Привет Сосед: Добро пожаловать в Вороньи Ручьи. Что если?

Подвал Теодора Питерсона. Локация: подземный парк аттракционов.

Всё тело Ники онемело...

Она сам постоянно чувствовал жгучую боль, а следом и зуд. Клетки тела постоянно сжигались и делились. Словно его чёрная и мятные формы объединились в одну белую... чистую. Чистый хаос.

Сам он не мог видеть всего, что происходит в реальности. Он был у себя в голове...

Тёмной голове.

Вокруг была одна тьма... сущая, что не имела конца...

Сам Ники не имел представления о том, как ему выбираться... его руки и ноги были связаны.

Он не знал сколько времени прошло с того момента, как Тринити забросила его в эту дыру.

Он не мог двигаться, но мог слышать и чувствовать...

Перед ним возник... он же. Только с красными глазами. Тот, кто был создан в ходе инъекции красной жидкости ему Франклином...

Тот, кто убивал ради простого развлечения, тот, кто предавал друзей Ники раз за разом... и всё же, кровь была на руках и Ники...

И всё из-за него... Неки.

"О хо-хо... бедный Ники."-смесь его травмы с Нечто, подошло к нему, слегка шлёпнув по щеке.

"Ты правда решил, что сможешь вернуть контроль? Сможешь одолеть меня?"-он ухмыльнулся в своей надменной форме.

Ники огрызнулся, он хотел вырваться из цепей, но не мог. Способности не работали...

"Боже мой... да ты чего? Думал, что мысли о покойной любви дадут силу любви? И ты одолеешь меня?"-Неки насмешливо создал куклу в образе Майи.

Кукла... именно её находка в том доме дала Ники внутренних сил на борьбу за контрол над собственным телом... которая привела его к нынешнему моменту.

"Так жалок... мне даже как-то не по себе."

Ники дёрнулся. Один раз. Второй. Цепи натянулись, скрипя, будто сами не верили, что кто-то ещё пытается вырваться из них.

Но Ники не останавливался.

Его дыхание — прерывистое. Кожа покрылась потом. Зубы стиснуты до боли. Он даже не чувствовал свои руки — только волю. И желание заткнуть этого урода перед ним.

Цепь на левой руке треснула первой. Справа — следом. С громким металлическим визгом он сорвался с места и, не раздумывая, врезался прямо в Неки.

"ЗАТКНИСЬ!"-заорал Ники, сбивая копию себя с ног.

"Хватит пиздеть! Хватит играться!"

Он ударил один раз. Второй. Третий. Кулаки опускались по лицу, по груди, по земле рядом. Хаотично. Без тактики. Без тормозов. Он выл, как зверь, будто через каждый удар гнал прочь страх, вину и ту тьму, в которой плыл последние часы.

Неки захихикал. Сквозь кровь. Сквозь сломанный нос. Сквозь смятый череп.

"Вот это другое дело..."-прохрипел он, хрипло кашляя.

"Так, по-твоему, выглядит контроль?"

Ники замер, не отпуская его за ворот.

"Ты думаешь, это ты вырвался? Что ты сломал эти цепи сам?"

Он резко переворачивает Ники на землю и оказывается сверху.

"Я сам их ослабил, идиот!"-зарычал он прямо в лицо.

"Так ведь интереснее. Кровь, борьба, внутренняя драма... Ты думаешь, ты меня победишь вот так, чистой злостью? Я и есть твоя злость, твоя боль, твоя ненависть к себе."

Ники плюнул ему в лицо.

"Тогда знай: я ненавижу тебя до костей."

"Взаимно"-усмехнулся Неки.

"Только я ещё и наслаждаюсь этим."

Он резко исчез. Исчезает весь образ, будто тает в дыму. Вокруг Ники — пустота. Ни стен, ни пола. Только он, стоящий на коленях, тяжело дыша.

Тьма... начинает двигаться.

Она пульсирует. Шевелится. Словно живая. Словно пока они дрались, кто-то или что-то ещё проснулось в этом месте.

"Ты не один в своей голове, Ники."-прозвучал голос Неки уже издалека.

