По следам экзорциста

В стареньком домике ничего не изменилось. Разве что повсюду был плотный слой пыли. Посуда была аккуратно сложена в шкаф, как её и оставил Вайн перед уходом. Парень прошёлся по комнате, осматриваясь.

— Не думал, что вернусь сюда. — Вайн заметил, что картина, которая раньше находилась над столом, валяется на полу. А рядом лежит гвоздик, выпавший из стены. Парень поднял картину и подул на неё, освобождая от пыли. Несколько секунд его взгляд был направлен на картинку с жёлтыми уточками, плавающими в водоёме с кувшинками. Затем Вайн аккуратно положил её на стол. Рэйнхарт подошёл к лестнице и поднял голову, заглядывая наверх.

— Боюсь представить, что там творится наверху, если здесь такой слой пыли. — Сказал парень и снова обратил внимание на Вайна, который выглядел каким-то растерянным. — Эй, давай приберёмся здесь и сходим к озеру? — Харт положил руку на плечо друга.

— Лучше бы старейшины поселили здесь кого-нибудь. Выглядит так, будто они ждали, что я вернусь. — Взгляд Вайна был устремлен куда-то в пол.

— Конечно ждали. Это ведь твой дом! Разве могут они его кому нибудь отдать? — Рэйнхарт схватил Вайна под локоть и потащил к лестнице. — Пошли глянем на твою комнату!

Не часто можно увидеть Харта таким активным, только если это не касается экзорцизма или Никеля, но Вайну постепенно становилось спокойнее.

— Всё так, как я запомнил. — Вайн вошёл в комнату и почувствовал на душе какое-то странное тепло. В комнате же был порядок, не считая всё той же пыли. Постельное белье сложено, вещи расставлены по полкам. Проведя два часа за уборкой Вайн и Харт направились к озеру, взяв с собой коньки, которые Вайн выпросил у старейшины.

— Здесь даже летом холодно. — Харта начало трясти от холода по дороге к озеру.

— Я и забыл, какой ты восприимчивый к холоду. — Настроение Вайна заметно улучшилось и он бодро шагал по хрустящему снегу.

На озере никого не было. После освещения воды, шаманы направлялись в деревню проводить второй этап ритуала. Вайн быстро надел коньки и плавно проехался по замершей водной глади. Главное - не угодить в прорубь.

— Ох, я вспомнил, как это было ужасно в прошлый раз... — В воспоминаниях Харта всплыли моменты, когда в детстве Вайн учил его кататься на коньках. Как ноги разъежались в разные стороны, а падать было довольно больно, да и подняться - задача непростая.

— А если поставить тебя на лыжи, коньки тебе покажутся детской забавой. — Вайн взяв друга за руку, вытянул его на лёд. — Ну, как? Вспоминаются приобретенные навыки? — Парень усмехнулся и отпустил руку Харта.

В этот раз у экзорциста получалось кататься гораздо лучше: он меньше падал и, соответственно, меньше ругался. Рэйнхарт не особо любил заниматься такими бесполезными вещами. Полезные вещи в его жизни - научиться экзорцизму и призывательству. Но Вайн придумывал для них двоих другие занятия, такие как: катание на коньках, на лодке, собирать на поле, рядом с городом, клубнику. Харт попросил Вайна поехать с ним и знал, что тот не бросит его. Но почему-то Вайн выглядел, как будто ему не очень нравится находиться в Гинкго. Он чувствовал какую-то вину из-за того, что не приезжал в деревню ни разу за столько лет. Поэтому Рэйнхарт готов вытерпеть и катание на коньках, лишь бы Вайн отвлёкся.

Почему-то в клюквенных горах, не зависимо от времени года, температура была одинаково низкая. Горы стали считаться аномальной зоной со своим течением энергии. Вайн, прожив здесь девять лет, до сих пор чувствует себя, как рыба в воде, но Харт наоборот. Снег прилипал к одежде, обуви, а когда начинал таять, то водой проникал сквозь одежду. Ходить по снегу ему тоже очень трудно, Харт вечно проваливается в сугробы и падает с пригорок, но и в первый и во второй приезд рядом с ним находится Вайн. Девятилетнего Харта немного раздражал этот белобрысый мальчишка, но кто знал, что судьба снова сведёт их спустя два года после первой встречи. И в итоге Вайн и Харт стали друзьями. При том, что Вайн считал Харта своим другом ещё с момента встречи в деревне, а вот второй признал его другом попозже.

Вечером шаманы уже закончили со вторым этапом ритуала: благословения деревни на ещё один урожайный и богатый рыбой год. У деревенских была своя вера и в середине лета они ежегодно проводили обряды на урожай, который выращивали в больших теплицах.

