70) И жили они долго и счастливо.
Всю дорогу парень гнал автомобиль, как умалишённый, так и норовя нарушить правила дорожного движения и в конец схлопотать штраф или того хуже: лишение водительских прав. Было абсолютно всё равно. Главное - узнать, что случилось, быстрее увидеть. Ведь сестра толком и не объяснила, что произошло, просто сказала, где они находятся, и всё, сразу повесила трубку, наверное, опасаясь ора Чистокровного. А он будет и орать, и материться, может пару затрещин кому выпишет или по аппетитной заднице кому приложит, осталось только подождать.
По прибытии в местное отделение полиции, Наруто ждал неожиданный сюрприз. Когда он влетел в участок, параллельно чуть не сорвав двери с петель, дежурный вздрогнул от неожиданности, с шоком смотря на взвинченного блондина. «Лис» понял, что свершил оплошность, поэтому молниеносно взял себя в руки и уже спокойно обратился к сотруднику правоохранительных органов.
— Приветствую, офицер. — Сказал парень, поправляя галстук.
— Здрасти. Что у вас? — Лениво спросил диспетчер. Оборотень нахмурился от такого поведения к своей персоне, но, выкинув это из головы, обратился по существу.
— Я к вам по одному делу. Не поступали ли к вам две девушки....? — Тут человек так неожиданно встрепенулся и надменно молвил:
— Аа-а-а-а.... Вы, значит, Намикадзе, и прибыли по поводу Учиха и Оцуцуки, так?
— Фух.... Значит они здесь...! — Сказал он себе под нос, а потом хмуро продолжил. — Да, я здесь из-за них. Откуда вам известна моя фамилия? Я не говорил, кто я, и не называл их данные, точнее не успел. — Собеседник пафосно хмыкнул в ответ.
— Так нам про Вас рассказала одна из задержанных. Что же Вы, уважаемый, не следите за девушками?
— Простите? — Возмущённо спросил Чистокровный. Ему не нравилось, что какой-то человек ведёт с ним себя так, будто он прокажённый, смотрит на него свысока.
— Ну что я могу сказать...? Начудили они знатно. — Ответил тот, откидываясь на стуле.
— Из-за чего они были задержаны? — Стараясь успокоиться, спросил оборотень.
— Устроили драку в клубе, когда она из зачинщиц была в сильной стадии алкогольного опьянения. Имущество попортили. Непорядок!
— Вот как знал! — Шикнул Намикадзе, ругая про себя блондинку. — Надеюсь, моя сестра не отправила кого-то в больницу?
— А она и не причём. Во всём этом участвовала другая особа. Учиха Саске. Так кажется её имя? — Полез он в записи, и, найдя имя, подтвердил. — Да, точно. — У Чистокровного отъехала челюсть.
— ЧТО? Вы ничего не путаете?
— Нет. Все факты, свидетельские показания и записи с камер видеонаблюдения налицо. Она первая набросилась на потерпевшую... — От услышанного Наруто поплохело. Вот же стыдоба-то какая.
— А, простите, кто несчастная? — Потирая лоб, спросил парень.
— Минуту... — Сказал дежурный, снова ныряя в бумаги. — Ага, вот. Харуно Сакура. — От имени пострадавшей поплохело ещё больше.
— Ох, ё-ё-ё-ё....!
— Вы с ней знакомы? — Спросил офицер, а Наруто нахмурился, нехотя отвечая.
— Да, я её знаю. Малоприятная особа.
— Она, кстати, тоже задержана. Сидит в соседней камере.
— Меня это не волнует. Послушайте, у меня совершенно нет желания тут находиться. Могу я забрать моих подопечных? — А тот снова лениво ответил.
— Ваши девицы задержаны на трое суток, и выпустить я их не имею права. — В ответ Намикадзе начал заводиться не на шутку.
— Они что опасные рецидивисты? Девушки всего лишь немного побуянили в клубе. Давайте, я внесу штраф или залог и мы уедем?
— Вынужден сказать «нет» — Сказал человек, отмахиваясь от оборотня, как от назойливой мухи.
— Ах, вот как? Могу я переговорить с вашим начальством по этому поводу? — Деловито спросил бизнесмен. И тут работник впал в ступор.
— Ээ-э-э-э.... — Заикаясь, выдал работник полиции, а Наруто и дальше начал давить. Ох, не стояло ему отказывать.
— Выбирай: или решаем вопрос без всей шумихи, или я сейчас всех на уши подниму, и тогда ты лишишься работы.
— Это угроза? — Диспетчер сузив глаза, прорычал сквозь зубы.
— Это констатация факта!
— Я вас сейчас в соседнюю камеру посажу за такое! — Взревел тот. А волк, больше не церемонясь, достал телефон из кармана пальто и ответил.
— Ну, сам напросился! — Молвил он, набирая номер своего работника. Послышались гудки, и через мгновенье ему ответили: — Ичиро? Срочно найди мне номер начальника местного отделения полиции. Скинь данные сообщением.... Да.... Всё. Жду.
Буквально в течение пяти минут смартфон пропищал о прибытии смс, и с нехорошей ухмылкой, «Лис» набрал номер одного интересующего человека.
— Алло? Нагашима-сан? С вами разговаривает Подполковник Намикадзе Наруто.... — Сказал парень, а сам этим временем ловко выудил из внутреннего кармана пиджака удостоверение и сунул его прямо в лицо обалдевшего лейтенанта.
Весь разговор с Чистокровным запуганный начальник полиции еле вытерпел. Мало того, что позвонили вечером, так ещё самое главное кто, сам Подполковник. Такого бедный Нагашима Кёйске не ожидал. Растерялся, мямлил, как сопливый юнец, порой и заикался. Короче, был полный провал. Сам Намикадзе не давал спуска, рубил на корню все оправдания, разговаривал жёстко и сурово, отчитал по первое число, попутно обещая прислать проверку по вышестоящему адресу отделения.
После звонка, на пульт управления дежурного мгновенно позвонили, и бледный паренёк, ставший свидетелем выноса своего начальника, поднял трубку, отвечая на вызов. Благодаря слуху оборотня, блондин чётко расслышал дальнейшие указания, которые дополнительно прокричал капитан в трубку лейтенанту. Сам паренёк стоял ни живой, ни мёртвый, мало того, что его отчитывает начальник, так ещё высшие чины стоят перед носом, в ожидании исполнения приказа. Было очень страшно.
Так-то Наруто мог не поднимать такую шумиху, а просто показать удостоверение и провернуть всё по тихому, но этот человек своим упрямством и пофигизмом просто вывел из себя, выкопал сам себе яму. Возможно, из-за отсутствия кого-то из вышестоящих по званию, дежурный захотел почувствовать власть, будто от него зависит судьба человека, или сыграть в палача. «Лис» не мог этого знать, но перечить он себе не позволит, нос ещё ни у кого не дорос.
— Прошу меня простить, товарищ Подполковник! Не признал Вас. Я вообще тут недавно только работаю. Я не....
— Отставить бесконечный трёп! Живо исполнять приказ! А после скройся с моих глаз до тех пор пока не уйду. Ясно? — Щупленький парнишка судорожно закивал в ответ. — Пошёл!
Молниеносно схватив ключи от камер, запуганный парнишка кинулся выполнять сказанное, скрывшись в другом помещении, параллельно потея и паникуя, как напуганная девица. Блондин стоял, сложив руки на груди и прислонившись к стене, и спокойно ждал, когда выведут его гулён. В голове уже начал созревать план по наказанию особ в стенах родного дома. Этого девушки никогда не забудут.
Двери открылись, и из них буквально вылетела Наруко, словно пробка из бутылки, ринулась к брату, и, подойдя почти вплотную, желая кинуться на плечи к парню, неожиданно получила леща. Намикадзе стоял и с укором смотрел на горе-девицу, а та, насупившись, потирала ушибленную голову.
— И что это такое, не подскажешь? Какого чёрта я должен забирать вас, бухих из обезьянника?
— Не правда, я не бухая! — Слезливо проныла она в ответ.
— А ну помолчи!
— Братик, ну не ругайся.... — Уже чуть ли не плача, пропищала блондинка.
— Раз замужем и имеешь ребёнка, не значит, что надо бывать в таких местах. Понравилось сидеть в кутузке, за решёткой?
— Ну, Нару, будешь ругаться, я Саске всё расскажу, она на тебя управу быстро найдёт. — Решилась она на такой шаг, думая, что подействует. Ага, как же. Эх, наивная. Тут Намикадзе словно озверел.
— Ты меня моей невестой пугать вздумала? Думаешь, что я не осмелюсь ей слово сказать? И не накажу её вместе с тобой? Или подкаблучником меня чтишь? Ты ничего не попутала, дорогая?
— Да ладно тебе. Я видела, как ты перед Саске робеешь.
