VI: Подземелье
Лунетта отправлялась в подземелье в лёгком недоумении, потому что Райенна на новость о том, что теперь за ними временно будет присматривать Вэриан почти никак не отреагировала. Она, конечно, одарила временную матушку недовольным взглядом, но и только. Никаких слов о том, что она злая ведьма или чего-то в таком духе, к чему Лунетта уже успела изрядно привыкнуть.
Вэриан заверял, что всё будет в порядке, и он только немного прорядил сады Лунетты у дома. Девушка опасалась, что вернётся в пустошь, и от её садов останется одно только напоминание в качестве голых кустов. Она надеялась, что Райенна, как самая старшая, всё-таки проконтролирует количество потребляемого магом. Не то чтобы ей хватит сил остановить его, но в худшем случае она просто доложит Лунетте о своёй провалившейся попытке.
Мирт тоже уверял, что раз они заключили временный договор, Вэриан просто не сможет никак навредить детишкам, поскольку главным условием было предотвращение любой опасной ситуации, и в случае, если парень ослушается, его будет ждать небольшая кара.
А ещё магический круг не исчезнет, пока не будут выполнены все условия, вот только работал он только в одну сторону. Мирт мог просто не отдавать чешую столько, сколько пожелает, поскольку не был ограничен временными рамками, прямо как и Вэриан, теперь выступающий в роли няньки.
Но понимает это только Лунетта, краем уха подслушавшая условия и формулировку. Возможно, до Мирта всё дойдёт куда быстрее, чем до Вэриана, занятого воспитанием небольшого детского сада.
Подземелье далеко. Оно и от столицы далеко, и от любого другого города тоже, поэтому идеального места для телепортации не найти. Она долго ломала голову, когда Мирт показал ей место на карте, размышляя, стоит ли ей телепортироваться в Айриград, если от него что-то осталось, или же выбрать столицу. От этих двух городов расстояние до подземелья было почти одинаковым.
В итоге Мирт предложил столицу — там, по крайней мере, можно спокойно взять лошадь в конюшне.
Уже потом он понял, что лошадь Лунетте не нужна в принципе. Она, имея крылья, могла без проблем долететь в любую точку.
Мирт всё-таки решился сопроводить её до столицы на следующее утро. То самое недоумение, вызванное вчерашней реакцией ребёнка, так и осталось на лице Лунетты. Рассеянная девушка, наряженная в короткое но пышное чёрное корсетное платье с широкими рукавами и шляпу с огромными полями, шагала босиком по сырой после дождя земле. За барьером стояло жаркое лето, и её наряд совсем не подходил по погоде — солнце нещадно жарило девушку, но она словно совершенно этого не чувствовала. Даже Мирта припекало, отчего он ощущал лёгкую слабость и хотел просто прилечь и пригреться на каком-нибудь тёплом камне.
— Ты в порядке? — уточнил парень, глядя на Лунетту и косу, обмотанную поверх корсета. Этот своеобразный белый канат портил всё впечатление от платья, привлекая лишнее внимание.
— В полном, — безразлично отозвалась девушка и вытянула вперёд запястье. Только сейчас Мирт обратил внимание небольшой ледяной браслет. Ну разумеется, она использовала заклинание, чтобы не зажариться здесь живьём. Интересно, она хоть что-то видит? Шляпа завалилась в сторону, полностью накрыв правую сторону. Конечно, там повязка, и Лунетта всё равно ничего не видит, но это всё ещё выглядит неудобно.
— В той стороне деревня. Нужно будет пройти мимо. Можешь спросить у местных об отряде наёмников, уверен, они тебе расскажут, если скажешь, что пришла на подмогу. Ну и заодно уточнишь, куда именно идти дальше.
— Так провожать до самой пещеры ты меня не станешь? — Лунетта издала что-то, напоминающее смешок. Мирт покачал головой.
— Сегодня с утра мне принесли бумаги. Три стопки. Я должен закончить с оформлением и отчётами для Короля, так что, к сожалению, пока я работаю в гильдии официальным главой, у меня нет другого выбора, кроме как разбираться с бумажками.
