Пионы в декабре.

"Дом полон людей, а ты, утирая слезы, сидишь в самом неприметном углу в ожидании вечного покоя.
Дом полон людей, но ты один.»

Перемены не всегда являются чем-то плохим, а стабильность не всегда хороша. Вероятность самовыпила эмоционально-нестабильного подростка в самом разгаре семнадцатилетия стремительно растёт по всем прогнозам мировых психологов, вот только родители семнадцатилетних подростков даже не интересуются этими прогнозами. Ведь проблем в таком возрасте, по мнению большинства, просто нет. А если эмоционально-нестабильные подростки решают лечить друг друга, то не всегда всё идёт гладко.

***

- Бля, а ты ведь тогда правда спас меня, - парень чешет затылок свободной рукой, ведь вторая занята колупанием дырки на собственных джинсах. Этим джинсам к слову лет пять, прошли огонь и воду, даже проклятые рудники под названием "хочешь жить - умей вертеться". Кажись, так до конца вечера останутся лишь нитки и лёгкие царапинки на бледной коже, но кашель отвлекает и вынуждает поднять глаза. - Я серьёзно, - откидывается на спинку стула, - если бы ты тогда не вломился ко мне... - ком в горле предательски не даёт закончить предложение, но это и не нужно. Тэхён понимает, он помнит ночь, когда сбежал из дома и единственным пристанищем был дом Мина.

flashback

- Убить птицу, всё равно что курицу разделать, а ты ведь любишь курочку, Тэтэ? - с милой улыбкой произносит женщина, да так, будто бы она учит сына кататься на велосипеде, а не убивать ни в чём неповинных синиц, что решили полакомиться семечками в специально сделанной для них кормушке. Кто ж знал, что эта собственноручно сделанная Кимом кормушка для синиц станет их же могилой.

Культ дело странное и даже страшное, особенно оно непонятно восьмилетнему мальчику. Намджун учится отрабатывать удары под чётким руководством отца, чтоб снова занять первое место на боях без правил, а Тэхён снова прячется от осознания собственных действий и разъедающего вопроса: "Почему я?"

***

- Твоя мамаша чокнутая! - возмущается Юнги и смотрит на Тэхёна, который пусть и с недовольным лицом, но всё же согласен с парнем. - Зачем убивать птиц? - а в ответ молчание длиной в полминуты.

- Секта, культ - называй как хочешь. В таких вещах есть понятие жертвоприношения, - тяжёлый вздох и лёгкое облегчение за то, что Мин не осуждает, возможно, ему просто всё равно, но лучше уж так, чем осуждение. Убивать птиц для ритуалов, Ким уверен, что кровь с собственных рук никогда не отмоет, от того и зарекается не снимать шёлковые перчатки на людях. - Но знаешь, Юнги, - краткий взгляд прямо в душу, - мой бесполезный отец был куда хуже.

Дать кому-то высказаться тоже своего рода психотерапия, вот Мин и не против выслушать уже до боли знакомые истории ещё пару десятков раз, а после заткнуть Тэхёну рот.

- Каждое утро отец заходил в мою комнату и грустно вздыхал от осознания того, что я не умер за ночь.

Обычно в таких семьях дети держатся вместе и встают против родителей, и Тэхён бы мог, вот только старший брат предпочёл глумиться над слабым мальчишкой.

end of flashbask

***

Так и не скажешь, что это Ким спас Мина, но пока старший презентует всё именно так, то пусть все верят в эту версию. Переезд - перемена изменившая жизнь парней, которым оставалось либо сгнить во всеми забытом городе, либо сбежать, купив билеты в один конец. Делить однокомнатную квартиру в Сеуле куда лучше того места, откуда они вылезли.

Очередное утро в одной из окраин города начинается с громкого шума сигнализации автомобиля, принадлежащего кому-то из соседей. В этот момент Юнги испытывает благорадность перед Богом за то, что не имеет такого средства передвижения, и как самый обычный гражданин пользуется услугой автобусов и метро. Улыбка на лице держится ещё минут десять, и сон практически побеждает в схватке со здравым смыслом, что умоляет Юнги подняться и прожить этот день, но звук бьющейся посуды заставляет проснуться слишком резко.

- Ты давай свои традиции прекращай, мы так в минус уйдём, - лениво бубнит старший и плетётся на кухню, уже заранее зная, какое выражение лица у Кима.

