Раймон

Дела требовали внимания. Дамиан возложил на Раймона все дела и ответственность за клан. Дамиан лишь помог с выбором союзников и распределением обязанностей. Каждый сын предпочёл занять место своих отцов и служить клану. После гибели Эмануэля, Сэма, Эла и при тяжёлом состоянии Дамиана, многие сомневались, что клан удастся сохранить и удержать власть. Посыпались угрозы со всех сторон. Клан терял убытки и верных людей. Но с возвращением Раймона, многие увидели в нём надежду, кто-то своего героя. Все, кто ушёл уже не вернуться, их по законам клана причислили к предателям и объявили на них охоту. Остальные же вдохновившись поступком нового босса, присягнули ему на верность. Как вскоре узналось, новый босс ничем не хуже первого. За считаные дни, Раймон жестоко, но справедливо восстановил мир в клане и ввёл новые правила. Многие стали его побаиваться. После череды громких убийств угрозы разом прекратились. Дела спорились в руках молодых и готовых к любым неожиданностям мужчин. Саймон, стал советником Раймону, его правой рукой, как когда-то Грэм Дамиану. Алейо получил место заместителя и всё, что доходило до его ушей, он передавал Раймону уже с готовым решением. Старший сын Райана взял на себя ответственность капитана, а сыновья Сэма и Эла, как главы команды несли не меньшую ответственность за клан. Семья выросла в несколько раз, а клан увеличил свои границы власти.

– Нам нужны свои места в латинской Америки в каждом крупном городе, – заявляет Раймон на собрании.

– Зачем? – пожимает плечами Саймон. – Мы охраняем свои границы. На кой нам южная Америка?

– Чтобы заранее пресечь следующее нападение.

– А я думал из-за наркотиков, – подаёт голос Раян капитан команды.

– Мне нет дела, до их грязных денег и товара. Меня волнует, что там живут такие опасные выродки, каким был Баргас.

– Ты хочешь иметь верного нам человека или заслать одного из наших? – уточняет Алейо.

– Нет, это должен быть один из местных, политик или должностное лицо, который всё знает и кому все доверяют. Меня так же не волнует, какую они там строят политику, главное, одно лишь слово о нас должно жестоко пресекаться. Пусть только кто-то заикнётся, что Клан Тайпан чего-то там..., сразу руки и язык отрезать.

– А если он откажется служить нам? – усмехается Майк копия своего отца Самуэля.

– Тогда ищите другого, не стоит тратить деньги на никчёмных слизняков, – Раймон переводит глаза на брата. – Что говорят эти банковские крысы?

– Да ничего хорошего. Придётся закрывать счёта и искать другой банк хотя жаль, он самый ходовой среди народа и нам был удобен, но с приходом нового хозяина, проценты стали кусаться. Мы теряем двадцать процентов с продажи оружия.

– Нам не нужно искать новый банк, мы создадим свой, и это нужно было сделать давно.

Мужчины поддерживают Раймона кивком головы.

– Давай Саймон, мы все хотим новый банк без процентов, – улыбается Раян.

– Сделаем, – кивает Саймон и злодейски усмехается.

– Отлично, а чем вы меня порадуете?

– О-о-о, – вздыхают разом мужчины.

– Приглашений скопилось сотни две не меньше, – листает Алейо записи в планшете. – И все они требуют твоего внимания.

– Хорошо, через две недели устроим для всех одну большую встречу.

Мужчины встают, остаётся только Алейо.

– Как дела в Монако? – Раймон подходит к бару и наливает бокал вина.

– Всё в порядке. Она дома, пока у родителей, временами выезжает к себе в квартиру, решила сделать ремонт. Паниковать не стоит, звонки её прослушиваются, два или три раза ей звонил какой-то мужчина...

– Какой-то?

– Не знаю, может бывший парень. Она его послала.

Раймон улыбается. Нужно ей позвонить, последнее время у него не нашлось времени, набрать её номер.

– Хорошо, пусть продолжают за ней приглядывать.