Лунетта чувствовала, что попахивает офисным рабством. Мирт вообще оттуда выбирается? Помнится, как-то в столице она мимоходом слышала о том, что глава одной гильдии только и делает, что безвылазно торчит в кабинете, отправляя других вместо себя. Может, речь и шла о Мирте, а может о ком-то другом — в столице он не единственный владелец гильдии наёмников. Но один из самых популярных.
— Неужели так трудно найти кого-то, кто будет заниматься бумагами вместо тебя? Разве ты не самая ценная боевая единица?
— Помимо того, что я сильнее других, я единственный, кто осведомлён о том, что происходило в гильдии с самого начала. Никто кроме меня не сможет правильно изложить в отчёте всё, приводя в пример прошлые достижения, чтобы впечатлить вышку и получить больше спроса за выполняемые поручения.
Лунетта создаёт в руках ледяной посох, заставляет его левитировать в горизонтальном положении, и садится на него, чтобы не идти самой.
Она думает над тем, что ей сказал Мирт, не дольше секунды. Она всё ещё считает пустым занятием просиживание задницы в кабинете, и думает, что лучше бы Мирт набирался боевого опыта, отправляясь с другими в подземелья, а для бумаг нанял кого-то ещё.
Сам Мирт, очевидно, иного мнения. Он никогда не отдаст своё теплое место в кабинете кому-то ещё. К тому же, пока он там, у него нет необходимости лишний раз выбираться в какую-нибудь ледяную пустошь подземелья, ведь обычно именно в такие места его и приглашают. Невзирая на то, что он сам ледяная виверна, он как-то совершенно не горит желанием отправляться в холодные биомы, вместо этого предпочитая жаркие пустыни или кресло кабинета.
— Всё с тобой ясно. Тогда я полетела. Не помри в бумажках.
Лунетта машет рукой Мирту на прощание, прежде чем двинуться с места. Она буквально улетает верхом на созданном ею же ледяном посохе, и Мирт вновь ловит себя на мысли о том, что схожести с книгой Лэйлин всё больше и больше. По крайней мере, эльфийка точно попала и в этот момент. Там Лунетта, а точнее её альтернативная версия, тоже использовала посох для передвижения, предпочитая лишний раз не тратить силы на ходьбу.
Вообще, лететь таким образом не очень-то далеко и долго. Мирт уверен, что к концу дня, даже не напрягаясь, Лунетта доберётся до деревни, а оттуда сразу же отправится к пещере. За сутки она вполне сможет достигнуть пункта назначения.
Лунетта не думает об этом слишком долго — она скучающе провожает взглядом мелькающие деревья, кусты с ягодами и цветы, притягивающие взгляд. Некоторые зверушки, вполне безобидные и милые, разбегаются от неё в ужасе, учуяв опасность. Лунетта с досадой думает о том, что была бы не против завести парочку обыкновенных или волшебных кроликов для Вауля, который тяготеет ко всему милому и невинному. С другой стороны, кролики ни черта не милые и не невинные. Несмотря на то, что в мультиках её прошлой жизни их рисуют очень красивыми, на самом деле они ничем не отличаются от любого другого местного травоядного. Зачастую, в этом конкретном мире, любой травоядный может стать потенциальным хищником и откусить тебе ногу или руку. Местные волшебные кролики, к примеру, точно не милые. Лунетта читала о них, и они, признаться, больше вселяют ужаса, нежели умиления. Они ничуть не отличаются от той твари, ночующей у неё в постели. Только не увеличиваются в сотни раз. Однако они тоже вполне способны сожрать тебя в один укус. Ну или не совсем в один.
Так или иначе, невзирая на разумность большинства тварей этого мира, здесь существуют и кровожадные любители мяса. Человеческого в том числе.
Лунетта уже начинала засыпать, пока летела. Она и моргнуть не успела, как пролетела половина дня, и день сменился вечером. Казалось, она только что была неподалёку от Мирта, а теперь забралась в чащу леса.
Буду надеяться, что направление верное.
Можно было взлететь повыше и проверить. Лунетта не горела желанием подниматься высоко, но рискнула. Где-то в нескольких километрах, наверное, в трёх или четырёх, виднелась пустошь среди леса. Огней не видать, но там точно не было деревьев. Может, где-то там и было поселение.
Лунетта продолжила путь.
