Удачи В Розыгрыше Дьявола

Наше время

Вода стекала на обнажённой коже, смывая не только пену, но и всё, что накопилось на душе. Волосы прилипли к телу, образовывая хаотичные завитки. Помещение наполнил стук воды о кафельную плитку, шуршание мочалки, стук мыла о пластмассу, тихие перешептывания за спиной. Утреннее солнце пробивалось через решётку высоко находящегося окошка, к которому пристал оранжевый пожухлый листок.

Кэндис подняла лицо навстречу холодной воде, лившейся из старой заржавелой лейки душа. Это бодрило после бессонной ночи в промозглой комнате с ещё сотней женщинами, которые точили на нее зуб. Они ворочались на койках, что-то обсуждали, распространяя сплетни быстрее, чем это происходит в СМИ.

Сегодня день посещений. Они начнутся через час. Все заключённые пойдут к родственникам, близким, друзьям, супругам, и у Кэндис будет целый час свободного времени, который она потратит на сон.

Кэндис посмотрела в разбитое стекло напротив лица и оценила, что выглядит не так ужасно, как могло быть. Губа зажила, царапина на скуле затянулась, синяков не так сильно видно. Но это была не Кэндис.

-Привет, детка, -произнесло отражение губами Кэндис, растягивая посиневшие от холода губы.

-Чего тебе? -шипела Кэндис, стараясь говорить тише, потому что в душевой находились ещё две женщины.

-Я столько раз предлагала тебе помощь, но ты постоянно отказывалась. Мне нужно было стать громче тогда, когда я тебе обещала. Ты оказалась куда сильнее, чем я думала.

Кэндис молчала, рассматривая свое лицо в том небольшом кусочке стекла. Спутанные волосы. Бледная кожа. Сине-фиолетовые губы. Безжизненные глаза. Живой труп. Вид побитой собаки. Но это лучше, чем осознание, что на её места могла быть Шелли.

-Тебе нужна моя помощь! Посмотри, тебя в тюрьме не приняли. Сколько раз тебя унижали здесь и избивали?! Десять раз? Двадцать?! Ты тут всего неделю, а уже успела стать грушей для битья. Тебя кто-то защитит, кроме тебя самой? Только я.

-Заткнись, -шикнула Кэндис, закрывая ухо рукой и зажмуриваясь.

-Ты слабачка. И Джошуа знает, что ты слабачка. Именно поэтому он и затеял всю эту игру. Твоя жизнь лишь розыгрыш.

-Заткнись!

-Так-так-так, вы только поглядите! Наоми Грин собственной персоной!

Кэндис подняла голову и посмотрела через разбитое зеркало по направлению звука. На входе в душевую стояли пятеро женщин разных возрастов.

-Такая беззащитная. Такая обнажённая.

-Обычно говорят наоборот, -сухо сказала Кэндис, выключая воду. Её мышцы напряглись, а глаза смотрели в одну точку.

-Ты ещё будешь меня учить, соплячка? У тебя на губах молоко не обсохло, а ты вякаешь на меня. Я тебе в матери гожусь, прояви уважение, -женщины подошли и все, как голодные гиены, захихикали, любуясь голым телом.

-Скажи спасибо, что на моих губах молоко, а не твоя кровь.

-Уродина, -пренебрежительно фыркнула одна из женщин, та, на которую пришлось индивидуально шить оранжевый костюм, потому что таких больших размеров никогда не было. Она смотрела на два пореза в области живота Кэндис. Тот, что по-меньше, был получен пять лет назад в похоронном бюро, когда Наоми защищала Шелли. Второй, тот, что по-больше и ближе к сердцу, когда Кэндис защищала Адама.

-Говорят, она получила эти ранения, когда кого-то спасала, -гиены захохотали, напоминая жирных свиней в загоне.

-Она эгоистка. Кому она может помочь?