Раймон находит мать в окружении внуков и внучек. Она сидит в широком кресле, а дети перед ней за круглым столиком рисуют. Выглядит она лучше, чем в тот день, когда он уезжал в Колумбию. Она поднимает голову и моргает, тоска в её глазах сменяется благодарностью. Ева протягивает руку, Раймон подходит ближе, берёт её за пальцы, наклоняется и целует в щеку.

– Мы с тобой ещё не находили время нормально поговорить. Папа сказал, что у тебя есть раны от пуль. Покажи мне.

– Зачем это тебе? Как видишь, я жив, здоров и какие-то раны не причиняют мне беспокойства.

– Точно?

– Мам, всё в порядке. Я чувствую себя прелестно.

Ева натянуто улыбается и гладит его по щеке.

– Вроде, синяки исчезли.

– Прошёл уже месяц.

– Даа, время летит, так стремительно. Вот и ты уже совсем взрослый. Двадцать семь лет, а всё ещё не женат. Когда ты собираешься это исправлять? Или будешь как отец, дожидаться тридцати двух лет?

– Нет, тридцати я точно ждать не буду.

– Я созванивалась с Анной Роган. Мы долго разговаривали. Она говорит, что у тебя с Лорейн любовь, но почему ты не едешь к ней. В чём дело? Мне самой стало интересно, почему мой сын тянет время?

– Не забывай, кем я стал и какую ответственность взял на себя. Нерешённые проблемы требовали моего внимания. Может, ты не знаешь, но наши деньги улетали в трубу. Я это пресёк. А ещё у меня намечается большая встреча...

– Я слышу лишь отговорки, – мрачнеет Ева и смотрит на детей. – Я и не такое слышала от Грэма, про тебя и Лорейн. Бедняжка пережила такой кошмар, и не пытайся искать оправданий.

– Ничего я не пытаюсь.

– Тогда чего ты ждёшь? Хочешь заставить её сомневаться и поискать тебе замену?

– Ну конечно. Долго будет искать.

Ева улыбается и изучает лицо сына. Она мгновение любуется им и поправляет на нём галстук.

– Возьму свои слова назад и соглашусь с твоим отцом. Он воспитал тебя настоящим сильным мужчиной. Но я уверена, что Эмануэль на твоём месте поступил точно так же. А сейчас расскажи мне, что было в Колумбии, я хочу всё знать как плохое, так и хорошее. Утешь меня, а то я совсем не сплю.

Раймон берёт мать за руку и мягко сжимает, он улыбается и кивает.

***

Раймон на следующий день прилетает в Рим, ради разговора с Бэллой. Раймон уже знает от агентов, что Бэлла ещё месяц назад съехала с их квартиры и теперь живёт с матерью. Раймон не спешит выходить из машины и стучаться в двери дома, вместо этого он посылает охранника привести в машину девушку. Через две минуты она уже выбегает из дома, для неё открывают автомобильную дверь. Она заглядывает в салон и со слезами бросается обнимать и целовать Раймона.

– Я думала, что ты погиб.

– Бэлла...

– Как ты? Когда вернулся? Что случилось? Ты изменился, – она оглядывает его лицо, щетину, что он никогда не носил и перехватывает его сухой взгляд. Он не улыбается. Что-то не так? Его глаза не выражают симпатию и смотрит так, точно не видит.

– Я слышал, у тебя появился парень.

– Парень? Нет, он коллега.

– Разве с коллегой ходят по ресторанам?

Бэлла часто моргает.

– Откуда ты знаешь? Ты за мной следил?

Раймон нажимает на кнопку и отделяет их от водителя межсалонной стеклянной перегородкой.

– Бэлла, ты прости, но я возвращаюсь в Ливорно к семье. Так будет лучше для тебя.

– А для тебя?

– У меня есть другая.

Бэлла вздрагивает, открывает рот, желая ответить, но находя слов, опускает голову и отстраняется от него. Когда-то она думала, что однажды услышит эти слова. Это было удивительным, что популярный красавчик в университете, обратил на неё внимание. И она скорее догадывалась, что если Раймон захочет расстаться с ней, то Бэлла никакими способами его не удержит.

– Я рада за тебя, – выдавливает она.