— Ну всё! Сама напросилась! Короче, быстро в машину? Где вторая алкашня?
И тут, как по велению жанра, из открытых дверей выползает неугомонная Чистокровная. Перебирая по стеночке, девушка тихо ступала, пытаясь удержаться на подкошенных ногах, лицо было хмурое и весьма серьёзное, кончик языка высунут и слегка закусан, выдавая всё сосредоточие пьяной вдрызг особы. Подняв шальные и мутные глаза, Учиха мгновенно расплылась в глупой улыбке, молвила невменяемым голосом.
— Зая-я-я-я! Ты пришёл! — Сказала волчица, пьяно издав непонятное «Гы-гы!» Наруто прикрыл лицо ладонью. Вот не был он к этому готов.
— Саске, а братик меня ругает! Побей его! — Пожаловалась блондинка.
— Хм-м-мав.... — Что-то промычала Учиха, держась за стену и будто подпирая её своим весом. Девушка была никакая. Намикадзе присвистнул.
— Уу-у-у-у-у! Да какой, нахрен, побей, она с трудом держит вертикальное положение. Вы что пороли, мелочи?
— Я не пила, а Саске пила всё, что наливали!
— Дома получите по ушам! — Сказал парень, раскидывая руки в стороны и обращаясь уже к своей невесте, выдал. — Ладно, бухарик ты мой, давай заново учиться ходить. Давай шажочек, ещё шажочек.... — Девушка с опаской отлепилась от стены и шатко поползла к возлюбленному. — Хорошо, умничка! Вот шажочек! Осталось совсем немного. И.... — Учиха бухнулась на пятую точку, словно младенец, который только учится ходить. — Блять! — Закончил Наруто, хлопая себя по лбу. Он ещё никогда в жизни так не краснел.
— Саске, тебе не больно? — Подлетела к ней Оцуцуки, спрашивая её и попутно пытаясь поднять.
— Всё заеб...! — Не закончила волчица, как её бессовестно прервали.
— Так! Поговори мне ещё! Хватит на сегодня приключений. Наруко — в машину, живо! А ты, любовь моя... — Молниеносно парень присел, и пьяная Чистокровная оказалась закинута на плечо возлюбленного. — Виси и не рыпайся! — Сказал блондин и уже повернулся спиной, намереваясь направиться к выходу, как его окликнули.
— Наруто... — Волк замер, узнав по голосу человека, которого он хотел бы видеть меньше всего. Делать нечего. Медленно повернувшись с висящей тушкой наперевес, «Лис» спокойно посмотрел на давнюю знакомую.
— Сакура... — Сказал он, будто подтверждая. — Что ты тут делаешь?
— Оказалась по вине твоей ненаглядной. Это она на меня набросилась!
— Сакура, ну ты и змеюка! — Прошипела рядом стоящая Оцуцуки.
— А ну тихо! — Сурово рявкнул Намикадзе. Все мгновенно замолчали. — Харуно, давай только не будем драматизировать. Я знаю, как всё было, точнее, догадываюсь.
— Что? Да что ты знаешь? Именно твоя психичка...!
— Выражение выбирай! Никто не имеет право оскорблять МОЮ НЕВЕСТУ! Я не посмотрю, что ты девушка, накажу по всей строгости. Саске никогда бы не набросилась на ни в чём неповинного человека. И, вспоминая наше общее прошлое, я с уверенностью могу сказать, что ты её спровоцировала. А позже получила за это сполна....
— Но...
— Я не закончил! Отныне советую держаться подальше и не переходить дорогу ни мне, ни моей семье. Последствия могут быть катастрофичны. Я тебя предупредил! — Серьёзно ответил парень, глядя в глаза оторопевшей девушке. — Наруко, уходим! — Сказал он уже сестре, оборачиваясь в сторону выхода и делая шаг. Но у Харуно было другое мнение.
— Стой! — Стараясь ухватить его за руку, воскликнула розоволосая. Но парень даже не повернулся.
— Я всё сказал! Исчезни. — Проговорил он, идя дальше.
— Постой... — Просила Сакура, хватаясь за него. А Намикадзе стало вдруг так противно ощущать на себе чужие руки, чувствовать чужое прикосновение к себе и ощущать посторонний запах, что он молниеносно откинул удерживающую его кисть и порывисто развернулся, подальше отталкивая от себя эту особу.
— Не трогай меня! — Тихо прорычал он себе под нос. Наруко покосилась на брата.
— Наруто, послушай... — Начала Харуно, но была прервана.
— Нет, это ты послушай! Ты испытываешь моё терпение! Чего ты добиваешься? Не в состоянии понять очевидное?
— Ну, я....
— Сколько раз я говорил тебе, что ты мне неинтересна? А ты, в свою очередь, не оставляешь попыток залезть ко мне в штаны. Посмотри на себя со стороны! С виду вроде нормальная девушка, но поведение как у дешёвой проститутки! Самой не противно? — Брезгливо поморщился блондин. Сакура взорвалась.
— Да как ты смеешь, называть меня так? Я к тебе со всей душой, а ты! Будто твоя Учиха лучше меня! Что в ней такого, чего нет у меня? — Кричала она. А «Лис» ответил ей спокойно, даже как-то пофигически.
— Тебе не понять.... Мой тебе совет. Лучше уйди и не попадайся мне на пути. Ты уже достала своими выходками!
— Ты...ты...! Ты скотина! Урод! Психопат! Имбецил!
— Брат.... — Со спины тихо прорычала блондинка, сжимая кулаки.
— Наруко, не лезь! — Не оборачиваясь, ответил он. Следом, Наруто обратился уже к Сакуре. — А ты всё сказала? Свободна!
— А твоя, эта Саске. Дура-дурой! Строит из себя непонятно кого. Ты меня назвал проституткой? Тогда твоя Учиха - шалава подзаборная! Сучка драная, которую таскали в подворотне! — Чистокровный не выдержал.
— Рот закрой, дрянь! — Сурово гаркнул он на девушку. Но спустя пару секунд, немного успокоившись, продолжил. — С тобой на пару таскали что ли? Моя Саске была, есть и остаётся невинной, а на тебе уже пробы негде ставить! Ты исчерпала свой лимит, теперь не жалуйся! — Угрожающе сказал Намикадзе, а следом прокричал в сторону камер, где предположительно находился дежурный. — Лейтенант! Ко мне, живо!
— Есть! Уже бегу, товарищ Подполковник! — Послышался испуганный лепет.
— Брат, как он тебя назвал? — С подозрением уточнила сестра. Блондин даже ухом не повёл. Единственное только бросил.
— Потом!
Все замерли на месте, испуганно ожидая продолжения события. В приёмную залетел ошарашенный парнишка, встав перед «Лисом» по стойке «Смирно», отдавая честь, молвил.
— Прибыл по Вашему приказу, товарищ....
— Отставить! Почему выпустил эту из камеры? — Кивнул он в сторону Харуно. — Разве я давал приказ?
— Ни-никак нет, г-господин...!
— Запереть её в камере на трое суток! Пускай посидит и подумает!
— Есть!
— ЧТО? Да как ты смеешь! Наруто! — Взревела Сакура, кинувшись на Чистокровного, но была вовремя поймана цепкими руками лейтенанта.
— Для тебя, отныне, Господин Намикадзе! — Ответил парень этой девице. — Увести её! — Рявкнул он теперь диспетчеру. И гордо повернувшись, оборотень зашагал к выходу и неожиданно со спины услышал пьяный ржач и следом выкрик:
— Выкуси, падла розоволосая! — Брякнула Чистокровная, демонстрируя сопернице средний палец, посылая её по всем известному маршруту. На душе у девушки стало так хорошо, просто божественно.
Выйдя на улицу, наша святая троица решительно направилась к припаркованному в спешке солидному автомобилю Audi S8 TFSI Quattro. Этого чёрного красавца наш оборотень купил примерно месяц назад, дабы соответствовать своему статусу, ибо негоже бизнесмену гонять на серьёзные официальные мероприятия на спортивной тачке. Представительский седан высшего класса, роскошный и респектабельный, был просто идеален для этого. Ориентированный на самых взыскательных персон, роскошный и комфортабельный автомобиль, он безупречен по всем пунктам, включая дизайн, функциональные возможности, удобство и безопасность. Просторный салон с удобными сиденьями, инновационная концепция управления, большой выбор мультимедийных систем, а также мощный двигатель V8 TFSI с двойным турбонаддувом. Полный привод, 571 лошадиных сил, разгон до 100 за 3,8 секунды, 8-ступенчатая автоматическая коробка передач. Короче, мечта, а не машина. Стареньким Chevrolet Camaro можно пользоваться в повседневной жизни, но никак не на работе, образ обязывает выглядеть соответствующе.
И вот идут они спокойненько, несёт Наруто на плече свою суженную, как сама бунтарка решила подать голос.
