Красный цвет отчаяния
Утро мое началось примерно в семь утра. Последние дни лета радуют нас щадящей теплотой, не то что в середине сезона.
Чешутся предплечья. Раны на них не так сильно саднят, как вчера. Благо служанка помогает мне их обработать, и они быстро заживают.
Позавчера Мацуи опять погулял с друзьями дольше дозволенного, а я его прикрыла перед отцом, сказав, что он в своей комнате. Раньше тот верил моим словам, но в тот проклятый день решил навесить своего сына. Обман раскрылся. Мацуи же вернулся домой через полчаса. За это время отец успел «воспитать» меня.
Для него разговоров не существует. Он верил, что боль — лучший учитель. Каждый удар розгой, каждый шлепок по предплечьям был не просто наказанием, а «исправлением». Я не плакала при нем — научилась сдерживаться. С детства я получаю по рукам чтобы защитить братьев. Не хочу, чтобы они знали, что это такое.
Не это я обещала маме.
Оставив плохие мысли, я стала собираться на занятия. Красивое ханьфу зеленого цвета с белым удлиненным шарфом. Троих братьев проводила до школы, а сама вернулась в дом. Там меня ждут занятия по танцам, музыке, философии, икэбана, этикету и другим искусствам. Наша семья не нуждалась в деньгах. На этом спасибо папе.
Котонэ Мотидзуки. Его я называла отцом лишь в присутствии гостей или родственников. Сам он тоже не горел желанием, чтобы его дочь называла «папой». Отчего такая ненависть ко мне? Сама без понятия. Но у меня догадки, что первым ребенком хотел мальчика, а не девочку. Раз господин Мотидзуки воздвиг между нами эту стену, значит так надо. А не то меня ждут «исправительные уроки». Ненавижу его и считаю, что он виновен в смерти моей матери. От той, у которой я унаследовала красные и непослушные волосы.
Первее всех вернулся мой самый младший брат Коикэ. Не отпускал меня ни на секунду и просил игр. Озорной и веселый и шумный мальчишка, что свойственно для восьмилетнего ребенка. Единственный, кто не познал тепла нашей матери. Она умерла на его родах. Самой причины смерти мамы он не знает, сказали ему, что она была больна и умерла через несколько месяцев после того, как родила его.
К часу дня мы все четверо обедали. Я и мои три младших брата. Отец, как обычно, на работе. Да и мы сами не горим желанием видеть его. Как бы я не пыталась скрыть, те знают, что за их непослушание у меня «уроки» с отцом. Исикава, которому шестнадцать, старается меньше срабатывать на нервы отцу. Коикэ берет пример со старшего брата. А вот Мацуи хочет свободы. Я списываю все это на его возраст - четырнадцать лет. Я и сама в это время была еще той бунтаркой. Но с возрастом и с шрамами на руках поняла, что лучше молчать.
За обедом мальчики беседовали, делились друг с другом о событиях сегодняшнего дня. Только вот Мацуи молчал.
— Мацуи, а ты чего молчишь? — спросила я его.
— Айяно, прости меня, пожалуйста, — вырвалось у него. - Это из-за меня у тебя новые побои на руках. Я правда старался быстрее вернуться домой!
— Было и прошло, — сказала я спокойно. — Не зацикливайся на этом. Раны заживают. Я переживу это, ты не волнуйся.
— Но Айяно!
—Молчи, — подрезал его Исикава. — Папа вернулся.
Гробовая тишина. Через три минуты зашел отец. Мерзкий, противный, двуличный, тщеславный. Я всем сердцем ненавидела его и боялась его гнева. Ненавидела себя за собственную слабость. Тот долго молчать и стоять у порога не стал. Присоединился к нам за стол. Мотидзуки задавал фоновые вопросы по типу «как прошел день?» или же «что нового изучили на уроках?», и, конечно же, эти вопросы адресованы братьям. Да и плевать, пусть не вспоминает обо мне. Но папаша будто прочитал мои мысли и обратился ко мне:
— Айяно, раны заживают?
— Заживают, — коротко ответила я.
— И хорошо. Невесту надо отдавать в целости и сохранности.
Невеста? В смысле невеста? Я выйду замуж? С одной стороны радостно, я наконец-то покину этот проклятый отчий дом, но с другой... Братья.
— Не рада? — спросил папаша. — Хотя кого я спрашиваю. Через дней пять придет Иида. Будет помолвка. Выдам тебя замуж за него и избавлюсь от тебя.
Иида. В этот момент я забыла, как дышать, и потемнело в глазах.
Мой отец выдает меня замуж за моего двоюродного брата.