Глава 12. Уровни сайадов.
Я сглотнула горькую слюну и облизнула сухие губы. Мой мозг отчаянно пытался придумать оправдание всему этому.
- Ты ведь знаешь - я такая неуклюжая, - тихо усмехнулась, надеясь выглядеть естественно, - с лестницы упала. В облаках часто летаю.
Алик перевёл хмурый взгляд на меня. От его глаз стало не по себе. Я уставилась на его воротник рубашки, чтобы не смотреть в лицо.
- Больно было? - неожиданно послышался его хриплый голос.
- Уже ничего не болит. Продолжай осмотр, пожалуйста.
Мой взгляд переместился на потолок. Грудь будто стянуло. Чёрт, надо успокоиться. Доктор приложил головку стетоскопа на мою грудь. Старалась расслабиться. Казалось, шум моего сердца был слышен в тишине комнаты. Будто назло, вся больница замерла, чтобы Алик услышал, как сердце трепещет из-за него. Снова сглотнула, надеясь, что сделала это тихо, но было слышно. Алик внезапно посмотрел на меня, продолжая держать инструмент на коже.
- Расслабься, - выдал он шёпотом.
Это ничуть не расслабило. Более того, этот момент показался моей больной голове слишком эротичным. В животе будто образовывались волны, которые бились об тело и заставляли его вздрагивать. В паху стало жарко. Щёки нагрелись. Показалось, я покраснела. Чтобы успокоиться, прикусила сильно нижнюю губу.
- Достаточно, - сказал доктор, и резко отвернулся, вернувшись за свой рабочий стол.
Замешательство смешалось с благодарностью, что это не длилось долго. Не думаю, что моё сердце бы этого выдержало ещё пару минут. Опустив подол кофты, вернулась в кресло. Алик старался не смотреть на меня и деловито говорил о том, что пока всё стабильно и ухудшений нет.
Примерно в середине октября преподаватели пытались узнать у нас наличие рейтронов. Каждый из них постепенно подводил нас ко второму распределению: на тех, у кого были рейтроны и на обычных людей.
- Ну что, признавайтесь, у кого уже проявились рейтроны? - спросил Маркас, снова опаздывая на свой предмет.
Темнокожий мужчина уселся на центральное кресло и улыбнулся, осматривая нас. Студенты посмотрели друг на друга. Выяснилось, что кто-то уже давно знает, что имеет рейтроны. Многие даже придумывали себе эпичные супергеройские имена.
- Позёры, - фыркнул про себя Адам, качая головой.
- Ты просто расстроен, что у тебя нет рейтронов, - усмехнулся Ин, тыкая локтем в его правое плечо.
- Ничуть не расстроен. Думаешь, обычные земляне не способны защититься? – тихо спросил Адам, повернувшись к Ину.
- Ты так говоришь, будто люди с рейтронами не земляне.
- Ну, обычно у вас нос так задирается, что потолок пробивает, - закатил глаза Адам.
Планта рядом со мной хихикнула в ладошку, я тоже не удержалась. Частично, это было правдой. Те самые избранные люди с рейтронами, часто были высокомерными. Да и само общество считало их избранными. Немного поникла, и моя улыбка стёрлась с лица, когда осознала всю несправедливость реального мира. Кто-то придумывает супергеройские имена и купается в лаврах, а кто-то ходит на обследования в больницу и страдает от приступов Кардооскилоза. Беседа с учителем была очень оживлённой, конечно, благодаря тем, кто был уверен в наличии у себя рейтронов. Благо, никто не додумался показать свои силы в аудитории. Вспомнила Алика и его сверхспособность к электротокам. Вот бы он был тут... Всё же не могу понять, зачем и по какой причине он стал доктором. В моей голове возник образ Елены - ассистентки Алика. Что если он ради неё стал доктором и это она страдает Кардооскилозом? Зажмурилась, ощутив, как сердце горит от этой мысли. Мозг начал представлять, как Алик отчаянно пытается спасти Елену, как он обнимает её за талию и утешает. Гладит её спину и волосы, его изящные пальцы задевают белый крабик на её голове. Его забота, любовь, внимание для неё, но не для меня. Сердце сжалось сильнее, когда наконец услышала голос извне и чьё-то прикосновение к моему плечу. Я будто вышла из пространства своих мыслей и удивлённо запрокинула голову, взглянув в лицо Ина.