— Нару-пупсик, поставь меня на землю... — Пьяно выговорила она. Парень возмутился.
— Это что ещё за «Пупсик»? Я похож на маленького и жирного чувака, сделанного из пластика, и не имеющий причиндала?
— Похрен на кого ты там похож! Поставь меня на землю!
— Виси спокойно, я сказал. Сейчас сядем в машину и поедем домой. — Сказал парень и слегка подбросил возлюбленную, от чего та позеленела, затыкая рот рукой.
— Братик, ей походу плохо... — Молвила блондинка, поглядывая на подругу.
— А кому сейчас легко? Мне вот, думаете, в кайф за вами было сюда ехать? Уже многое передумал, пока гнал.
— Поставь меня! А то я сейчас.... — Завертелась она, брыкая ногами и сдерживаясь из последних сил.
— А ну успокойся! Чего разбушевалась-то, а? Ты стоять не можешь, какой поставь? — Трепыхая её на плече, выдал Чистокровный, ну а девушка все же не выдержала. На всю округу раздалось громогласное:
— Бе-е-е-е-е-е....! — Наруто замер восковой фигурой, чувствуя, как стекает всё содержимое желудка возлюбленной, прямо по его спине, по дорогому смокингу.
— Твою-то мать! Мой костюм от Armani! Саске-е-е-е!
— А я говорила тебе, что ей плохо! — С укором сказала блондинка.
— Ой, заткнись!
***
Утро было губительным. Мало того, что по голове будто бульдозер проехал, так ещё и потроха болели так, что казалось, будто лупили всей ротой солдат. Сегодня выходной, и Чистокровная, не успев разлепить свои чёрные опухшие очи, чуть ли не взвыла в голос. Рядом, на кровати сидел Наруто, и с каверзной улыбкой взирал на всея действо. Саске было очень плохо, и парень видел её состояние, не отказывая себе в возможности немного позлорадствовать.
— Доброе утро, мой маленький бухарик! — Смеясь, выдал оборотень. Девушке так хотелось его чем-то огреть, желательно тяжёлым.
— Уйди, и без тебя тошно.
— Это так-то ты встречаешь своего спасителя? — Сделав обиженную моську, пролепетал Намикадзе.
— Чего? Какой, нафиг, спаситель? — Нахмурилась волчица. Парень ответил.
— Ну, если бы не я, проснулась бы ты сейчас в вытрезвителе. Хоть помнишь, что вчера творила?
— Мм-м-м-м-м.... Помню только до тех пор, пока пить не начала. — Хватаясь за многострадальную голову, простонала девушка.
— О-о-о-о.... Значит, ты пропустила самое интересное. Короче, дело было так....
Было стыдно. Чудовищно стыдно и противно от самой себя. Нахрюкалась до поросячьего визга, устроила дебош в клубе, поколотила Сакуру, хотя за последнее стыдно не было, ну вот ни капли, а, наоборот, хорошо. Помимо всего, оказалась в полиции, вообще стыдоба! Узнай про это родители, холку бы так намылили, потом бы так бранили и смотрели осуждающе, и вряд ли об этом сразу бы забыли, периодически напоминая об этом происшествии. В общем, к концу рассказа о вчерашнем приключении, Учиха закрыла пылающее красное лицо и застонала пуще прежнего, а сам Наруто, со смехом, притянул её в кольцо рук, тихо подкалывая и шутя по этому поводу. Ругать он её не стал. Вчера Наруко за всё получила. Хе-хе.
— Ну, давай! — С надутыми губами брякнула Учиха.
— Что «давай»? — В непонятках переспросил Намикадзе. Девушка терпеливо пояснила.
— Ори на меня! Я жду.... — Сложив руки на груди, сказала она.
— Ну жди дальше. Кричать я сейчас не собираюсь. — В ответ парень сделал тоже самое. Саске с опаской покосилась на жениха.
— А потом?
— И потом тоже.
— Да ладно? У меня что, абонемент от твоих нотаций сегодня? — Шокирована раскрыв рот выдала волчица.
— Можешь считать это подарком. Тем более, вчера за всё уже Наруко получила.
— Какая радость, однако. Господи, как же мне плохо! — Хватаясь за голову, простонала истинная.
— Можно просто Наруто. Необязательно так официально. — А Наруто не оставлял возможность немного подколоть.
— Значит, орать ты не собираешься, а вот подкалывать так это ты один из первых, да? — Проворчала девушка.
— Мщу за костюм! — В ответ Чистокровный показал ей язык и отвернулся.
— Мститель хренов! Нечего меня трясти было! Ой-ой-ой, моя голова....! — Снова схватилась она за страдалицу, как тут....
Не успела Саске прийти в себя с похмелья, как в комнату на всех порах влетела неугомонная Кушина на пару с Цунаде, схватили её под белы рученьки и утащили за собой, весело щебеча, словно пташки, рассказывая о делах насущных. Правильно, надо торопиться, ведь свадьба всего через три дня.
Весь день они вдвоём таскали девушку по всяким делам и бутикам, загружали и без того нагруженный и не отдохнувший мозг Чистокровной под сурепку, а та только и мечтала поскорее сбежать домой, поскорее рухнуть на свою кровать и нормально отоспаться. Цунаде поняла, что творится с девушкой и как присуще врачу тихо встала и пошла для оказания медицинской помощи. С серьёзным видом женщина подошла к страдающей девушке и тихо сказала медленным голосом.
— Похмеляться будешь?
***
Луна величаво возникла на ночном полотне, усыпанном тысячами огоньков, которые маленькими точками сияли на бескрайнем небе. Наконец-то настала пора, которую все они так долго ждали. Именно сейчас состоится сплетение двух судеб. Волчья свадьба.
Красная красавица молчаливо взирала с небес. Она покрывала всё багровым светом, создавая своего рода мрак, чем зловеще пугала хрупких людишек. Сегодня воистину священное время для оборотней, ведь такое событие происходит только раз в сто лет, а пару, которой посчастливилось пожениться в эту пору, считали священной, благословлённой самой прародительницей Луной.
Считается, что именно Луна породила оборотней, дав им начало, освещая их в тени ночной своим холодным светом. Она настолько холодна, одинока и прекрасна. Она взирает на детей своих свысока, а они воют с земли, восхваляя её в своих песнях, поклоняясь ей всецело и воедино. Волки из давних пор привязаны к Луне. Считалось, что у оборотня две матери. Одна — давшая жизнь, вторая — освещающая её. Именно Луна становится свидетельницей всех ритуалов и событий. Именно от неё ждут наивысшего благословения.
В лесу было удивительно спокойно. Лето в самом разгаре, везде благоухают всякие травы и цветы, зелёным ковром покрывая матушку-землю, в кронах могучих деревьев спрятались птицы, на разные голоса напевающие свои мотивы. Сверчки тоже заладили свою трель, создавая некую гармонию с окружением, а где-то вдалеке тихо, не спеша, течёт речка. Обычно своенравная и непокорная. Но сегодня её потоки удивительно плавные и безмятежные. Это ли не удивительно.
В глубине лесной чащи, куда не ступала нога человека, оборотни собрались на широкой поляне. Две стаи сейчас делили территорию, на которой они вот-вот станут свидетелями священного ритуала. Все, кроме жениха, были в волчьем обличии, так сказать, пребывали наедине с природой и матушкой-Луной.
Сам Наруто стоял там, где ему полагалось — на середине поляны, в окружении родственников, что стояли рядом с ним, создавая между суженными расстояние примерно в три метра. Одет он был в простые штаны и белую рубаху, а его голые ноги утопали в нежной траве. Парень сильно волновался. Ему не терпелось увидеть суженную, посмотреть в её глаза, коснуться её сахарных губ. Они не виделись всего лишь больше суток, а сердце было готово уже вовсе выпрыгнуть из груди, не давая покоя. Вот что делает со всеми любовь.
Ласковые потоки тёплого ветра принесли сладкий запах ароматной корицы и все замерли, обращая свой взор в глубину тьмы, которой была окутана звериная тропка. Послышались лёгкие шаги и Чистокровный замер, не отводя глаз. Лёгкой поступью босых ног к нему шла возлюбленная, с губ её не слетала улыбка, а глаза горели неподдельным счастьем. Девушка словно плыла по местности, создавая образ неземного создания, богини, которая спустилась с небес, желая выйти за него замуж, отдать себя только ему. Или её можно было принять за лесную нимфу, ведь платье её было сделано полностью из цветов. Белые ромашки гласили, что невеста чиста, невинна и непорочна, именно эти цветы так нежно окутывали хрупкое тело и дурманили своим ароматом. Тёмные локоны мягких волос были распущены, волнами стекали по спине, побуждая коснуться их рукой и с упоением вдыхать их запах. Голову же, завершая свадебный образ, обрамлял свадебный венок, тоже из ромашек. Она была само совершенство. В жизни Наруто не видел никого прекраснее, кого-то хоть чем-то похожего на неё. Ещё немного, и она станет его. Лишь его.