-Да той же самой сестре. Должен же быть какой нибудь инстинкт, типа инстинкта самосохранения или материнского?

-Подумай, кто бы пожертвовал всем ради какой-то тупой сестры или брата? -спросила та, что мотала срок за убийство брата. Кэндис здесь не самый худший человек. Её можно посадить за мошенничество, угрозы людям при исполнении, но не за убийство. Она, вообще, должна быть в одиночной камере и ждать день слушания. Но сейчас Кэндис существует в одной комнате с убийцами, ворами, мошенниками и наркоторговцами.

-Слышь, то, что я к вам в хату заехала не значит, что надо поднять кипишь, вдуплили? Свои понты будете показывать в другом месте или я вам посшибаю рога. Въехали? -глаза женщин округлились. Они стали беспокойно перешептываться, прикрывая рот рукой.

-Уже сидевшая?

-Наверно.

-Да у неё тюремный сленг, как родной язык.

-Как треплет.

-Молчите, курицы! -завопила самая старшая, на что Кэндис лишь высокомерно выгнула бровь и скривила верхнюю губу. -Детка, ты кто такая? С какой норы ты выползла? Думаешь, переубивала кучу народу и тебе всё сойдёт с рук? У тебя не было слушания дела и ещё никто не знает сколько тебе дадут, поэтому помалкивай.

-Думаешь, если я буду паинькой, то мне скостят? Не надейся на то, что я буду пресмыкаться перед тобой, как эти, -Кэндис кивнула на девушек, стоящих позади главной, имя которой для неё также омерзительно, как и имя отца. Она его даже не помнит. Оно ничего не значит. Кто она такая?

-Вперёд, девочки, -женщина подала знак рукой, и девушки двинулись в сторону Кэндис. Они оскалились, как псы, готовые к атаке. Ну, конечно. Эта дрянь ведёт такую же грязную игру, как и тот, кто затеял весь этот розыгрыш. Использует тупых шестёрок, чтобы не марать руки в чужой крови. Как низко.

Остальные, кто был в душевой, пожелали убраться прочь, чтобы не попасть под горячую руку. Пятеро женщин, что сидят в тюрьме на окраине Рокфорта за убийство, против девушки, которая сидит за спасение сестры. Равные ли это силы? Нет. Нет, если Кэндис будет в своём сознании. Но если выйдет её вторая часть, то у женщин не будет никакого шанса.

Кэндис не стала отходить к стене, потому что удар о кафельную плитку будет дорого стоить. Вместо этого, она сделала шаг к голодным гиенам, раскидывая руки в сторону, приглашая к себе. Растерзают её в клочья или нет, переломают ей кости или нет, это намного лучше, чем знать, что твоя родная сестра здесь и не мочь ей помочь. Шелли бы тут не выжила. Ее слабохарактерность, постоянные слезы и извинения не помогли бы. Шелли вкусила бы всё, что терпела Наоми долгие годы. Она увидела бы всю картину, а не только ту, что показывает ей Кэндис.

Одна из девушек, та, что самая младшая, со страхом в глазах, схватила Кэндис за волосы и потянула на себя. Вторая толкнула в спину, лишая Кэндис равновесия и клочка волос, который остался в руках соучастницы.

-Ты заслужила смерти! Как тебя до сих пор земля носит? Такая убогость. -девушки рассмеялись, но в голосе одной просквозила неуверенность.

Кэндис поняла, что вступать в драку не вариант, словесной перепалки хватит. Как бы ей не хотелось стукнуть всех головой о пол, это желание пришлось подавить. Есть вероятность, что она получит лишь срок за совершенное Шелли преступление, за сокрытие от полиции. Возможно, всё обойдётся огромным штрафом, работами или небольшим сроком. Но за драку в тюрьме до слушания дела могут прибавить год-другой.

Так как на момент совершения убийства Наоми не было восемнадцати лет, то смертной казни она избегает. Но существует исход пожизненного заключения или длительного тюремного срока от 15 лет. Какое бы количество лет не дали Кэндис, она сможет увидеться с сестрой на свободе.