"Ты просто первый, кто успел открыть дверь."

С этими словами, окружение начало меняться. Приняв образ... церкви.

"Что ты мне только что сказала?"-он услышал голос... себя. Хоть и более писклявый, не созревший.

Обернувшись он увидел... себя, но младше, и его ныне покойную бабушку Фейн.... Точно... тот день.

"Ты проклятое дитя, это твоя вина. Эта невинная девочка умерла, и никто другой не виноват, кроме тебя и того демона."-сказала она его молодой версии...

Ники нашёл странным, что слушает... он сам был в этом моменте. Он ведь общался... это просто воспоминание.

"Я не проклят, и Аарон тоже."-молодой Ники ответил.

"Да, ты прав. Если бы тебя действительно не было, как думаешь, эта девчонка умерла бы? Нет, не умерла бы! Но она умерла, и всё из-за тебя и твоего друга!"

В этот момент молодой Ники не задумываясь, оттолкнул руку Беббе и толкнул ее так сильно, что она чуть не упала.

"ТЫ. ТАКАЯ. СУКА!"-закричал он.

Все перестали выходить на улицу и обернулись к ним, удивлённые внезапной вспышкой Ники. Джей и Луанна стояли у двери и тоже были шокированы.

"Я НЕ ПРОКЛЯТ! И НИ ААРОН, НИ МАЙЯ, НИ КТО ДРУГОЙ В СЕМЬЕ ПЕТЕРСОНОВ! ПРОКЛЯТИЕ — ЭТО ТЫ !"-закричал он.

"С самого детства ты постоянно на меня нападала из-за всех этих кошмаров, которые я не мог контролировать! Я боялся тебя с самого первого дня, а теперь, когда я наконец-то начинаю тебя ослушаться и идти против твоих глупых желаний и убеждений, ты ведёшь себя так, будто я проклят! Угадай, что ты, старая ведьма! Я не проклят, я просто наконец-то окреп! Теперь я уязвим, потому что один из моих лучших друзей умер, так что не могла бы ты, ПОЖАЛУЙСТА, попытаться проявить хоть немного сочувствия?!"

Ники сжал кулаки... сейчас будут ЭТИ слова.

"Я так тебя ненавижу, Беббе."

Это было последнее, что сказал молодой Ники, прежде чем выбежать из церкви, всё ещё рыдая.

Ники вздохнул... он ненавидел эти слова. Он ненавидел себя за это.

И больше всего он ненавидел себя за то, что это были его последние слова своей бабушке...

Ники вдруг ощутил дрожь... место снова менялось...

Теперь он был в старом доме... его прошлом доме. Который ныне принадлежал семье Тринити... и он не хотел даже слышал эту сцену.

Луанна открыла дверь дома:

"Мама, мы дома"-сказала она.

Беббе не ответил. Обычно Беббе издавал что-то вроде мычания, но на этот раз она промолчала.

Молодой Ники вошёл в гостиную, где нашла Баббу на диване, с опущенной головой и руками на коленях.

"Беббе, мы дома."-сказал он.

Он шагнул к ней и спросил:

"Ты спишь?"

Однако Беббе, похоже, не спала. Если она спала, то издавала тихий храп, как когда они ехали в машине по дороге сюда.

Молодой Ники нежно взял Буббу за руку, и Бубба упал на пол.

"О МОЙ БОГ!"-закричала Луанна.

Молодой Ники наклонился на колени и пощупал ее шею. Не найдя пульса, он попробовал ее запястье, но пульса снова не было. Он осторожно попытался её разбудить, а когда она всё ещё не пришла в себя, он попытался трясти сильнее.

Нынешний Ники закрыл глаза...

"Беббе, просыпайся!"-прокричал он дрожащим голосом.

"Пожалуйста, просыпайся! Пожалуйста! Беббе, просыпайся!"

Бабба всё ещё не двигалась и не дышала. Она была мертва.

Луанна разрыдалась, а Джей обнял её, изо всех сил пытаясь утешить. Тем временем молодой Ники всё ещё стоял на коленях, глядя на бледное и безжизненное тело бабушки, и понимал, что она действительно мертва.