И вот они стоят друг перед другом. Глаза в глаза, ладонь в ладонь, сердце к сердцу и душа в душу. Дыхание замерло, пульс подскочил, отбивая свои удары с такой силой, что отдавало в уши. Они не видели никого вокруг, отключились от всего мира, были лишь только она и он. Только Наруто и Саске. Волк и его любимая волчица. Собратья-волки окружили пару и, замерев, смотрели за каждым движением, каждым жестом и мимикой возлюбленных. Это любовь. Она буквально видна невооружённым глазом. Стоит лишь посмотреть на них — сразу становится понятно, что друг без друга они не выживут.
И вот настало время клятв. Держа за руки любимую, Чистокровный молвил ласковым голосом.
— О, Мать-Луна. Я дитя твоё, молю тебя, обрати на меня свой взор и услышь мою мольбу. Ниспошли мне благословение и соедини с волчицей из рода твоего. Подари мне счастье и любовь с этой женщиной. Одари дарами своими. Пусть семья моя будет крепка, словно камень лунный. Пусть не разрушит её ничто, даже серебро, что для нас губительно. Пусть подарит она мне детей долгожданных и будет любить меня до скончания времени. Пусть проживёт со мной столетия или столько, сколько ты отведёшь. Я преклоняюсь пред тобой и моей возлюбленной. Клянусь защищать и любить её, уважать и почитать, беречь от людей и невзгод посланных. Быть верным и преданным ей телом и разумом. Соедини сына своего, Матушка, с волчицей, что живет в сердце его, заполонила разум и судьбой предначертана. Молю тебя, Луноликая. — С улыбкой закончил оборотень, смотря на волчицу.
Саске улыбалась, а в её чёрных глазах стояли слёзы счастья. Душа и сердце замерли, во рту стало сухо, руки то и дело сжимали ладони любимого. Настал её черёд. Нежный голосок сорвался с сахарных губ, не сводя взгляда ониксовых очей, она смотрела на жениха, давая клятву ему и прародительнице:
— О, всевидящая мать ночи. Зло-напасть от любви отводящая, ты услышь меня, тебя молящую. Я дочь твоя, прошу тебя, посмотри с небес на меня и обручи нас, на жизнь долгую, счастливую, словно сахар сладкую. Пошли нам дитя, продолжение рода волчьего, здорового, крепкого, словно ветер, сильного. Молю, защити семью нашу от несчастий и бед будущих. Освети нам путь в жизнь долгую, словно тихая речка, спокойную. Ниспошли мне мудрость женскую, чтоб по жизни быть опорой любимому. Пошли нам счастье безбрежное. Освети любовь мою чистую. Я же, в ответ, дочь твоя, клянусь любить мужа своего. Быть ему сердцем и телом верная и не с кем не делимая. Дорожить им подобно глотком воздуха свежего. Преклоняюсь пред тобой и возлюбленным. Молю тебя, Матушка. Обручи меня с волком, которого люблю всем сердцем и душой, который в разуме всегда со мной, который посланный мне тобой. Молю тебя, Луноликая.
И вот клятвы даны и всеобще услышаны. Словно по волшебству вдруг раненым зверем завыл ветер, поднимая листву и кружа её вокруг пары. В его вое будто звучали голоса предков, захватывая дух и заставляя трепетать горячее сердце каждого. Миг — и молодожёны слились в нежном поцелуе, сжимая друг друга в крепких объятьях. Вокруг померкло всё, и не было совершенно ничего, только они. Одни на всём белом свете. Со всей скопившейся страстью отдаваясь забвению. Живительные губы словно воскрешали, даровали всю сладость, нектар любви проникал в само нутро, вызывая трепет и посылая стадо мурашек по бархатной коже. От их слияния исходил жар, словно небесный огонь царил между ними, сжигая всё ненужное, лишнее, оставляя и соединяя их навеки вечные. Красавица-луна то с интересом выглядывала из-за туч, то скрывалась, будто смущаясь этой картины. Снова завыл ветер, своими потоками разгоняя облака, явив прародительницу во всей первозданной красе. Красный лунный диск освещал всё вокруг, требуя своего рода повиновения и перехода к следующему этапу ритуала.
С трудом оторвавшись от друг друга, молодая пара улыбалась, у каждого горели глаза, сердце было неспокойно, всё бежало куда-то, готовое и вовсе выпрыгнуть из груди, уносясь прочь. Душа ликовала, дыхание замирало, но они не замечали этого. Тихий голос пронёсся на поляне, и парень, поднимая левую ладонь, посмотрел прямо в чёрные озёра своей возлюбленной:
— Отныне вместе и навсегда! - Нежная ладонь легла зеркально, и со счастливыми слезами на глазах, девушка молвила в ответ:
— Вместе, навеки!
На прекрасной лесной поляне, в окружении своей стаи, стояли парень и девушка. Взглянув друг другу в глаза, они не увидели страха, лишь искреннюю верность, безграничную преданность и бескрайнюю любовь. И вот, под шелест листвы деревьев, стрекотание сверчков, шум ветра, журчание ручейка вдалеке и тихое щебетание пташек, их тела стали увеличиваться в размерах, постепенно теряя привычную людскую личину. Они принимали свой истинный облик, соответствующий им, доселе скрытый от любопытных глаз окружающих. Тела Чистокровных постепенно покрывались густой шерстью, блестевшей и переливающийся в лунном свете. Их черты лица грубели, с каждым мигом становясь все более хищными, а на голове появились заострённые уши, от которых не ускользнёт ни один шорох. Гордо выпрямившись, они стояли уже не на ногах, а на задних лапах. Задрав головы, они радостно, с заметным облегчением, как будто бы скинули с плеч тяжелый груз, оскалились, явив набор острых зубов, оголив длинные белоснежные клыки. И в этот момент послышался треск. Ткань одежды начала рваться и трещать по швам.
Глаза Чистокровного загорелись голубым огнём, его уже показавшийся на теле золотистый набитый мех сверкал в свете Кровавой Луны, будто расплавленное золото. Ставшее ещё более чувствительным обоняние, в полной мере раскрывало все оттенки запаха его истинной, который, перемешавшись с его собственным, казалось, заполнил всё вокруг, укрывая, словно одеялом. Почуяв это, Наруто издал тихие рыки, которые не слышны человеческому уху.
Крупная, широколобая голова перетекала в крепкую шею, а та — в широкие плечи. Массивная грудная клетка поднималась от его частого дыхания. Ноги и руки оборотней плавно изменились, становясь могучими лапами, наделёнными звериной мощью. На каждом пальце были чёрные когти, острые как бритва, способные разорвать любую преграду на своём пути. Рельефное тело волка, словно отлитое из твёрдого металла, способное выдержать любую нагрузку, являло собой груду мышц, и «Лис» непоколебимой горой возвышался над волчицей, словно защищая свою Омегу от любой опасности. Сама избранная была меньше по размерам, даже в своей истинной ипостаси, и доставала лишь до плеч любимого, от чего казалась миниатюрной, хрупкой и женственной. Но на деле она являлась таким же опасным хищником, как и Намикадзе, лишь немногим уступая Наруто в силе, однако горе тому, кто посмеет её разозлить.
Платье из девственно белых ромашек водопадом кануло под ноги Чистокровной, явив на обозрение её тёмный мех, развевающийся по ветру. Хвост среднего размера взволнованно покачивался из стороны в сторону, выдавая состояние своей хозяйки. Глаза горели раскалённым золотом, с нежностью и любовью взирали в голубые очи своего возлюбленного, которые отвечали ей взаимностью. Массивной лапой, трепетно и нежно, Альфа обнял свою Омегу за талию и, почувствовав её прерывистое частое дыхание, ощутил её смятение и взволнованность. Одним движением он прижал волчицу к своему телу, и тихо, дабы успокоить любимую, ласково прорычал ей на ушко, вызывая стадо мурашек.
Они стояли вплотную, и под светом прародительницы казалось, будто они были единым целым, словно два дерева, чьи стволы были переплетены друг с другом, в вечных объятиях, найдя свой покой и долгожданное счастье. Напряжённая тишина воцарилась в округе, все волки в тяжком ожидании следили, ожидали соединения двух судеб, не сводя своих глаз с четы Чистокровных. И вот момент настал.
Громкий вой двух оборотней разразил ночную тишь, заставляя маленьких пташек взметнуться с деревьев. Пара пела свою волчью песнь, и в ней они обращались к Луноликой, воздавали ей почести, моля послать им благословение. Их голоса очаровывали, вызывали восхищение, словно две речки слились в одно русло, плавно продолжая свой путь, отныне и навсегда. С новой силой запели Чистокровные, и вся стая вторила им, на всю округу, разнося благую весть. Все они выли, глядя на мать-Луну, а она, освещая их своим кровавым светом, взирала на них сверху.