Харт направился в дом шаманов один, так как Вайн не захотел видеться с ними будучи одержимым проклятием. Жители деревни часто обращались к шаманам, колдунам, что брали энергию от природы и почти не затрачивали своей жизненной энергии.

Рэйнхарт выдохнул и постучал в дверь, а затем немого отошёл назад. Дверь ему открыла женщина со странным головным убором, сходным с колпаком с перьями Гарлички. Эти птицы напоминали собой курицу с голубым оперением и противными криками. На лице женщины были нарисованы странные, спиралевидные символы. Она отошла немного в сторону, уступив дорогу Харту. Парень вошёл внутрь, и дверь захлопнулась.

— Здравствуйте? — Харт обратился к присутствующим: старику в колпаке большего размера, чем у женщины, и мужчине с суровым лицом, который был примерно одного возраста с отцом Фреи.

Все эти люди были бледные, что можно было разглядеть вены на их руках. Вайн тоже казался Харту бледноватым, но со временем эта бледность слегка пропала, но волосы шаманов были такие же белые, как и у него. Посреди комнаты стоял большой котёл, на стенах были развешены сушённые корни и какие-то растения в пучках, окна закрыты плотными, деревянными дверцами. Один из шаманов зажёг свечи, стоящие вокруг котла.

— Садись. — Мужчина жестом указал на подушку, лежащую на полу, напротив старого шамана. Взгляд шамана резко поднялся исподлобья на Харта, голубые глаза будто бы светились в темноте. Парень подумал: « Ты уже видел демонов, не испугаешься же какого-то шамана...»

Харт, сглотнув ком волнения в горле, сел напротив старика. Казалось, этот старик был ещё старше старейшины деревни. Женщина села рядом, напротив хмурого мужчины.

— Руку. — Внезапно произнёс старик и протянул морщинистую ладонь Харту. Парень быстро протянул ему свою. Старик грубо схватил его и принялся рассматривать ладонь. На руке шамана было несколько колец с кристалликами и просто несколько обычных металлических, надетых сразу на один палец.

— В тебе много жизненной энергии, но она скрыта. — Сказав это, шаман отпустил руку Харта. — Голова твоя забита. — Старик бросил в воду какой-то мелкий песок. — Мёртвых вижу, хотят поговорить с тобой, но ты против. — Старик указал пальцем на котёл с водой. — Смотри.

Харт, приподнявшись, наклонился и заглянул в котёл.

— Ничего нет? — Парень почувствовал себя ужасно неловко.

— Просто смотри. — Сказал шаман и принялся растирать какую-то траву в деревянной чашке.
Мужчина, один из шаманов, взял свечу и поднёс к котлу.

— Ты смотришь - я говорю. — После этих слов старик отставил чашку. Он зажёг траву и, затушив, оставил её в чашке дымиться. — Мужчина с чем-то на голове, скрывает лицо. — Шаман закрыв глаза, руками изобразил капюшон на голове. — Девушка с длинными волосами, чувствуется от неё злость. — Харт, ничего не понимая, продолжал всматриваться в котёл.

В какой-то момент в воде появилось изображение той девушки в жёлтом платье, что с улыбкой смотрела на Харта. Она приставила указательный палец к губам, продолжая улыбаться. Следующие слова шамана парень пропускал мимо ушей. Запах дыма от травы дошёл до Харта, и от горького его вкуса лицо слегка искривилось. А вода в котле будто бы начала двигаться по часовой стрелке, создавая водоворот. Образ девушки расплылся, и раздался громкий голос шамана, что заставил Харта перевести взгляд на него. Парень так и не смог понять, что он выкрикнул.

Шаманка, схватив Харта за плечи, усадила его на место. В руках у неё была та чашка с дымящейся травой, чей дымок уже был едва заметен. Она опускала два пальца в чашку и рисовала что-то у него на лице, выводя линии указательным и средним пальцем. Мужчина и старик принялись что-то бормотать. Вдруг девушка, приложив ладонь к его лбу, резко толкнула Харта назад, будто бы собиралась ударить затылком об пол. Харт резко открыл глаза и в полной темноте перед ним стояла девушка в жёлтом платье.

— Наконец-то ты пришёл. — Голос девушки звучал мягко, но у парня от него по спине пошли мурашки.

— Чего же ты хочешь? — Харт старался говорить громче, чтобы скрыть лёгкую дрожь в голосе.

— Неужели про меня уже все забыли? — Образ девушки плавно переместился ближе к Харту.— Да, всё таки мои потомки получаются самыми симпатичными... — Её рука медленно прошлась по щеке парня.