Ненешний Ники зарычал, и бросился прочь отсюда, но место отреагировало быстрее, сумев переместить его... в парк развлечений «Золотое яблоко».

Он судорожно посмотрел в сторону Американских горок... ага, Люси И сидела в них.

Горки поехали, начав крутиться, проезжать через туннели...

Но быстро всё пошло ко дну.

Внезапно, молния ударила прямо в вагонетки... и Люси пропала, остался только её красный воздушный шар.

Когда горки остановились, из вагонеток вышли перепуганные молодые версии его, Ивана, Марицы, Майи, Аарона и Энцо. Даже подоспевший Теодор выглядел напуганным.

Ники отвёл взгляд... именно с этого момента всё пошло к чёрту.

Новый интерьер не заставил себя долго ждать. Лес... и под деревом сидели молодой он и Майя.

"Майя... нам всем тяже-"

"Ты не понимаешь! Я виновата! Я! Мои колени не влезали в вагонетку, и Люси поменялась со мной... из-за меня... из-за меня..."

И места начали менять всё быстрее... воспомрная становились короче, но все были плохими. Они не имели порядка... были хаотичными.

"Держись подальше от нас..."-говорит ему Аарон после смерти его матери, Дианы Питерсон.
...
"Где Аарон и Майя, старик?"-молодой он выглядывает из окна к Теодору.
...
"Я просто монстр..."-слова Аарона после того, как он ударил Ники ломом.
...
"Ты навещала его!?"-он кричит на Тринити в столовой.
...
"О, больной Ник снова за своё."-слова Жасмин, когда он кричал на Нечто, хотя никто не видел его. Для них он орал на шкаф.

"Я знаю. И какая золотая жила."-Финч ухмыляется, фотографируя это.
...
Аарон протыкает грудь Ники своим чидори.
...
"Ты заблудишься, если не оставишь след."-Беббе говорит ему, перед тем как бросить в лесу
...
"Майя..."-он смотрит на видео того, как Аарон случайно столкнул девушку с крыши... она умирает.
...

Ники снова провалился в темноту. Она не была просто черной — она дышала, как будто в ней жил кто-то ещё. Воздух был тяжёлым, как в затхлом подвале. Каждый вдох царапал горло. Он упал на колени.

Из темноты медленно проступила фигура. Всё та же ухмылка. Всё те же горящие красным глаза.

Неки.

Он медленно зааплодировал, наклоняя голову.

"Ну что, понравился мой гранд-тур по твоим милым воспоминаниям?"-произнёс он тоном экскурсовода, но с ядом в голосе.

"Мне лично очень. Столько боли. Столько утраты. О, как вкусно."

Ники поднял взгляд, сжимая кулаки.

"Сволочь..."

"Сволочь?"-переспросил Неки и резко оказался перед ним, присев на корточки.

"Парень, я показал тебе только то, что уже было внутри тебя. Ты носишь это каждый день. Я просто немного подсветил твою коллекцию дерьма, которую ты запихал под ковёр."

Он ткнул пальцем в грудь Ники.

"Все эти слёзы, все эти крики, вся вина. Всё, чего ты пытался избежать. Ты не борешься со мной, Ники. Ты борешься с самим собой. Я — это ты. Без фильтров. Без морали. Без сопливых «прости». Только правда."

Ники попытался ударить его, но Неки без усилий схватил его запястье.

"Что, устал? Удивлён?"-он резко поднёс лицо к нему вплотную.

"Боишься, что я прав?"

"НЕТ!"-прошипел Ники, и в этот раз ударил с другой руки, смачно, с хрустом.

"ТЫ — НЕ Я!"

Неки слегка отшатнулся, но его улыбка только стала шире.

"Это мы ещё посмотрим..."

Он вытянул руку в сторону и вырвал из тьмы осколок, словно обломок зеркала. На его поверхности — сцена, где Тринити смотрит на Ники в клетке. Сомневается. Боится. В голосе — недоверие.

"Вот, свеженькое. Твоё. Только что. Даже она не верит тебе."