Всё стихло также быстро, как и началось, и многочисленные взгляды обратились к виновникам торжества, следя за каждым действием молодых. Наруто и Саске, зная, что теперь от них требуется, заволновались, но внешне оставались, всё также спокойны, гордо представ перед всеми, и, с должной им твёрдостью, выдержали этот натиск. Теперь осталось самое главное в ритуале бракосочетания. Делать нечего.
Постепенно их тела стали уменьшаться, и вот уже в них проглядывались человеческие черты. Исчезли когти и клыки, густая шерсть редела на глазах, то тут, то там пропадая. Миг, и вот парень и девушка сжимают друг друга в объятьях, а их нагие тела окутывают потоки тёплого ветра. Саске жмётся к любимому, от стыда скрывает красное лицо у него на груди, со страхом трепещет, словно осиновый лист, пытаясь не выдать своё смущение перед стаей. Наруто же крепко обнимает истинную, и чувствует её состояние, весь её страх. Как дрожит девичье тело, словно в лютый холод, как её сердце замирает, будто часы неисправные, ощущает, как очи её чёрные закрыты, как страшится она открыть их и взглянуть на чащу лесную. Его пара боится и чего — неизвестно, то ли того, что им сейчас предстоит, то ли чего-то ещё, сложно сказать. Резко взыграл инстинкт, и Намикадзе с угрожающим рыком посмотрел на собратьев, призывая их отступить. Не смея перечить Вожаку, стая с тихим рычанием отступила во тьму леса. Они остались одни. Крепко сжимая в объятьях любимую, целуя её в висок, волк тихо сказал монотонным голосом.
— Ты дрожишь. Тебе холодно? — Спросил блондин, гладя её по руке. На что Учиха ответила, слегка заикаясь.
— Н-нет....
— А что тогда? — В непонятках молвил он.
— Я боюсь....
— Ты боишься меня? Или того, что сейчас должно произойти? — Хмурясь, предположил Намикадзе.
— Я боюсь, что нас увидят, когда мы... ну... — И «Лис» всё понял.
— Саске, ты не должна идти на такое, мы можем не делать этого сейчас. Нам не обязательно... — Внезапно она так резко вздёрнула голову и глядя ему в глаза, серьёзно ответила.
— Нет, обязательно! Ты сам знаешь наши древние законы, не мне тебе их о них говорить. И исходя из этого, ты знаешь, что я должна доказать свою чистоту тебе, Луне и окружающим. Я обязана это сделать!
— Ты никому ничего не обязана! Ты Чистокровная, моя жена...
— Наруто, пока нет. Брак считается заключённым только после... после... — Снова возразила она, и потом замялась.
— После брачной ночи. Я знаю. — Закончил за неё Наруто.
— Д-да. Я знаю, что это необходимо, но мне так страшно, так стыдно. — Закрывая смущённое лицо, выдала из себя девушка.
— Просто не думай не о чём. Просто смотри только на меня, чувствуй только одного меня и ничего не бойся. Доверься мне, милая... — Молвил он и ладонью очертил овал лица Саске, которая прикрыла глаза, и потянулась к нему. Когда их губы соприкоснулись, Наруто усилил свой напор и начал поочередно покусывать губы возлюбленной.
Он целовал её как никогда раньше, с присущей ему жадностью, пил, как живительный нектар, распаляя себя ещё больше, руками, стал водить по хрупкому стану, заставляя содрогаться и просить большего. Они отключились от всего, стало совершенно неважно, что родственники бродят где-то поблизости, ожидая запаха, подтверждающего чистоту невесты. По их древним обычаям и непреложным законам, каждая девушка, которая выходила замуж, должна представить доказательство своей невинности и непорочности. Для этого в первую брачную ночь, при слиянии тел молодожёнов, родственники должны почувствовать её девственную кровь. И вот сейчас, девушка чувствовала, что стая находится поблизости, ждёт тот момент, когда прольются багряные капли, разнеся сладкие нотки по всей округе. И именно после подтверждения сего действа, брак считается заключённым. Если невеста пройдёт это, после совершения ритуала, ей оказывали особый почёт и выказывали высокое уважение. Таковы правила, тут ничего не попишешь. Конечно, это дело каждого, на это решались не все, но прошедшие через это доказывали свою стойкость и отдавали дань ушедшим традициям. Саске было важно сделать это, побороть свой страх, тем более их женитьба состоялась в Красную Луну, в священную пору, поэтому волчица доверилась своему волку.
Медленно и нежно, словно хрупкую статуэтку, Чистокровный, опустил свою возлюбленную на гладь белых лепестков, чистых, словно первый снег. Ромашки ласкали нежную кожу, словно бархат окутал её, вызывая тягучую негу и разнося её отголоски по всему телу. Девушка тяжело дышала, каждый раз закрывала глаза цвета ночного неба, всё больше прося, всё больше распаляя страсть внутри себя, с мольбой смотря в любимые небесные очи. А парень рвался к ней, словно был закован в цепях, сдерживая себя, дабы не напугать истинную, и трепетно припал к хрупкой шее. Саске, повинуясь инстинктам, ещё сильнее прижала голову Наруто к себе. Его губы обжигали, посылая мурашки по всему телу, слегка покусывая и зализывая места, как бы в извинении двигались выше. Теперь волк стал целовать ухо и покусывать мочку, заставляя замирать, гореть синим пламенем нескончаемой страсти. Суженная металась, будто в бреду, ощущая руки любимого на своём теле, которые стали жить своей жизнью. Блондин не выдержал, в яром порыве резко опустился, приблизился к соску, всасывая его в рот, слегка кусая и мучая, цепляясь за полную грудь, сжимая её крепкой ладонью, а пальцы другой руки стали проказливо теребить розовую горошину другого полушария. Крик вырвался из груди девушки, растягиваясь, переходя в нежный и возбуждающий стон. Лёжа под ним, она извивалась, словно мерная волна, всё больше и больше, разбиваясь о берег, их берег страсти. Его язык скользил медленно, осторожно, то ли насылая дурман, то ли чары колдовские, завораживая в этот страстный танец наслаждения. Внутри всё сходило с ума, подобно лихорадке колотило всё тело, импульсами опускалось вниз, прямо во влажное лоно. Снова громкий стон сорвался с сахарных губ, будоража Намикадзе, побуждая его немного напрячься и усиленно сдерживать себя, постепенно сходя с ума. Запах возбуждённой Омеги уже вовсю летает повсюду, дурманя, как от наркотика, срывая хрупкие тормоза. Хотелось поскорей овладеть нетронутой розой, почувствовать всю сладость и непорочность, испытать весь жар и узость её невинного тела. Она просила, Боги, как она просила, Наруто видел и ощущал её желание, но умом понимал, что ещё слишком рано, возлюбленная была не готова принять его, слишком велика вероятность своими немалыми размерами сделать очень больно. Боль и так будет, но парень старался подготовить, возбудить так, что на фоне этого боль прошла мимолётно, почти незаметно. Он хотел Саске, он желал, как никогда в жизни, такая хрупкая, такая нежная и податливая, и вся принадлежит ему одному. Её судорожные вздохи и стоны кружили и без того туманную голову, ни одна женщина не приносила столько чувств, ни одна даже рядом не стояла, всё меркло, лишь её он видел во тьме ночной, тянулся к ней, отдавая себя без остатка. Как когда-то было сказано, «Лис» имел достаточно девушек, пару раз он оказывался у пассии первым мужчиной, и, честно признаться, в те разы не переживал вовсе за состоянием партнёрши, просто старался побыстрее сделать своё дело, насытить этот голод. Сейчас же всё иначе. Под ним лежит не просто какая-то девушка, а его жена, любимая волчица, без которой весь белый свет не мил, без которой нельзя дышать, полноценно вобрать потоки чистого воздуха. В любом его действии была осторожность, трепетно прикасаясь к тонкому стану, с забвением, ведя ладонью то вниз, то вверх. Чистокровный провёл губами по ложбинке между грудей, слегка подул на мокрую дорожку холодным дыханием, любимая вздрогнула и, слегка выгибаясь, прикрыла глаза, стремясь ему навстречу, желая продлить этот сладостный миг. Уже с новым напором, волк стал, вылизывал нежную грудь, а брюнетка стала поглаживать его широкие плечи. Сначала, касания были слегка уловимы, словно бабочка взмахивает своими разноцветными крыльями. Она льнула к нему, пальчики со своими миниатюрными коготками стала ощутимо царапать спину, пуская стадо безумных мурашек по телу. Хотелось рычать, громко, чтоб она поняла, увидела, как он ловит каждое её прикосновение, как тонкие метки когтей, оставляют после себя красные, жгучие полосы, а в контрасте с холодным лесным воздухом, заставляя кожу пылать лютым пламенем, именно там, где она прикоснулась. Она стонала, о Боги, как она стонала, стараясь, лишний раз подавить в тяжело дышащей груди рвущиеся всхлипы. Снова в бешеном танце слились их уста, то и дело, покусывая друг друга, не давая сделать спасительный вздох, не отрываясь ни на миллиметр. Саске с упоением гладила, царапала и цеплялась за тело возлюбленного, прося не останавливаться, прося большего. Его пальцы обогнули холмики грудей, пробежали по впадинке пупка и направились ниже. Губами прикоснулся к чувствительному уху, и также стал его вылизывать и покусывать, ласково дразня. Омегу всю трясло, она задыхалась, как после длинной пробежки, тело было напряжено и натянуто, как струна на гитаре, между ног всё горело, жарило, чувствуя, как на белые ромашки под ней стекают её соки разврата. Длинные пальцы любимого так и играли на ней, словно на каком-то инструменте, вырывая всё больше вздохов и стонов, словно музыку, умело дразня и завлекая в дурман ещё больше. Он лежал на девушке, опираясь на согнутый локоть, правая же рука, хозяйничала на её теле. Его губы страстно, и с придыханием нашёптывали ласковые слова, а рука уже добралась до главного места нескончаемой страсти. Лобковая часть была гладко выбритой, не ощущалось ни одного волоска, кожа своей нежностью и мягкостью могла посрамить самый дорогой шёлк в мире. Наруто ввел в неё палец, и тело под ним выгнулось дугой, с такой силой, что было слышно хруст позвонков. Она была очень горячей, мокрой, обжигающей и сладко пахла. Медленными потоками из неё выходила природная смазка.
