Эпилог
Со времен той истории, что я имела возможность рассказать вам, прошло без малого пять лет. Бель превратилась в прекрасную молодую женщину, которая с годами только расцветала, как цветок с приходом весны. Она окончила Оксфорд, как всегда мечтали ее родители, и, будучи на четвертом курсе, выпустила свою книгу, в которую вложила душу и чувства, которые так и остались несказанными и похороненными где-то глубоко в ее сердце.
Ричард и Эмилия гордились Бель и не переставали говорить каждому вокруг, что их дочь достойна, если не Нобелевской премии, то уж точно международного признания.
Бель постоянно ловила на себе заинтересованные взгляды молодых людей и лишь изредка награждала особо симпатичных из них легкой улыбкой.
Бель шла по центру города и разглядывала архитектуру столичных переулков, как будто видела их впервые. Она прошла мимо булочной и ненадолго остановилась, уловив запах только что испеченного свежего хлеба. На секунду ей захотелось оказаться снова в России и купить себе тот самый пирог с картошкой, с которым она так любила пить чай в школьной столовой. Все лицо Бель озарилось улыбкой, ей было приятно вспоминать то счастливое время, когда она жила в Москве и ходила в русскую школу.
Сначала воспоминания обо всех людях, которые так глубоко поселились в ее сердце, напоминали обо всем, что она потеряла. Но со временем боль превратилась в светлую тоску и вместо слез при малейшем напоминании о былом времени на лице девушки появлялась улыбка.
Все забывается, и хорошее, и плохое, уходит куда-то далеко, куда мы больше никогда не сможем найти дорогу. Бель понадобилось много времени, чтобы осознать, что не все люди будут оставаться в ее жизни, как бы она этого не хотела. Иногда Бель казалось, что до знакомства с Мартином, она никого не любила, как не любила и после него. Бель любила Мартина так сильно, как только способно любить наивное женское сердце. Она полюбила его шестнадцатилетней девочкой, и, где бы она потом не была и с кем бы она не встречалась, она продолжала хранить его внутри себя.
Конечно, всем бы хотелось верить в лучшее, в то, что время все лечит и новые люди могут заменить старых, но жизнь была бы слишком простой, если бы все было так. Иногда случается вовремя не понять, что человек, который сейчас находится рядом с тобой, именно тот самый, а, когда он исчезает из твоей жизни и приходит долгожданное осознание, остается только биться головой об стенку и смириться с тем, что ничего в этом мире не повторяется дважды.
Девушка поправила складки на платье и зашла в салон дорогого ресторана. За дальним столиком у окна сидел мужчина, его лицо выражало усталость, омут потонувших в рутине глаз был спрятан за толстые стекла очков. При виде девушки мужчина поднялся со своего места, а его лицо озарилось приятной улыбкой. Мужчина отодвинул свободный стул, предлагая девушке присесть.
– Я боялся, что вы передумаете, мисс Остин, – признался мужчина, продолжая с восхищением наблюдать за девушкой.
Бель ответила ему понимающей улыбкой.
– Я ведь уже согласилась, – сказала девушка мелодичным голосом. – Но у меня есть одно условие.
– Да, конечно, все, что пожелаете, – спохватился мужчина, который, казалось, был готов согласиться под убеждающим взглядом Бель на что угодно.
– Я бы хотела, чтобы при выборе актеров учитывалось и мое мнение тоже. Видите ли, не очень хочется смотреть на то, как героев, которых ты создал, играют люди, совершенно не подходящие для образа, – девушка убрала с лица непослушную прядь волос.
– Конечно, – кивнул мужчина, делая глоток красного вина. – Я заказал и Вам, – улыбнулся он, протягивая девушке бокал. – Может быть, желаете что-то еще?
– Я желаю подписать договор и приступить к работе над проектом, – решительно ответила девушка, так и не притронувшись к бокалу.
– Вы меня поражаете, мисс Остин, признаться, я не верил, что слух, ходящий про Вас, правда, – разочарованно протянул мужчина.
– Что же это за слух, мистер Рочестер? – кокетливо спросила Бель, ставя подпись в своей части контракта.
– Что вы гордо носите звание самостоятельной девушки, – пошутил мужчина, ожидая реакцию Бель.
Девушка покончила с контрактом и обратила все свое внимание на спутника.
– Конечно, любовь и семья желательны, я не выбирала одиночество, – грустно улыбнулась Бель.