- Урок закончился, - уведомил он тихим голосом. Его взгляд был обеспокоенным, - всё хорошо?
Ин нагнулся ко мне, внимательно следя за моей реакцией. Вспомнила, как в клубе у меня случился приступ, и он это видел. Конечно же, Ин тоже это помнит. Теперь я, Алик и Ин знаем, что у меня неизлечимая болезнь. Поджала губы и натянуто улыбнулась.
- Всё хорошо, - ответила я, встав с кресла и уходя с ним из аудитории.
Все студенты разбежались по домам. Лекция Маркаса была последней. Ин шёл рядом и пытался меня разговорить.
- Точно всё хорошо? Ты всю лекцию сидела в одном задумчивом положении, - начал он.
- Да? - фальшиво удивилась, - возможно, я просто думала о теме лекции...
- О своей болезни?
- И об этом тоже...
- Послушай, это лечится... всё обязательно будет хорошо, - неожиданно сказал Ин.
Я молча шла к выходу из Академии, а Ин следом.
- У меня друг есть с такой же болезнью, я знаю, какого тебе. Если ты не против, - он резко остановил меня у выхода взяв за предплечье и развернув к себе, - я бы хотел помогать тебе...
- Помогать? В чём? - спросила я, скептически посматривая то на него, то на его массивную руку, которая сжимала моё, как оказалось, тонкое предплечье.
И почему мои руки всё ещё такие хрупкие? Для чего я тренируюсь так рьяно, если простой парень, может так легко обхватить мою руку. Готова поспорить, что мои бицепсы на плечах он тоже обхватит своей рукой полностью.
- Я не сдал тебя. И не собирался. Я понял для чего ты так часто бегаешь в больницу. Ты обследуешься и контролируешь эту болезнь. Просто... - Он замялся, прикусывая нижнюю губу. Его глаза забегали. - Позволь мне помогать тебе...
Я нахмурилась. Этого я явно не ожидала.
Ин... хочет помогать мне? Это... жалость?
Во всяком случае у меня нет выбора. Если откажу ему, он может в один момент отомстить. Лучше принять его помощь. По крайней мере, правильнее держать друзей и врагов близко.
- Хорошо, - я натянуто улыбнулась, - рада, что ты хочешь помочь.
Ин расслабленно выдохнул и улыбнулся в ответ. Мы вышли из кампуса, и он снова посадил меня на летоцикл. На этот раз я не слишком боялась и крепко держалась за его удивительно тонкую талию. Ин по какой-то причине не подлетел к моему дому, а завернул на заброшенные магнитные дороги. Я озадачено осматривалась, и он наконец остановился посреди высокой дороги, которая поддерживалась старыми, заросшими плющом колоннами.
- Почему мы тут? - сразу спросила я, наклоняясь в бок и пытаясь его разглядеть за шлемом.
- Смотри! - сказал он, указывая куда-то за горизонт.
Повернувшись в ту сторону, куда он указывал, я расширила глаза от увиденного. Не было видно ни высотных зданий, ни парящих кораблей, заслонявших небо. Закатное вельветовое небо переходило в нежно-розовые тона ближе к горизонту, где начиналась земля. Тёмные облака были еле подсвечены коралловыми тонами уходящего солнца, которого уже не было видно на горизонте. Этот момент времени словно застыл и обещал быть вечным. Под нами стояли старинные строения, которые уже давно были заброшены. Вся атмосфера была тихой и умиротворённой. Я сняла шлем и застыла, ощущая себя свободной на мгновение. Я сошла с летоцикла и со шлемом в руках сделала несколько шагов вперёд.
- Я часто прилетаю сюда на закате или перед рассветом, - послышался тихий голос Ина за моей спиной.
- Это... очень красиво, - завороженно и медленно произнесла я.
Ин решил показать мне своё тайное место. Обернулась, увидев только его серые глаза, которые не смотрели на закат, а были обращены ко мне. Почувствовала себя немного неловко.
- Согласен. Очень красиво, - проговорил он, пристально смотря на меня.
- Ты здесь бываешь один?
- Да. - Он неожиданно заговорил в другом направлении, не так, как я ожидала. - Я один в семье. Родители работают и поздно приходят домой. Был бы у меня брат или сестра, они бы тоже увидели это место, - он поправил свои перчатки на руках, усаживая их плотнее.