— Наруто! — Порывисто вскрикнула Чистокровная.
— Тебе больно? — Вздрогнул он на её крик, смотря на неё с беспокойством.
— Н-нет... Я...я больше не могу.... Войди в меня.... Ах... — Услышав её ответ, Наруто серьёзное ответил.
— Саске, ты ещё не готова.... Я должен лучше подготовить тебя.
— Нет, готова. Пожалуйста.... Мм-м-м-м-м.... Я схожу с ума...
— Господи, любимая, не стони так. Или я не выдержу.... — Сглатывая тяжёлый ком в горле, сказал он охрипшим голосом.
— Нару...то.... Ах.... Наруто...
— Чёрт!
Девушка уже сама широко расставила ноги, открывая полный доступ к себе. Во внутреннюю сторону бедра упиралось немалое достоинство возлюбленного, уже весьма мокрое и как камень твёрдое. Член был весьма внушительным, пульсирующим и горячим, кожа его была нежная, словно бархат, и он уже сочился влагой. Один Бог знает, как выдержка Намикадзе трещала по швам, но он всё продолжал подготавливать свою пару. В ней было мокро, жарко и узко. Шаловливо, так и играя с заветной горошиной, чуть ниже, пробегая по розовым лепесткам и кружа перед входом, медленно погружаясь и выходя с хлюпающим звуком, твёрдые пальцы стали орудовать внутри, растягивая тугие девственные стеночки наподобие ножниц. В эти моменты тело под Чистокровным выгибалось, призывно издавая стоны, то и дело вскрикивая. Её запах дурманил, кружил буйную голову, и снова во рту собралась голодная слюна, ощутимо потряхивало всё тело. Суженая уже сама насаживалась на фаланги, порывисто подкидывала бёдрами, с наслаждением крича, каждый раз выкрикивая его имя. Но неожиданно всё прекратилось.
— Наруто! — С присущей обидой и хныканьем проворчала Саске. Она была так близко, а тут такой облом.
— Прости, малыш, но ты не против, если я тоже получу небольшую ласку. Я так хочу ощутить на себе твои пальчики... — Медленно ловкие пальцы покинули лоно возмущённой девушки, и их обладатель, глядя в глаза цвета ночного неба, с упоением поднёс их к лицу, вдыхая чарующий запах пряной корицы, и принялся слизывать природную смазку.
— Твоё желание для меня закон, мой волк! — Сказала она с хищной улыбкой, и медленно её ручка опустилась к его паху, слегка сжимая достоинство.
— Мм-м-м-м-м-м.... Чёрт...! Ох...! Сожми меня.... Да, вот так...! Да.... — Не ожидая такой прыти, оборотень чуть не сложился пополам. Ладонь распределяя влагу по всему стволу, по мерке мужчин гораздо длиннее среднего размера, пальцы не могли обхватить его.
От движения её руки замерло дыхание, тут же бросило в жар, и стала бить дрожь, как при лихорадке. Сердце пустилось в пляс, а его ритм отбивал в ушные перепонки. От контакта с холодным воздухом, Намикадзе зашипел, слегка выгибаясь, и непроизвольно подкинул бёдрами к ласкающей его ладошке, крышу сносило начисто. Вся пятерня девушки цепко обхватила ствол, немного сдавливая, делая поступательные движения, от которой крайняя плоть почти скрывала уретру. Его мужское достоинство гордо стояло, слегка дёргаясь, сама головка уже покраснела, сочилась смазка. Легкими и нежными движениями, брюнетка ласкала его, увлечённо целовала шею, плечи, грудь любимого - всё, к чему прикоснётся.
— Нару, я могу сделать кое-что ещё, если ты позволишь... — Предложила она, облизывая губы и слегка сжимая рукой мужское достоинство парня, как бы намекая. И намёк был понят.
— Саске, я против.... — Кое-как вымолвил он. На что девушка надула пухлые губки и заканючила.
— Ну, пожалуйста...
— Ты же понимаешь, что ты не должна этого делать? — Сквозь зубы спросил блондин, сдерживая дрожь тела.
— Я хочу...
— Ты меня совсем хочешь убить...? Мм-м-м-м-м.... Ох, ты ж...! Мм-м-м-м-м-м.... Саске! — Удержаться от такого соблазна было очень не просто, тем более любимая так искушала.
— Нару, ну, позволь мне.... Пожалуйста. — И Чистокровный сдался.
— Ох.... Мм-м-м-м-м.... Чёрт! Делай всё, что хочешь, но если... Ах...! Мм-м-м-м-м.... тебе не понравится, ты прекратишь... Хорошо?
— Как скажешь. Ложись на спину...
Мягким движением нежной руки, волчица толкнула блондина, и тот в напряжении рухнул на траву, как-то с опаской смотря за действиями истинной. А девушка, окрылённая такой возможностью, играючи, и с должным рвением, медленно прислонилась к устам мужа. Сладкие поцелуи завлекали, отшибая разум, начисто, посылая тягучую негу по всему телу. Их характер менялся, то медленно и неторопливо, любимая, словно леденцы посасывала поочерёдно губы, то страстно и резко их кусала, посылая жар и волнение, с каждой секундой распаляя ещё больше. Следом на очереди была шея. Каждый участок не остался незамеченным, и был обласкан целиком и полностью, оставляя после себя засосы, слегка розового оттенка, с каждым разом усиливая свой напор, выказывая своё желание. После пошла грудь, пару раз в порыве страсти, милая цапнула за соски, в эти моменты Наруто терялся, тяжело дыша, он закатывал глаза, всеми силами молил Богов, послать ему стальную выдержку, дабы удержаться от своевременного извержения. Миниатюрные пальчики с удивительно острыми коготками прошлись по каменному торсу, вызывая стадо мурашек, попутно заставляя ноги трястись от напряжения, будто после долгого бега. Наконец, эта дьяволица добралась до паховой зоны, главного «блюда дня». Вот тут блондин чуть ли не завыл в голос.
— Ох, ты ж лютики-цветочки! — Застонал парень, выгибаясь. Внизу послышался приглушённый смех, и следом девушка выдала.
— Подожди, родной, сейчас будут ягодки... — И пошла жара.
Что творила Саске, это было уму непостижимо. Нежные губы прикоснулись к головке полового члена, и дыхание Чистокровного замерло, сердце ушло в пятки, гул отдавался в ушных перепонках. Проворный язычок нашёл уретру и игриво юркнул в тоненькую щелочку. Медленно и неторопливо, поступательными движениями рта и попутно помогая себе рукой, эта чертовка стала всасывать чувствительную головку, создавая вакуум, приводя его в состояние эйфории. Под ней Наруто буквально сходил с ума, уже чуть ли не забывая собственное имя. Лёжа на траве, удавалось с трудом дышать, во рту было сухо, будто после семилетней засухи, трясло не по-детски, заворачивало все внутренности в тугой узел. А ей нравилось, что любимый получает воистину неописуемое блаженство, ведь, не имея опыта в этом деле, брюнетке было страшно, что она не сможет доставить ему должного удовольствия, но Чистокровная видела и чувствовала его состояние, и это означало лишь одно, что она всё делает правильно.