– Только не бери на себя вину. Ты здесь ни при чём. Так сложилась судьба.

Она кивает, не поднимая глаз. Раймон проводит рукой по её волосам.

– Если тебе понадобится моя помощь, обращайся без раздумий, я помогу. Только, пожалуйста, не плач, ты хорошая, умная девушка и мечта любого мужчины, – он наклоняется к Бэлле и целует её в лоб. Она в ответ обнимает его.

– Спасибо, что приехал, это лучше, чем молчание и ложь.

– Я знал, что мы поймём друг друга, – он выпускает её из объятий. – Желаю тебе счастья.

– И ты береги себя и свою любимую.

Раймон кивает. Бэлла прикусывает губу, чтобы только не расплакаться. Она выходит из машины и возвращается в дом. Машины разворачиваются и уезжают. Раймон проводит пальцами по щетине и нащупывает шрам от катаны, что ему оставил Баргас, как напоминание о тех нечеловеческих пытках. Он закрывает глаза и перед ним встаёт образ обнажённой Лорейн на шёлковых простынях. Выдержит ли он ещё хотя бы день разлуки с ней? Он каждый день посылает ей цветы, подарки, она в ответ отправляет ему фотографии, сделанные перед зеркалом в полуобнажённом виде. Она его дразнит, играет на его терпении, как на рояле, заставляя стонать и рычать.

В первых числах сентября, на заднем дворе дворца устроили вечер в честь нового босса клана Тайпан. Гостей собралось больше трёх сотен, каждый из приглашённых гостей желал подойти к Раймону поближе, пожать его руку, шепнуть на ухо, попросить об услуге, принять предложение, уделить им внимание. Стоявшие рядом Алейо, Саймон и Раян точно надели мрачные маски и не подпускали близко к Раймону тех, кто не мог угодить лично им. Многие же сторонились и боязливо присматривались.

Раймон стоит рядом с отцом, держит в руке бокал шампанского и выжидательно смотрит на открытые двери дворца. Раймон наклоняет голову в сторону Алейо.

– Он прилетел?

– Докладывают, что самолёт приземлился десять минут назад.

– Ты кого-то ждёшь? – спрашивает Дамиан.

– Рогана.

Дамиан усмехается и, похлопав сына по плечу, отходит к жене. Раймон не выдерживает, поднимается по лестнице и видит, как через зал идёт Роган в тёмно-синем бархатном костюме. Раймон хмурится. Почему с ним нет Лорейн? Он ведь просил её прилететь с отцом. Мужчины пожимают друг другу руки.

– Где она?

– Лорейн не захотела лететь.

Раймон с мрачным видом оглядывает толпу гостей и предлагает Рогану уединиться в кабинете.

– Она странно себя ведёт последнее время, – Раймон ставит на стол бокал и поворачивается к мужчине. И не просто странно, а дерзко.

– Хм... ты сильно на неё повлиял, она стала той дочерью, о которой, я мечтал. Не знаю, что там происходит между вами, но мне она больше не грубит, стала такой покладистой, читает книги, ты не представляешь, она попросила меня купить ей место в университете.

– Что?

– Да она захотела учиться.

– Она же самая умная, учатся только дураки.

Роган кивает и разражается хохотом.

– Вот и я о том же. Представляешь, я раньше, когда приезжал в её квартиру, повсюду валялись вещи. Грязное бельё, тряпки, обувь, гора грязной посуды, бутылки, а сейчас, – Роган разводит руками. – Она обновила мебель, всюду чистота, но вот чёрт, накупила кучу книг и все они валяются на диване вокруг, на полу. Я даже не знаю радоваться мне или бить тревогу.

– Я в таком же недоумении, она мне не сказала, что решила учиться.

– Я думал, ты знаешь. У неё теперь новые друзья.

Раймон прищуривается.

– И мальчики тоже?

– Насчёт мальчиков не знаю. Короче, я ей говорю, полетели, он ведь пригласил, она ответила, что у неё учёба и нет времени на вечеринки.

Раймон сжимает кулаки, она много себе позволяет. Тут нужно действовать незамедлительно. Раймон долго смотрит на Рогана, тот садится в велюровое серое кресло.

