Чудо!
Маша плакала. Она смотрела на Лауру, которая сама едва дышала и заливалась слезами. Врачи вкололи Маше успокоительное и обезболивающее прямо в руку, потому что на каталке лежала Лаура. Маша не могла успокоиться, зная, что ее любимая сломана морально, ее кости точно не целы после этого урода, а простынь, что скрывает ее окровавленные тело, намокла от алой жидкости.
-Девушка, вы сможете дойти до операционной?-спросила у Маши фельдшер. -Зачем?-Маша ничего не понимала.
-Вам надо рентген сделать и осколки удалить, если они есть.
-Смогу. А что с Лаурой?
-Ей тоже рентген сделают, но это уже не ваша забота. Ею займутся врачи. -Что с ней?!-в слезах спрашивала Маша.
-Она жива. Но понадобится операция скорее всего, переломов много. Нога сломана и рука левая. Сотрясение скорее всего. Ушибы.-выдала вердикт врач. -Спасибо.-тихо сказала Маша, практически прошептала.
До больницы доехали быстро. Лауру сразу увезли, Маша шла за ней до операционной.
-Все будет хорошо, Лар!-прошептала Маша в закрытую дверь и перекрестился ее. Она не верила в бога, но ей казалось, что это поможет. Должно помочь. Хоть что-то должно было помочь.Дальше ее не пустили. Она видела Лауру в последний раз перед операцией. В ее состоянии, она могла просто не выйти из комы. От этого осознания блондинке было еще хуже.
Маша сама ушла на рентген. Боль возвращалась, она плакала. Ее попросили раздеться, отчего у нее началась истерика. Она не боялась врачей, она не могла отойти от состояния шока.
-Девушка, послушайте! У вас может быть заражение! Снимите блузку, я выйду, не стеснятесь!-успокаивала медсестра.
-Нееет! Уйдите! Отстаньте от меня!-кричала блондинка.
-Все! Я не пристаю! Раздевайся быстро! Я все понимаю, но там очередь!- закричала медсестра, что немного отрезвило Машу и она, со слезами на глазах, начала дрожащими руками расстегивать блузку.
В руке не было осколков. Пуля прошла навылет, оставив за собой лишь боль. Машу попросили пройти в перевязочную и наложили повязку.
-Мария, вам нужно будет остаться в больнице на неделю хотя бы, чтобы мы могли контролировать состояние и если что пресечь заражение сразу.-сказал врач.
Маша понимала, что ей некуда идти, в отеле сидеть было глупо, да и так она будет ближе к Лауре.
-Я останусь. Я могу делать в палате с Лукиной Лаурой Альбертовной? Она поступила со мной на скорой.-с надеждой спросила Маша.
-Нет. Она после операции будет в реанимации. Ближайшие дни она проведет там. А дальше от ее организма зависит. Если она придет в себя, переходим в обычную палату. Но вас к тому времени мы уже выпишем. В целом, она проведет в больнице не меньше двух недель, при самом благоприятном исходе. Потом на коляске она сможет передвигаться, если кости зарастут хорошо, предстоит еще период реабилитации.-завершила врач.
-Когда я смогу увидеть ее?
-Когда она придет в себя и ее состояние станет стабильным. Позвоните кому-то, чтобы ваши документы привезли.
-Мне некому звонить, я тут никого не знаю. После выписки смогу принести ее и свои документы.
-Хорошо. Задним числом подпишем все бумаги. Ваша палата #15, пройдите туда и отдыхайте. Через 20 минут подойдет медсестра и поставит вам укол обезболивающего. Распорядок дня и питания висит в палате.
-Спасибо. До свидания!
Маша покинула кабинет и прошла в палату. На этом этаже оперировали ее любимую. Маша плакала. Ей было страшно. Больше всего хотелось прижаться к Лауре и больше не отпускать ее.
Медсестра потревожила ее.
-Девушка, ложитесь на живот, спустите брюки.
Маша нехотя легла и оголила ягодицы. Страх охватил ее тело вновь. До этого все уколы ей ставила Лаура. Ее рука была мягкой и процесс проходил практически безболезненно.
-Расслабьтесь.
Медсестра хлопком вставила иглу в мышцу и ввела раствор.
Маша почувствовала боль, но не сказала об этом. Она сочла глупым бояться уколов в своем возрасте, но Лаура бы поняла ее, успокоила, подарила единорога, как раньше.
-Пусть ваши родственники принесут сменную одежду и тапочки.
-У меня нет никого в этом городе, кроме женщины, которую привезли со мной, но она на операции.
-Хорошо, мне жаль. Принесу вам пижаму и тапочки одноразовые.
Медсестра принесла одежду и Маша сразу же переоделась в чистое. Брюки и блузка были испорчены кровью, но ее это не волновало. Маша легла в кровати и отвернулась к стене.