Опустив крайнюю плоть и оголив чувствительную головку, слегка прикусывая губами венчик, переходя на шейку, и добравшись до уздечку, провела по ней шаловливым язычком, следом подула холодным воздухом. Этим она ввела парня в оцепенение, заставляя от шквального потока ощущений выгибаться чуть ли не дугой, вставая на мостик. Саске всё продолжала свои пытки, то спускаясь по стволу всего мужского достоинства, доходя по основания, то возвращаясь обратно. В силу размера немалого хозяйства, удавалось вобрать его наполовину, но даже этого хватало с лихвой.
Наруто колотило, будто от лютого мороза. Волосы на голове и загривке стали дыбом, мурашки ходили ходуном, стадом гуляли по всему напряжённому телу, сердце то замирало, то снова пускалось в бесконечный пляс. Низ живота сводило судорогой, а пальцы на ногах поджимались, на руках же, ладони безжалостно вцепились в ветви ромашек, и уже с треском рвали и ломали стволы. Намикадзе был на пределе. И вот уже на грани своего терпения, парень выкрикнул:
— Всё, хватит! Или иначе я сейчас сам взорвусь! — Промямлил сквозь зубы тяжело дышащий волк. Так было хорошо, что ещё немного, и он бы кончил.
— Давно пора. — Ответила возлюбленная, убирая свою ручку.
— Господи, где ты этому научилась?
— «Ok, Google!» — Со смехом и самонадеянной улыбкой выдала суженная. — Иди ко мне! — И парень сорвался.
— Чёрт, Саске, как же я тебя хочу! — Тяжело дыша, молвил он.
— Так возьми же. Кто тебе мешает? — Соблазнительно прошептала она ему в самые губы, сексуально облизывая свои.
— И возьму, маленький ты провокатор! — Сказал Намикадзе, опрокидывая её оземь.
Взгляды туманились, а тела всё теснее прижимались друг к другу, двое под Луной были готовы сделать последний шаг к обладанию друг другом, чтобы уже никогда не разлучаться. Стальная хватка сжала округлые бёдра, не оставляя шанса на высвобождение, в то время как руки девушки вплетались в волосы цвета спелой пшеницы, а набухшие соски прижимались к мужской груди. В синих глазах танцевали знакомые шальные искры, всё больше погружая свою возлюбленную в пучину страсти. Наконец, твёрдый член прижался к нежным губам промежности, постепенно раздвигая их и проникая глубже, миллиметр за миллиметром, давая Саске привыкнуть к новому ощущению. Девушка знала что сейчас произойдёт, знала что сейчас будет, и как бы волчица не боялась, внутренне она была к этому готова. И вот, дойдя до преграды, Намикадзе внимательно посмотрел на любимую. Брюнетка тяжело дышала, в глазах витал страх, её ощутимо потряхивало. Оба понимали, если тянуть с этим будет лишь только хуже, больнее. Поэтому набравшись смелости, девушка кивнула, а Наруто, дабы хоть как-то отвлечь суженную, страстно завладел её устами и ринулся вперёд, прошибая девственную плеву. Послышался тихий крик боли, и волк замер, выжидая, пока боль суженной утихнет, и она расслабится в его объятиях. Поцелуи покрывали заалевшие щёки, одна рука ласково гладила по спине и Чистокровная, наконец, открыла зажмуренные глаза, ловя на себе взгляд теперь уже супруга.
— Ты как? — Забеспокоился оборотень, глядя на состояние своей волчицы. На девственно-белые ромашки малыми каплями стекала алая кровь.
— Больно.... — Сказала она. По нежной щеке скатилась прозрачная слеза, убегая дорожкой в незнакомое путешествие. Её трясло, от боли она сжималась, делая больно не только себе, но и возлюбленному. Альфа терпел, всячески старался успокоить, утешить, отвлечь её от неприятных ощущений, и, кажется, она немного успокаивалась. Подул ветер, унося запах крови куда-то вдаль, и через несколько время ожидания послышалось, как завыла вся стая. Обряд заключён.
— Теперь мы, муж и жена. Наконец-то! — С улыбкой молвил Чистокровный, глядя в глаза своей любимой, она же со счастливыми слезами на глазах вторила его взгляду, нежно прикоснулась к его щеке.
— Да. Наконец-то.... Продолжай.... — Ответила она.
— Тебе ещё больно, я чувствую.... — Нахмурился блондин, а волчица ласково провела рукой по его лицу, как-бы успокаивая.
— Продолжай.... Сейчас пройдёт....
— Саске... я.... — Было начал он.
— Наруто... пожалуйста... — Молила она. Внутри всё разрывало от того, что он делает своей паре больно. Как бы ему хотелось, чтобы можно было бы обойтись без всего это, просто без боли, но это не от него зависит, тут он не в силах что-либо сделать. Хотя вполне в его власти сделать так, чтобы облегчить состояние своей жены, сделать так, чтобы она познала удовольствие, только бы ей стало хорошо, только бы боль поскорее сгинула. — Пожалуйста.... — Повторила она, и волк не выдержав взгляд её ониксовых глаз, поддался мольбе. С тяжёлым вздохом он сделал первые поступательные движения.
Дальше он двигался медленней и осторожней. Все его мышцы были напряжены до предела, тело горело от возбуждения, неудовлетворённого желания и истомы.Намикадзе медленно вышел на считанные сантиметры, после легонько толкнулся внутрь. Потом опять скользнул назад, дальше толкнулся во влажное, узкое, горячее влагалище с новой силой. Он совершил несколько плавных медленных фрикций, с каждым разом входя в лоно всё глубже, всё сильнее, двигался всё быстрее. Боль Саске постепенно стала уходить, уступая место наслаждению, которое и сам Наруто жгучим, но приятным теплом ощущал в глубине её тела. Волк двигался в ритме, до крайности приятно им обоим. Не спеша, никуда не торопясь, он, раз за разом проникал в неё, ловил ртом жаркие стоны и тяжёлое дыхание, чувствовал хватку её ног у себя на бёдрах, ощущал, как она царапает его спину своими ногтями, это всё нравилось до безумия. Чистокровная, уже сама на уровне инстинктов подставляла ему свою шею, оголяя её от копны тёмных волос, прося пометить, тихо поскуливала и что-то шептала.
— Пожалуйста.... Наруто.... пожалуйста....
— Как пожелает моя волчица! — С жаром ответил он, и, оголив свои клыки, примкнул к шее возлюбленной.
Наконец-то. Сбылись его мечты и надежды. Наконец-то он присвоил её себе, пометил, она стала его женой, только его, и ничьей больше. Суженная задыхалась от гаммы чувств, выгибалась дугой под телом любимого, пару раз даже вскрикнула от экстаза. Кто же знал, что метку получать так приятно? Внутри всё просто распалялось, плавилось, будто в венах течёт не кровь, а жгучая лава, а в контрасте с фрикциями мужа и вовсе сводило с ума, унося сознание в небытие.
Парень кое-как оторвался от истинной, облизывая свои губы, слизывая пару капелек бордовой жидкости, и с новой силой ускорил движения бёдрами. Внезапно волчица потянулась к нему, стала целовать его ключицу, незаметно двигаясь дальше. Намикадзе понял её намерения и с лёгкой улыбкой откинул голову, предоставляя ей полный доступ. Незамедлительно острые клыки впились у основания шеи, принося лёгкую боль и покалывания. В голове всё завертелось, закружилось, воздух, будто выбили из груди, на пару секунд он даже сбился с ритма, и с тяжёлым дыханием застонал в голос. «Лис» буквально ощущал, как будто их души связывают невидимыми нитями, цепями, что теперь раз и навсегда не разорвать никакими силами. Каждая мышца, казалось, была натянута, будто струна, а невероятный, непереносимый, томительный до боли жар изводил каждую клеточку, каждый нерв. Наконец, Наруто ощутил, что Саске тоже в экстазе.
— Нар...то, мне так хорошо. — Кое-как простонала волчица, между полчками. На что муж с хитрой улыбкой ответил.
— Сейчас будет ещё лучше.
Молниеносным движением оборотень выходит из возлюбленной, и, взяв её за бёдра, переворачивает на белое покрывало полевых цветов. Сама девушка, не ожидавшая такой прыти от любимого, сначала в непонятках пыталась понять, что именно задумал её муж, но когда он поставил её на четвереньки, сомнения отпали. Цепкой хваткой, притянув к себе, парень буквально насадил её на своё достоинство. На всю поляну раздался громкий стон, и брюнетка еле устояла.
— Наруто! Ещё....! Да-а-а.... Вот так.... Сильнее....!
— Чёрт, Саске! Ты меня с ума сводишь!
