Chapter 3
-Манджиро, пожалуйста... - у Эми начинает кружиться голова, когда она ощущает два, входящих в неё, пальца. Он самый настоящий садист. Девушка не понимает сколько проходит времени с начала его пытки, но по её ощущениям, проходит уже целая вечность. В течении всей этой вечности Сано удерживает Эми в состоянии дикого возбуждения не давая ей кончить. Он сказал, что заставит её умолять, но его соулмейт лишь посмеялась с столь наивного заявления. Он? Её? Умолять? Тогда Андо посчитала, что он действительно по-настоящему свихнулся. Да, она так считала, пока из её уст не прозвучало первое "прошу", затем к нему присоединилось "пожалуйста", вслед потянулось "Бога ради, хватит", а затем вылетело грёбанное "умоляю". Но Манджиро это не остановило. Он всё также продолжал: посасывать соски на её груди; ласкать клитор своими пальцами, резко вводя и вынимая их; тереться своим членом об её половые губы, иногда надавливая на них, тем самым слегка вводя головку полового органа внутрь неё. Но самым ужасным был момент куннилингуса, когда Манджиро заставлял Эмилию облокачиваться спиной на спинку кровати, и раздвигая её ноги, вытворял какие-то невероятные вещи своим языком, при этом держа её одной рукой за шею заставляя неотрывно следить за тем, как он наслаждался соками её тела. Как только девушка закрывала или закатывала глаза, не в силах продолжать следить за действиями своего соулмейта, тот сдавливал ей шею так сильно, что несколько отпечатков его рук, красными пятнами, красовались на шеи Эми. Клитор и соски Андо уже ныли от постоянного прибывания в возбуждённом состоянии, и ей казалось, что скоро она точно потеряет создание.
-Попроси правильно. - отстраняясь от дырочки её анала, приказным тоном говорит Сано, и Боги, она уже готова повилять хвостиком, которого у неё даже нет, сделать всё-что угодно, лишь бы он вставил свой член в неё и выебал до беспамятства. Да, обязательно именно до беспамятства.
-Умоляю, пожалуйста... - из Эми вырывается стон, как только она ощущает головку члена у входа в своё влагалище. Но глава Тосвы опять же лишь чуть-чуть вводит головку внутрь, а затем быстро вынимает, не давая девушке насладиться даже блятской головкой внутри её невероятно мокрой киски.
-Неправильно. - голос Манджиро звучит властно, и это возбуждает Андо ещё больше. Он несколько раз ударяет по уже опухшим складочкам своим членом, как бы дразня и одновременно наказывая девушку. Из-за этого всё помещение заполняют грязные хлюпающие звуки, которые слишком чётко отпечатываются в памяти Эмилии.
-Умоляю, трахни меня, выеби меня, Майки. - Эми впервые называет своего соулмейта по сокращённому имени, и её полная подчинённость ему, заставляет парня зарычать от удовольствия, резким толчком входя внутрь неё.
А затем звенит будильник.
Эмилия просыпается влажной во всех возможных местах. Её лоб, руки, ноги, живот - всё тело покрыто испаринами пота, а про влажность между ног девушке вообще не хочется думать. Но она не может не обращать внимание на неё, и тянется пальчиками своих дрожащих рук к опухшим половым губам. Она с нажатием проводит по ним, и из её рта вырывается приглушённый стон, который как-будто бы выводит девушку из состояния опьянения. Эми резко убирает свою руку от сокровенного места и прижимает её к груди, придерживая свободной рукой, как бы не давая руке вернуться обратно и закончить начатое. В голове всё-ещё ярко отображаются картинки из сна, и Андо приходится приложить невероятные усилия, дабы не издать новый, на этот раз, неудовлетворённый стон. Нет, она не может позволить себе мастурбировать на Манджиро Сано! Даже если в мире больше не останется ни одного человека мужского пола, она никогда не позволит ему и пальцем себя тронуть. Всё внутри девушки содрогается от вожделения. Она ещё какое-то время лежит на кровати, пытаясь придать своему разуму хотя бы каплю рациональности, после чего, на трясущихся ногах, поднимается с постели и направляется в сторону ванной комнаты.