И в целом, оказалась права. У входа в деревню её встретила какая-то местная девица, поинтересовавшаяся, откуда она прибыла и с какой целью. Лунетта не хотела говорить с незнакомцами, но всё-таки с присущим в последнее время ей равнодушием сообщила, что ищет группу наёмников, возглавляемую Лэйлин, эльфийкой, и что она сама пришла на подмогу в подземелье.
Деревенская долго не думала — ткнула пальцем в сторону и сказала идти туда. Лунетта, продолжая сидеть на посохе, уже хотела полететь в указанном направлении, но та же деревенская остановила её.
— Вы ведь Ведьма из Драконьего Леса?
— Приехали, — Лунетта с ничего не выражающим лицом поворачивается к девушке. Она смотрит на неё пару секунд, прежде чем покачать головой. — Я не ведьма. И не существует никакой ведьмы в Драконьем Лесу, это глупая выдумка.
— Но я слышала, что там действительно творятся странные вещи, — девушка, кажется, была убеждена в существовании ведьмы из книжки.
— Не верь всему, что пишут в романах, — Лунетта бросила это напоследок, прежде чем, раздражённая, двинуться в нужную сторону. Как вообще можно было прийти к такому выводу, едва взглянув на неё?
Деревушка крохотная, и миновала её Лунетта всего в несколько минут, вскоре вновь очутившись в глухом лесу. А может и не таком глухом — она слышала людей неподалёку, кричащих что-то про зверей и птиц. Взгляд зацепился за парочку охотников с луками и колчанами, машущими друг другу руками на разных сторонах реки. Трудно сказать, где здесь мост и откуда она вообще текла. Лунетта не придавала ей значения — сама она летела вдоль едва заметной тропинки, протоптанной кем-то ранее. Возможно, к тому подземелью наведывались чаще, чем Мирт упоминал.
Подземелье представляло из себя вход в подземные руины. Однажды она уже такой встречала, но чаще сталкивалась с пещерными входами. А это скорее напоминало вход в подземный город.
Точно ли там будет достаточно места, чтобы она могла принять свой истинный облик? Она не уверена. Высока вероятность, что места там совсем не хватит для её немаленькой тушки.
Тем не менее, не спустившись с посоха, она летит вглубь подземелья. Чем дальше — тем ощутимее ветер. А потом рельеф меняется — лестницу сменяет каменный неровный пол. Стены тоже расширяются, создавая больше пространства для манёвров, пока перед девушкой не появляется два пути.
Лунетта думает не дольше секунды, отправляясь в левую дыру. Лабиринт она не ожидала встретить, но она тонко чувствует запах людей и монстров, прошедших именно по этой дороге.
И она не ошибается. Чем дальше она идёт, тем чётче слышит звуки боя. Но в пещерах не разгуляться. Здесь узко, несмотря на то, что людям такие пещеры могут показаться довольно широкими. Тем не менее, её тушка не влезет.
— Бей сверху! По брюху!
— Там панцирь!
— Надо пробраться вниз! Отвлеките её!
Лунетта слышит голоса. Тот, что отдаёт указания, принадлежит девушке, и тон очень уж ей знаком. Она даже немного ускоряется, заставая бой группы наёмников. Десять человек — три мага, четыре воина, два сборщика в стороне, подбирающих ресурсы, представляющие ценность, с уже убитых чудовищ, и один парень с луком и, судя по запаху, отравленными стрелами. Правда прицелиться в огромную скачущую паучиху, не задев других, довольно трудно, поэтому он медлит.
Всё заканчивается в одно мгновение — гигантская сосулька протыкает огромную тварь, пригвоздив к каменному полу и даже пробив его. Все в замешательстве смотрят на Лэйлин.
— Разве ты не говорила бить снизу? Кто ударил сверху? Сайрус? Рошуа? Лэйлин? — предводитель среди воинов обращается в основном к эльфийке, но видя её замешательство, переводит взгляд на других магов.
— Командир, там девушка, — один из воинов обращается к мужчине, с ног до головы закованному в доспех. Тому самому, который обращался к магам. Он переводит взгляд на длинноухую девушку в чёрном платье, сидящую верхом на посохе. Она, наклонившись, с интересом рассматривает чешуйки убитого огромного паука. Всего за мгновение она преодолела расстояние от места, откуда атаковала, до трупа монстра. Возможно, она была слишком нетерпелива, пролетев сюда до того, как заявила о своём присутствии группе.
