Часть 4
— Добрый день, учитель Бан, я бы хотел с вами поговорить, — неуверенно начал Чонин.
Учитель Бан поднял взгляд от бумаг и улыбнулся.
— Привет, Чонин, да, конечно, проходи, присаживайся. Что случилось?
Чонин присел на стул и немного помедлил, собираясь с мыслями.
— Учитель, я хотел бы предложить создать учебную группу для подготовки к выпускным экзаменам. Мне кажется, что если мы будем заниматься вместе, то сможем лучше подготовиться и подтянуть свои знания.
Бан Чан внимательно выслушал Чонина и улыбнулся.
— Чонин, это отличная идея! Я очень рад, что ты проявил такую инициативу. Это очень ответственный шаг, и я уверен, что такая группа будет полезна для многих учеников. Я сделаю всё возможное, чтобы помочь тебе в этом. Нужно только обговорить это с директором.
— Благодарю, учитель!
В это же время в выпускном классе средней школы.
— Ты сама готова раздвигать ноги перед ещё большими ублюдками, а сейчас издеваешься над Сухён? — едко ответила Рюджин. — Поэтому лучше молчи, тебе так идёт больше.
— Ах ты, сука, — процедила Миён и начала надвигаться на собеседницу. — Как ты смеешь...
В этот самый момент в класс вошла главная героиня скандала. Воцарилась тишина.
«Господи, ну почему это происходит?» — вздохнула она и направилась к своей парте. «Меньше всего сейчас хотелось, чтобы на меня обращали столько внимания.»
Блондинка, словно забыв о перепалке с Рюджин, подскочила к парте Сухён, засыпая её вопросами:
— Что ты вчера делала на крыше? Что тебе сказал Хёнджин? Ты что...
— Миён, прошу... Иди нахер. У меня был ужасный день, и последнее, чего я сейчас хочу — это выяснять с тобой отношения.
Миён злобно сверкнула глазами:
— Вы с новенькой совсем страх потеряли? Сначала она тебя защищает, а ты... Неважно. Я тебя только предупрежу... Не смей подходить к Хёнджину, нищенка!
Чха поднялась из-за парты, стараясь сохранять спокойствие:
— Миён, я и не подхожу к нему. Если ты так рвёшься к нему в кровать, я тебе мешать не буду. Мне плевать на твоего Хёнджина, он — последний человек, с которым я бы хотела контактировать и пересекаться. Поэтому по своей воле я к нему не подойду. Прошу, просто отвали от меня и дай подготовиться к уроку.
Одноклассница, вероятно, собиралась ответить, но прозвенел звонок. В кабинет вошёл учитель Бан. Если бы это был другой преподаватель, школьники могли бы и не обратить внимания, но Бан Чана уважали и побаивались. Проблем не хотелось никому.
— Всем здравствуйте. Начнём наш урок.
Для многих этот урок тянулся вечность. Большая часть класса ничего не понимала и откровенно бездельничала, а те немногие, кто хотел что-то понять, внимательно слушали. Для тех, кто хорошо знал тему, занятие пролетело незаметно.
Заметив состояние девушки, учитель обратился к ней:
— Сухён, тебе холодно?
— Да, немного прохладно. Извините, у меня такое бывает из-за стресса. Завтра будет лучше, — ответила Чха.
Бан Чан кивнул в ответ, не вдаваясь в подробности.
После уроков объявили, что всех учеников вызывают в актовый зал на учебное объявление на новый учебный год.
Актовый зал как всегда гудел. Ученики занимали места, переговариваясь и крича. На сцене стоял директор школы, поправляя микрофон, и откашлялся, привлекая внимание.
— Добрый день, ученики! Рад приветствовать вас в новом учебном году! Надеюсь, вы хорошо отдохнули и готовы к новым знаниям и свершениям. Этот год обещает быть насыщенным и интересным.
Директор произнёс ещё несколько дежурных фраз о важности образования, хоть он и понимал, что большей части учеников было на это откровенно плевать.
— И сейчас я хотел бы пригласить на сцену нашего лучшего ученика, Хван Хёнджина!
Зал взорвался аплодисментами. На сцену, с лёгкой улыбкой, поднялся высокий парень, Хёнджин как всегда излучал уверенность и харизму.
— Хёнджин, поздравляю с твоими выдающимися успехами! Что бы ты хотел сказать своим одноклассникам, другим ученикам и учителям? — спросил директор, протягивая ему микрофон.
Хван поправил школьный пиджак и обвёл зал взглядом.
— Спасибо, директор. Для меня большая честь снова стоять на этой сцене. Я очень рад, что смог оправдать ожидания и снова занять первое место. Хочу поблагодарить всех учителей за их труд и поддержку, а также своих одноклассников.
Он сделал небольшую паузу, улыбнувшись:
— Я уверен, что в этом году нас ждёт ещё больше интересных вызовов и возможностей. Готов работать вместе с вами и дальше!