***
В комнате брата слышится грохот и Эмма лишь напряжённо выдыхает, стараясь не обращать внимание на громкие звуки. Она переворачивается набок, и прикрывает ухо подушкой. Майки умеет оставаться спокойным даже в самых раздражающих и выводящих из себя ситуациях, но даже такому человеку как он иногда надо выплескивать свои эмоции, чем брат девушки сейчас и занимается. Эмма не злится на него за то, что ночные погромы в его комнате будят её и мешают уснуть заново - это неважно. Главное, чтобы Майки смог развеяться, даже если способ его отдыха выглядет слишком радикальным. Проходит минута, и до уха Эммы больше не долетает ни одного "крушащего" звука. Она радостно подмечает, что брат успокоился, поэтому, крепко закрывает глаза, надеясь на то, что сон в скором времени вернётся к ней.
Ярость, затуманившая разум Майки, потихоньку начинает рассеиваться, и он спиной скользит по стене, зарываясь руками в свои светлые волосы. Ему кажется, что с каждым днём его тяга к соулмейту только продолжает увеличиваться и увеличиваться, не оставляя ему шансов сбежать от наступающей на пятки судьбы. Как же ему всё надоело. Для Сано и так каждый школьный день становился новым испытанием, которое ему чудом удавалось преодолевать, а тут, она не оставляла его в покое даже во снах, как-будто бы намеренно лежа нагой на его кровати и слёзно подчиняясь каждому его слову. Сон всё-также ясно продолжал вырисовываться в сознании Майки, что приводит его в состояние неописуемой ярости. Никто не должен на него так влиять! Он должен оставаться неприступным во всем смыслах! Однако его стены, на которых в течении всего сна ведётся непрекращающаяся оборона, оказываются сломлены, когда во сне его соулмейт так страстно просит его выебать её. Такое чувство, что не он в неё вставил, а она в него, ей Богу! И снова Майки ощущает злость. Злость от того, что не может дать ей достойный отпор; злость от того, что ведётся на поводу у природы; злость от того, что не смог придумать ничего лучше того, кроме как унизить её, с наслаждением впитывая все негативные эмоции, и аккуратно прожёвывая каждую из них как дорогущий деликатес. Майки не привык быть слабым и привыкать к слабости не собирался. А игрой на самых сокровенных чувствах его соулмейта, уж точно нельзя было назвать игрой достойной сильного игрока. Как бы приятно ему не было видеть как слёзы, хаотичными дорожками, скатываются по её раскрасневшим щекам, Манджиро не мог позволить себе ещё хоть раз опуститься до столь низкого уровня. В тот день, в школьном коридоре, он должен был проявить своё коварство, проницательность и интеллект, а не разбрасываться её бельём, ломая её представление о друге. Хотя нет, то что он раскрыл ей глаза на реального "чокнутого" не являлось чем-то, за что Сано себя винил. Кажется, в тот раз, это было его единственным правильным поступком. Ему просто следовало сказать об этом прямо, предъявив доказательство только если бы Эми ему не поверила.
Имя его соулмейта несколько раз эхом повторяется в голове Сано, и сколько бы раз он не повторял самому себе "хватит", имя девушки так и продолжает путешествовать по его сознанию, даже не задумываясь оставить и без того, вышедшего из себя, парня в покое. Майки, сидя спиной к стене, вытягивается свою правую руку, после чего по горизонтали бьёт кулаком в стену, на этот раз полностью успокаиваясь и подавляя всевозможные чувства и мысли по отношению к Андо.
Эмма резко открывает глаза. Девушка проходит к своему письменному столу, берёт с него беспроводные наушники, и втравляет их в уши. Направляясь обратно к кровати, она включает первый попавшийся плейлист и лишь коснувшись головой подушки, проваливается в мир Морфия. Эмма искренне любит своего сводного брата, однако не понимает, почему тому не выбрать более подходящее время для своих "антистрессовых мероприятий".
