Что нас останавливает?

- Что ты бредишь, Дастин? — с легкой усмешкой, пытаясь скрыть раздражение, произнёс он, — давай без язвительности. Она для меня всего лишь подруга, знакомая, и твоя сестра.
- Ну да, конечно... — тихо ответил Дастин, его голос прозвучал с едким сарказмом, словно искренне не веря в сказанные слова.
- у нас тут гости намечаются - открыла крышку лифта Робин, сказав ребятам.
Мы все вместе спрятавшись на верху лифта. Ждали пока русские возьмут свои коробки и уйдут.
- Все выходим - сказала Робин, когда услышала, что они уходят. Мы слезли с крыши лифта, она взяла не понятную штуку, которую держала Эрика и благодаря ей мы пробрались из лифта.
- Ну что ж ребята нас ждет очень
веселая прогулка. - сказала я посмотрев на длинный длинный коридор.
Мы медленно двинулись вперёд, окружённые гулом невнятных разговоров и смехом ребят. Пока они оживлённо обсуждали свои догадки, я вдруг остановилась. Сердце билось учащённо, охваченная странным предчувствием. Осторожно взяв Стива за руку, и отвела его в сторону, подальше от всех.
- Слушай, — прошептала я, ощущая, как в груди разгорается тревога и решимость, — ты не думаешь, что это всё связано?
Стив недоумённо взглянул на меня, глаза полны вопросов.
- Лили, что ты имеешь в виду?
- Представь, Стив... Может, это действительно портал туда! Одиннадцать его когда-то закрыла, а эти русские снова открывают.
В этот момент по лицу Стива пробежало понимание. Его взгляд стал серьёзным и сосредоточенным. Но наше недолгое уединение прервала Робин – она заметила, что мы отстали, и подошла с явным раздражением.
- Не хотите с лагерем поделиться своими секретами? — проскользнуло в её голосе недовольство.

Вот мы наконец-то подошли к нужному месту. Осторожно пригнувшись, мы затаили дыхание и увидели перед собой суровых советских военных — строгих и дисциплинированных коммунистов. Они неспешно перемещались по территории базы, занятые своими важными делами. Как удалось остаться незамеченными — мы не понимали сами, но, словно тени, бесшумно проскользнули мимо внимательных глаз и проникли в одну из комнат.
- Ну и жесть, этих коммуняк здесь столько... — прошептала Эрика, её голос дрожал от напряжения и скрытого ужаса.
Мы повернулись к внутренней части комнаты и увидели мужчину в наушниках, сосредоточенно что-то настраивавшего и, вероятно, передававшего команды по рации.
- Кто вы такие? — резко спросил он на русском, настороженно глядя на нас.
Робин не растерялась и мгновенно ответила, используя фразы, которые недавно услышали из рации:
- Кот, поездка в Китай звучит неплохо.
- Че!? Да, кто вы, мать вашу, такие? — вновь настойчиво спросил он. В этот момент Стив, не сдержав эмоций, бросился на него с кулаками. Стив схватил какое-то устройство и мгновенно вырубил коммунягу.
- Да! Стив! Ты впервые выиграл драку! Впервые! — радостно закричал Дастин, не сдерживая восторга.
- Хорошо, это, конечно, замечательно, — перебил Робин, — но нам нужно двигаться дальше. Посмотрим, что еще здесь происходит.
Мы бросились в соседнюю комнату и увидели прозрачную дверь, за которой разворачивалась самая страшная сцена — русские открывали портал с помощью мощного устройства, излучающего угрожающее свечение. В этот момент страх сжало сердце, это то чего мы боялись больше всего.
- Это врата - сказал Дастин.
Мы рывком побежали от туда. Мы втроем. Я, Стив и Дастин - все поняли.
- Я не понимаю, вы уже это видели? - спросила Робин.
- Ну не совсем так - ответил на вопрос Стив.
- Все то, что нужно знать, то что это очень плохо. На уровне, истребления человечества. - сказал нервно Дастин.
- А откуда вы это знаете? - спросила опять Робин.
Мы не успели ничего ответить как Эрика сказала и заметила важную вещь.
- Стив, а где твой русский дружок?
В тот мучительный миг, мы отчаянно осознали – его больше нет. На нас неумолимо надвинулись грозные фигуры военных. Сердце мое забилось загнанной птицей в тесной клетке груди, каждый удар отзывался глухим эхом паники.