-Тупорылая дрянь, жизнь которой ничтожна.

Холодная и мокрая плитка встретилась с лбом Кэндис. Обнажённое тело покрылось мурашками, принося нервные судороги в кончиках пальцев. Дыхание становилось тяжелее, сердце всё громче стучало в ушах, отдавая болью в груди и спазмами в животе. Тяжело сдерживать себя, когда над тобой издеваются. Тяжело не ответить им тем же.

-Я убью вас всех...По очереди... Разными способами. Во сне. В ду́ше. На прогулке. В столовой. В комнатах для свиданий. Каждая из вас сдохнет, -Кэндис выгнулась, давая пояснице расслабиться. Она хрипела, сверлила глазами дыры в телах женщин. Две из них, самые молодые, беспокойно переглянулись и громко сглотнули.

По краю лба стекала горячая струйка крови. Капельки одна за другой стали падать на побитый кафельный пол, окрашивая воду в розовый цвет.

-Детка, ты сначала приговор получи, может, тебя на казнь отправят. Будет замечательное зрелище. Куплю билет на первый ряд.

Женщины развернулись и, не удостоив Кэндис взглядом, ушли.

-Попкорн не забудь, -Кэндис выругалась и сплюнув на пол, поднялась. Будет ли месть страшна?

Заключённые собирались в комнату для свиданий. Они, как позволяли условия, прихорашивались, приглаживали оранжевые костюмы и волосы. Кто-то из них был возбуждён, как ребёнок перед поездкой к бабушке, кто-то мерил помещение шагами, переживая, придёт к ним посетитель или нет, принесут они хорошие новости или нет.

Кэндис сидела на своей верхней койке, подтянув к себе ногу, а другую свесив. Она смотрела на пожелтевшую и испачканную простыню, вспоминая светлые волосы Шелли. Как она там? Хорошо питается? Удаётся ей поспать? Ищет адвокатов для Наоми? Общается с Адамом?

А Адам? Как он? Ловушка сработала? От него увели подозрения о соучастии в побеге Наоми? Отстранили его от дела? Что он делает?

-Наоми Кэндис Грин. К вам посетитель, -Кэндис оторвала взгляд от простыни и посмотрела на охранника, державшего в руках наручники. Ее глаза ничего не выражали. Кого там занесло?

-Я не жду посетителей.

-Пришла ваша сестра. Сказала передать, что у неё есть новости.

-Я никого не жду, -повторила Кэндис, обращая внимание всех присутствующих, которые только и делали, что весь месяц ждут родных. Они отдали бы всё, лишь бы встретиться с кем-то родным. А тут девчонка, которая отказывается от визита сестры.

-Это касается вашего дела.

Кэндис застыла. Есть какие-то продвижения? Что задумала Шелли? Какие у неё планы?

Кэндис спрыгнула со второго яруса кровати и направилась к охраннику, протягивая руки для наручников. Она была единственной, у кого не было номера. На оранжевых костюмах каждой женщины была нашивка в виде цифр, а у Кэндис инициалы имён и фамилии. И тут отличилась.

-На вашем месте я бы радовался тому, что хоть кто-то хочет меня навестить, -сказал охранник, застёгивая наручники. Он говорил тихо, чтобы никто не услышал. Будто бы это была тайна.

-На вашем бы месте я не открывала лишний раз рот, -Кэндис подняла на него глаза и улыбнулась.

-Смелая же ты, -мужчина усмехнулся.

Кэндис закатила глаза и вышла в комнату для допроса, где за одним из десяти столов сидела Шелли, подпрыгнувшая, когда увидела сестру. Под глазами у неё были синяки. Руки под столом. А поза скрюченная, словно у неё болит живот.