- Ой! Я просто перенервничал! Ну ты же знаешь, я готовлю тут на двоих, а то тебе опять захочется сделать какие-то бездарные бутерброды, а потом... - начинает тараторить Тэхён. Вот именно такой невыносимый стиль общения со временем стал присущ тихому и закрытому мальчишке. Юнги на это только молча кивает, ведь за эту неделю это третья побитая кружка.

- Потом ты будешь говорить, что твой желудок болит, мы поедем в больницу, а ты не любишь больницы. Я тоже, кстати, не люблю, но... - Тэхёна если вовремя не затыкать, то можно послушать далеко не краткий гайд на его жизнь.

- Понял я, понял, - соглашение, а после тихая уборка осколков. Киму спокойно, и он снова отвлекается на свои домашние заботы. У них с Юнги однокомнатная квартира с приятным и даже не самым старым ремонтом. Тэхён живёт на кухне, а Мин - в зале. У обоих старые раскладные диваны, но никто особо не жалуется, а значит, повода для беспокойства нет. Молчаливый завтрак тоже своеобразный ритуал, им не о чем говорить, они знают друг о друге практически всё, но не имеют тёплых отношений: друзья по несчастью, только этим они близки, и их это устраивает.

Ким прихорашивается добрые минут сорок, столько же раз мажет губы грушевым бальзамом. Рубашку то заправляет, то достаёт, а когда та окончательно помнётся, решает переодеться полностью. Перчатки так же цепляет и уже приписывает их к своему любимому аксессуару, не желая вспоминать причину носки. Духи фруктовые (вероятно Тэхён везде ищет этот оттенок груши). Тёмные корни нагло выдают ненатуральный блонд, но парень даже ищет в этом какую-то красоту. Сборы заканчиваются миллионным просмотром своего образа в зеркале и трилионным вопросом: «Как я выгляжу?» Вот тут чётко видна разница: Юнги совсем не прихорашивается, лишь подносит майку к носу, чтоб убедиться, что запах вчерашнего дня не отпечатался "ароматом" пота.

***

- Чонгук, иди ты в пизду! - с усмешкой бранится парень, смотря на друга. С Чоном Мин знаком с самого переезда в этот город, а это четыре года на минуточку.

- Тебе точно надо попробовать, - уверяет Чон, по нему сразу видно, что в детстве он скорее не голодал, а объедал всех остальных. Другого объяснения такому массивному телосложению нет. Чонгук уже не первый день уговаривает друга подать заявку на вакансию бармена в бар, где сам частенько подрабатывает, вот только слегка в другой сфере. - Заебал нянькаться с своим соседушкой, или вы уже поёбываете друг друга? А то я никак не пойму вашей близости.

- Ты еблан, Чон Чонгук, - закатывает глаза и бросает на друга недовольный взгляд. Они с Чонгуком, на удивление, быстро сошлись в характерах, друзья из разряда "тупой и ещё тупее", но тут скорее ёбнутый и конченный, а что к кому относится вопрос конечно хороший.

В Сеуле жизнь кипит, и любой другой бы гордо заявил: Сеул - город, в котором ты чувствуешь себя живым. Так-то оно так, но относится к шишкам из центра, а если вы житель спального района, то добро пожаловать в другой Сеул, сосунки. Воровство в таких районах - способ заработка. Юнги с Чонгуком так же не святые, тут либо они, либо их. До магазинчика осталось пару кварталов, а значит нужно убавлять подозрительность.

- Я второй раз не сяду, - подмигивает, намекая на то, что сегодня без казусов, и достаёт из чехла от гитары две биты, одна ярко синяя, а вторая цвета фуксии. - Но точно убью твоего соседа, - без слов ясно, что игра в камень ножницы бумага решит, кто сегодня будет размахивать блестящей битой.

- Если ты сядешь с розовой битой, то твои тюремные кенты выебут тебя до того, как ты успеешь зайти в камеру, - очевидное поражение, ножницы проиграли камню, Чонгук проиграл Юнги.