Лунетта не впервые видела чешую на брюшке, но это первый раз, когда она видит красные чешуйки. Их можно купить на рынках за баснословную сумму, но они добываются из подземелий зелёного или растительного типа, так что их не так много. Да и у Лунетты не столь много богатств. Большинство она тратит на новые гримуары в надежде найти там что-то новое, на ткани и даже песок, поскольку её хобби требуют больше средств, чем предполагалось изначально. Да и раньше у неё не было детишек, которым очень уж нравятся золотые монетки.
— Луна? — Лэйлин обращается к ней, узнав длинную белоснежную косу, болтающуюся внизу вместе с замятой пышной юбкой, на которой девушка сидела. Лэйлин готова поклясться, что видит её панталоны. Так и задумано? Эльфийка точно может видеть, как некоторые из парней в её группе пялятся на них. Не сказать, что это верх бесстыдства, но всё таки подобное остаётся неприличным в обществе.
— Ты знаешь её? — воин недоумевает. Эльфийка, помедлив, выдвигает предположение вслух, заодно соглашаясь с мужчиной.
— Она моя подруга и драгоценная матушка нашего Главы Гильдии. В сотни раз страшнее него в бою. Может, в тысячу, — Лэйлин сильно преувеличивала, но таким образом она отбивала у группы желание поставить на место девушку, укравшую их добычу из-под носа. — Как вы могли заметить, ей ничего не стоило пригвоздить паучиху, пробив ей панцирь, хотя наши заклинания и мечи его не брали. А ещё, вероятно, это Мирт послал её к нам на подмогу.
Ну, это было значимым аргументом. Желающих поговорить с ней становилось всё меньше.
— Подмога? Разве мы сами не справимся? — воин ставил под сомнение участие ещё одного мага. Она, конечно, сильна, но в чём суть рейда? Получить золото просто за то чтобы стоять рядом и наблюдать как она раскидывает монстров направо и налево?
Лэйлин понимала, о чём идёт речь. И она была согласна в том, что всё именно так и получится, если Лунетта будет принимать в битвах непосредственное участие.
— Я просто заглянула на завтрак. Вам ведь не нужно мясо этой штуковины, только шкура и чешуя? — Лунетта наконец-то обращается только к Лэйлин. Ну, в частности потому что других она здесь не знает.
На лице магессы почти читается это «На завтрак?», полное сомнения. Однако когда она видит, как Лунетта склоняется над тушей, когтистой лапой рассекая чешую и доставая странное на вид мясо, сомнений не остаётся. Она действительно намерена сожрать паучиху.
— Она ядовитая! — эльфийка почти бежит к Лунетте, стремясь поскорее забраться на монстра, и даже напрочь забывает про существование заклинания левитации, которое, к слову, Лунетта использовала прямо сейчас, чтобы оставаться в воздухе и продолжать сидеть на посохе.
— Это такая проблема? Вам нужно выкачивать яд из её мяса? — Лунетта, уже успевшая затолкать в рот сырое мясо, поражает всех присутствующих не только тем фактом, что она жрёт паучиху сырьём, но и самим вопросом.
— Нет, дело в другом, — Лэйлин, наконец сообразившая, как забраться быстрее, использует заклинание, равняясь с девушкой по положению. Лунетта, чьё лицо лишь немного измазано в фиолетовой жидкости, представляющей из себя яд, выглядит... Обычно. Она не синеет, у неё нет признаков отравления или вообще каких-то проблем. Кто-то из команды даже начинает сомневаться в том, что пишут в энциклопедиях о монстрах.
— Если ты боишься, что я отравлюсь, то зря. У меня в желудке лава. И в глотке. Яд испаряется ещё до того, как успевает подействовать. И кровь у меня всегда кипит, так что у яда нет ни шанса, — Лунетта для демонстрации берёт руку эльфийки и кладёт на самое открытое пространство — к себе же на грудь. Девушка, покрывшись красными пятнами, выдёргивает руку и понимает, что до сих пор может ощущать жар после прикосновения. Лунетта напоминала огромную живую печь. И, кажется, прямо под кожей у неё едва заметно что-то розовеет, то загораясь, то затухая. Эльфийка опасается, что у неё на ладони остался ожог, но её кожа лишь едва покраснела от секундного прикосновения.