— О чём ты говоришь? — Харт резко отшагнул назад, скинув руку девушки с лица.

— Но совершенно лишены манер... — Девушка поставила одну руку бок, а второй подпёрла щеку. — Моё имя Фенестра. Прямо как у королевы Эвклаза.— Она улыбнулась.

— Хочешь сказать, ты и есть королева? — Харт невольно ухмыльнулся.

— Именно это я и хочу донести до тебя, мой милый прапраправнук. — Фенестра тихо усмехнулась, прикрыв рот ладонью. — Видел бы ты своё лицо.

— Всё это звучит, как бред сумасшедшего. Ты королева, устроившая тиранию и развязавшая войну, что идёт до сих пор, ещё и моя родственница? — Рэйнхарт стоял, как вкопанный и не решался даже пошевелиться.

— Это место создала я. — Девушка, раскинув руки, несколько раз покружилась, подол её платья шуршал, слегка разлетаясь. — Здесь, в подсознании, находятся все мои потомки. — Возле Фенестры появилась другая девушка с светло-русыми волосами, собранными сзади в аккуратный пучок и уставшими взглядом с мешками под глазами. На тонкой шее будто был след от верёвки, что красной линией огибал её.

— Что ты здесь устроила? — Девушка схватила Фенестру за запястье и нахмурилась.

— Знакомлюсь с моим дорогим внуком, Карла. — Фенестра, улыбнувшись, выдернула своё запястье из рук Карлы. Карла резко повернула голову в сторону Харта.

— О, боже! — Девушка подбежала к парню и обхватила руками его лицо. — Это не твой внук, Фенестра, а мой! Он же копия моего сына! — Карла прижала Харта к своей груди, злобно смотря в сторону Фенестры.

— Как знаешь, внученька. — Последнее слово Фенестра специально протянула. — Вот только, своего сына ты бросила и отправилась на тот свет. — Королева скрыла свою улыбку за ладонью.

— Из-за тебя я начала сходить с ума! — Карла направилась в сторону Фенестры и подняла руку, как будто собиралась ударить её, но её остановил молодой человек. На вид ему было лет за тридцать. Волосы были схожи цветом с волосами Фенестры, но взгляд был такой же пустой, как у Карлы.

— Успокойся, Карла. — Мужчина продолжал держать её руку, смотря на Карлу хмурым взглядом.

— Отец! — Девушка резко выдернула запястье из держащей её руки. — Ты всегда будешь на её стороне?

— Карлайл, не обижай малышку. — Фенестра положила руку на голову мужчины, но тот с вздохом отошёл в сторону. — Сын, познакомься с Рэйнхартом. — Королева ладонью указала на парня, но Карлайл лишь мельком взглянул на него.

— Меня это не интересует. Мы бы всё равно не встретились при жизни. — После этих слов его образ растворился в воздухе.

— Я уже ничего не понимаю. Я здесь для чего? Просто чтобы с роднёй познакомиться? — Харт запустил руку в волосы и усмехнулся. — Как я тогда оказался в той деревне экзорцистов? Я думал, что мои родители оттуда!

— Как я рада, что ты так быстро признал нас, Рэйн. — Фенестра хлопнула в ладоши, а Карла совсем не выглядела счастливой.

— Это из-за меня, Рэйнхарт. — Девушка с русыми волосами подошла ближе к парню и смахнула что-то с его плеча. — Я сбежала из замка, будучи девятнадцатилетней девчонкой, и поселилась в деревне, а затем родила там твоего отца. — Взгляд девушки устремился в пол. — А потом из-за одной ненормальной ведьмы! — Карла обернулась к Фенестре.

— Я не заставляла тебя убивать себя. — В отличии от Карлы её голос звучал очень спокойно.

— Ты - больная мстительная сука! — Карла уже была на грани, что бы не начать кричать.

— Довольно. — Фенестра щёлкнула пальцами, и Карла испарилась. В мгновение стало тихо.

— Ты можешь управлять этим местом? — Харт покрутил головой, осмотревшись, но Карлы нигде не было.

— Рэйн, ты потомок первого короля Эвклаза, поэтому в тебе много жизненной энергии и думаю... — Девушка легонько погладила парня по голове. — Ты сможешь сделать очень многое. Используй эту силу так, как пожелаешь нужным. — Фенестра закрыла рукой глаза Харта, и он снова вернулся в комнату с шаманами.

— Ты был без сознания около восьми минут. — Шаманка протянула ему руку и помогла встать.

— Смогли ли мы раскрыть твоё сознание? — Старик снова поднял взгляд на Харта.