Ники резко выбил осколок из рук Неки — он рассыпался на светящиеся куски. Но прежде чем он успел что-то сказать, тьма ожила.

Словно чёрная жидкость вокруг взбесилась. Волны поднялись. Вязкие, масляные. Из них начали вылезать силуэты. Один — с лицом Теодора. Второй — с лицом Франклина. Третий — с мёртвым лицом Майи.

Все шептали:

"Это всё ты..."
"Ты виноват..."
"Ты слабый..."
"Ты монстр..."

Ники закрыл уши руками, сжав зубы.

"ХВАТИТ!"

"Не получается, да?"-Неки с ухмылкой поднимается над ним, возвышаясь.

"Потому что ты не можешь вырваться, пока не примешь одну простую вещь..."

Он наклоняется.

"Ты сломан. И таким тебя и оставят."

Ники закрыл глаза. Его дыхание сбилось. В груди всё сжалось. Он чувствовал — если сейчас прогнётся... если примет это...

Он потеряет себя навсегда.

Но тут... внутри. Что-то дёрнулось. Мягко. Тихо. Голос. Очень тихий. Где-то из глубин:

«Ты заблудишься, если не оставишь след.»

Голос Беббе. Не проклятие. А совет.

И он вспомнил — руку Тринити на плече. Взгляд Ивана, когда они разрабатывали план. Смех Аарона. Упрямство Марицы. Тепло...

Он не один.

Он открыл глаза — и в них зажглась белая вспышка.

"Заткнись, ублюдок."-сказал Ники. Спокойно.

И тьма, на миг, дрогнула.

Неки хмыкнул.

"Ну-ну... ты хочешь побороть хаос... хаосом?"

"Нет."-Ники поднялся.

"Я поборю тебя собой."

Из его рук запульсировала энергия. Не молния. Не пламя. Не лед. А свет. Чистый, белый, ровный. Он обволакивал кулаки. Ники встал прямо, больше не шатаясь.

"У меня хватит сил. Потому что теперь я знаю, кто я."

Неки посмотрел на него... и впервые не улыбнулся.

"Вот дерьмо..."

И тут всё вокруг взорвалось светом.
...
Правда это не помогло.

Ники летит назад — удар в грудь. Не просто удар — будто целый грузовик прошёлся по рёбрам. Спина ломает несуществующую землю подсознания, и он корчится в боли.

Где свет? Где его прорыв? Где внутренний герой?

Нет его.

Неки идёт неспешно. Вся поза — издевка.

"Ну что, герой. Устал?"

Он поднимает его за ворот.

"Дай угадаю... думал, найдёшь пару воспоминаний с обнимашками, пару тёплых слов — и всё? Всё наладится? Победишь?"

Ники плюётся кровью, но не отвечает. Не может.

"Скажи мне."-Неки наклоняется ближе.

"Сколько раз ты облажался?"

Он хватает его за волосы, поднимает голову.

"Твоя любовь? Мертва.!Ты говорил, что будешь рядом, что будешь держать за руку. Где ты был, когда ей было хреново? Плакал в своей комнате. Ты её подвёл. Даже не признался."

Он швыряет Ники оземь. Тот отскакивает, задыхаясь.

"А твой лучший друг?"-продолжает Неки, идя по кругу.

"Ударил тебя ломом. Проткнул тебя молнией. Убил твою любовь. А знаешь что хуже?Ты всё равно пытаешься его оправдать."

Ники стонет, сжимая грудь.

"Твоя бабушка? Травила тебя годами. Последнее, что ты ей сказал — что ненавидишь её. А потом она умерла. Пожил бы с этим. А?"

Неки швыряет в него очередной образ — мертвое тело Беббе, холодное, неподвижное. Крик молодого Ники.

"А Люси?"-шепчет он.

"Вырвалась. Ушла. Прямо у тебя перед глазами. И ты ничего. Ноль. Пусто."

"Заткнись..."-слабо прошептал Ники.

"РОДИТЕЛИ?"-резко выкрикнул Неки.

"Грёбаные Вороны. Мрази в масках. Врали тебе всю жизнь. А ты продолжал звать их мамой и папой, как наивный щенок."