- А друзья?
- Друзей у меня много. Всех их не уместишь на этой дороге, - усмехнулся он в шлем.
- Не обязательно всех... Кого-то одного.
- Кто-то один уже стоит передо мной, - он застенчиво посмотрел в землю, затем на меня.
- Понятно. - Я обернулась обратно на пейзаж и задумалась, затем снова повернулась к нему. - А девушки? По слухам у тебя их было много...
- Девушки, - он громко усмехнулся, - ты про школу? Если да, то это были просто... подруги...
- Они называли себя твоими девушками, - вспомнила я.
- Знаю, - он смущённо отвёл взгляд, - я просто, не мог отказать им. Их сердца тогда бы разбились...
Я сощурилась, задумавшись и старалась отвести взгляд, чтобы не смущать его.
- Они... сами понимали со временем, что не любят и расставались со мной. Я просто ждал, пока им надоест это, чтобы их сердца освобождались.
- Странная тактика, - ответила я, всё же подняв взгляд на него и наши глаза встретились.
- Думаешь? Я тогда ничего другого не мог придумать. Я в то время всю энергию отдавал в спорт...
- Помню...
- Мне рассказывали о тебе. Девушки шептались между собой о том, что ты... эм... была в меня влюблена, - внезапно проговорил он, охрипшим голосом.
- Я? - я тут же пришла в себя, - не помню такого. Может, я просто обращала на тебя внимание, так как ты был очень популярным в нашей школе.
- Понятно, - усмехнулся он.
- Я серьёзно.
- Верю, верю, - он поднял руки в капитуляции, затем опустил их, качая головой в шлеме, - я вообще в то время видел в тебе красивую девушку с... особенным характером. Если бы ты захотела... я бы... не отказал.
Поморщившись от его слов, я резко подошла к нему, ткнув его в плечо.
- Не отказал? С чего ты вообще думал, что моя голова была занята тобой? - громко спросила я, - не помню, чтобы мне было дело до тебя.
Он тихо посмеялся и закивал. Его слова на самом деле меня раздражали. Его эго будто возросло со времен школы. Подкат не удался.
Спустя время неловкого молчания я припомнила испытание в кубе, и как Ин применил свои рейтроны. Конечно, незамедлительно спросила его об этом.
- Да, у меня есть рейтроны. Я бегал у леса с мальчишками с района в детстве и меня сбила голубая волна. Когда я очнулся выяснилось, что мой друг заболел Кардооскилозом, а я получил дар. - Он стал поникшим, будто ему совсем не нравилось говорить об этом, но он продолжил. - Я могу направлять и усиливать ветра.
Ин снял перчатку и взмахнул рукой. На мгновение шлем в моей руке вспорхнул вверх и снова приземлился ко мне в руки. Я даже не успела охнуть.
- Это... удивительно, - проговорила я, часто моргая от того, что ветер вздымал мои пряди, путаясь в ресницах и прилипая между моих влажных губ, - так, это тот самый друг, про которого ты говорил вначале?
- Да. - Он надел перчатку обратно. - Не знаю, дар это или проклятье.
Поджала губы и опустила голову, вспоминая маму. Оказывается, у тех, кто приобретает дар бывает и такое, что они не совсем рады этому. Возможно ли, что это банальный обмен? Люди заражаются одновременно и в ходе этого происходит обмен жизнями. То есть человек, который заболел Кардооскилозом отдает часть своей жизни тому, кто приобрёл рейтроны. От таких мыслей голова шла кругом.
После того, как стемнело, Ин отвез меня домой. На моей душе остался след этого дня. Думаю, возможно, мне захочется снова увидеть то место, но уже перед рассветом.
- Сегодня тема нашей лекции будет про уровни сайадов, - начал с утра Георгий, тыкая пальцами в свой планшет, - существуют всего 5 уровней сайдов. Кто-нибудь о них слышал?
Студенты начали выкрикивать в ответ. Кто-то был в курсе, кто-то просто слышал, а кто-то и вовсе не знал.
5 уровней и 8 званий. Я знала и подробно читала о них. Заслужить эти звания не так-то и просто. Сейчас мы все Реоны - новички, которые просто учатся и получают необходимые знания. На втором уровне мы начинаем подразделяться на: Тажер - воин, не имеющий дара; Аншр - воин имеющий рейтроны. На втором уровне сайады способны начать выполнять задания военных судей.