-Наоми, -жалобно позвала Шелли, заливаясь слезами. Она бы бросилась в объятия, но их разделяли прозрачная перегородка и охранники, стоящие по обе стороны. -Мне тебя так не хвата...

-Как ты? Ночью не мерзнешь? Не болеешь? Хорошо питаешься? Если нет, то позвони Адаму, он приготовит для тебя что-нибудь. Он хорошо готовит. И одевайся теплее, на улице достаточно холодно. Если тебе нужны вещи, тёплые, зимние или понравилась какая-то вещь, то возьми мою кредитку... -Кэндис запнулась. Её кредитки, на которых крайне редко держались деньги, были заблокированы. -Можешь попросить Адама. Я думаю, он не откажется. Он добрый. Уже думала, куда будешь поступать? Насчёт оплаты не волнуйся. Я заплачу за всё, только скажи сколько.

-Наоми... -Шелли разрыдалась, закрывая лицо руками. Она не ожидала, что Наоми, которая взяла вину за неё, которая страдает за неё, будет заботиться. Почему Наоми, сидя в тюрьме, продолжает её любить? Почему? Разве Шелли заслужила? Она убила человека и позволила сестре взять вину на себя. Шелли ужасный человек.

-Я в порядке, -Кэндис выдавила подобие улыбки и постаралась незаметно волосами скрыть ссадину на лбу.

-Мне очень жаль.

-Не стоит винить себя.

-Я не могу ни есть, ни пить. Мне не хватает воздуха, -Шелли говорила навзрыд, притягивая внимания охранников и посетителей.

-Ты должна. Не думай обо мне. Живи своей жизнью, -Кэндис очень хотела бы, чтобы так и было, но так не будет. Шелли останется чувство вины, которое не пройдёт никогда.

-Я не могу! Я пыталась, но так и не смогла. Я хочу всё исправить, -не успела Шелли донести мысль, как Кэндис вскакивает со своего места и разъярённо бьёт кулаком по столу. Тот трещит, но остаётся цельным. Десятки глаз встретились с фигурой Кэндис.

-Не смей даже думать об этом. Ты поняла меня? Тебе так хорошо живётся, что ты решила спуститься в ад? Если тебя гложет чувство вины, и ты хочешь как-то мне помочь, то сиди на заднице ровно, -Кэндис села на стул и посмотрела в заплаканные глаза сестры. -Если ещё что-нибудь скажешь из этой серии, то больше со мной не увидешься. Никогда. Ты знаешь меня и знаешь, что я всегда держу своё слово.

Все разговоры, что были между Кэндис и Шелли, были об одном и том же. Шелли винила себя во всём, постоянно просила прощения и говорила, что всё исправит. А в итоге ничего не менялось. Прошло около месяца, но с места ничего не сдвинулось.

-Наоми, -Шелли вытерла слезы, -почему ты такая упёртая? Почему всегда хочешь меня спасти? Почему никогда не принимаешь помощь?

-Ты моя сестра.

-Не будь я твоей сестрой, ты бы стала для меня это делать? -Шелли подняла опухшие и красные глаза. Ресницы стали длиннее, а цвет глаз выразительнее. У Шелли всегда были самые красивые глаза. Они достались ей от мамы.

-Я была бы безумно счастлива, если бы ты не была моей сестрой, -Кэндис произнесла слова без капли стеснения, неловкости или обиды. Это были слова чистой правды. -Ты тоже была бы счастливее. Жила бы в нормальной семье и никогда ни о чем не переживала.

-Спасибо. За то, что была замечательной старшей сестрой, -Шелли улыбнулась и помахала на прощание рукой прежде, чем охранники сообщили, что время для посещения закончилось.

Кэндис, как во сне, стояла посреди комнаты и смотрела себе под ноги. Её многое смущало и щемящее чувство в груди тому подтверждение. Что-то было не так. Поведение Шелли под конец разговора изменилось. В нём словно появилась уверенность и твёрдое намерение что-то сделать. Кэндис надеялась, что Шелли не хватит смелости покончить жизнь самоубийством или пойти в полицию.

