ПОЧЕМУ ОНА ПЛАКАЛА
Собрание продолжалось, я тихо молился, как вдруг все стихло. Я подумал: «Господь,
пожалуйста, пусть собрание не кончается». Я взглянул на Кэтрин и увидел, что она закрыла лицо руками и заплакала. Она всхлипывала так громко, что все вокруг стихло. Музыка замерла. Организаторы застыли на своих местах. Все взоры обратились на плачущую женщину. Что до меня, так я и понятия не имел, почему она плакала. Никогда раньше я не видел, чтобы служитель делал что-либо подобное. О чем она плакала? Потом мне рассказали, что такого с ней никогда не случалось. Ее помощники до сих пор вспоминают это происшествие. Кэтрин плакала несколько минут. Затем она откинула голову... Нас разделяло расстояние в несколько метров. Ее глаза сверкали. Она излучала необыкновенную энергию. В эту минуту она обладала такой смелостью, каких я не встречал ни у кого из людей. Она указала в зал с необычайной силой и волнением, даже с болью. Если бы сам диавол встал перед ней, она отбросила бы его в сторону одним движением. Это был момент величайшего напряжения. Все еще всхлипывая, она посмотрела в зал и с мучением в голосе произнесла: «Пожалуйста». Казалось, она немного растягивала слова. «Пожалуйста, не огорчайте Святого Духа». Она умоляла. Как мать умоляет убийцу не трогать ее ребенка. Она просила и умоляла. «Пожалуйста, – всхлипывала Кэтрин, – не огорчайте Святого Духа». Даже сейчас я вижу ее глаза. Тогда же казалось, что она смотрит прямо на меня. Когда Кэтрин произносила эти слова, зал затих, и установилась полная тишина. Я боялся дышать и не смел пошевелить даже пальцем. Вцепившись в спинку стоявшей передо мной скамейки, я ждал, что будет дальше. Она продолжала: «Неужели вы не понимаете? Он – все, что у меня есть!» Я подумал: «О чем это она?» Кэтрин очень взволнованно сказала: «Пожалуйста! Не раньте Его. Он – все, что у меня есть. Не нужно ранить Того, Кого я люблю!»
Я никогда не забуду этих слов. До сих пор я помню то напряжение, с которым эта удивительная женщина произносила их. И в моей церкви пастор говорил о Святом Духе. Но совсем не так, как она. Мой пастор вел разговор обычно о даре иных языков или пророчестве, однако никогда я не слышал от него: «Он – мой Самый близкий, Сокровенный, Самый любимый Друг». Кэтрин Кульман говорила о Нем как о Личности, более реальной для нее, чем мы с вами. Потом она указала пальцем прямо на меня и произнесла с пронзительной ясностью: «Он реальнее чего бы то ни было в этом мире!»