Ночная шиза
Сны грядущие — остры, как крик,
Близки, как пульс у виска.
Ни страха в груди, ни огня —
Лишь пустота да тишина.
Не змеи шипят в темноте,
А ночи в звёздной пустоте.
Они, как призраки, легки,
Меняют плоть на лёд тоски.
Сомкнуть глаза… Сбросить оковы…
Мир растворить в полунамёках…
И в этом сне, где нет вранья,
Звучит мелодия моя.
О чудо! Вымысел живой,
Неслышный миру, но — со мной.
Пусть ей не верит разум мой —
Она смеётся надо мной.
Господи, дай тем, кто слеп,
Кто прячет боль, тупящий свет,
Не страх, не правду — дай им сны,
Чтоб спали их больные лики.
Моя мелодия — не яд,
Не светлый рай, не строгий ад.
Она как шёпот в час тоски:
Прими… отпусти… не смысли…
Батарея села — мир онемел,
Губы сжаты, сердце — в цель.
Шторы — стены. Кровь — в рубцах.
Мой дом — шрамы на висках.
Взгляд твой — пуля. Случайный. Точно.
Рана — где-то между рёбер.
Фонарь под окном, как грешный отец,
Мигает: «Выходи, наконец».
Гаснет... Но в вспышке — намёк,
Что там, за стеклянной стеной,
Есть место, где тишина —
Не приговор, а покой.