Краткая переглядка, и парни расходятся по разным сторонам, сегодняшнее утро будет трагедией для продуктового магазина Мисс Син. Шаг сменяется бегом, потому что Юнги считает, что вламываться в магазин по-тихому - самое тупое, что можно сделать перед его ограблением. Возможно, воруй они что-то стоящее, то можно было бы и осторожничать, но они крадут ебаные сметанники, молоко, колбасу и прочие продукты. Стёкла разбиваются довольно-таки синхронно, и женщина сразу же приняв свою участь решает отвернуться к стене, пряча лицо то-ли от страха, то-ли для того, чтобы ввести грабителей в заблуждение. Чон сразу подходит к ней и повязывает на глаза платок, обеспечив собственную анонимность. Юнги ходит по знакомым рядам и вспоминает, как вчера рассматривал недоступные ценники, тянется к бутылке дорогого вина сразу же уклады укладывая ту на дно сумки. Остальные продукты так же кладёт, а музыка в магазине лишь поднимает настроение. И не подумаешь, что магазины грабить так весело, вот только Киму знать не обязательно о таких мероприятиях.

***

Тэхён учится на предпоследнем курсе на дизайнера. Выбрал то, что душе его ближе, и так-то не жалеет. С одногруппниками особо сближаться не пробовал, вот только на коридорах постоянно сталкивался взглядами с парнем, который постоянно также одиноко стоял. Чимин из довольно обеспеченной семьи, вот только больно несчастливым выглядит.

- У тебя такое милое лицо. Можно я его потрогаю? Знаешь я бы хотел быть таким же милым, - мистер компетентный Ким как всегда вовремя вылазит из шкафа и заставляет своего друга пятиться назад.

- Ты сегодня слишком болтливый, - с совсем безликим выражением лица отвечает Пак и рассматривает собственные руки, а после переводит взгляд на уже давно замеченные шрамы на шее Кима, вот только Чимин так открыто вопросы не задаёт и лишь тихо выдыхает, загадывая, чтоб этот день уже наконец кончился.

Пары сменяют друг друга и, когда стрелки часов сообщают о конце учебного дня, Ким пулей несётся в уборную, хотя, по правде, он каждую перемену туда носится и любой нормальный человек просто решил бы, что у него недержание, но бегает парень туда лишь для того, чтоб лишний раз посмотреть на себя в зеркало.

- Чим, ты обещал зайти в гости, надеюсь ты помнишь, потому что я прекрасно помню, - Ким подводит глаза, а Пак крутит в голове самую адекватную отмазку, ведь знает, что Тэхён и спокойная реакция - это что-то невозможное.

- Сегодня точно не смогу, Хо приехал, - смотрит куда-то в пол, ожидая бурной реакции, и, когда той нет, сильно удивляется.

- Это который собака? - всё так же не отрывается от зеркала.

- Волк, - стыдливо исправляет.

***

Когда сумка перестаёт застёгиваться, приходится маякнуть Чону о том, что пора закругляться. Вот только маякнуть хочется по-тихому, но звуки мигалок решают исправить ситуацию и заставить парней двигаться чуточку шустрее. К их собственному счастью, они были готовы к подобной херне. Милиция в этом районе - кучка ленивых нахлебников, и сбежать от них совсем не проблемно. Дело расследовать будут ещё пару недель лишь для вида, а после забьют, закопав где-то в бумагах.

- В целом, вышло без происшествий, - со слегка сбитым дыханием говорит Чон и стягивает с себя всю маскировку, вновь становясь «порядочным» гражданином. - Вечером приду за долей, бывай, - в этом весь Чон Чонгук, всегда со своими делами.

***

Забежав в нужный переулок, парень расслабляется и проверяет ещё раза два, чтоб убедиться в отсутствии преследования. Чонгук не первый раз покупает наркотики, вот только с этим поставщиком чести повидаться ещё не имел. Райончик явно далёк от цивилизации: в некоторых квартирах выбиты окна, а округ заполнен шприцами с уже затупленными иглами. Вонь вокруг напоминает общественный биотуалет, в который не переставая захаживают люди.

Трое неизвестных парней появляются на противоположной стороне улицы, где ситуация кажется в разы хуже. По непонятной причине кошек тут совсем нет, лишь кучи дворовых псин со всеми признаками бешенства и прочих болячек. Одежда незнакомцев слегка оборвана, заплатки тут присутствуют в огромном количестве, точнее из них одежда и состоит. Такой вот стрит стиль у востребованных барыг, не всем же в костюмах нынче щеголять.

- Я, - не успевает начать парень, ему сразу дали намёк на тишину, главарь, выйдя вперёд, обходит парня по кругу, и Чон готов поклясться, что прочувствовал всем телом: его обнюхали.

- Чон Хосок и его стая, - парень довольно приветливо протягивает руку, а Чонгук не может сдержать смех. - Пизданите его, - последнее, что он слышит, перед тем, как его валят на землю.