— Не смейте пробовать эту дрянь, — Лэйлин, предвидевшая, что кто-то попытается проверить свои знания наверняка, обращается к команде. Она вздыхает, немного успокаивается и вновь поворачивается к Лунетте. Фантомное ощущение прикосновения на её ладони осталось до сих пор. Похоже, она и впрямь обожглась. — Ты пришла только поесть? Неужели в твоём лесу кончилось всё зверьё?
— Я рассчитывала принять истинный облик и немного прогуляться, не разрушив лес, а заодно наесться. Для этого может подойти только открытое подземелье, — Лунетта бы не бросалась такими словами, так или иначе присваивающими ей лес. Он ей не принадлежит, её там лишь небольшая территория, найти которую, не зная наверняка, невозможно.
— А, так вот почему он отправил тебя сюда, — Лэйлин уже чувствовала головную боль. Она прекрасно понимала, что Лунетту отправили сюда, именно к эльфийке, просто чтобы команда не сошла с ума при виде драконьей туши. Неизбежно поползут слухи. И Лэйлин ответственна за то, чтобы их предотвратить. — Не могла бы только ты предупредить меня, прежде чем примешь облик дракона? Ну, чтобы я успела объяснить другим, что ты на нашей стороне, и всё в таком духе?
Лунетта мычит что-то невнятное, пока жуёт странное на вид мясо, поджаривающееся прямо в глотке. Запах жареного доносится до носов всей группы, но они не могут понять, откуда он исходит, ведь нет ни одного идиота, додумавшегося развести костёр в такой обстановке. Лэйлин, сочтя мычание за согласие, возвращается к своему отряду и кратко излагает ситуацию.
— Она с нами. Мирт действительно отправил её сюда.
— А, мне нужны некоторые ресурсы. Не так много, — Лунетта машет эльфийке рукой. Лицо Лэйлин принимает странное выражение, напоминающее застывшее и едва сдерживаемое негодование. Если бы только кто-то здесь знал о том, что эта девушка вытащила её с того света, и на что она на самом деле способна... Эльфийка сама уже отказывалась верить в это, если бы не видела собственными глазами тот короткий бой против короля демонов. Лунетте не было так сложно уничтожить угрозу, притесняющую народ столетиями. На самом деле, даже их небольшой геройский отряд просто лёг в одно мгновение, сразу после того как Гиль бросил той твари вызов.
— Она возьмёт немного, — добавила Лэйлин. Она тяжело вздохнула в который раз за эти минуты, проведённые в компании Лунетты. Ей кажется, будто она постарела на несколько сотен лет, увидев девушку снова. Сперва она и вовсе подумала, что причина её прибытия не в Мирте, а в очередном идиоте, наведавшемся к ней в лес. Но раз она не набросилась на неё, едва завидев, пришлось делать другие выводы. — Сперва соберём полезное с паучихи, только будьте осторожны. Яд при контакте разъедает кожу и может парализовать.
Не успела она договорить, как кто-то из сборщиков упал без движения. Лэйлин с мрачным видом взмахнула посохом и произнесла заклинание, после чего пострадавший с извинениями принялся надевать защитное снаряжение. Видимо, кто-то рискнул проверить свои познания наверняка, убедившись, что нет никакой ошибки. А всё из-за неосмотрительности и неуязвимости Лунетты.
Лунетта тем временем продолжала висеть в воздухе над брюшком, медленно выедая его. В истинном облике управилась бы в два укуса.
Наесться ей не дали. Стоило сборщикам закончить срезать самые ценные экземпляры чешуи и сложить их в пространственный мешок вместе с кожей, как они объявили, что необходимо двигаться дальше. Лэйлин настояла, чтобы Лунетта не убивала вот так одним махом монстров, потому что у их команды есть стратегия.
Сошлись на том, что Лунетта может вмешаться в критической на её взгляд ситуации.
Однако даже когда они уже почти выбрались из пещер, эта ситуация, на её взгляд, не наступила, хотя Лэйлин уже несколько раз была готова попросить её о помощи сама. Лунетта скучающе подъедала какие-то останки существа, напоминающего волка. Тушка была разложена у неё на коленях, а сама она когтями вырезала и ела мясо. Весь подбородок Лунетты совсем не привлекательно был вымазан в крови. На чёрном платье присохшая кровь была почти незаметна, но ткань сильно потяжелела, и Лэйлин могла видеть, как ранее пышная юбка теперь деформировалась под тяжестью впитанной жидкости. А заодно и под тяжестью туши на коленях девушки.
