Глава 4. Ярость Альфы
Дверь взорвалась под ударом, разлетевшись на щепки, которые с шипом вонзились в каменные стены. В облаке пыли и древесной крошки стоял Гаррик — его мощная фигура казалась еще больше в ярости, каждая мышца на обнаженном торсе (рубашка была порвана в клочья, видимо, в пылу поисков) напряглась, как тетива натянутого лука. Карие глаза, обычно холодные и расчетливые, теперь пылали таким огнем, что казалось — вот-вот выжгут все на своем пути.
— Ты... — его голос прогремел, как обвал в горах, наполняя комнату гулким эхом.
Лира, все еще лежащая на полу, приподнялась на дрожащих локтях. Ее рыжие волосы были растрепаны, губы распухли от укусов, а на шее алели свежие следы Каэловых зубов. Кожа светилась призрачным синим светом — отголоском только что пробужденной магии. Простынь скользила по ее потному телу, обнажая округлость бедра, на внутренней стороне которого краснели следы чьих-то пальцев.
Гаррик сжал кулаки так, что костяшки побелели. Его взгляд скользнул по разметанной одежде Лиры, по ее тяжело вздымающейся груди, по влажному блеску между дрожащих бедер — и что-то дикое, первобытное вспыхнуло в его глазах.
— Я убью тебя, — прошипел он, и это не было пустой угрозой. Каждое слово было наполнено такой ненавистью, что воздух вокруг будто зарядился статикой.
Каэл, неспешно поднимаясь с колен, лишь усмехнулся. Его платиновые волосы выбились из привычного хвоста, серебряными прядями падая на обнаженные плечи. Губы были слегка припухшие — явно не только от слов.
— Командир, — протянул он, намеренно делая голос томным, — как трогательно — врываться, когда все самое интересное уже...
Он не успел закончить. Гаррик рванулся вперед с яростью раненого вепря. Его первый удар пришелся в солнечное сплетение — точный, смертоносный, пропитанный годами боевого опыта. Кайл едва успел увернуться, но второй удар — ребром ладони в горло — все же достиг цели.
Лира вскрикнула, когда Каэл врезался в стену, сбивая полку с древними фолиантами. Книги рухнули на пол, поднимая облако вековой пыли. Но прежде чем Гаррик успел сделать следующий шаг, Кайл исчез — лишь черная тень метнулась через комнату.
— Ты действительно думаешь, что она твоя? — его голос раздался прямо у Лирыного уха. Холодные пальцы впились в ее плечи. — Посмотри на него, малышка. Видишь этот голод в его глазах? Это не защита. Это собственничество.
Гаррик замер, его грудь тяжело вздымалась. В глазах действительно горело что-то дикое, первобытное — но не только ярость. Что-то более темное, более опасное.
— Заткнись, — прохрипел он, делая шаг вперед.
Каэл рассмеялся — низко, вызывающе — и вдруг толкнул Лиру прямо в объятия Гаррика. Она врезалась в его грудь, ощущая под пальцами горячую кожу, покрытую шрамами и свежими царапинами. Их дыхание смешалось — ее прерывистое, его тяжелое, горячее.
На мгновение в комнате повисла тишина. Даже пыль, кружащая в лунном свете, казалось, замерла.
Где-то в глубине коридора раздался смех — высокий, женский, знакомый. Сера. Но ни один из них не повернул голову.
Гаррик медленно поднял руку, его пальцы дрожали, когда он коснулся Лириной щеки.
— Ты... — начал он, но слова застряли в горле.
Лира подняла глаза. В них все еще светилась магия, но теперь к ней добавилось что-то новое. Что-то опасное.
— Заткнись, — прошептала она.
И потянулась к его губам.
Где-то в тени Каэл усмехнулся. Его план сработал.
Но игра только начиналась.