- Третий уровень. Там только одно звание, - продолжил Георгий, - Парпа. Это звание дают сайадам у которых стаж службы до десяти лет или за особые заслуги перед землянами. Четвёртый уровень подразделяется на два звания, для тех, кто с даром и без. Арам - это сайады с рейтронами, которые отличились в бою благодаря своему дару. Такие сайады даже могут быть помощниками тех, кто выше по званию.
- А как же те, кто без рейтронов? - послышался голос из аудитории.
- Я и хотел сейчас про них сказать, - проговорил преподаватель, ткнув вновь в экран планшета, - Вин - это звание сайадов без дара. Такое звание дают обычно за самоотверженность и получение сильных травм в бою, которые привели к смерти, либо к преобразованию в киборга или подобного сверхчеловека.
Студенты переглянулись между собой. Это были установленные миром правила, но в них определённо просачивалась несправедливость.
- Пятый уровень, - как ни в чём не бывало, продолжил Георгий, - Так же подразделяется на два звания. Нанейт - они обладатели рейтронов, которые полностью подчинили себе сверхсилы. Такие сайады могут выполнять особо опасные миссии и даже руководить миссиями высоко-космического уровня. По спасению человечества таких людей вызывают в самом крайнем случае. Второе звание: Канак. Это сайады без рейтронов. Они частично или полностью киборги и выполняют такие же функции, как и Нанейт.
В его голосе читалось лёгкое пренебрежение последним званием, будто оно ценилось ниже. Я читала, что Нанейтов довольно мало, да и людей, выбравших жизнь робота, не густо. Георгий после лекции устроил нам мини-испытание. Мы должны были подходить к нему по очереди. Аппарат размером с руку надевался нам на кисть и определял в крови рейтроны. Результаты учитель указывал в своём планшете. Когда дошла моя очередь, меня попросили сильнее сжать кулак и представить густую энергию вокруг себя. Я отчаянно всё это представляла, но аппарат мгновенно пискнул и загорелся красным, что означало, что я обычная. У тех, кто имел рейтроны, аппарат утвердительно пикал и загорался зелёным. Так устройство себя повело с Ином, Плантой и Цией. Оказалось, что совсем обычные люди - мы с Адамом. Я обняла Адама одной рукой за плечо, и мы, как те самые двое против всего мира, враждебно смотрели, как для наших друзей аппарат пикал утвердительно.
- Только посмотри на эту элиту, - презрительно фыркнул Адам, кивая в сторону толпы.
- Вижу, вижу, - фыркнула я в ответ, - светятся аж.
- Не смотри на них, а то ещё ослепят!
К нам подошёл Ин, усаживаясь на своё место. Мы с Адамом обсмотрели его, цокнули и отвернулись.
- Ну что «обычные», как там внизу? Ветерок ощущаете или добавить? - саркастично усмехнулся он.
- Очень смешно, смотри как бы земля из-под ног не ушла, а то глядишь личико в грязи испачкаешь, - язвительно фыркнул Адам.
Я тихо посмеялась в кулак. К нам присоединились Ция и Планта.
- Я и не знала, что у меня есть рейтроны, - начала Ция, просматривая свой свежий маникюр.
Планта напряженно молчала и только растягивала вежливо улыбку. Задорное настроение у меня тут же испарилось, когда я увидела мрачность Планты. У неё снова проблемы с отцом? Заметив мой пристальный взгляд, Планта отвернулась и сделала вид, что серьёзно что-то ищет на сенсорном столике своего кресла. Судя по всему, она знала, что имеет рейтроны, так как не была удивлена. Меня душило любопытство, но я не могла к ней подойти вот так просто. Она закрывалась.
Выходя из очередной лекции, я заметила, как в стороне за углом стоит Норт Ашай. Он огромной стеной стоял и смотрел куда-то в угол. Там кто-то был. Прищурилась и заметила тёмные длинные волосы. Мои глаза тут же расширились. Это была Планта. Когда она успела уединиться с отцом и о чём они там беседовали? Меня разрывало от интереса и в то же время, я понимала, что это не моё дело. Увидела, как грозно мужчина смотрел на свою дочь. Его взгляд был неумолим и жесток. Почему? Что такого сотворила эта хрупкая девушка?! Это заставило меня остановиться и наблюдать за ними со стороны. Неожиданно мужчина гневно замахнулся. Я тут же бросилась вперёд, взяв подругу за руку и отводя в сторону. Планта удивлённо охнула, а я оттолкнула её за свою спину. Напряжённо смотрела на мужчину, пытаясь понять, как я оказалась в такой ситуации. Ашай разозлился ещё больше. Он почти кипел и был раскрасневшимся как помидор.