Зал снова зааплодировал. Хёнджин поклонился и вернулся на своё место, провожаемый восхищёнными взглядами девушек и парней.
Сухён наблюдала за ним. Весь зал, казалось, был очарован этим парнем, его уверенностью и обаянием. Но она видела другое. В его глазах, в едва заметной ухмылке, девушка читала хитрость и расчётливость.
«Все так восхищаются им и верят ему,» – подумала она. – «А у него прямо на лице написано, что он делает всё только себе во благо.» Эта мысль заставила её почувствовать себя неуютно, словно она единственная видит то, что скрыто от остальных.
— Ты тоже это видишь? — тихо спросила Рюджин, наклонившись к Сухён.
— Что?
— То, как он смотрит на всех. Словно он тут главный... Хотя, он, наверное, себя таковым и считает, — ответила Рюджин, бросив взгляд на Хёнджина. — Мы вчера так и не поговорили. Что он тебе сказал? Что он сделал твоему брату?
Сухён вздохнула, понимая, что разговора не избежать.
— Он сказал, чтобы я возвращала ему долг брата. И если я не верну, то когда Сухо выйдет из тюрьмы, ему будет ещё хуже.
— Каким образом ты должна вернуть ему долг? Деньгами?
— Не знаю. Он не сказал.
Рю повернулась к подруге лицом, обеспокоенно взяв её за руки.
— Сухён, я помогу тебе. Он явно будет требовать не только деньги. Послушай...
Но не успела Рюджин закончить фразу, как Сухён поймала на себе пронзительный взгляд Хёнджина. Она перебила подругу, стараясь говорить ровно:
— Всё хорошо, Рю. Всё нормально. Я разберусь, и если что-то случится, скажу тебе, хорошо? — сказала она, глядя в глаза Рюджин, но посылая вызов Хвану.
«Пошёл к чёрту. Я не уступлю тебе. Все верят тебе и чуть ли не поклоняются. Ты не дождёшься этого от нас... от меня, ублюдок,» — подумала брюнетка, сжимая кулаки.
Шин нахмурилась, чувствуя напряжение, но кивнула, решив не давить на подругу.
— Ладно, если что — сразу говори, ладно? Не вздумай решать всё сама.
— Хорошо, обещаю. Пошли лучше поедим, а то я умираю с голоду, — ответила школьница, стараясь сменить тему.
Подруга с сомнением посмотрела на неё, но согласилась.
В столовой царил обычный школьный хаос. Ученики толпились у раздачи, громко переговариваясь. Сухён и Рюджин взяли подносы и встали в очередь.
— Что будешь брать? — спросила Шин, рассматривая меню.
— Не знаю ещё. Наверное, что-нибудь простое. Рис с курицей, может быть?
— Лучше возьми суп. Он сегодня вроде неплохой. И салат обязательно, — посоветовала Рюджин.
— Ладно, уговорила, — улыбнулась Сухён.
Взяв еду, они принялись искать свободный столик.
Директор откинулся в кресле, устало потирая переносицу. На столе возвышалась стопка заявлений, а в воздухе висел терпкий запах кофе. Перед ним сидел Бан Чан, спокойный и собранный, как всегда.
— Чан, я понимаю твоё стремление создать эту учебную группу, — начал директор. — Но пока что желающих совсем немного.
— Сколько нужно, директор? — спросил Чан, не теряя надежды.
Он вздохнул.
— Четыре человека. Если наберёшь хотя бы четверых учеников, готовых серьёзно заниматься программе, я официально утвержу группу. Иначе... извини.
— Если так случится, то я не смогу быть их куратором? - спросил Чан
— Если так случится, то нет. А так, если наберется нужное количество учеников, ты сможешь быть их классным руководителем, им выделят кабинет, а главное, я может, вы поднимите успеваемость в школе, хотя бы некоторых учеников.
Бан Чан выдохнул.
— Я понял. Сделаю всё, что в моих силах, — уверенно произнёс Чан, поднимаясь со стула. — Спасибо за шанс, директор.
Он кивнул, провожая его взглядом.
«Нужно найти Чонина и рассказать ему, если он найдет четырех человек, то группу утвердят».
— Чонин, привет. Есть хорошие новости, — сказал Чан, обращаясь к Чонину.
Чонин, увидев учителя, слегка смутился и попрощался с одноклассником.
— Здравствуйте, учитель Бан. Что-то случилось?
— Нам нужно четыре ученика, чтобы группу утвердили. Если получится набрать их, я смогу быть вашим классным руководителем и вам выделят кабинет!
Глаза Чонина загорелись.
— Вот это да! Это здорово! Я могу помочь?
— На тебя вся надежда, Чонин. Поговори с ребятами, поспрашивай, кто заинтересован.
— Обязательно, учитель! Я постараюсь! — заверил его Ян, сияя от радости.
Сухён листала учебник по истории, а Рюджин увлечённо читала какой-то роман. В библиотеке было тихо и спокойно, лишь изредка слышалось шуршание страниц.