-Господи помоги, если ты есть, помоги Лауре выжить. Она хорошая, правда. Маша уснула. Она проспала до утра. Она слишком вымотана прошлым днем.
Ее разбудила медсестра и опять поставила укол. Маша поняла, что долго спала и Лауру уже должны были прооперировать. Она отправилась к ее врачу. Робко постучала в кабинет и вошла.
-Здравствуйте. Где Лаура, что с ней?
-Доброе утро! Вы ей кем приходитесь? Она не подписала согласие, не указывала, что можно рассказывать что либо. Я не хочу проблем.
-Я ее дочь. У вас не будет проблем. Прошу вас, расскажите.
-Как я могу вам верить, если нет документов это подтверждающих. -Наслово. 50 тысяч хватит?
-Так, вы ей не дочь. А кто?
-Невеста, это не важно! Скажите мне, что с ней!
-Вот оно как. Ладно, успокойтесь. Я расскажу. Не надо денег. Я же врач. -Спасибо. Что с ней?
-Она жива, в коме. Перевели в реанимацию, состояние стабильное. Когда она придет в себя, вы сможете навестить ее. Сломаны нога и рука. Травма колена серьезная. Сотрясение головного мозга, гематомы. Что произошло с ней?
-Ее избили сильно.
-Да уж. Санитары помыли ее, вся в крови была. Шрамов много останется. Раны ей обработали. Сейчас ждем, как из комы выйдет. Она сможет. Молодой организм.
Маша плакала от счастья, что с Лаурой относительно все стабильно. Она выживет. Она сможет.
-Пустите к ней пожалуйста, на минуту. Я слышала, что люди слышат в коме. Я бы сказала как люблю ее и все.
-Хорошо. Идем. У вас будет 5 минут.
-спасибо!
Они зашли в палату и Маша присела рядом. Лаура была под капельницей и на аппаратах жизнеобеспечения. Трубка выходила из ее рта, рядом с которым была закончена повязкой обширная гематома. Она была без одежды, лишь простынь накрывала ее. Маша поправила простынь, чтобы она была выше.
-Лаура, я надеюсь, ты слышишь меня. Я люблю тебя! Мы в одной больнице с тобой. Я рядом!-шептала Маша.
Аппарат рядом начал пищать и прибежали медсестры, Машу вывели сразу же, она заплакала. Из палаты доносились крики врача. Через 20 минут все покинули палату, врач отвел Машу в сторону.
-Не показатели взлетели. Ей нельзя волноваться, что вы говорили.
-Я лишь сказала, что мы в одной больнице и я люблю ее.
-Второе то ладно, зря вы сказали, что вы в больнице. Идите в палату. Она придет в себя и я вам сообщу.
Маша ушла в палату. Она Была рада тому, что увидела любимую, но вместе с тем, ей было страшно за нее.
-Господи помоги ей! Она должна жить!
***
Так прошло полторы недели. Маша -умоляла врачей не выгонять ее. Ей было некуда идти, как ей казалось. Лаура не пришла в себя до сих пор. Маше было страшнее с каждым днем, но она продолжала молиться, в надежде, что это поможет.
Врач дал ей три дня. Маша не могла уйти в гостиницу, хоть и денег на ее оплату хватало, потому что боялась слежки за входом в нее. Кроме Виктора врагов у Лауры было немало, особенно в этом городе.
В палату постучалась после обеда.
-Третьякова! К вам посетитель, проходите.
Маша вскочила с кровати от неожиданности, но сразу успокоилась. В дверях стоял генерал.
-Здравствуйте, Маша. Рад вас видеть. Как здоровье?
Маша вскочила с кровати и прижалась к мужчине, обнимая его.
-Ну-ну, ты чего, девица!
-Спасибо, я не успела сказать вам. Спасибо! Спасибо!-благодарила Маша.
-Все хорошо. Ты как тут? Как Лаура?
-Лаура в коме. Я нормально. Мне документы только надо забрать из отеля. -Заберем. Поехали домой. Тебя тут больше держать не могут. Тебе позвонят, как она очнется.
Маша взяла телефон и карту Лауры. Вещи она выбросила, поэтому осталась лишь пижама. Генерал накинул ей на плечи свою куртку и они покинули стены больницы.
По пути они заехали в магазин одежды. Маша купила себе джинсы, футболку и спортивный костюм черного цвета. Также она купила костюм и футболку Лауре, чтобы та могла надеть его, как выйдет из больницы.
-А каком отеле вы жили?-спросила генерал.
-В центре который, самый большой тут.
-Повезло тебе, девонька, у меня там знакомая работает.
Они подъехали к черному входу в отель и генерал удалился из машины. К нему вышла пожилая женщина. Он поговорил с ней и через 15 минут она отдала ему документы Маши и Лауры. Он сел в машину и они поехали домой.
