I'm Not Okay

После выходных, проведённых в состоянии сонной амёбы, утро понедельника внезапно стало вполне ожидаемым. Не то, чтобы мне безумно хотелось в школу, просто… Ощущение того, что скоро весь этот маразм с Лианной прекратится, немного грело душу. Наверное, мне просто хотелось опять как ни в чём не бывало совершенно безнаказанно мстить одноклассникам вместе с Джи, не волнуясь о том, что может натворить какая-то озлобленная мегера. Но… 

Я сел на кровати, почёсывая затылок и зевая до слезящихся глаз. В голову мне пришла какая-то слишком внезапная и странная мысль. А что, если мстить-то уже некому? В последнее время кроме Лианны никто не хотел нас трогать. Будто мы с Джерардом поднялись вверх по пищевой цепи школы, и теперь нас боятся так же, как и футболистов в своё время. Мы больше не гики, над которыми издеваются из-за их непохожести. Так что же нам тогда остаётся делать? Наверное, мне стало страшно. Страшно и пусто от таящейся в будущем неизвестности. Я даже представить себе не мог, что же будет дальше. 

- Фрэнк, иди завтракать! Немедленно! - услышал я мамин голос из кухни. Ответив ей что-то голосом рожающего носорога (а всё из-за того, что я не разговаривал ни с кем почти сутки, и с непривычки голос меня подставил), я сполз с кровати и начал бегать взглядом по комнате в поисках какой-никакой одежды. Я учусь в школе Сеттер-холл уже месяц, а такое чувство, будто учился там всю жизнь. Не знаю, хорошо это или плохо, ведь в этом году мне её заканчивать и поступать в университет. Я слишком быстро привязался к месту, которое почти проклинал несколько недель назад. 

Спустившись вниз и едва отыскав спросонья кухню, я увидел маму, виртуозно кружившуюся между плитой и столом со сковородой в одной руке и лопаточкой в другой. Блинчики. Странно, обычно мама готовит их только по выходным.

- У нас какой-то праздник? – спросил я, усаживаясь на своё место.

- Ну, у тебя может и да, а я, кажется, ничего такого не планировала, - ответила мама, насвистывая что-то. Что тут происходит? Почему моя мама, женщина, ненавидящая всей душой понедельники и другие будние говнодни, внезапно готовит блинчики в семь утра и насвистывает отвратительную песню Брайана Адамса? 

- Мам, я чего-то не знаю? – спросил я, обмакивая блинчик в вишнёвый джем.

- Учитывая, что десятилетние дети в наше время знают, откуда они взялись, вряд ли ты чего-то не знаешь, - парировала мама. 

- Мааам, - протянул я, пытаясь достучаться до её разума.

- Неужели я не могу проснуться в понедельник с хорошим настроением?

- Не можешь.

- Жестокий ты, Фрэнк.

В общем, это бесполезно. Доев всё, что мама оставила на потом, я взял свои вещи и направился к выходу. Ещё не хватало каких-то дурацких маминых секретов. Для полной коллекции.

… - Фрэээнки!

Твою мать, я никогда не привыкну к этому. Джерард опять набросился на меня, натирая кулаком мою макушку.

- Слезь с меня, - буркнул я.

- Я тебя не видел целых тридцать семь часов, надо бы возместить моральный ущерб, - тут же начал возмущаться Джи. Охренеть, он считал часы. Я про себя улыбнулся, так, чтобы он не заметил. 
Я ведь тоже считал.

- Ладно, только не на мне верхом, хорошо? – ну вот, я уже иду на уступки. Старею потихоньку. 

- Ладно, ладно, - Джи сполз с меня, однако кольцо из рук вокруг моей талии он не расцепил. Надо бы напомнить ему о Лианне. Хотя, вряд ли он забыл.

- Супердебильный план «поговорить с Лианной» всё ещё в силе? – спросил я осторожно. Джи на пару секунд замешкался, а потом, снова вернувшись в своё обычное состояние, яростно закивал.

- Конечно же да! Надо возвращать Майки на место.

- Думаешь, она станет с тобой разговаривать? – честно говоря, как-то совсем не верилось. После всего, что мы друг другу сделали…

- Она станет разговаривать с тобой, - Джи ткнул пальцем мне в грудь, - а ты скажешь ей пойти и рассказать директору правду насчёт Майки. И всё.

- Ты не хочешь, чтобы она и перед тобой извинилась?

- Она извинилась, когда рыдала передо мной.
Чёрт, снова это чувство. Как будто я совсем не знаю Джи. Как будто передо мной неизвестный жестокий человек, готовый ради достижения собственных целей пожертвовать собственной душой. Почему это чувство появляется всё чаще и чаще? Хоть я и понимаю, что чувства к Джи родились отнюдь не только из-за милой мордашки, но всё же…

- Эй, Фрэнки, ты чего заглючил? – участливо спросил Джерард.

- Давай не будем сильно наседать на Лианну, – внезапно даже для себя сказал я. 

- И это мне говорит человек, которого вышеупомянутая барышня почти довела до состояния моего покойного прадедушки, - удивлённо взглянув на меня, ответил Джи.

- Пожалуйста, - блять, это говорю не я, это во мне проснулся любитель щеночков, конфет и радуги, это просто не могу быть я… Но и вести себя, как чёрствая бездушная скотина, я тоже не могу.

… - Давайте только быстро, - раздражённо пробурчала Лианна, закидывая ногу за ногу. Я невольно постоянно смотрел только на её причёску: она всё-таки смогла привести волосы в порядок, и короткая стрижка «под педиковатого мальчика» ей даже идёт. Странно, но из её глаз куда-то пропал тот огонь, который сопровождал каждый её поступок раньше. Теперь я вижу уставшую обычную девушку, а не монстра, скрывающегося за личиной милой девочки. 
Джерард никак не мог согласиться с тем, чтобы просто спокойно поговорить. Из него просто сыпались идеи «охранных чар», то есть, всяких примочек, чтобы, если вдруг Лианна сделает что-то, что ему не понравится, девушка снова получила ментальный пинок под зад. Уэя просто распирало от негодования, когда каждую идею встречал мой отказ.