Последняя фраза засела в голове. Разве такое не говорят, когда хотят совершить безумный и отчаянный поступок? В фэнтези значит вступить в поединок, зная, что живым из него не выйти. В боевике-отдать жизнь за кого-то, спрыгнуть с небоскрёба или броситься под летящий автомобиль, чтобы спасти ребёнка. В романтических фильмах-наложить на себя руки из-за неразделённой любви. Какое направление выбрала Шелли?

Ноги Кэндис деревенели, пока она стояла и не шевелилась. Кто-то считал нужным пройти мимо и задеть плечом. Кто-то с прищуром озирался. Несколько раз охранники стучали по решётке небольшого отверстия в стене, привлекая внимание Кэндис. Но та, как стояла, так и стоит. То, что творилось в ее голове, напоминало сложный механизм, где был важен каждый кусочек, каждая деталь.

Так пролетело время ужина. Скоро отбой. Кэндис видела, как её тень постепенно уменьшается и меняет направление.

-Наоми Кэндис Грин, -Кэндис лишь подняла голову, стоя спиной к зашедшему охраннику. -К вам посетитель.

-В такое время?

-Сейчас?

-Следующее посещение только через месяц.

-Кого занесло?

-У неё есть кто-то, кроме сестры?

-Может, адвокат?

-Он в таких делах бессилен.

Кэндис пропустила мимо ушей всю грязь, что лилась в её сторону и молча пошла к выходу.

-Кого там занесло?

-Мистера Расселла. Он сказал, что появились новые детали по вашему делу. По тому, что второе, -поправил себя мужчина, когда Кэндис вопросительно зыркнула на него.

-Тоже самое вы сказали, когда пришла моя сестра, но она ничего мне не сказала. У вас должно быть бедная фантазия, если и на этот раз мне не откроется никаких новых деталей.

В глубине души Кэндис была довольна, что пришёл Адам, но с другой стороны его приход вызовет новые вопросы.

Кэндис вышла в слабо освещённое помещение, которое не было комнатой для посещения. Это была комната для допроса, похожую на ту, в которой допрашивали Рона Шмидта. В ней не было ничего лишнего. Стол, два стула, один из которых занят, окно. Бетонные стены с осыпавшейся штукатуркой. Нет стекла, за которым могли бы находиться люди. За ними никто не будет следить.

Адам встал, когда увидел Кэндис и указал на стул.

-Оставляю вас, -охранник кивнул Адаму и удалился.

Кэндис молча смотрела на мужчину, не видя никаких внешних изменений. Он остался таким же.

-Здравствуй, -Адам поднял уголок губ.

-Привет, -Кэндис не хотела показаться слишком радостной и счастливой при виде полицейского, поэтому ответила сухо. Она не должна показывать, что зависима от общения с мужчиной или желает с ним встречи.

-Держишься? Как здесь кормят? Много мяса дают? Койка удобная? Сколько человек с тобой живет? -Кэндис также засыпала Шелли вопросами. Значит, Адам испытывает такие же чувства, что и она в тот момент? Он заботится? Беспокоится? Почему? Что им движет?

-Не стоит так обо мне печься. Тюрьма ходит подо мной, -Кэндис постаралась небрежно хмыкнуть, но Адам не поверил.

-Ответь честно.

Кэндис переменилась в лице, и этого хватило, чтобы Адам всё понял. Он заметил ссадину на лбу и маленькую проплешину, образовавшуюся после вырванного клока волос в душевой.

-Зачем ты пришёл? Не для милой же беседы.

-Да. У меня есть к тебе разговор.

***

-Слушаю, -Адам поднял трубку, протирая сонные глаза.

-Удобно говорить?

-Да, говори.