На Лунетту косились как на сумасшедшую. Кто-то видел в ней чудовище, ничуть не отличимое от тех, которых они истребляли. А некоторые даже между собой предложили убить её, напав исподтишка. Лэйлин пресекла такие идеи на корню, предупредив, что в таком случае живыми они отсюда не выйдут. Она прекрасно знала, какая участь могла ждать напавших на дракона людей.
А ещё она не могла поверить, что такая идея вообще родилась после упоминания о том, что она мать Мирта. Очевидно ведь, что она настоящее чудовище — чего они ждали? Но Главу они почему-то страшатся больше, а стоило бы наоборот.
— Она так и будет съедать брошенных по пути тварей? Сколько в неё вообще влезет? Она уже десятую жрёт, — кто-то из воинов обращался к другому. Лэйлин скривила лицо. Лунетта прекрасно могла их слышать. Повезёт, если она не разозлится из-за обсуждения за спиной. Эльфийка припоминала, какой вспыльчивой могла быть девушка, но всё зависело от её общего настроения. Глядя на неё сейчас, нельзя было сказать, что она придавала хоть какое-то значение услышанному.
— Думаю, это пятнадцатая. А тот паук? Она выела половину его брюха.
Лунетта про себя подумала только о том, что таким скудным количеством мяса и впрямь не насытиться. Верно говорили — маловато. Всего половина брюха. Будь её воля — слопала бы всю.
Лэйлин не знает, сколько должны есть драконы, но она сочувствовала Мирту, вынужденному питаться как любой другой человек при своём совершенно нечеловеческом желудке. Трудно представить, от какого голода он мучается каждый раз, оставаясь подолгу в столице. Наверное, когда он всё-таки выбирается в экспедиции, то знатно пирует.
А может и нет. Она никогда не слышала среди гильдейских об истинном облике Мирта. Видимо, он продолжал сдерживаться, лишь немного деформируя тело. Наверное, ему приходится ещё тяжелее, чем Лунетте, не сдерживающей себя людскими законами и мерками, и даже не старающейся играть человека.
Ну, она плохая актриса. Возможно, теперь, когда её лицо ничего не выражает, она и могла бы сойти за обычного человека, если бы не её странное поведение. Она делала что вздумается. И всегда чувствовала безнаказанность.
Ей ничего не стоит прикончить редкую тварь в два счёта, она может использовать любое сложное заклинание, едва помыслив о нём. Подобные возможности не могут не отразиться на личности.
— Лэйлин, ты уверена, что она должна идти с нами? — Рошуа, один из магов, обращается к эльфийке, озадаченно следующей за воинами. Она поворачивает голову к магу только чтобы вымученно ему улыбнуться.
— Понимаешь ли, решения Мирта от меня не зависят. И если он позволил ей здесь быть, значит, она будет здесь. Если тебе будет от этого спокойнее, я тебе скажу, что она не убивает людей. Я слышала, что она поймала ту группу работорговцев, которую потом затаскал по темницам Мирт. А ведь она могла просто убить их, и дело с концом.
И то верно. Будь она настолько кровожадной, то устраняла бы любую помеху на своём пути. Наверное, что-то от человека в ней осталось, но к этому человеческому ещё нужно найти подход.
Пещера сменилась огромными полями. Ветренно. Лунетта видит перед собой лес, откидывая уже бесполезную шкуру и скелет. Мясо, наиболее пригодное в пищу, она вырезала, но сытости так и не прибавилось.
— Открытая локация. Нам следует определиться, куда идти. Я чувствую поток маны с той стороны, но есть ещё один, в горах, — Лэйлин посохом указывает направления. Лунетта вдруг растягивает губы в улыбке. Лэйлин замечает её краем глаза и чувствует, что им придётся несладко. До этого момента Лунетта ещё ни разу не показывала такого предвкушения.
— Почему бы не пойти в горы? — Лунетта, будь у неё сейчас хвост, виляла им. Она, применив магию очищения, приводит себя в порядок. Теперь она выглядит не такой жуткой.