Он отдал Маше документы и сообщил, что из вещи пока забрать нельзя, но перед вылетом они смогут это сделать, да, втайне от всех, но это было на руку.
Дом встретил знакомым запахом валокордина. Машу проводили в зал, где была готова пастель для нее.
-Машенька, ты можешь остаться у нас, столько, сколько нужно!-сказала старушка.
-Благодарю вас!
-Девонька, только гулять не ходи. Дома еда есть, одеться сможешь, зубная щетка синяя, тебя в ванной ждет.
-Спасибо за все! Я буду ждать звонка от врача. Как Лаура очнется и я смогу ее забрать, мы улетим в Москву.
-Ты не торопись. Ей же надо расходиться будет. Нога сломана ведь. Тут безопасно! Я заберу вас из больницы и буду возить тебя, если нужно.
-Не нужно, я на такси могу.
-Как знаешь.
Маша легла и сразу уснула. В 4 утра ее разбудила звонок. Это был врач Лауры. -Мария, здравствуйте!
-Здравствуйте! Что с Лаурой?-испугалась Маша.
-Она пришла в себя, уже два часа как. Даже бульон поела немного. Состояние стабильное. Можете приехать днем в часы посещения, она спит.
-Хорошо, я буду!
-Только не тревожьте ее сильно. Она и так о вас спрашивала. Я сказал, что вы здоровы и уехали с тем мужчиной.
-Хорошо.
Маша не могла уснуть, до утра она благодарила бога за то, что Лаура очнулась. Это было настоящее чудо. Днем она помогала по хозяйству старушке. Вскоре она собралась и поехала в больницу на такси. Она бежала по коридорам, не замечая ничего и никого вокруг. Когда она зашла, Лаура смотрела в окно, в полусидячем положении и протирала кольцо, подаренное Машей полгода назад. -Лар, ты как?-Маша подошла к кровати и положила свою руку, поверх ее руки. -Машенька!-Лаура расплакалась и не могла сказать ни слова.
-Не плач! Со мной все хорошо! Рана почти зажила. Ты как себя чувствуешь? Как рука? Как ноги?
-Мне ставят обезболивающее, ничего не болит. Я ужасно выгляжу сейчас, прости меня.
-За что ты извиняешься, ты прекрасна в любом виде! Я тебе костюм спортивный купила, белье чистое принесла. -Маша поставила пакет. - Кушать тебе пока только по диете, но потом, обещаю приносить вкусняшки!
-Маш, присядь.
Маша села, не понимая, что хочет Лаура.
-Что такое?
-Я хотела тебе сказать кое-что. Я тебя очень люблю, но я пойму, если ты захочешь уйти от меня. Ты такое пережила из-за меня! Он прикасался к тебе, я помню. Я мало помню, но знаю, что он прикасался к тебе. Это сложно пережить. Прости меня, если сможешь, это все из-за меня. Дом твой, машина тоже. Денег оставлю столько, сколько надо. Прости меня, я понимаю, что это нелегко. Я хочу признаться тебе, он заставил меня сосать ему в машине, потом глотать. Прости меня, я изменила тебе. -Лаура плакала, как и Маша. Последняя вобще не понимала того, что происходит. Она даже не думала о том, чтобы ревновать, она лишь молилась, чтобы ее любимая жила.
-Лаура, я люблю тебя!
-Тебе без меня будет лучше.
-Нет! Мы преодолеем все вместе.-Маша вскочила со стула и обняла Лауру крепко.
Маша простояла так с минуту, потом приблизилась к губам и поцеловала. Вложила нежность и заботу, Лаура продолжала плакать. Маша проникла языком в рот любимой и та начала невольно отвечать. Они целовались несколько минут, затем Маша отстранилась и посмотрела в глаза.
-Лаура Альбертовна, я люблю вас, как женщину! Я люблю тебя, как ты не понимаешь! Люблю любую! Ты поправишься, мы уедем отсюда! Заберем фею у Анжелики, родим ребенка. Лаура, ты выйдешь за меня?
Лаура плакала, смотря в глаза любимой. Маша вытерла ее слезинки.
-Маш, ты уверена, что сможешь мне это простить?
-Я не считаю, что этот обидно! Я люблю. Люблю.
-Да! Я выйду за тебя! Ты лучшая девушка на земле! Кольца купим, когда выпишут! А то сделали предложения и без колец!
-Хорошо!
-Где ты живешь? С каким мужчиной ты уехала?
-Я живу у генерала, который помог тебя вытащить. Когда тебя выпишут мы поживем у него до полного восстановления конечностей, потом улетим. -Хорошо!
-Ты обязана попробовать борщ, который готовит его жена! Он безумно вкусный! -Верю! Попробую еще!
Они говорили до самого вечера, пока Машу не попросили покинуть палату. Они целовались и держались за руки. Любили так, как никто не мог.