-Я сделал анализ тех образцов, что ты принёс,-Адам поднял голову с рабочего стола, за которым уснул. Под его щекой лежали дела Наоми. -На первом, том, что когда-то являлся дождевиком, я нашёл брызги крови, принадлежавшие Зайану Хуану. На втором, том, что было какой-то тканью, обнаружены частицы почвы, совпадающие с землёй, в которой найден труп Зайана Хуана.

Адам смотрел в пустоту.

-Что-то еще?

-Да. На обоих образцах, что на первом, что на втором, есть потожировые молодой женщины и мужчины чуть старше средних лет.

-Мужчина? Удалось установить личность? -Адам сглотнул и взял ручку, чтобы записать данные.

-Личность установить не удалось, но могу точно сказать, что тест ДНК показал родство. Проценты различаются. При первой попытке показало сто процентов, при второй-тринадцать, при третьей-ноль. На месте преступления была не только Наоми Грин, но и человек, являющийся её родственником.

***

-У тебя есть родственники мужского пола?-Адам придвинулся ближе и протянул раскрытую ладонь.

-Нет.

-Медэксперт сказал, что родство не обязательно должно быть прямым. Это могут быть полукровные братья, дядя, племянники, дедушка.

Кэндис покачала головой.

-Отец мёртв. Братьев нет и не было никогда. Про деда по отцовской линии я никогда не слышала. Дядя по материнской линии, и то он был усыновлён. А его сынок ко мне не имеет никакого отношения. Поэтому, нет. У меня нет родственников мужчин.

Но внутри Кэндис поселилась мысль, которая могла бы многое объяснить. Этот недостающий элемент головоломки остался неозвученным. Но он многое объясняет.

-Ты можешь о ком-то не знать? Возможно, у твоего папы была любовница или левая семья. Ты не думала, что у тебя могут быть и другие родственники, кроме сестры и родителей? -Адам и тут пытался оправдать Кэндис.

-Я сказала всё, что мне известно. Если дашь лопату и спиритическую доску, то могу спросить папашку про его родственников. И почему ты не допускаешь мысль, что экспертиза выдала ошибку? Сначала максимальный процент совпадения. Потом он резко падает, а вскоре несколько показывают отрицательный результат. Может, это мои собственные отпечатки, потожировые и моя ДНК? -Кэндис откинулась на стуле.

-Это не может быть ошибкой.

-Почему ты так уверен? Ты же в курсе, что у меня раздвоение личности. У меня личность, которую я не могу контролировать. До какого-то момента я была уверена, что убийства могли быть совершены мужчиной с прочими характеристиками, которые мне лень перечислять. Но сейчас я не уверена, -должно же быть логическое объяснение тому, что человек из сознания-мужчина.

-Что ты такое говоришь? Ты не убивала их. Просто не могла.

-Но что, если..? -Кэндис подняла глаза и с болью посмотрела на Адама. -Что, если я заслуженно здесь нахожусь? Что, если мне место здесь, среди себе подобных? Что, если так будет лучше для всех?

-Не для всех. Подумай о Шелли. Ей нравится то, что её сестра сидит в тюрьме? А мне? Мы же все знаем правду.

Кэндис заметила, как в углу зажёгся красный маячок. Кто-то включил пишущие устройства.

-Да, мы знаем правду, -Кэндис переменилась в лице. Она расслабила все мышцы и высокомерно посмотрела на Адама, закидывая ноги на стол.

-Энди.

-Я Наоми, Наоми Грин, -Кэндис разглядывала ногти. -И все убийства были совершены мной. Так и передайте адвокату.

-Хорошо. Спасибо, что стали сотрудничать. Мы учтём ваши слова в суде, -Адам понял намёк Кэндис. Он также заметил слабый красный блеск на полу. Адам поднялся, поправил пиджак и направился к двери.

-Эй, детектив, -Адам обернулся. Кэндис кивнула на бейдж с фотографией, с которой улыбался мужчина, -Позаботьтесь обо всём.