***
Глаза Эмилии, как заколдованные, резко отворачиваются от двери, как только она ощущает приближающийся сладковатый запах. Она ещё пока морально не готова встретить Манджиро, но как только Дракен открывает дверь в класс, пропуская Сано пройти вперёд, девушка осознаёт, что она не готова встретиться с её соулмейтом не только на моральном, но и на физическом уровне. Её сердце ускоряет темп своего биения, стирательная резинка оказывается в правой руке, и большой палец начинает нервно стирать ластик об самого себя, с головой выдавая нервозность своей хозяйки. Частички ластика начинают падать на пол, и сегодняшний дежурный ученик окрикивает девушку, прося прекратить её разводить мусор. Голос, обращённый к Андо, выводит её из транса, и девушка сразу же оборачивается к своему однокласснику и извиняется перед ним, пустым взглядом смотря куда-то в стену. Одноклассник не решается ей ответить, так как Манджиро уже вошёл в класс, и по неписаному закону, громкие разговоры в классе сразу же попадают в категорию "запрещено". Звенит звонок на урок. Эми делает вид, что придерживает голову рукой, на самом деле пытаясь прикрыть свой нос от кружащего голову запаха, а Манджиро настежь открывает рядом находящееся с ним окно, искренне наплевав на обязательно последующее за этим действием, наказание со стороны учителя. Если наказанием окажется что-нибудь на подобии: "Вон из класса" или "Направляйся к заучу", то для Сано это будет далеко не наказанием, а самой настоящей милостью.
Весь учебный день Манджиро находится в плохом настроении, и это ощущают все, от Эми и Дракена до учеников находящихся в соседних классах; и если для Эмилии естественно ощущать эмоции своего соулмейта, то остальным просто хватает одного случайного взгляда в глаза Сано, чтобы почувствовать пробегающий по их спинам холодок, а затем беспрекословно подчиниться велению самосохранения, заставляющего их ноги двигаться в противоположную, от главы "Токийской Свастики", сторону. Куда угодно, лишь бы не попасть под горячую руку.
-Кошмар, Сано сегодня такой пугающий. - произносит одна из одноклассниц Андо. При упоминании о своём соулмейте, девушка слегка давится только что прожёванным ломтиком жаренной свинины. Рядом сидящая одноклассница начинает заботливо похлопывать её по спине, как-будто столь лёгкие хлопки хоть как-то помогут Эмилии откашляться.
-Нашла время говорить о нём; не за столом же. - раздражённо произносит, только что "спасшая" Эми, девушка, и оглядывается по сторонам, удостоверившись в том, что ни самого Манджиро, ни Дракена, никого бы то не было из Тосвы, поблизости нет. -Да ещё и в столь многолюдном месте... Совсем жить надоело?
-Вы серьёзно? Он конечно бывает пугающим, да и репутация его далеко не ахти, но я ни разу не слушала, чтобы в его банде девушек насиловали или избивали. Он вроде как наоборот, против этого. - вмешивается в разговор, до этого молчавшая, одноклассница. Эми вспоминает все свои предположения, которые проносились у неё в голове, вчера, в школьном коридоре, и её щёки слегка краснеют. Она то ожидала, что он изобьёт её, а тут, на те, оказывается, что Сано находится в списке "хороших парней с плохой репутацией".