«Кто ты и что ты сделал с моим Фрэнком?» - вопил Джерард, снова кидаясь на меня и вырывая клоки волос. «Это же Уэй».

- Как я понимаю, Ваше Величество на меня обращать внимание не собирается? – желчно процедил Джерард, испепеляя Лианну взглядом. Сейчас он опять был похож на разъярённого чихуахуа. К счастью, невидимый поводок всё ещё был в моих руках. Лианна фыркнула. Детский сад какой-то, играем в «кто кого дольше проигнорит». Самое смешное, что я здесь в качестве буфера между двумя разъярёнными истеричками.

- Фрэнк, давай говори, что тебе нужно, и разбежимся, - устало проговорила Мейрлен, переводя взгляд с меня на Джи и обратно. Видимо, она хотела его разозлить. Хотелось бы её обрадовать и сказать, что ей это удалось уже давно. 

- Ты пойдёшь к директору и расскажешь всю правду о той истории с Майки. Когда он вернётся в школу, всё будет забыто, - вздохнув, сказал я. 

- Ясно. Хорошо. Я согласна. 

Что тут происходит? Почему Лианна сразу же согласилась? Я глянул на Джи и… 
Меня совсем переклинило. В глазах Уэя будто никогда не было ненависти. Он изучающе смотрел прямо в глаза Лианне, а она смотрела в глаза ему. Они выглядели не как заклятые враги. Скорее, как те, кто пытается показать окружающим, что они заклятые враги.

Да что, блять, за нахуй тут творится?!

- Так, всё, поговорили. Джи, надо наедине, - шикнул я на Уэя. Тот медленно поднял голову, одаривая меня самым развратным взглядом.

- Наедине, говоришь? – Джерард облизнулся и закусил губу. Я судорожно сглотнул. Только не сейчас, только не сейчас… Блять, сейчас.

- Быстро! – сдавленно рявкнул я, схватил Уэя за руку и потащил прочь из кабинета астрономии, в котором мы проводили переговоры, в наш, «проклятый». Не хотелось устраивать шоу для Лианны.

Распахнув дверь и встретившись глазами с сидящим на одной из парт Рэем (сволочь, сразу захихикал, когда нас увидел), я протащил Джерарда за пустые шкафы, там вроде как есть укромное место.

- Ой, а наш Фрэнки, кажется, заводится всё чаще и чаще, - специально прижимаясь ко мне, выдохнул мне в ухо Джерард. Когда-нибудь я его убью. 

- Послушай, это случайность и скоро пройдёт. Я тебя сюда не поэтому притащил, - прошипел я, пытаясь отстраниться, - Рэй же всё слышит.

- Ничего он не слышит, - прошелестел Джерард и крикнул громко: - Правда, Рэй?

- Я ничего не слышу, - последовал ответ. Они все сговорились, что ли?

- Всё равно, - не унимался я, - ты что-то от меня скрываешь, и мне это не нравится.

- Да, прости, - (я чувствую подвох), - я не сказал тебе, что на мне сегодня трусики с Бэтменом…
«Это же Уэй».

- Блять, я серьёзно, - недовольно пробормотал я, глядя в глаза Джи. Вроде моё маленькое недоразумение прошло само собой, когда я вновь вспомнил тот Джерардов взгляд в глаза Лианне.
Тот молчал.

- Я же видел, как ты смотрел на Лианну. Просто скажи, ты же знаешь, что я всегда тебя пойму и поддержу.

- Не поймёшь, - тихо сказал Джерард, опуская взгляд. Шутки кончились.

- А ты расскажи. И тебе легче станет, - кажется, я начинаю брать пример с Алекса.

- Не станет.

- Джерард мать твою Уэй, ты же сам говорил, что веришь мне! – начал повышать голос я. Я эгоист? Странно, что для кого-то это новость.

- Ты не понимаешь! – закричал Джи. Я словно язык проглотил. У него ведь действительно что-то случилось, судя по всему. Он пытался заткнуть и себя, и меня шуточками, но ничего не вышло. А всё из-за того, что я упёртый, как осёл, дебил. Осёл-дебил. А Джи продолжил, что было крайне неожиданно:

- Я не хотел, чтобы ты узнал. А Лианна… Я не знаю, как она догадалась. Может, у Майки выспросила. Я не знаю. Я не хотел тебя огорчать лишний раз, поэтому согласился на Лианнины условия. 

Что? Почему я опять где-то мимо? Чёрт, это и злит, и расстраивает одновременно. Я посмотрел Джерарду в глаза. В них было извинение. Вина. Он боялся сказать мне что-то. Он, Джерард Артур Уэй, человек без комплексов и проблем, боялся что-то мне сказать и за моей спиной сговорился с Лианной. А я совершенно запутался.

- В смысле? – вздохнув и потерев пальцами виски, спросил я.

- Она сказала, что если ты будешь молчать и пойдёшь на переговоры с ней, она не проболтается. Для неё признаться в том, что произошло с Майки – пустяк, ей всё простят, как и всегда. Но безопасность после того, что мы сделали с её волосами, ей сейчас дороже. Я…

- Что она не должна была мне сказать? – неожиданно резко даже для меня спросил я. Джи измученно посмотрел на меня, но потом, видимо, всё для себя решив, произнёс:

- Я уезжаю. Скоро. Навсегда.

Внутри что-то оборвалось.