Осознание одиночества
Сквозь утреннюю дремоту, прокрался солнечный свет, разгоняя сон. Я нехотя подняла веки, но всё равно улеглась на другую сторону, натягивая одеяло до подбородка.
Дверь в палату оказалась приоткрытой и впускала разнобойный оркестр, состоявший из криков детей да высокого тенора медсестры, пытающуюся принудить ребят делать зарядку, и приучить к дисциплине.
Я рывком спустилась с кровати, но зашипела, когда босые ступни коснулись ледяного паркета.
Я приоткрыла дверь, чуть шире, едва касаясь самого дерева, руки были заледеневшими, и скованными тупой болью.
Вышла в коридор, последовав за гомоном голосов.
Вскоре я пришла в большую за́лу. Двойные двери были распахнуты настежь и я спокойно вошла. У стен стояли высокие, мраморные колонны, упирающиеся в потолок. Я невольно подумала, что если рухнут колонны, потолок обвалиться вместе с ними.
Посмотрела на детей.
Они построились горизонтальными рядами. Между которыми, оставалось, идеально одинаковое на вид расстояние.
Все выполняли упражнение синхронно, угождая молоденькой девушке, что и возглавляла процессию.
Очень скоро утренние упражнения подошли к концу, и из коридора послышался звон колокольчиков, раздирающий ушные перепонки, хотя его первоначальной задачей было оповещение завтрака. Дети подняли такой громогласный ор, что радостный вопль перекрыл звон.
Я вышла первой, чтобы меня не задавили, пропустила бо́льшую часть толпы и плелась следом.
До меня донеслись слова мальчика, идущего рядом:
- Меня скоро заберут родители - с радостными воплями, сообщил он друзьям, шествующих по другую сторону от него.
В тот момент, ошарашенная криком, я споткнулась, нечаянно задела мальчика, но удержала равновесие. Этого хватило, чтобы он обратил на меня внимание.
- А ты? - взглянул на меня мальчуган.
- Что я? - обернувшись спросила, не понимая сути
- За тобой придут родители?
- Не знаю. - слегка раздосадованно, но честно призналась я, разводя руками.
- Я знаю, никто за тобой не приедет. У тебя просто нет родителей - мальчик засмеялся. Хотя я не до конца понимала причины. Мне стоило бы ответить ему, возможно даже ударить, но тогда я была ребёнком. Ребёнком, который в первый раз в жизни, столкнулся с жестокостью и детскому сознанию, вообще непонятно, что с этим делать? И как реагировать?
Так я простояла, пока все не ушли и коридор, не превратился в пустынный параллелепипед, куда, кто-то зачем-то поместил одинокую фигурке - меня...
Даже в некотором смысле удивительно, что этот же мальчик на утреннем занятий, был послушным, как и все пока находился под пересмотром взрослого.
Отбросив эти мысли, я побрела по коридору вдоль палат. Через открытые двери, мне довелось видеть, как счастливых детей забирают счастливые родители.
Мне стало только хуже.
Внезапно я заметила, полуоткрытую дверь. Я говорила себе, что было бы куда разумнее пройти мимо. Однако всё же остановилась и заглянула.
Первое на что нельзя было не обратить внимания, резкий, дурманящий запах, спирта, зелий, и отчего то уксуса.
На фоне иных расстоянии, особенно чётко слышалась мята.
Помимо этого в воздухе можно было уловить нотки ментола и различных дурно пахнущих мазии. От такого изобилия, мгновенно кружилась голова.
Я с силой подавила позывы тошноты и осмотрелась: с потолка, словно извивающиеся змеи свисали, высушенные растения. Деревянные полки с резным орнаментом госпиталя, герб виде наложенных друг на друга костей, напоминающий больше могильный крест.
Полки где в ряд стояли склянки с мензурками, казались бесконечными.
У стен, грозились, чугунные котлы с кипящим варевом. Не смотря на лопающийся пузыри зелий и пар над каждым чаном, хотя в помещения стояла стужа.
Сутулясь и обняв себя за плечи, я побрела далее.
Неожиданно для самой себя, я увидела женщину, расположившуюся на полу.
Я сначала замерла, но затем как можно осторожней, подошла ближе.
Прежде чем увидела в её ладони горсть таблеток. В моих глазах застыл ужас от осознания того, что сейчас может произойти. Однако я вытолкнула слова из мгновенно пересохшего горла, но те прозвучали громче, чем я ожидала:
- Не стоит этого делать - и до боли сжала пальцы, так что ногти впились в ладони.
Девушка повернула голову и какой-то время, ошарашенно глядела в мою сторону