– Сеньор...

– Да ты что Раймон? Зови меня только по имени.

Раймон улыбается уголками губ.

– Вы отдадите мне Лорейн?

Роган поднимает глаза на Раймона и понимает, к чему тот клонит.

– Если только она согласится. Хочешь на ней жениться?

– А вы против?

– Нет. Я даже рад, что это ты. Но она же учится.

– Зачем ей учиться? Она и так умна.

Роган смеётся и жмёт руку Раймону.

***

Лорейн выходит из университета с однокурсницей. В поисках звонящего телефона где-то в сумке, она останавливается перед лестницей и запускает руку под книги.

– Чёртова сумка. Подержи эти книги, – Лорейн вытаскивает из сумки пачку книг и тетрадей, по экономике. Несколько падают у её ног. – Ей богу, этот телефон как живой. Кто бы это ни был, он дико не вовремя звонит.

Телефон умолкает, Лорейн вспоминает, что засунула его в карман сзади. Лорейн принимает назад книги.

– Ого, ты гляди, сколько крутых машин, столпилось вдоль дороги.

Лорейн, собирает книги с пола, поднимает взгляд и сглатывает ком в горле. По итальянским флагштокам на капоте чёрного роллс-ройса, она догадывается, кто это. Да неужели он приехал?

– Лорейн тебе помочь спуститься с лестницы, – встаёт рядом сокурсник и подаёт ей руку.

– О боже, убери руку, – процеживает она.

Лорейн спускается по лестнице и идёт быстрым шагом к дороге. Как по команде из машин выходят мужчины в чёрном, и с подозрением оглядываются по сторонам. Лорейн сбавляет шаг. Дверь роллс-ройса открывает высокий мужчина и из салона ей навстречу выходит Раймон в тёмно-фиолетовом костюме. Он снимает солнцезащитные очки и сканирует глазами Лорейн. Она останавливается в метре от него и чувствует, как вся её смелость улетучивается. Без костюма он не выглядел таким серьёзным, внушительным и респектабельным. Перед этим мужчиной хочешь не хочешь, а будешь держать язык за зубами.

– Ну, здравствуй.

– Привет, – он застал её врасплох, она не подготовлена к разговору с ним, а вопросов по выражению его лица и подозрительному спокойствию будет много.

– Ты учишься? Позволь узнать на кого?

– На факультете международных отношений. Мировая экономика и всё такое...

Раймон поднимает глаза поверх её головы и внимательно оценивает каждого из студентов, что вылупились на него.

– Уже нашла себе богатого, красивого, умного с большим членом?

Лорейн закрывает рот ладошкой, сдерживая смех и слёзы.

– Нет, Раймон, я всё жду тебя.

Раймон хмыкает и оглядывает на ней чёрное узкое платье чуть выше колен, круглый вырез на груди и длинные кудрявые волосы. Как же он соскучился по ней, руки так и тянутся схватить её в объятия.

– Покатаемся? – кивает он на машину. Лорейн соглашается, садится в красный кожаный салон и спешит убрать книги назад в сумку. Автомобиль мягко трогается с места. Лорейн вдыхает тёплый, свежий аромат мужских духов и скашивает глаза на ноги Раймона. – Почему ты не сказала, что решила учиться?

– Ты бы посмеялся надо мной.

– Знаешь, можно и без поступления в университет научиться чему угодно, для этого не нужно выходить из дома. Почему ты вчера не прилетела?

– Потому что мне кажется, ты отдаляешься от меня. Ты обещал забрать меня, – Лорейн отводит взгляд в окно, – а я всё жду.

– Тебе придётся привыкнуть к тому, что я могу в будущем отлучаться по делам на несколько дней.

– И даже на два месяца? – Лорейн достаёт платок и утирает слёзы в уголках глаз.

– Тогда я буду брать тебя с собой.

– А если я буду беременна?

Раймон поворачивается к ней всем телом и накручивает на палец кудряшку.

– Тогда я никуда не поеду. Здоровье моего ребёнка и жены будет мне дороже любых бизнес-связей.

