервые увидела польку.
Была примерно её возраста. Нервная, с обгрызенными ногтями, худощавая.
В руках — треснувший телефон, маленький бумажный пакет, в котором пахло лавандой и свечами.
— Ты из Еревана? — спросила она на чистом русском с лёгким акцентом.
— Да...
— Меня зовут Мила. Я из Познани. Сюда меня позвал парень. Румын. Другой. Не Андрей. Но сценарий — один в один. Маркетинг, жильё, стипендия.
Она выдохнула, как будто только сейчас ей дали сказать это вслух.
— Моя соседка по комнате, украинка, исчезла три дня назад. На третий день после того, как сказала, что хочет улететь. Она даже не забрала паспорт.
Мила говорила быстро, почти без пауз:
— Я видела список. У Андрея на компьютере. Список девушек. И напротив имён — пометки. Цветные. Я не всё поняла. Но у всех — визы. Шенген. США. Великобритания. Они выбирают тех, у кого много «путей»...
— Зачем?
— Я не уверена. Но они исчезают. Сначала девушки. Потом — их след.
— И ты не сбежала?
— Если я уеду — никто ничего не узнает. А если останусь — может, пойму, как это всё работает.
Пауза. Тишина.
— Есть шанс выбраться, — сказала Мила. — Ты должна поехать в Жирону. Это север Каталонии. Из Барселоны идёт прямой поезд — 1,5 часа. Оттуда каждый вечер отправляется автобус до Милана. В кассе скажешь: «Viajar con conexión internacional». Они поймут.
— А потом?
— В Милане пересадка на рейс до Тбилиси. Или Еревана. Через Владикавказ или Кутаиси. Я всё проверила — если поедешь утром, к утру послезавтра ты будешь в Грузии. Там — свобода.
— Но у меня обратный билет из Барселоны...
— Забудь. Ты не вылетишь отсюда, если останешься. Они забирают телефоны в день «отъезда». Под предлогом обновления данных. После — уже поздно.
Она протянула ей маленькую свечу.
— Держи при себе. Если увидишь кого-то с такой же — это из наших. Мы следим.
⸻
Героиня возвращалась домой другой. Внутри было ощущение, будто в неё что-то воткнули — крючок страха, невидимый, но крепкий.
Андрей был дома. Он улыбнулся. Сделал чай.
Сказал, что завтра покажет «особенное место».
Она улыбнулась в ответ.
Но внутри уже писала маршрут.
И считала часы.