18+
***
Размеренные шаги гулом разлетаются по коридору от кафеля. Уставший парень, потирая глаза после изнурительных тренировок(по медетации), идёт к кабинету технологии, а по приходу на место встречи, облокачивается о бетонную стену, читая сообщения от тренера о ближайшем матче и иногда поглядывая на часы.
Через пару минут тяжелая деревянная дверь со скрипом открывается, и из помещения выходит девушка среднего роста, держа в руках маленькую розовую коробочку, с завязанной вокруг неё атласной ленточкой, а за ней и ее одноклассницы, с точно такими же упаковками.
— Привет, — тепло поприветствовав Т/И, Данте убирает телефон в карман спортивной сумки, принимая стоячее положение.
— Здраствуй, Данте! — девушка лучезарно окидывает философа взглядом, а после невесомо чмокает парня в уголок немного опущенный губ, ведь из-за разницы в росте это максимальная точка, до которой она может дотянуться.
Кровь тотчас же начинает бурлить в венах молодого человека и уголки губ скромно приподнимаются в полуулыбке. Вроде так давно вместе, а до сих пор прелюдия в общественных местах вызывают такую реакцию.
Школьница тихо хихикнув, прощается со своими подругами и направляется в сторону выхода, оставляя парня наедине с мыслями. Но быстро опомнившись, Данте в два шага преодолевает дистанцию между ними, идя уже наравне с девушкой.
— Что у вас сегодня было? — Спрашивает волейболист, указывая на миленькую коробочку, с загадочным содержанием, в женских руках.
— А... это? Мы готовили на уроке пирожные, — Т/И оттягивает один конец ленты и открывает коробочку, дабы показать своё творение. — хочешь попробовать?
Парень с минуту думает над предложением, а затем коротко кивает, притормаживая в безлюдном коридоре.
Достав из рюкзака деревянный одноразовый набор, состоящий из ложки, вилки и ножа, который им дают после каждого кулинарного занятия, Т/И берет прибор, отламывает небольшой кусочек песочного коржа с ванильным кремом и осторожно подносит ко рту третьего, на что тот послушно съедает десерт, дегустируя нежную начинку из лесных ягод, слегка прикрывая глаза от удовольствия.
— Ой, ты кажется... сейчас, подожди! — школьница мочит слюной подушечку большого пальца и проходится по одному уголку, и немного задевая сами губы парня, собирая оставшийся заварной крем с лица волейболиста, по привычке высовывая свой язык наружу и поднося испачканную фалангу к себе, слизывая содержимое, а после вновь завязав тугой узел на картонке, аккуратно кладёт к себе в портфель и выкидывает посуду в ближайшую мусорную урну.
За всеми этими действиями пристально наблюдает Данте, не сводя глаз с девушки, стараясь вовсе не дышать и не двигаться.
Уж слишком много прикосновений за сегодня, уж слишком сексуально она облизывала и уж слишком прекрасно она выглядит в летней школьной форме.
Запретные мысли уверенно окутывают голову блокирующего пеленой похоти, не оставляя ни одной чистой и невинной. Дыхание учащается, губы немного подрагивают, а в
спортивных штанах становится чертовски тесно. Парень качает головой, чтобы отогнать такие раздумья, но они только увеличиваются, как и само желание сделать это прямо здесь и сейчас.
— Так-то лучше! Ну как те... Ах! — Т/И даже и опомнится не успевает, как волейболист размашисто шагает, с мертвой хваткой на руке, утягивая девушку за собой. Немного спотыкаясь, она не может понять причину столь резкой смены настроения ее молодого человека, что сейчас открывает первую попавшуюся дверь, и заводя вторую во внутрь, как это чуть позже оказывается, кладовки, попутно закрывая комнату на замок и забрасывая спортивную сумку куда-то под шкаф. — Данте!
Парень резко прижимает школьницу к холодной стене, расставляя руки по обе стороны от женского лица. Он ничего не говорит, лишь наблюдает за испуганно бегающими глазами Т/И, чуть наклоняя голову в бок, думая только о том, что готов хоть целыми днями сидеть и разглядывать ее мягкие черты лица, мимику, наплевав на все на свете.
Суна медленно приближается к губам, выдыхая горячий воздух. Не целует. Смотрит. Терпеливо ждет, когда девушка разрешит прикоснуться к ней, и лишь когда она сама притягивает его за шею, скидывая с плеча портфель, удовлетворенно стонет, сливаясь в поцелуе.