-Ну, это да. Но я бы не стала его провоцировать. - дальше Эми прекращает слушать болтовню своих одноклассниц, фокусируя всё своё внимание на неотрывном взгляде Дракена, точно смотрящего в сторону её столика. Девушка пытается сделать вид, что она его не заметила, и предполагает, что он, скорее всего, смотрит на вход в столовую, ожидая чьего-то прихода. Эта мысль кажется ей вполне логичной, ведь всё-таки столик за которым она сидит находится у самого входа в столовую, однако, как только она кидает ещё один короткий взгляд в сторону Дракена, девушка напрямую сталкивается со взглядом лучшего друга её соулмейта. Его взгляд не сходит с её персоны, поэтому Андо спешит отвести свой взгляд обратно к подносу с едой. Парень точно смотрит на неё, и для Эми это как удар молотком по голове - он знает. Она слишком наивная, раз думала, что Манджиро никому не расскажет о том, что у него появился соулмейт. Может он и не рассказал об этом большому количеству человек, но своих завсегдатых капитанов банды уж точно оповестил. И по известной всем причине, эта мысль приводит девушку в состояние паники. Её с Сано отношения нельзя назвать обыкновенными, и это далеко не из-за душевной связи, переплетающей их души. При переходе в девятый класс, в школьном расписании, на одну четверть, появляется новый школьный предмет - "Понятие о соулмейтах". Нудный урок, где учитель каждую неделю рассказывает одни и те же вещи разными словами, прекрасно осознавая, что эта информация скорее всего не понадобится никому из учеников, ибо среди населения земного шара процент соулмейтов достаточно низок. И пожалуй, самая деликатная тема этого урока описывается одним простым предложением: стремление двух людей потрахаться друг с другом ради морального и физического удовлетворения. И эта цель должна быть удовлетворена как можно скорее, иначе, долгое отсутсвие желаемого приводит к психологическим проблемам. Связь между людьми проявляется в возрасте семнадцати-двадцати семи лет, и так как возраст согласия в эти годы уже достигнут, то подростки проявившие свою связь в семнадцать-восемнадцать лет, могут спокойно заняться сексом в первый же день "проявления". И кажется, проблем с "влечением" ни должно было ни у кого возникнуть, но только не у Эми с Манджиро, которые нашли друг в друге своих избранных уже два месяца тому назад, но так и не удовлетворили свои естественные потребности. Но проблема была даже ни в личном не удовлетворении, а в том, как это выглядело для всей той части общества, которая не имела соулмейтов, а также той, что являлась соулмейтами с идеально подходящими им парами. Сейчас Эмилия и Манджиро выглядели как люди с нетрадиционной сексуальной ориентацией, но только с ещё большим количеством недоброжелателей. Если геев и лесбиянок в обществе, в наше время, уже принимали с большим пониманием и поддержкой, то к соулмейтам, отрекшимся друг от друга, отношение было чуть ли ни как к ведьмам в средневековье. Они становились объектами гонений. И как бы смешно это не звучало, но сама Андо была сторонником поддерживающим дискриминацию по отношению к "не счастливо живущим вместе соулмейтам". До момента обнаружения своего избранного, она уверяла себя в том, что противостояние природе было недопустимо, что пополнение общества здоровыми детьми было перво-стоящей задачей поставленной перед соулмейтами, что они не могли просто сказать "нет" и разойтись в разные стороны; и только сейчас Эми поняла, что все вышеперечисленные причины были просто громким прикрытием её зависти по отношению к людям получившим возможность понять, что по-настоящему значит иметь родственную душу. Ей казалось, что они могли ощутить все прелести жизни, но это было наваждение сформированное в её голове посредством книг и сериалов. Сейчас она сама являлась одной из тех, кому завидовали, и на чьё место хотели бы встать, миллиарды, но она увидела всю изнанку соулмейтского существования. Выбор пал на неё далеко не из-за того, что её характер, мечты, идеалы и образ мышления были сопоставимы с характером, мечтами, идеалами и образом мышления принадлежавшим Сано. Далеко не так. Просто её существо, в совокупи с его существом, давали идеальное новое существо. Обычный пример на сложение, в котором не должно возникать ни каких "но", однако, к сожалению, в данном им примере оба слагаемых имели несколько сотен "но" по отношению друг к другу, из-за чего сумма их сложения казалась обоим невозможной. В таком случае, у них оставалось только два варианта: следовать желанию Всевышнего, или же хранить свою привязанность в секрете. Последний вариант Эми считала единственно верным, поэтому даже маме не рассказала о своём "счастье", и надеялась, что Манджиро поступит также. И вот сейчас, когда она поймала на себе пристальный взгляд Дракена, и поняла, что он точно знает о её с Сано связи, до неё наконец-то дошло, что хранить это в секрете надобно только ей самой.
