Бронзовая леди
Мои чувства цвета вердигри -
Цвет крови бронзовой леди.
Так легко можно погибнуть,
Если даже тело из меди...
Он приходил ко мне часто,
Ласкал пальцами теплой руки.
О как надежды его напрасны,
Как рушились его нелепые мечты.
Всегда молчаливый, серьезный.
Лишенное улыбки милое лицо.
У ног моих он погружался в грезы,
Укрывая собою мое серое крыльцо.
Под подолом застывшего платья,
Он прятался от солнца в тени.
Человек, уходи прочь, оставь меня!
Я не могу дать тебе заветной любви.
Накалившись от жаркого дня,
Я хотела всего лишь остынуть,.
Но вчера ночью, ждала меня
Вандальная юная активность.
Бронзовая леди стала страшнее,
На платье безвкусное граффити.
Брызги краски стекали по шее,
Ах, кто-нибудь их быстрее уберите!
И вновь жара, и вновь печаль,
Одиночество в парке шумном.
Но вдруг на мою грязную эмаль
Легла ладонь и взгляд безумный.
Мой верный друг, спаситель мой
Молча гладил уродливые плечи.
Смывал скверну всю чистою водой
И шептал глупые чувственные речи.
Он влюблял меня в себя коварно,
Я знала, что не вынесу разлуки.
Он уверенно, немного вульгарно
Тянул ко мне свои теплые руки.
Мне стыдно сказать, вспоминать,
Что он делал в тот день со мной.
Я неподвижна, не могла унять
Его страсть, его пыл роковой.
Мы в парке были одни, вечерело.
Я стояла на пьедестале в углу
И беззащитно, покорно терпела
Как он продолжает гнусную игру.
От вандала к вандалу - мой рок.
А я, наивная, поверила в чудо.
Оскверняли мой молчаливый рот,
Руками действовали грубо...
Мучениям не было конца и края,
Вдруг вдали замелькал фонарь.
Собака местной охраны залаяла,
Ринулась ко мне на медный алтарь.
В глазах у седого смотрителя
Я видела жалостный взгляд.
Прошептал он тихо, презрительно:
"Леди, уже пятый парень подряд"
Завтра меня уничтожат навеки,
Мой образ суевериями покрыт.
В городе знают и взрослые и дети,
Что со мною рядом юношам сулит.
Мэр назначил встречу на завтра,
Устроит ненужный никому аукцион.
Какая глупая на меня будет трата,
Я не хочу искать себе новый дом.
Было прекрасное утро,
Я чувствовала свободы вкус.
Народ поглядывал хмуро
На мой бронзовый груз.
Я готова была уйти за пределы
Этой тяжелой ноши своей.
Слезы струились по лицу и телу,
Оставляя яркий вердигри цвет.
Помню, шепнули мне тихо на ухо:
"Попалась, ведьма? Отныне моя.
Было твое сердце к любви глухо,
Но настали другие времена...
Ты, не задавалась вопросом,
Почему пустая статуя говорит,
Мысли хранит в лике бронзовом?
Терпит чувственный алгоритм?
Ты была человеком очень давно,
Была бесчувственной стервой.
Рядом с тобой скверное жило.
Ты никогда не была верной.
Я любил тебя вопреки морали,
Мне опасно было тебя любить.
В те времена ведьм убивали,
А я помогал им таких усмирить.
Я не вынес твоего отказа,
Бессердечная ты дева!
Я думал раз за разом, как
Как выплеснуть свой гнев.
Никто не знал, что мать моя
Вещунья, а отец чародей.
Все скрыто было надежно,
От голодных глаз людей.
Я был прилежным мальчуганом,
Но ты заставила прибегнуть к силе.
Заманил тебя к себе обманом
Превратил в бронзу насильно.
На утро хватились прокаженной
Нечестью, тебя обнаружили
В образе леди приятной, бронзовой,
В платье медном твердого кружева.
Мысли тебя воспитали немного.
Ты была с ними века наедине.
Да, дорогая, это было жестоко,
Но это на пользу и мне и тебе.
Я выкупил тебя у горожан,
Не плач слезами голубыми.
Этот момент я долго ждал,
Отношения будут другими.
Приглашаю в свою хижину,
В скромный магический быт.
Ты впредь не будешь униженной,
Все позабудут бронзовый вид.
Будешь живой, навеки моей.
Стыдно женщине одинокой
Быть в глазах языкастых людей.
Будешь отныне под заботой.
До вечера, милая ведьмачка!
Жду на пороге будущих дней.
Я буду ждать тебя и задачку
Решим твоих бронзовых очей.
Смолкли звуки, шепот страшный.
Удалялись радостно его шаги.
Сбросить бронзу очень важно,
Но и избежать больной любви.
Вспомнила я, что и как было.
Вся история моя промчалась,
В бронзовой голове пробило
И я ждала свой заветный час.
Погрузили в черный ящик,
Как неугомонное зверьё.
Впала в обитель спящих.
Погрузили во мрак живьём.
И вот с грохотом и треском,
Открылись ставни взаперти.
С какой улыбкой и блеском
Меня мэр пригласил на пир.
Маг долго меня обнимал,
Гладил мою нежную бронзу.
В объятиях теплых сжимал,
Ведигрового жуткого монстра.
Шепот выдал заветные слова.
Мэр платье у рта грубо мнет.
Потрескалась моя кожура,
Тело освободил давний гнет.
Накинул на еще твердое тело,
Подол пышный, кружевной.
Все вокруг внезапно посветлело.
Я стала наконец теплой и живой.
Но до боли я одного не хотела,
Быть этого негодяя женой.
Я не просила бронзового тела,
Я желала долгожданный покой.
Я была и буду бессердечной,
В глазах этого скрытного глупца.
Я бы могла так томиться вечно,
Из-за его колдовского словца.
Была я статуей презренной,
Матерью голубо-зеленых слез.
Была твердой и нетленной,
А теперь полна эмоций, грез.
Пока я об этом размышляла.
За спиной стоял мэр-чародей.
Руки свои нервно потирал он,
Явно ласкал спины своих
Заветных, старинных,
Страстных и страшных идей.