Свободный человек

Оба слезли с крыши и уже через полчаса бежали по улице от какого-то мужчины, заливаясь смехом.

- Ах ты! Разбойник! – ругался мужчина.

- Я знаю! – орал ему через плечо разбойник, а затем обратился к другу, - а ты волочи ногами быстрее, догонит ведь!

- Зачем ты это сделал, Филипп?

- Очень нужно! Очень! - отвечал тот, сжав в руке связку ключей.

Оба ненадолго спрятались, тем самым давая незнакомцу пробежать мимо них, а затем разбойник куда-то повел Патрокла.

- И куда это мы? - спросил молодой монах, чтобы чем-то разбавить нависшую тишину.

- Животных любишь?

- Немного боюсь...

- Да брось, тебе понравится! - уверял приятель.

Филипп привёл друга к конюшне и открыл дверь трофейными ключами. Внутри находилось много красивых коней самых разнообразных пород.

- Здорово? - спросил разбойник, довольно улыбаясь.

- Очень, - признался Патрокл, - а они меня не тронут?

- Они привязаны, не бойся. Иди потрогай сами если нравятся.

Тогда Франсуа осторожно подошёл к белой лошади и коснулся её гривы:

- Хорошая...

- Конечно, - согласился Филипп, - они все хорошие. И дорогие.

- А зачем мы сюда пришли?

- Хотел я взять одного здесь. Нужен больно.

- Да? Украсть?

- Человек, который купил себе это всё, заработал деньги не честным трудом, а побирал народ. Поэтому ни на чьей совести это не останется.

- А зачем нам лошадь то?

- Хочу увезти тебя отсюда. На время. Ты – беглый монах, ведь вероятно же, что тебя ищут.

- Ну раз так... Действуй.

Филипп внимательным взглядом стал осматривать стоящих животных, пока Патрокл подходил почти к каждой лошади и осторожно гладил её по большой морде.

- Давай возьмем вот эту? - показал молодой монах на белую лошадь, к которой подошёл ещё в самом начале, - смотри какая она красивая!

- В том то и дело, - развел руками разбойник, - ты пойми, нам нужна неприметная кобылка, чтобы не вызывала ни у кого вопросов. Эта белая красавица, что тебе, естественно, приглянулась, - достояние её хозяина. По большим праздникам он всегда вывозит на ней своего сына – нашего ровесника в город. Чтобы все видели это сочетание... Крайней наглости и невоспитанности с природной лошадиной красотой.

- Откуда ты всё здесь про всех знаешь, Филипп? Надо же быть другом каждого, чтобы иметь ввиду такие подробности.

- Нет, это не обязательно, лачинько. По многим людям, если приглядеться, сразу видно их прогнившее нутро.

С этими словами Филипп отвязал бурого жеребца и, поглаживая, повёл его за узду из конюшни.

- Поедем на этом. Твоя слишком дорогая, - объяснил он.

Разбойник поправил уздечку, взял потрепанное седло и вывел теперь уже своего скакуна на улицу. Он уселся верхом на коня и погладил его по гриве.

- А я? - наигранно надувшись, спросил Франсуа, подойдя к другу и закончив прощания с приглянувшейся ему и не входящей в лимит лошадкой.

- Ах, точно! А ты так не можешь? - удивился тот.

- Нет конечно, ты чего. Не надо быть обо мне слишком большого мнения, - пригрозил ему Патрокл пальчиком.

Филипп усмехнулся и слез с коня. Он подсадил молодого монаха, а сам потом устроился позади него и взял в руки поводья.

- Так удобно? - поинтересовался разбойник, прежде чем тронуться в путь.

- Вполне, - кивнул юноша.

- Тогда держись за седло, ладно?

- А мы не быстро поскачем?

- Пока что нет.

- Точно?

- Я тебе обещаю.

Филипп дернул за уздечку, и они поехали прочь. Подальше от конюшни.