Резкими толчками, он входил в неё, каждый раз вырывая стоны и судорожные вздохи. Теперь проникновение оказалось глубже и под другим углом, от чего удовольствие стало ярче и чувствительнее. Мышцы лона крепко сжимали детородный орган, и девушка чувствовала весь размер члена, каждый его сантиметр. Она растворялась в ощущениях, подобно морской волне, то отдалялась, то приближалась навстречу возлюбленному, двигалась также быстро и порывисто, не жалея сил, отдавала всю себя ему без остатка. Жар разгорался с каждым движением, и дабы продлить его отголоски, волчица, рухнула на локти, приподнимая таз.
Сам Чистокровный мощной горой возвышался над своей суженой, а она же в покорной позе придавалась забвению. Крепкими ладонями он сжимал нежную кожу бёдер, и со страстью осматривал её хрупкий стан. Спина, подобно кошке, была выгнута, пот прозрачными каплями стекал меж лопаток, убегая по рёбрам, оставляя за собой мокрые дорожки. Так тянуло слизать их, попробовать вкус, насытится ей, словно ключевой водой в жаркий день. Волосы её каскадом рассыпались, и были перекинуты на левое плечо, и водопадом стекали на зелёную гладь примятой травы. Голова, тяжёлым грузом лежала на скрещенных руках, пальцами вцепляясь за молодые побеги, выдирая их с корнями. Она стонала, кричала уже на грани срыва голоса, а волк с упоением всё смотрел на истинную, старался рассмотреть каждый миллиметр её тела. Подобно дикому зверю, он, наконец, поймал свою добычу, и сейчас, смакуя, тихо поглощает запретный плод их нескончаемой страсти. Ураганом всё проносилось в голове, не было ни одной связанной мысли, только чистое наслаждение, чистый экстаз и неутолимое желание получить ещё больше.
Стремясь усилить удовольствие, он опустился к ней, примкнув к мокрой спине, и правая рука незаметно юркнула между ног, добавляя дополнительные стимуляции. Пальцы ощутили всю влажность её естества, соки стекали по фалангам, чувствовался весь её жар. Клитор был твёрдым, пульсировал, при нажатии, уже готов вот-вот взорваться, и «Лис» стал играть с ним, выбивая весь воздух из лёгких Омеги. Пик страсти у них обоих, близость оргазма. Помимо своих ощущений, присутствовали и чужие, это удивляло, немного пугало, но, отключив свою голову от всяких мыслей, блондин просто продолжил своё деяние. Совершенно ни о чём не хотелось думать в такой момент, хотелось просто отключиться, внутри всё разрывало, хотелось побыстрее прийти к кульминации, его тело начало ощутимо трясти, живот напрягался от каждого её движения, показывая свою рельефность, мышцы все напряглась, а у основания полового органа образовался узел, и при каждом движении становился всё твёрже и твёрже, сводя с ума, заставляя стонать в голос. Терпеть больше нет сил. Всего пара движений, и наконец желание его было услышано. Он толкнулся в неё в последний раз и излился, запрокинув голову и застонав, переходя на крик, а девушка же прогнулась под ним, крича в момент оргазма, влагалище, само собой, сильнее обхватило плоть мужа, сжимая почти до боли, словно в тисках, выделяя вдвое больше соков, чем ранее. Удовольствие было таким, что, казалось, просто звёзды сыплются из глаз.
Без сил он рухнул рядом с ней, боясь придавить своим весом, тяжело дыша, пытаясь отдышаться и восстановить дыхание. Сердце бешено колотилось в груди, готовое и вовсе выпрыгнуть, во рту всё пересохло, словно в жаркой пустыне, руки тряслись, как и потряхивало слегка всё тело. В голове нет ни одной связанной мысли, лишь пустота, они оба чувствовали слабость, но, несмотря ни на что они были счастливы. Кое-как найдя в себе силы и восстановив дыхание, Чистокровный, опираясь на руки, навис над своей любимой.
— Ты как...? Ничего не болит?
— Потрясающе.... Правда, в первые минуты было больно... — Тяжело дыша, сказала теперь уже госпожа Намикадзе.
— А сейчас?
— Всё нормально....
— Точно? — С сомнением переспросил волк.
— Да.... У меня всё хорошо....
— Ты что-нибудь хочешь? — Спросил волк и лёг рядом, обняв жену и притянув её к себе.
— Единственное желание — это пить, а ты?
— Пить, курить и целоваться. Ещё, конечно можно повторить на «Бис!» — С лукавой улыбкой брякнул он.
— Я так и думала — Со смехом ответила девушка. — Какой ты ненасытный. Не многовато ли для первого раза?
— Ну, малыш, смотри, я так долго жаждал тебя и сейчас, наконец, получил, естественно, мне хочется ещё. Но видя твоё состояние, склоняюсь к мысли, что лучше дать тебе отдохнуть.
— Ты угадал. Я без сил... — Простонала Чистокровная. — Скажи... а это всё время так?
— В смысле как «так»? — Спросил Намикадзе, внутренне напрягаясь.
— Ну.... Хорошо...
— Хм... может быть гораздо лучше и приятнее. Тебе понравилось?
— Очень. А тебе? — Парень вдруг облегчённо вздохнул, понимая, что и не дышал вовсе, напряжённо ждал её ответа. И теперь, дождавшись, он радостно обнял её, молвил:
— А ты как думаешь? Конечно, мне понравилось. Даже от того, что ты творила со мной своим ротиком, я уже чуть Богу душу не отдал, а об остальном я вообще молчу.
— Правда? Ну, я же толком ничего же не делала... — Стесняясь, промямлила Саске, отводя взгляд в сторону.
— Ты вот сейчас скромничаешь. Я охренел от твоего: «Ok, Google!»
— Прости, я хотела разрядить обстановку — Закрывая лицо ладошками, пропищала она в смущении.
— Хо-хо-хо, у тебя получилось! Потом скажешь мне адрес сайта, я зайду, ознакомлюсь с твоими познаниями. — Вот тут стало в конец стыдно. Надо что-то делать.
— Нару, зачем тебе куда-то лазить? Давай я применю это на деле? — Госпожа Намикадзе старалась перевести разговор в другое русло, но это оказалось не так-то просто. Муж просто так не отстанет.
— Договорились. Но сайт ты мне всё-таки покажи, я там отзыв оставлю.... Ха-ха-ха...
— Только рискни! — Угрожающе сказала госпожа Намикадзе.
— О как! Власть почуяла? А ну иди сюда! — И пошла куча мала. Парень безжалостно стал щекотать возлюбленную, а та, заливисто смеясь, старалась отбиться от нападок.
Лёжа на белый цветах, после шуточной борьбы, уставшие, но безумно довольные, они, нежились в объятьях друг друга, смотрели на звёзды, и каждый думал о своём. Вокруг стояла ночь, лес оживал, то тут, то там пели заливисто разные пташки, где-то шумела река, а с неба на них взирала прародительница. Именно она была свидетельницей всего, что происходило на протяжении веков, и именно она стала свидетельницей начала их семейной жизни. Лёжа на груди у возлюбленного, обнимая его рукой за талию, Саске внезапно спросила.
— Нару?
— М? — Послышалось такое ленивое.
— Наконец-то сбылось все, о чём ты мечтал? — С любопытством спросила брюнетка. На что волк задорно ухмыльнулся.
— Ну, ещё не всё сбылось....
— Значит, это ещё не всё? Это ещё не конец? — С надеждой улыбнулась она, спрашивая.
— Нет. Это только лишь самое начало... — С жаром прошептал Наруто, целуя её в алые губы и роняя на белоснежные цветы.
С давних времён существовали оборотни, которые не боялись серебра, были гораздо сильнее и умнее обычных особей. Их называли Чистокровными. Не имея ни одного изъяна, эти оборотни возвышались над всеми. Но постепенно они стали вымирать, пока в один день не исчезли.... Все, кроме одной. В этой истории, я поведала Вам об одинокой Чистокровной волчице, которая прошла сквозь боль и страдания, обретя своё счастье. Она нашла свой дом, свою стаю, возлюбленного. Стала названной дочерью, сестрой, подругой, тётей и женой. Добилась всего своим трудом и потом, шла к назначенной цели сквозь препятствия и боль. Вышла изо всех проблем победителем. Теперь всё хорошо. Но, к сожалению, самая главная цель ещё не достигнута. Она ещё не стала матерью. Всё ещё впереди, время покажет, что будет дальше. Вы не отчаиваетесь. Ведь когда-нибудь народ снова услышит громкий вой Чистокровной волчицы, и Вы станете свидетелями новой истории наших любимых героев. Ждите, и за ожидание вам воздастся.
Костюм Наруто
Машина Наруто, Audi S8 TFSI Quattro
Платье Саске
Наруто и Саске