– Мне сложно поверить в то, что у такой прекрасной девушки нет ухажеров, – мужчина покончил с бокалом вина.
– Дело не в ухажерах, мистер Рочестер, а в любви. Я не способна любить, я теперь не умею, – ответила Бель, убирая вещи в сумку.
– Вы считаете, что любовь в отношениях самое главное? – настаивал мужчина.
Бель поднялась со своего места.
– Конечно, нет, иначе столько пар не разводилось бы после года супружеской жизни, – улыбнулась.
– Что же вам нужно, мисс Остин? – мужчина поднялся следом, протягивая Бель пальто.
– Только один человек, вернуть которого Вы не в силах, – Бель приняла жест мужчины и попрощалась.
Ветер по-прежнему играл в ее волосах. Девушка потонула в своих мыслях. Скоро должны были начаться съемки экранизации ее книги, и Бель, безусловно, это очень радовало, но сейчас что-то внутри нее тосковало. Рядом с Бель остановился мальчик лет тринадцати, его взгляд был устремлен на прилавок с цветами. Мальчик припарковал свой велосипед и открыл бумажник. Его лицо потускнело, и в глазах проявилось какое-то отчаяние.
– Ты хотел купить букет для кого-то? – улыбнулась Бель, подходя к мальчику.
– Да, – удивленно ответил мальчик. – А ведь я Вас знаю.
Бель кинула в ответ, но тут же перевела внимание мальчика на букет.
– Выбери тот, который тебе понравится, – сказала Бель, указывая на прилавок.
– Извините, но я не могу позволить себе это, – ответил мальчик, подходя к своему велосипеду.
– На месте девочки мне было бы очень приятно получить букет синих незабудок, – неожиданно сказала Бель.
– Вы, правда, так считаете? – в глазах мальчика проявилась надежда.
– Да, и хочу помочь, – ответила Бель, радуясь, что ее слова попали в цель.
Мальчик кивнул в ответ и подошел к прилавку, попросив пожилую даму, продававшую цветы, упаковать ему букет незабудок. Бель оплатила покупку и протянула мальчику букет. Он широко улыбнулся в ответ и поблагодарил девушку.
– Извините, мисс, но почему Вы это делаете? – засмущался мальчик, стоя рядом с велосипедом.
– Я знала одну юную девушку, которой в школьные годы подарили цветы, – заговорила Бель своим мелодичным голосом. – Это воспоминание осталось с ней на всю жизнь, и я бы хотела, чтобы у каждой девочки на свете был свой букет из прошлого.
Мальчик понимающе кивнул в ответ и исчез за углом. Бель перевела взгляд с места, где только что стоял велосипед, и пошла дальше.
– Извините, мисс, – окликнула Бель женщина
за цветочным прилавком. – Но разве не Вы отвечали в своем интервью, что не любите получать цветы?
Бель улыбнулась в ответ.
– Да, все верно, ведь все самые важные цветы в своей жизни я уже получила.
Солнце целовало щеки Бель, а ее глаза сияли осколками воспоминаний далекого прошлого.
Я тоже была в тот момент на Лондонской улице и смотрела на эту молодую и такую мудрую девушку. Меня до сих пор поражает ее верность тому, что уже давно пожелтело со временем. Конечно, Бель хотелось любить, ей хотелось быть счастливой и идти с кем-то по жизни вместе, но у этой юной девушки был особый дар, способность, которая позволяет черпать силу и счастье из собственного сердца.
На тот момент свой жизни я знала достаточно молодых людей, имевших тела стариков, а души младенцев. В их глазах горел огонь к жизни, какая-то неописуемая вера в добро и желание осчастливить весь мир. Они были против войны, против насилия, против расслоения общества и унижения. И я верила им. Я верила, что однажды эти дети, слишком рано повзрослевшие и расколовшие свои души на части, докажут, что все было не зря. Что настоящая любовь случается лишь раз в жизни, что друзья не исчезают с годами, что чистое доброе сердце – оно спасает.
Бель тоже верила в это. Она была для своих читателей примером девушки, влюбленной в жизнь, в каждую ее секунду.
Я смотрела, как тень одиночества всюду следовала за ней по Лондонским улицам, но Бель улыбалась. Она улыбалась жизни и тому, что ее существование не уйдет в пучину забвения. Она была символом поколения. Поколения, которое боялось умереть, так ничего после себя и не оставив.