С диким, животным рывком мы бросились прочь от этой надвигающейся угрозы, наши ноги несли нас через лабиринт неизвестных проходов, пока мы не залетели в какую-то странную комнату. Стив мгновенно приложил свою силу к двери, пытаясь удержать ее изнутри, не пуская за нами этих коммунистов. Каждая жилка его тела напряглась, его лицо исказилось от нечеловеческого усилия. В этот момент мое сердце сжалось от беспомощности и страха за него, за нас всех. Что делать? Мучительный вопрос бился в моей голове, заглушая все остальные звуки.
С дрожащими руками, но с неожиданно проснувшейся решимостью, я присоединилась к Стиву, прижимаясь к холодной двери, пытаясь придать ему хоть немного своей хрупкой силы.
Вдруг, сквозь оглушительный грохот и мой собственный стук сердца, раздался отчаянный крик Дастина:
- Эй, тут есть выход! Выход! Ребят, быстрее! - Его голос, полный внезапной надежды, прорезал завесу нашего ужаса. Эрика и Дастин уже устремились к спасительному лазу.
- Нет, Дастин! Беги, бегите! - вырвалось у меня сдавленным шепотом.
- Ты уже взрослый, ты сам справишься. Я верю в тебя! Позови нам помощь! — Я отчаянно понимала, что кто-то должен уйти, кто-то должен выжить, чтобы принести спасение.
Но тут Стив повернул ко мне свое изможденное, но по-прежнему прекрасное лицо. Его глубокие карие глаза, в которых сейчас бушевало целое море тревоги и нежной заботы, пронзили меня насквозь.
- Нет, малышка Лили, ты дорога мне — его голос был низким и непоколебимым, — я не позволю, чтобы ты была покалечена ими. Ты идешь с ними. — В его взгляде, полном невысказанных обещаний и глубокой привязанности, я почувствовала ту самую невидимую волну понимания, которая связывала нас без единого слова. Это было молчаливое обещание защиты, которое согревало мою душу.
- Стив... Стив, если я отпущу, ты упадешь! Они всех нас здесь возьмут! — прошептала я в ответ, чувствуя, как слезы жгут глаза, но не позволяя им пролиться.
Тогда в разговор вмешалась Робин, ее голос был на удивление спокоен и решителен.
- Я иду с мелкими, не переживайте. Помощь скоро будет, — сказала она, и их силуэты быстро исчезли внизу, поглощенные  туннеля, а за ними бесшумно закрылась потайная дверь в полу.
Мы со Стивом остались одни, прижавшись к двери, которая уже не выдерживала. Наши силы иссякли, руки дрожали от неимоверного напряжения. Мы отпустили. Дверь с грохотом распахнулась, и словно хищники, вырвавшиеся из клетки, в комнату ворвались коммунисты. Их лица были суровы, а дула пистолетов, мгновенно нацелились прямо на нас.

Меня и Стив взяли и повели в разные комнаты.Меня усадили на стул и закрыли дверь. Два коммуниста стояли передо мной.
- На кого вы работаете? - спросил грозно он на нашем языке. Что было удивлением, что он говорит по-английски.
- Я не на кого не работаю.
На мои слова они посмеялись. И один из них, который разговаривал по-английски, влепил мне по щечину. Было очень больно. И в моих глаза подступали слезы.
- Еще раз повторяю. На кого ты работаешь ?
- Я НЕ НА КОГО НЕ РАБОТАЮ! - начала кричать я.
Они меня еще раз сто спрашивали такие вопросы, но я им ничего не говорила. Тут меня резко взяли и повели в другую комнату. Меня кинули и я увидела Стива..моего Стива. Он лежал весь избитый, весь в крови. Он не шевелился. Я сильно испугалась от этого.
- Стив?! Стив, Стив, я тут. Стив - я очень обеспокоена начала его немного слегка трясти. Но это не помогла. Я уже не выдерживала эту очень сильное эмоциональное давление и жесткой накалки со стороны их.
- Что? Что вы с ним сделали? - начала кричать на них я.
Он взяли меня за руки и поставили меня на стул. И так же сделали со Стивом. И прививали нас ко стулу.
- Сейчас мы ему поможем..Ему нужен врач - он подошел ко мне и немного присел в коленях чтобы быть со мной на одной уровне головы.
- И к счастью у нас есть самый лучший- после чего он начал смеяться и его все подчиненные тоже.
- Ну ты и ублюдок - сказала я, после чего плюнула ему в его уродскую морду. Он сморщился и вытер салфеткой свое лицо.
- Ну ты еще пожалеешь об этом, сучка. - сказал он после чего они все ушли. Оставив нас вдвоем.

– Стив, ну как ты там? – спросила я, стараясь скрыть дрожь в голосе и переживая за его состояние. Внутри всё сжималось от беспокойства, а сердце колотилось так, будто хочет вырваться из груди.
– Звон в ушах, голова раскалывается, но в целом всё нормально, – ответил он, голос чуть хриплый, но решительный, будто пытался убедить не только меня, но и самого себя.
Я обвела взглядом комнату и заметила ножницы на столе – острые, холодные, словно маленький символ надежды. – Слушай, видишь ножницы справа на столе? Мы должны действовать быстро, – сказала я, пытаясь придать своему голосу уверенности, хотя внутри чувствовала тревогу.
Он повернулся и увидел их. Его глаза блеснули: – Отлично, мы сейчас будем двигаться одновременно. Ты поймаешь ножницы, разрежешь верёвки, и мы бежим. Это наш шанс.
– Вот дураки, что оставили ножницы здесь! – прошептала я, нервно улыбаясь.
Мы начали осторожно прыгать и двигаться, стараясь не выдавать наших намерений. Внезапно потеряли равновесие и упали на пол вместе. Я не смогла сдержать смех – это был нервный и облегчённый смех, вырывающийся из груди. Но Стив, увидев мои сдёрганные глаза, принял это за слёзы.
– Эй, малышка Лили, не плачь... Всё будет хорошо, – сказал он, его голос наполнился нежностью и заботой. – Мы выберемся отсюда, я обещаю.
– Нет, я не плачу, – ответила я, пытаясь поймать дыхание. – Это смех... Просто смех.
– А почему тогда ты смеёшься? – спросил он с лёгкой улыбкой.
— Даже не могла себе представить, что я этим летом, окажусь на русской базе у нас в Хоункенсе со Стивом Харрингтоном в глажниках. Думала очевидное лето, работа прогулки с друзьями да и всё. Но как оказалось все намного интереснее и сложнее.
— Да..я тоже. А помнишь, мы с тобой Лили в детстве общались?
— Что? Правда? Я не помню, а откуда ты знаешь, помнишь?
— Я смотрел недавно фотографии из альбома. Увидел свою детскую фотку, а там девочка, знаешь глаза как у тебя. Я спросил у мама, кто это. Она и сказала, что это ты. Она рассказала мне очень интересную историю.