- А мы куда? - спросил Франсуа, когда они уже выехали за черту города.

- Вечно ты спрашиваешь. Недалеко мы, - отвечал разбойник, - город ты уже видел, поэтому я хочу показать тебе ещё одно место.

- А?..

- Просто доверься мне, ладно?

- Хорошо.

Молодые люди пробыли весь день в пути. Поздним вечером, когда не было видно уже ничего, Филипп остановил коня около какого-то дерева.

- Заночуем здесь, - пояснил он.

- Тут?

- Ну да. Смотри какой дуб.

- Какой смотри! Не видно же ничего!

- Ну тогда не смотри, - пожал плечами разбойник, - коли ни черта не видишь.

- Не ругайся! Особенно в темноте!

- Да кто бы говорил, прелюбодействующий ты мой.

Филипп слез с коня и подвёл его ближе к дереву, чтобы привязать.

- Слезай, - сказал юноша другу.

- Не могу, - пропыхтел тот, - я отродясь в седле столько не сидел. Ноги затекли.

Филипп глубоко вздохнул и протянул к молодому монаху руки:

- Иди сюда.

Он снял Патрокла с коня. Тот ухватился за разбойника покрепче, поскольку еле стоял.

- И конечно же седло взял самое неприглядное, - кряхтел Франсуа.

- Ты просто устал. А на таком седле мягче гораздо. Уж я то знаю.

Филипп посадил парня около дуба и стал заниматься конём. Юноша уже отработанными движениями быстро сбросил со скакуна седло, прочистил стремя. Когда он вернулся к дереву, то друг его уже спал. Филипп улёгся рядом.

- О, опять ты? - сонно произнес потревоженный молодой монах.

- А кто же ещё.

- Здорово. Я конечно до сих пор не понял, куда мы всё-таки ехали, ну ладно.

- Дождись утра и всё узнаешь, - уверял разбойник.

- Угу.

Патрокл положил ладони под голову и снова задремал. Филипп лежал с открытыми глазами. Ему, конечно же, тоже ужасно хотелось спать, но почему-то этого сделать не удавалось.

- Франсуа... - робко позвал его юноша.

- М? - не открывая глаз, отозвался тот.

- Дай руку. Пожалуйста.

- Отстань...

- Ну пожалуйста...

- Да ладно на, только не буди.

Патрокл протянул свою ладошку. Филипп трепетно взял приятеля за руку и устроился поудобнее. Была теплая августовская ночь.

- Много звёзд нынче, ты глянь! – восторженно шептал разбойник.

- Ага, - к удивлению для всех, согласился молодой монах, - а вон там созвездие льва.

- Красиво.

- А ты под каким созвездием родился, Филипп?

- А чёрт его знает!

- Зато вот я козерог.

- Что ж, ну поздравляю, Франсуа.

- То есть ты хочешь сказать, что ты не знаешь, когда родился?

- Какого лешего я про небо ляпнул, а? – спрашивал сам у себя Филипп.

- Скажи, может примерно знаешь? Тогда я смогу помочь.

- Ладно, давай пораскинем мозгами. Ежели всё правда, что матушка говорила, то получается...

Разбойник задумался на какое-то время, а потом с уверенностью заявил:

- Это получается первая половина месяца до осени.

- Конец лета, значит?

- Да.

- Тогда выходит, что это и есть твоё созвездие. Ты лев, Филипп.

- Ну и славно.

- А ещё я старше тебя, хи-хи.

- Тоже замечательно. Старший да маленький.

- Филипп, ну что за детские шуточки?

- Прости, прости, - озорно улыбался парень. - Меня просто хорошо кормили. А может я и сам неплохо питался.

- Эй, а ну хватит!

- Да всё, всё. Не бушуй, я закончил.

Филипп ещё крепче сжал ладошку своего друга. Тревоги сразу ушли, и юношу тут же одолел глубокий сон.