Часть 26 Последний рывок
Убив всю охрану, мы нашли ключи в кармане одного из них и освободили заложников, предложив им кое-что.
– Кто вы такие? – спросил один из них, когда мы открыли дверь первой камеры. Пленники выглядели усталыми и изнеможёнными. А одеты в какие-то грязные лохмотья.
– Мы союзники Высотских, пришли спасти вас. Вы против? – сказал я стоя спереди, они молча посмотрели друг на друга, в этой камере было пять человек, и поднялись с пола идя в сторону выхода.
– Слушайте, у меня нет намерений вас калечить или ещё что-то. Если вы не можете сражаться — мы отведём вас в безопасное место, но если вы найдёте в себе силы вести огонь — снабдим вас оружием. Прошу тех, кто готов идти воевать, поднять руку. – говорил я, когда мы выпустили всех Высотских, а они стояли перед нами. Спустя несколько секунд замешательства, руки подняли шесть человек.
– Отлично. Значит Шрам — бери своих и отведи всех к машинам. У нас собой есть несколько запасных автоматов, пусть они возьмут то, что есть, а у машин раздашь остальные. Тех, кто не может сражаться, отправь к бункеру. Пока вы доедите — мы тут закончим.
– Хорошо. Ребята, за мной! – сказал Шрам, в медленном темпе побежав в сторону машин. Стоит сказать, что вызывались за оружием только мужики, девушек было не много, но все решили не помогать.
– Теперь мы, ребят, нужно найти вход или подъём в командный пункт Мусорщиков. Кто-то видел что-то похожее? – спрашивал я.
– Нет, но нужно получше поискать здесь, а потом обойти эту кучу хлама. – говорил Вова.
– Хорошо, тогда начали. – ответил я и мы преступили.
Камеры заключённых, которых всего было пять штук, начинались у забора и стояли перпендикулярно ему. Естественно, сделаны из ржавого металла и сварены им же. Вход оказался на самом видном месте, по центру. Можно сказать, что „главная дорога" на базе Мусорщиков заканчивалась им. Сам он выглядел как очень хорошо бронированная дверь с небольшим окошком с затвором.
– У меня есть идея, как можно открыть эту консерву, но вы должны будите остаться здесь. – сказал Вова.
– Хорошо, мы ждём. – сказал я, все кроме Вовы стояли за углом и смотрели.
Он постучался в дверь и присел. Когда открылось окошко Вова кинул в него гранату и побежал к нам. Через пару секунд произошёл взрыв, пошёл чёрный дым, а перед ним вылетели жёлтые искры, дверь слетела с верхней петли и осталось наклонённо висеть на нижней.
– Вперёд! – крикнул он махнув рукой и бежав обратно. Мы последовали за ним. Заходя в небольшую комнату, окружённую хламом, по одному расстреливали контуженых мусорщиков, собаки, которые были с ними выбежали у нас между ног на улицу. Эта комната была как КПП перед штабом, здесь все оставляли своё оружие, а также с неё был только один путь — в лестничный подъём, как у нас в бункере.
– Опасно подниматься всем разом, идём с отрывом в несколько метров, если будет лететь граната — расходимся в разные стороны. Ясно? – говорил Вова после зачистки первого этажа.
– Хорошо, тогда я второй. – сказал я.
Ребята рассчитали очерёдность и мы продолжили штурм. Были слышны голоса сверху: они в замешательстве. Похоже, там находилось человек пять, один из которых точно Медведь. Вскоре, когда мы все, кроме Серого, были на лестнице трое из мусорщиков начали спускаться к нам. Продвижение остановилось перестрелкой.
Она длилась чуть больше пяти минут, за которые мы смогли ранить одного из нападающих, а также получить самим. Вова, так как был первее меня, вёл огонь, а я лишь иногда помогал ему на перезарядке, поэтому схватил пулю рукой, но рана была несерьёзная. Вскоре, мы услышали звук стука метал об метал — это в нас гранату кинули, которая катилась прямо в ноги Вове. В свою очередь он, пнул её посильнее, но так она вниз по лестнице, где находились наши пацаны.
– Граната! Аккуратно! – крикнул я, но только закрыв рот произошёл взрыв. Часть лестницы в начале обрушилась, скрежет, искры с дымом поднялись до нашей высоты.
– Все целы?! – спросил я.
– Нет! Серому каюк! – кричал истерически Тоха.