|Т/И умерла жестокой смертью|
Мао Мао
Мао Мао не отличалась выразительностью в эмоциях, но в тот момент, увидев ваше тело, в её взгляде застыл настоящий ужас. Оно было настолько обезображено, что узнать вас было невозможно. Она не могла понять, за что столь добрую и милую девушку решились убить с такой нечеловеческой жестокостью.
Впервые в жизни она испытала чувство, которое не поддавалось объяснению. Конечно, вы ладили — Мао Мао считала вас обаятельной и открытой, но не думала, что ваша смерть отзовётся в ней такой тяжестью. Она не хотела, чтобы память о вас стерлась как о мимолётной тени. Поэтому обратилась к господину Женьши и госпоже Хоннян с просьбой похоронить вас в достойном месте и отправить письмо вашей семье — написанное в мягком и бережном тоне.
В свободное время Мао Мао вместе с другими служанками старается навещать вашу могилу. Слёзы не лились с её глаз, как у других, но внутри неё осела горечь, которая не скоро уйдёт. В память о вас она хранит у себя браслет, который вы подарили ей незадолго до смерти. Это был ваш последний подарок для нее.
Женьши
Поиски продолжались больше месяца. Ни следа, ни зацепки — как будто вы испарились. Перевернули каждый угол дворца, спустились в подвалы, открыли все хранилища. Надежда угасала, пока не осталась последняя, неприметная комната. И именно там... вас нашли. Точнее, то, что осталось.
Ваше тело было так изуродовано, что едва напоминало человеческое. Женьши тогда подумал: хорошо, что кроме него, Гаошуня и травницы, этого не увидел никто. Если бы это увидела хоть одна служанка, её крик, рыдания — и ужас, который остался бы в её памяти, — невозможно было бы стереть.
Ваше тело было покрыто синяками, рваными ранами, ожогами. Волосы вырваны клочьями. Всё говорило о долгой, преднамеренной пытке. Не просто убийство — вас уничтожали, медленно и жестоко, пока дыхание не оборвалось само. Последние часы вашей жизни были адом.
Это невозможно простить. Женьши дал прямой приказ — найти виновных и искоренить гниль среди солдат. Даже не зная вас лично, он почувствовал, насколько чудовищной и недостойной была ваша смерть. Он больше не прятал лицо за маской доброжелательности. И не простит никого.
Гаошунь
Ваше тело решили не показывать другим служанкам. И правильно — никто не должен был видеть вас в том виде. Им просто сказали, что вы умерли от удушения. За этим сухим словом скрывался ад, который вы пережили до самой последней минуты.
Гаошунь посчитал это варварством. Он поклялся, что виновные познают ту же боль, что испытывали вы. Прошло несколько месяцев с момента вашего захоронения, шли тщательные обыски, и наконец предатели были найдены. Гаошунь лично проследил за тем, чтобы справедливость свершилась.
Для них не было снисхождения. Несмотря на внутренние правила дворца, по вашему делу сделали исключение. Одного казнили колесованием — тело разорвали четырьмя лошадьми. Другому назначили смерть от тысячи порезов — медленное расчленение, пока тело не перестало дышать.
Император
Император не мог закрыть глаза на столь жестокий случай во дворце. Подобное преступление — это не только посягательство на жизнь, но и удар по самому императорскому достоинству. Он стремится быть гуманным правителем, но это не значит, что он не способен на беспощадность, когда того требует справедливость.
Ваше убийство вызвало в нём гнев. Ведь вы были служанкой его фаворитной наложницы. Это означало, что предатели дерзнули оскорбить не только человека, но и сам двор. Император самолично наблюдал за наказанием виновных, чтобы убедиться — казнь прошла без пощады.
Позже он отдал приказ скрыть подробности вашей смерти. Такая история стала бы позором для всего императорского двора. Особенно важно было оградить от этой правды Гёкуё — она находится в положении, и такие вести могли сильно повредить её здоровью и ребёнку.
Хоннян
Слухи о предательстве среди дворцовых солдат давно витали в воздухе — шептались о тайных кражах и исчезновениях девушек. Прямых доказательств не было, но игнорировать это уже было невозможно. Всё обострилось в тот день, когда госпожа Хоннян забила тревогу после вашего исчезновения.
Она всегда считала вас своей младшей сестрой, поэтому, заметив ваше внезапное исчезновение, сразу начала волноваться. Целый месяц прошёл в тревожных поисках, и когда наконец сообщили, что вас нашли... и что вас убили — да ещё и жестоко — для неё это стало настоящим ударом. Хоннян не сдерживала слёз, но пообещала молчать: госпожа Гёкуё не должна была узнать такую страшную правду.