- Прекратите издеваться над ней! - грозно сказала я, думая, что грозно, но на деле мой голос дрожал. Мужчина был больше меня и соответственно сильнее.
- Не лезь не в своё дело, Ева Хэлен, иначе можешь попрощаться с профессией сайада! - сердито ответил он.
Я держала Планту за руку и чувствовала, как она дрожит. Меня охватило сильное волнение за неё. Затем, я начала переживать за себя, ведь мне было довольно трудно попасть в Академию Сайадов. Теперь пыталась мыслить быстрее и что-то сказать в нашу защиту, но мой неуверенный голос прервала чья-то широкая спина. Подняв голову и услышав его тёплый голос, который напоминал звучание контрабаса, я поняла, что это был Май Шерик.
- Я слышал ваши угрозы мистер Ашай Норт, - уверенно и спокойно сказал Май, - не думайте, что вам сойдёт с рук, если надумаете навредить этим девушкам. Тут уже два свидетеля вашей агрессии и возмутительных слов!
Облегчённо вздохнула за его спиной и обернулась к Планте обнимая её, прижимая к себе хрупкое трясущееся тело. Ашай неожиданно сдержался, фыркнул и ушёл в свой кабинет, напоследок буравя взглядом меня и свою дочь. Май проследил, чтобы отец Планты скрылся и сам повернулся к нам.
- Всё хорошо? Он вас не обидел? - мягко спросил парень.
- Спасибо, Май, - ответила я, похлопывая его по тёплому плечу одной рукой, а второй держала подругу. Он напоминал доброго мишку из сказок.
- Не первый раз замечаю, как он пристаёт к этой девушке. - Май сострадательно смотрит на Планту, чьё лицо спряталось за моим плечом. - Почему?
- Он мой отец, - всхлипывает Планта, выглядывая из-за моего плеча.
Май запнулся, явно ошарашенный этой новостью.
Мы ушли на территорию кампуса, где под тусклым солнцем мы с Маем пытались успокоить Планту и обещали защищать её. Я не думала, что в этом мне станет помогать Май. С ним мы виделись редко. Он вообще был из другой группы. Но я была рада, что Ашай теперь подумает много раз, прежде чем обижать свою собственную дочь и угрожать мне.
Конец октября ознаменовался перераспределением нас - Реонов на Тажер и Аншр. Всего получилось 4 группы, почти в равном количестве тех, кто с рейтронами и тех, кто без них. В первой группе с даром была Ция. Во второй: Ин, Планта и Рик. По слухам вторая группа была самой устрашающей. Там были в основном сильнейшие с даром. В третьей группе без дара была я, Май и Адам. Мы не особо расстроились такому перераспределению и договорились встречаться на переменах и вне Академии, так как успели сдружиться. Ция сразу нашла подругу в своей группе. Это была девушка с короткими белыми волосами и странным взглядом. Ция старалась и о Планте не забывать, но всякий раз, смотря на них, я замечала напряжение и полное недопонимание. Планта снова была зажата, будто не в своей тарелке. Видя самодовольное выражение лица Ашая, я начала догадываться, что это он засунул её в сильнейшую группу, где в основном все были агрессивными. Мы с Маем наблюдали за всем этим с напряжением, не в силах изменить распределение, ведь Планта была с рейтронами.
Нам дали новую аудиторию, где я решила не изменять себе и сесть так же у окна на первом ряду. Адам и Май сели рядом. Май был счастлив, что наконец, в одной группе с братом и всячески его тискал, издеваясь. Адам возникал и закатывал глаза в объятиях Мая. Я невольно улыбалась, наблюдая за ними. Всего в нашей группе насчитывалось семь человек. Семь обычных Тажеров без дара. И мы ждали нашего нового куратора.
Внезапно дверь в аудиторию открылась, и вошёл розово-волосый высокий молодой человек, в ком я узнала своего кумира детства. Нашим куратором теперь был Рейн Каспи, чёрт его возьми!