Ники трясётся. Губы дрожат.

"Иди в школу — и тебя зовут психом. Тебя высмеивают, а не уважают. Никто не видит в тебе парня. Только психа, Больного Ника."

Новый образ. Жасмин. С её презрением. Смеётся с подругами. Финч фотографирует. И все, все друзья — не друзья. Просто публика. Холодная, отчуждённая.

"Ты — не герой, Ники. Ты — ошибка. Твоя жизнь — это набор сбоев. И всё, к чему ты прикасаешься, разрушается."

Ники пытается подняться — ноги подгибаются.

"Ты хочешь, чтобы тебя слушали? Поддержали?"-Неки склоняется.

"Но знаешь, в чём правда?"

Он шепчет в самое ухо:

"Даже Тринити тебе больше не верит."

ХРУСТ.

Неки ломает ему палец. Ники даже не кричит. Уже не может.

"Жалкий. Лишний. Тот, кто всех подводит."

Неки смотрит вниз, как на сгоревшее мясо, корчащееся у его ног.

"Ты хочешь сражаться за себя? Так сражайся. Но будь честен: У тебя больше нечего терять."

Он замахивается на последний удар. Не кулак. Лезвие. Выращенное из его энергии. Белое, пульсирующее.

"Финал."

И он заносит его над горлом.

Шлёп.

Нож из белой энергии входит в плоть.

Ники дергается. Его рот раскрывается, но крика нет — лишь хрип. Он чувствует, как лезвие прожигает бок, срывает кожу и мышцу. Как будто внутри — разогретый лёд.

Он падает — и Неки тут же хватается за его волосы, тащит вверх, как тряпичную куклу. Без усилий. Без пощады.

"Расслабься. Это не по-настоящему."-сладким голосом шепчет Неки, глядя ему в глаза.

"Тут, в подсознании, ты не можешь умереть."

Он наклоняет голову набок.

"Но ты можешь сломаться."

Он бросает Ники на колени и показывает вперёд.

Тьма... начинает принимать форму.

Поначалу — расплывчатые силуэты. Но затем они обретают лица. Лица, которые Ники знал лучше всех.

Майя. Люси. Беббе.

Все трое смотрят на него из пустоты. Их лица будто в дымке, но узнаваемы до дрожи. Они улыбаются. Спокойно. Почти нежно. Почти... по-настоящему.

"Ники..."-говорит Майя, шагнув ближе.

"Ты устал. Мы это чувствуем."

"Хватит бороться."-говорит Люси, сжимая руки перед собой.

"Всё, что ты делаешь — разрушает тебя. Посмотри на себя."

"Возвращайся домой."-говорит Беббе, и голос её уже не резкий, не злобный. А тёплый. Почти материнский.

"Здесь ты сможешь забыться. Перестать бояться. Перестать бродить."

"Мы скучали."-говорит Майя.

"Мы ждали."-добавляет Люси.

"Ты не принадлежишь им..."-говорит Беббе.

"Ты наш. Ты всегда был наш."

Ники дрожит.

Он хочет отвернуться. Но не может. Потому что что-то в нём... хочет остаться. Хочет сдаться. Хочет, чтобы всё это — кончилось.

Неки подходит к нему сзади. Кладёт руку на плечо.

"Вот она, твоя реальность..."-шепчет он.

"Они были единственными, кто тебя по-настоящему любил."

"Они мёртвы. А ты — живой. Зря."

Он наклоняется к уху:

"Пойди к ним. Ты же хочешь, Ники. Просто сделай шаг."

Впереди, в тьме, три фигуры протягивают руки.

"Пойдём с нами..."-говорят они в унисон.

"Ты уже был здесь. И ты знаешь, как будет легче..."

И вот он, на грани.

На волоске.

Он начинает тянуть руку вперёд...

Неки усмехается... он победил.
...

В реальности:

Белая энергия начинает спадать. Чистый, неуправляемый хаос уходит... Ники, то есть Неки возвращается в норму.

Глаза алые.

И теперь, когда культ получил книгу, у него есть полная свобода в убийстве этих продуктов-друзей.