Мужские руки ложатся на девичью талию, поглаживая изгиб через хлопковую ткань белоснежной рубашки, пока тонкие пальцы Т/И зарываются в темно-каштановые волосы, торчащие в разные стороны, подобные лисьим ушам.
Третий приподнимает за бедра любимую, проходит в глубь кладовой, и, не разрывая прелюдий, одним движением скидывает со стоящего в углу стола моющие средства, аккуратно сажая девушку на него.
— Дан... — Т/И тихо постанывает имя возлюбленного, когда тот переходит от губ к шее, покрывая короткими, но мокрыми поцелуями, чуть-чуть цепляя бархатную кожу зубами. Руки дрожаще расстегивают пуговицы на одежде, открывая взору кружевной бюстгальтер телесного цвета. Зрачки мгновенно расширяются, перекрывая всю радужку, а губы парня дразняще расцеловывают ключицы, ложбинку между грудями, не снимая белья и опускаясь до пупка. Затем медленно поднимается вверх, проводя влажную дорожку языком и снова припадает к губам девушки.
Холодные ладони, поглаживающие бедра и поясницу Т/И вперемешку с горячим ртом третьего, вовсю исследующего женское тело — что-то необычайно прекрасное и желающее переживать этот момент снова и снова, пока не надоест.
Хотя, как такое может надоесть?
Рука школьницы нежно поглаживает выступивший бугорок на штанах, пытаясь развязать шнурки. Парень отчетливо чувствует все прикосновения девушки и рычит в губы от возбуждения, запрокидывая ее ноги себе на спину и снимая с обоих столь мешающую часть одежды.
Не спрашивая разрешения, он бесцеремонно проникает во влагалище под внезапные вскрикивания Т/И, что выгибается от долгожданной наполненности.
Как говорится: «В тихом омуте и черти водятся.» Эта фраза идеально подходит для Данте нечитайло — человека, который прямо сейчас глубоко и в быстром темпе двигается внутри любимой девушки, от чего той приходится крепко держатся за плечи философа, забираясь под чёрную футболку и царапая лопатки длинными ногтями, оставляя после себя хорошо выраженные полосы багрового оттенка.
— Да твою мать, где мои кроссовки! — пара испуганно вздрагивает, когда слышат за дверью мужской голос, а из щели между полом и дверью показывается длинная тень, растянутая чуть ли на всю комнату.
— Вару... — Данте недовольно шипит, немного приподнимаясь и временно прекращая прошлые действия.
— Я не знаю где они, пошли уже домой! Потерял — потерял, ничего не поделаешь! — чуть поодаль слышится голос Пика, а затем глухой удар — видимо старший близнец схлопотал подзатыльник от младшего.
— Перестань меня бить, Пик! Осталось посмотреть только в кладовке. Я там часто оставляю свои вещи, —зеленый начал дергать ручку двери, но безуспешно.
— Задрали, честное слово, — Данте раздраженно потёр переносицу и перевёл свой взгляд со входа на девушку, что так и лежала на столе, вся красная и пытающаяся не издать лишних звуков. Чуть остывшее возбуждения из-за прихода своих братьев вновь возрастает, стоит лишь увидеть Т/И, на что парень игриво улыбается, сощуривая глаза и заставляя ещё сильнее напрячься школьницу.
— Не смей, — шепотом говорит она, отрицательно качая головой, но филосов не слушает ее, начиная двигаться в ней.
Парень ускоряется и девушке приходится заткнуть рот ладонью, дабы не вскрикнуть от головокружительных ощущений, поддевающие присутствием посторонних личностей.
— Куда делся уборщик? Почему кладовка закрыта? — за стеной все также слышатся ругательства зеленого и безуспешные попытки открыть комнату, чуть ли не выламывая с петель дверь, что только добавляет адреналина во всю эту опасную ситуацию.
— Рабочий день закончился, Пик! Он наверно уже ушёл и нам тоже пора, — голоса постепенно затихают, а ранее громкие шаги отдаляются, давая ребятам спокойно насладиться друг другом.
Данте без капли стыда вбивается в женское лоно, расшатывая и без того старую мебель, а школьная юбка активно опускается и поднимается, немного щекоча филосова чуть выше гениталия.
— Боже, Дан... — Т/И вскрикивает, когда подступающий оргазм накрывает их, коленки дрожат, из влагалища вытекает прозрачная смазка вперемешку с белой спермой парня. Обессиленная туша падает на липкую от пота грудь девушки, тяжело дыша.
Спустя несколько минут третий слегка приподнимается, нежно чмокая в губы любимую и хриплым голосом говорит:
— Пирожное было вкусное.