Манджиро Сано - вольфрамовая цепь, не зависящая от звеньев других цепей; Эмилия Андо - золотое звено, красивое, но легко прогибаемое под натиском других звеньев, под названием "общественное мнение".
***
Недалеко от центра города, в безлюдном, для столь тёплого осеннего вечера, районе, на пересечении четырёх пешеходных дорожек, намечалась драка. Хотя, скорее это будет похоже на побоище, но почему-то так думают обе противостоящие друг-другу стороны. Если описывать сложившуюся ситуацию с долей юмора, то звучать она будет примерно так: "С правой стороны ринга пять, идущих на смерть, старшеклассников из Северной-районой Токийской старшей школы, а с левой стороны ринга, уже засыпающий на ногах, Манджиро Сано, спросонья прослушавший какого чёрта этой пятёрки от него надо."
-Ты же и есть тот самый Непобедимый глава "Токийской Свастики", да? Хах, вот подфартило, малявка-малявкой. И чего все так трясутся перед ним? - с правой стороны ринга раздаются смешки, и к счастью, этой ничего не подозревающей чудо пятерки, у Майки сейчас на редкость хорошее настроение. Парень зевает, прикрывает рот рукой, слыша ещё одну остроумную шутку, со стороны правого ринга, и уже сам, ленивым махом руки, подзывает всех пятерых к себе, что вызывает со стороны его оппонентов пустые угрозы.
Одним ударом ноги вырубая первого подошедшего к нему представителя чудо пятёрки, Майки задумывается над тем, что он искренне не понимает этих людей. В мире существуют слухи, которым верить нельзя: жёлтая пресса, фан-аккаунты, второсортные новостные программы. Но это правило не распространяется в мире, в котором живёт Сано. Дезинформация способна уничтожить огромнейшую банду за считанные часы, поэтому просто так лживые слухи никто не распускает, так как их очень сложно контролировать, и если уж всё преступное Токио говорит о том, что Манджиро Сано опасен - значит он опасен. На что надеются пятеро школьников пришедшие к нему с глупыми мечтами о том, чтобы прославиться в подпольном мире, победив его? Они хоть знают, что на уровне Майки, победа и проигрыш уже решаются не в ударе нокаутом, а в исходе: живой-мёртвый?
Увидев, как товарища отправили путешествовать в мир грёз одним лишь ударом, остальные четверо парней начинают отходить от Сано на несколько шагов назад. Им правда повезло, что каждый из них отделается лишь одним ударом, ибо Манджиро не желает тратить на них лишнее время и силы. Будь Майки в своём привычном раздражённом настроении, он бы избил их до состояния сложно сопоставимого с жизненно способным, использовав как грушу для снятия накопившегося стресса. Все четыре парня переглядываются между собой, после чего каждый достаёт по складному ножу из кармана тёмных курток. Ещё одно глупое решение с их стороны. Теперь Манджиро придётся нанести каждому, из оставшихся четверых, больше одного удара. Парень начинает потягивать руки, тем самым разминая слегка затёкшие мышцы, но... Ох, опять это ёбанное "но" заставляющее всё его тело напрячься сильнее обычного. Только не опять, только не сейчас, только не она. Сано запрокидывает голову назад, и начинает, совсем несвойственно ему, смеяться. От его хорошего настроения не остаётся и следа, ведь его бесполезный соулмейт, вызывающий в нём лишь самые блядские эмоции, по приближающемуся запаху, точно направляется прямиком в его сторону. Глава Тосвы уверен, в том, что она ощущает его также сильно, как и он ощущает её, тогда какого чёрта она прётся сюда? За последние два месяца, для Манджиро раскрылась лишь одна положительная черта в Эмилии - она не желала быть его соулмейтом точно также, как он не желал иметь соулмейта. И это было чем-то, за что девушке хотелось, как в начальной школе, вручить шоколадную медаль и распечатанную на школьном принтере грамоту. И вот сейчас эту шоколадную медаль парню хотелось у неё забрать и съесть прямо перед её, наполненными обидой и слезами, глазами, а грамоту порвать на столь мелкие кусочки, чтобы она в жизни не смогла её склеить. Майки точно знал, что куда бы она не направлялась, она могла обойти этот участок улицы.