– Жены? Тут я ещё подумаю, – она вздёргивает подбородок.

Раймон беззвучно смеётся и пропускает через пальцы шёлковые кудри.

– Мне нравятся эти кудряшки, ты такая милая, аппетитная, – он склоняет голову и целует в шею, – горячая...

Лорейн толкает его в плечо, Раймон вскидывает голову и читает в её блестящих от слёз глазах обиду.

– Сначала заслужи, – шипит она и ещё раз толкает его в грудь. – Бросил меня на два месяца, не звонил по неделям, так заработался, что не мог найти ни минутки на меня. Ты даже не представляешь, как мне бывает страшно, временами мне снятся ужасные сны, что я снова на этот раз одна в Колумбии ищу тебя, а за мной продолжают охотиться. Ты хоть раз думал, что я делаю по ночам?

Раймон хмурится.

– И что же ты делаешь?

– Рыдаю. Нормальный любящий мужчина не бросил бы свою любимую даже на один день.

Раймон откидывается на спинку сиденья. Да, виноват, скорее потому что растянул дела на два месяца. Ей нужно постоянное внимание, не просто подарки и звонки, а мужчина рядом. Она права, он виноват, но в этот раз, Раймон не оставит её, а заберёт с собой и больше не отпустит.

Он берёт её руку и крепко сжимает.

– Прости, я правда не мог вырваться. Я взял на себя огромную власть, от меня требовали постоянного присутствия у руля. Я не хочу оправдываться, но вспомни наши разговоры ещё в Колумбии. Скажи мне, вспомни свои слова.

Лорейн закрывает глаза, не позволяя слезам прорваться.

– Я обещала, что буду слушаться.

– Нет, милая, – он подносит её руку к губам. – Ты сказала, что любишь меня. А любить это — значит прощать. Если не любишь, не простишь и будешь продолжать упорствовать, а если любишь, бросишь всё и уедешь со мной, станешь моей... женой.

Лорейн поднимает на него глаза. Он, лаская её томительным взглядом, целует каждый пальчик. Лорейн, как магнитом тянет к нему и как устоять, что-то требовать, когда он так на неё смотрит и говорит словами, на которые хочется отвечать только согласием. И она готова сказать «да», но горло точно сдавила чья-то невидимая рука. Чтобы как-то ответить, Лорейн жмётся к нему, но он не торопится её обнимать.

– Мы приехали, поднимемся в квартиру и немного побеседуем.

Из машины они выходят в подземную парковку, заходят в лифт и взлетают на тридцать первый этаж. Раймон берёт её за руку, тянет к двери, открывает замок и заводит в широкий длинный коридор. Раймон запирает дверь и поворачивается к девушке. Она снимает с плеча сумку, они делают шаг навстречу друг другу и жадно впиваются в губы.

– Я так соскучился по тебе, – Раймон задирает её платье и подхватывает под бёдра. Лорейн обвивает его руками и ногами. Он относит её в спальню и падает с ней на кровать. Лорейн в нетерпении расстёгивает ремень на его брюках.

– Я люблю тебя, Раймон, я безумно люблю тебя, и уеду с тобой, куда ты захочешь, только не оставляй меня одну так долго.

– Обещаю, моя ненаглядная. Что бы ни случилось, я всегда буду рядом. Ничто и никто не посмеет разлучить меня с тобой. Я прикончу любого, кто будет мешать нашему счастью.

Раймон достаёт из кармана чёрный футляр, вынимает кольцо и, отшвырнув коробочку, берёт её за руку.

– Не хочу терять ни минутой больше. Ты станешь моей женой, как можно скорее, – он надевает на средний палец платиновое кольцо с бриллиантом. Мгновение Лорейн любуется дорогим украшением, но на его фоне бриллиант тускнеет. Ей не нужны никакие кольца, чтобы согласиться на его предложение. Лорейн ласкает пальцами его лицо, запускает руку в волосы и тянет на себя.

– Я так давно жду этих слов, что нам пора не только играть свадьбу, а планировать детей.

Раймон улыбается и задирает платье выше груди.

– Тогда не будем терять время.