— Да...Спасибо. — Парень посмотрел на входную дверь.

— Можешь идти. — Тихо произнёс шаман, и Харт быстрыми шагами направился к двери. — Скажи чтобы твой друг больше не приезжал.  — После слов шамана рука экзорциста замерла над дверной ручкой.

— Что вы сказали? — Харт медленно повернул голову в сторону шаманов.

— Не нужно нам здесь одержимых проклятием, да, ещё и несколькими. — Шаман принялся убирать свои принадлежности с пола.

— Извините, но такого я говорить не стану. — Парень улыбнулся и, хлопнув дверью, вышел на улицу.

Уже начинало темнеть. Рэйнхарт медленно плёлся по улочкам деревни Гинкго, ушедший куда-то в свои мысли. Ведь родители Харта, что воспитывали его до семи лет, оказались не его родителями. Он потомок королевской семьи? Вернее сказать, бывшей королевской семьи. Ведь Карлайл был последним правящим из семьи Сераделл. После очередной революции его убили и выбрали нового короля. Харт остановился у двери дома Вайна.

— Стоит ли ему рассказывать? — Парень не решался пока войти. — А если он решит, что я просто сумасшедший? Хотя, Вайн бы так никогда не подумал. — Харт открывает дверь и медленно входит в дом.

— Харт, наконец-то ты пришёл! — Вайн был в хорошем настроении, что радовало Харта. — Представляешь, сходил на рынок и купил... — Парень делает паузу. — Грибы! — Вайн руками указал на сковородку, стоящую на печи.

— И что в этом такого? — Харт улыбнулся и сел за стол.

— Ты серьезно? Последний раз мы ели именно эти грибы одиннадцать лет назад, перед твоим отъездом! Я даже думал, что забыл, как их готовить. — Вайн переставил сковороду на стол и открыл крышку. — Как ощущения? Так пахнет шедевр.

— И вправду... — Харт опустил взгляд в сковороду и снова задумался.

— Ты и легко со мной соглашаешься?! Что-то случилось? — Парень встал напротив Харта и уставился на него.

— Рассказ будет долгим. — Харт поджал губы, неловко улыбаясь.

— Давай рассказывай. Что за бред тебе наплели шаманы? — Вайн говорил с набитым ртом, стоя, закинув одну ногу на стул. Солнце уже давно село полностью. Небо было абсолютно чистым, усыпанным звёздами. Легкий ветерок стучался в окна домов, но метели точно не намечалось.

После слов Харта, Вайн молчал несколько минут.

— Значит, ты настоящий наследник? — Вдруг заговорил Вайн. — Это и правда странная история, но это точно не твоя больная фантазия, иначе бы шаманы сразу заметили такие игры разума. — Вайн встал со стула и принялся убирать со стола.

— Лучше бы это была моя больная фантазия. — Харт громко выдохнул. — Спасибо, что веришь мне.

— Конечно! Ты же мой друг. — Вайн сел напротив Харта.

— А чем занимался ты, пока я был у шаманов? — Экзорцист решил сменить тему.

— Ходил на рынок, встретил там старых знакомых. Я их ещё детьми помню, а они так вымахали! Хоть мы и ровесники. — Вайн вдруг снова замолчал. — В детстве я почти не общался с другими детьми.

— Ты жил один. Тебе пришлось рано повзрослеть. — Рэйнхарт осмотрел взглядом комнату. Шестилетний мальчик жил тут совсем один три года до приезда Харта и ещё два до побега.

— Я так старался...Ухаживал за домом, сам себе готовил и не хотел доставлять трудности старейшинам. — Вайн положил руки на стол, перебирая пальцы.

— Когда умерли родители, я решил, что мне никто в этой жизни не нужен, ни друзья ни семья. Никель же был для меня совсем чужим человеком. — Рэйнхарт улыбнулся, чтобы как-то разрядить обстановку. — А оказывается, они и не были моими родителями.

Вайн подошёл к Харту и, обхватив его голову руками, принялся тереться лицом об его волосы.

— Бедненький Харт. Мы такие невезучие. — Парень специально выдавливал писклявый голос.

— Отпусти меня! — Харт вырвался из рук Вайна, и второй рассмеялся. — Вечно всякую ерунду творишь. — Экзорцист принялся поправлять волосы. Теперь на душе было не так тоскливо.

Эту ночь они решили провести в деревне, а утром постараться, как можно скорее её покинуть. Именно Харт хотел убраться отсюда побыстрее. Ему хотелось увезти Вайна, ведь родная деревня считает его опасным и одержимым. Знать ему об этом необязательно, решил Рэйнхарт, и именно так он думал до ужина.