Как только очертание маленькой фигуры девушки показалось сквозь расступившуюся перед ней темноту, Сано сразу же подметил, что она оказалась со сторону "правого ринга". Не надо было обладать сверх-развитым чутьём, чтобы понять, что это было не к добру.
Весь день Эми терзала мысль о том, что неизвестное ей количество человек знало её самую страшную тайну, и это заставляло её находиться в напряжённом состоянии в плоть с того момента, как она поймала на себе пристальный взгляд Дракена. Девушка чувствовала себя маленькой рыбёшкой в огромном океане, и ей хотелось плакать от бессилия. Сейчас на её стороне не было никого. Ни мамы, ни папы, ни лучшего друга, ни одного грёбанного человека. Она никогда не ощущала себя одинокой, и вот сейчас, это чувство одиночества сдавливало всё её внутреннее существо, как шарики лопая её внутренние органы. Девушке казалось, что она действительно скоро взорвётся. В каждом её действии, в каждом её слове читалось напряжение, и даже одноклассники, под конец дня, заметили этакое состояние Эми, поспешно спрашивая её: "Ты как?". Как она? Хуёво. Но разве она позволит себе так ответить? Конечно же нет. Из рта вырывалось лишь бездушное: "Нормально". После школы девушка направилась в огромную токийскую библиотеку, дабы побыть там одной, и попробовать хоть как-то привести свои мысли в порядок, а лучше, придумать план действий. Единственная разумная мысль, пришедшая ей в голову, не стоила того времени, которое она потратила за пустым прочтением первых попавшихся под руку книг. Она даже не понимала, что она читала, просто водила глазами по тексту. А идея состояла в следующем - ей надо поговорить с Сано. Эта мысль навязчиво поселилась в её голове ещё тогда, в столовой, но она не хотела принимать её как единственно имеющийся вариант. Неприятный осадок, после разговора в школьном коридоре, всё ещё чувствовался где-то в глубине её сознания, поэтому оставаться с Сано наедине ей, мягко говоря, не хотелось. Девушке, до боли, смешон стал тот момент, когда она направлялась к выходу из библиотеки, отчётливо осознавая, что весь её мозговой штурм, был проделан зря. Она просто пыталась отсрочить разговор с её соулмейтом на более дальний срок. Когда Эми проходила сквозь ряды выстроенных в линии домов, она уловила его запах. Он был где-то поблизости, и его запах не отдалялся от неё, а значит, это сама судьба протянула девушке спасательный круг. Поговорить с Манджиро в школе было невозможно. Она не могла раскрыть наличие хоть какой-то связи с главой Тосвы, а та встреча, в школьном коридоре, была лишь случайностью, вариантом один на миллион. Эми уверено направилась в сторону запаха Манджиро. Пусть там будет кто-то ещё, ей плевать. Она найдёт способ поговорить с ним, и наконец-таки сможет унять эту, непрекращающуюся в её теле, напряжённость. Девушка чётко видит своего соулмейта на перекрёстки между четырьмя пешеходными дорогами. Но со всем своим стремлением, она даже не замечает четырёх молодых людей с ножами в руках. Они стоят для Андо в тени, но если бы она была чуть внимательнее, она бы точно остановилась и не сделала бы ни одного лишнего шага навстречу к ним. Поздно. Она сглупила, уверенно выкрикнув имя своего соулмейта на весь перекрёсток. Осознание опасности дошло до неё только тогда, когда к её горлу было приставлено холодное тонкое лезвие складного ножа.
Манджиро еле сдерживается от того, как бы не ударить себя по лбу. Что за дура?