Она написала письмо вашей семье, отправив вместе с ним все деньги, что вы заработали за годы службы в Нефритовом дворце. В письме она выразила соболезнования, описав всё как можно мягче — ведь ваша семья не пережила бы подробностей. Теперь, как и остальные служанки, она часто приходит к вашей могиле и плачет, вспоминая вас.
Гёкуё
Когда ей сообщили, что вас больше нет, сердце её словно оборвалось. Ей не рассказали всей правды — слишком жестока была бы эта новость для женщины, носящей под сердцем ребёнка. И всё же, даже сквозь молчание других, она почувствовала: произошло непоправимое.
Вы были для неё не просто служанкой — вы были рядом, как верная спутница, как добрая душа, на которую можно опереться. Она дорожила вами, ценила вашу искренность и трудолюбие.
— «Какой ужас... даже представить не могу, что чувствовала Т/И в тот момент. Ей, наверное, было страшно и одиноко... Она была нам так дорога. Мы не имеем права просто закрыть на это глаза», — с трудом сдерживая дрожь в голосе, сказала она.
Инхуа
Она не смогла сдержаться и разрыдалась, узнав о вашей гибели. Вы были её самой близкой подругой, её душевной опорой. Она первой делилась с вами всеми новостями, всем, что знала.
Теперь же, когда приходит на вашу могилу вместе с другими, плачет безутешно, повторяя, что такая чистая и невинная душа не заслуживала подобного конца.
— «Не могу поверить, что с ней сделали такое… Она была такой доброй, понимающей… такие, как она, не заслуживают такой участи…» — сквозь слёзы произнесла она, стоя у вашей могилы.
Гуйюань
Она плачет рядом с Инхуа. Вы тоже были её близким человеком, и её хрупкое сердце не выдержало этой новости. С того дня, как вас объявили пропавшей, она надеялась, что всё обойдётся… что вы вернётесь. Теперь же всё, что остаётся, — приходить к вашей могиле и сохранять память о вас. Служанки по очереди убираются у неё и приносят цветы.
— «Инхуа, не плачь… Не думаю, что Т/И хотела бы видеть нас такими несчастными…» — пытается утешить она подругу, хоть её собственные слёзы и не прекращаются.
Айлань
Тихо рыдает вместе с ними. Эта нежная, чувствительная девушка не смогла остаться равнодушной к вашей смерти. Вы были ей как сестра. Она сохранила некоторые ваши вещи, не позволила их выбросить — так ей легче помнить о вас.
Айлань верит, что теперь вы в ином мире, где нет боли. Она, как и все остальные, продолжает навещать вашу могилу, вспоминая о вас только самое светлое.
— «Как же так… До сих пор не могу поверить, что она нас покинула. Казалось, совсем недавно мы были вместе… А теперь мы лишь навещаем её…»
Чиюй
Она едва успела узнать вас поближе, но за то короткое время, что вы оказывали ей поддержку, Чиюй искренне прониклась к вам тёплыми, дружескими чувствами. Услышав о вашем исчезновении, она всерьёз начала тревожиться. А когда дошла весть о вашей смерти — не проронила ни слезы, но внутри было тяжело и пусто. С тех пор она вместе с другими служанками навещает вашу могилу. При каждом удобном случае Чиюй приносит ваши любимые угощения и проводит у могилы время в молчаливой печали.
Рикусон
Рикусон был вашим возлюбленным. Он готовился сделать вам предложение, мечтал о будущем вместе с вами. Но всё оборвалось, когда он узнал, что вас нашли мёртвой. Потеряв ранее мать и сестру, он и так едва держался на плаву. Ваша смерть стала последним ударом.
Используя своё положение, он добился того, чтобы увидеть ваше тело... и был потрясён до глубины души. Вас не узнать. Изуродованное, безжизненное тело говорило о том, через какие мучения вы прошли, как жестоко вас пытали, а затем бросили умирать.
Вы были единственной, кого он считал своей невестой. С вашей смертью он остался один. Навсегда. Он помогал господину Женьши разыскать тех, кто причинил вам это зло. Но даже месть не способна вернуть то, что он потерял: свою любовь и надежду на будущее.
Шэнмей
Это дело рук не её лично, но именно по её приказу последние месяцы дворец заполонили крысы — её люди, творящие тьму и хаос. Вы были не единственной жертвой. В каком-то смысле вам даже «повезло» — вас убили её подчинённые, а не она сама.
Зная Шэнмей, она не просто забрала бы вашу жизнь. Она сделала бы это медленно, с изощрённой жестокостью. Она бы не оставила ваш труп в покое: превратила бы вас в игрушку для мужчин или и вовсе сожгла бы живьём. Ваша смерть была мучительной, но могла быть куда страшнее — именно потому, что это Шэнмей.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.