— Ты что-то почувствовала, — Рошуа смотрит на неё с некоторым сомнением. Он понимает, что Лунетта тоже маг, пускай и ауры от неё никакой не исходит. Для других она близка к обычному человеку, вот только обычный человек не сможет часами парить на посохе и создать ту ледяную глыбу. Она должна быть чудовищно сильна, не говоря уже о том, что она минимум на том же уровне, что и Лэйлин. Даже выше, учитывая, что ей удалось пробить паучиху.
— Конечно. Обед, — Лунетта выглядит так, словно готовится к чему-то. Лэйлин очень хочется отправить её отдельно, чтобы она сама проверила ту гору, чтобы не рисковать командой. С другой стороны, если на другом источнике маны их тоже ждёт нечто подобное, возможно, потребуется страховка сильного мага. Или монстра — как получится.
— Обед? Он настолько большой, чтобы ты приняла его за полноценный приём пищи? — Лэйлин колебалась. Она не знала, какое решение принимать. Воин, будучи одним из отвечающих за отряд, тоже выдвинул предложение.
— Если в горах спит нечто жуткое, как ты выразилась, что можно принять за полноценный приём пищи для этой ведьмы, то нам стоит отправиться в более безопасное место, ко второму источнику.
— Зря, — Лунетта разводит руками. Но она и не улетает отдельно. Похоже, она всё-таки намерена отправляться с ними.
— Как правило, чем сильнее источник, тем больше ценностей можно найти, — Рошуа неохотно смотрит в сторону Лунетты. Она всё ещё кажется ему жуткой с точки зрения её мощи. — Глава давал отчёт об ареале. Здесь водятся дикие твари, и почти нет волшебных. Но там упоминалось несколько особенно мощных источников. Предполагалось, что это может быть кто-то вроде Горного Губителя, наевшегося маленьких волшебных зверей, сформировавших у него внутри кристалл маны.
Лунетта слышала про них — одна из разновидностей виверн, обитающих глубоко в горах. Тварь, почти неотличимая от виверны или дракона, но только огнём она не дышит, и холодом тоже. Магию не использует, имеет прочную чешую, более змеевидное, длинное тело, и огромные острые клыки.
Вот только теория с кристаллом глупая. Лунетта не верит в это. Значит, там на горе точно не Горный Губитель.
— Мы не пойдём против дракона. Недостаточно подготовлены, — воин качает головой. Он не горит желанием сражаться с летающей тварью. Лэйлин переводит взгляд, полный сомнений, на Лунетту.
— Она вполне может ему противостоять.
— Шутишь? Даже лучший маг не сможет пробить чешую виверны. Потребуется минимум несколько десятков воинов и лучники с отравленными стрелами из особого металла. На такие сражения готовятся, как к войне, — мужчина чувствовал себя идиотом, потому что ему приходилось уверять Лэйлин в том, что вся эта идея глупая, и какая-то там магесса, пусть даже она и на уровне Мирта, не сможет в одиночку остановить тварь на уровне дракона.
Лунетта, впрочем, смотрит на него без тени обиды. У неё вообще настолько нечитаемое лицо, что Лэйлин не может понять, о чём она думает.
— Твои люди разделились, — наконец произносит она. — Голосуйте.
Лэйлин хватается за голову свободной рукой.
— Погоди, это так не решается. Мы не можем ставить под угрозу отряд только потому что кто-то один решит согласиться с тем, что у дракона сокровищ больше. К тому же, мы выйдём на ничью, нас десять человек.
Лунетту Лэйлин и не считала. Ведьма развела руками. Если кто-то не хотел смотреть в лицо опасности, то опасность сама явится к ним, пусть и с задержкой. Не имело значения, отправятся они туда сейчас, или та тварь сама прилетит сюда, когда они уже почти достигнут цели.
— Как знаете. Но эта тварь точно явится по наши души уже в другом месте. И проще одолеть её в горах, нежели в каких-нибудь зелёных лабиринтах, — Лунетта предупредила. По крайней мере, Лэйлин уже сделала выбор, и в соответствии ему, девушка отправилась за ней в леса к руинам.
Позднее Лэйлин и впрямь пожалела о том, что выбрала эту дорогу.