Внезапно к ним подбежал запыхавшийся Чонин.
— Рюджин! Сухён! У меня отличные новости!
Девушки удивлённо посмотрели на него.
— Что случилось? — спросила Рюджин, откладывая книгу.
Парень перевёл дыхание и выпалил:
— Учитель Бан поговорил с директором по организации учебной группу. Если наберём четырёх человек, он будет нашим классным руководителем, и нам дадут отдельный кабинет!
— И что с того, нам то какое дело? — скептически спросила Шин.
— Так вот! Он попросил меня помочь ему найти желающих, мне кажется, вам это было бы интересно! Вы же обе умные и способные! К тому же это отличная возможность учиться здесь хоть как-то.
— Углублённое обучение, говоришь? Это значит больше заданий и меньше свободного времени? — уточнила Рюджин, на что парень согласно кивнул.
Шин пожала плечами.
— Ну, не знаю... Решай ты, Сухён. Если ты согласишься, я тоже пойду. Все равно, вдвоем будет не так скучно в этом аду, - подмигнула она.
Сухён до этого времени будто не замечала Чонина, погруженная в свои мысли. Она подняла глаза и встретилась с его умоляющим взглядом. Она вздохнула. Действительно, углубленное обучение может стать отличной подготовкой к выпускным экзаменам. Да и, чего греха таить, дома в последнее время ей становилось все хуже и хуже. А так хоть какое-то отвлечение.
Брюнетка уже открыла рот, чтобы сказать «Да, почему бы и нет», как вдруг снаружи раздался шум, крики, звук ударов. Все трое подскочили и выглянули в окно.
На улице разгоралась драка. Какого-то парня, прижатого к стене, избивали двое. Сухён застыла на месте, парализованная страхом. В голове мгновенно всплыло лицо брата, искаженное яростью, и воспоминания о недавнем дне, когда его арестовали за попытку убийства. Сердце бешено колотилось, она не могла дышать.
Рюджин, не раздумывая ни секунды, бросилась к двери.
— Чонин, пошли! Нельзя их оставлять!
Чонин, хоть и немного испугавшись, последовал за ней.
— Да, нужно помочь!
Они выбежали из библиотеки, а Чха осталась стоять у окна, неподвижно наблюдая за происходящим. Паника сковала её, лишив возможности действовать. Она лишь смотрела, как Рюджин и Чонин кидаются в гущу драки за какого-то незнакомого парня, пытаясь оттащить нападавших. Ноги подкашивались. Она хотела закричать, остановить их, но не могла вымолвить ни слова. В груди поднималась волна вины и бессилия. Сухо нужна была помощь, а она..., и вот снова... она просто стоит и смотрит.
«Черт, черт... Что со мной? Почему меня трясет? Нет, нет, если у меня начнется это прямо в школе... Блять, мне нужно срочно выпить таблетки!» - пронеслось в её голове.
Девушка развернулась и побежала в сторону рюкзака.
— Они закончились... Твою мать, нужно умыться!
Добежав до раковины, она чуть ли не сбила с ног нескольких человек. Сухён шла как не в себе, будто её здесь и нет. И каким было её счастьем, когда в туалете никого не оказалось.
— Слава богу, никто не должен этого видеть. Таблетки как назло закончились, сука!
Девушка поднесла ледяную воду к лицу, пытаясь успокоиться. Но руки дрожали, а в голове пульсировала мысль о брате, о драке и просто обо всем.
Через минуту школьница сползла по стенке на пол, обхватывая себя руками. Закрыла глаза и постаралась выровнять дыхание.
«Вдох... Выдох... Вдох... Выдох...»
Так она просидела какое-то время, пока дрожь немного не утихла.Наконец, девушка встала, посмотрела на себя в зеркало.
«Какой кошмар, я как из могилы вылезла.»
Выйдя из туалета, Сухён заметила Сынмина. Он помахал ей, но брюнетка, не желая с ним разговаривать, развернулась и пошла в противоположную сторону.
«Какого хера он там стоял, прошу пусть это будет случайностью...»
Но это не была случайность. Не успела она сделать и нескольких шагов, как чья-то рука схватила её за локоть и затащила в какую-то каморку.
— Эй, ну-ка отойдите от него! Какого хрена вам надо? – крикнул Чонин.
— Кто вы такие? – крикнул пацан.
— Ха, зря ты отвлекся, – усмехнулся парень, ради которого они и выбежали на школьный двор.
Он вырвался и со всей силы ударил хулигана перед собой. Хотя, раз парень сам взялся за драку, то и сам не лучше. Но Рюджин и Чонин тоже были тут...
«Черт, черт...»
Каким-то чудом им удалось отбиться от двух придурков. Пара повернулась к незнакомому парню и спросила:
— За что они тебя так?
— Да просто так, – пожал он плечами.
«Просто так?» – подумал Чонин, недоверчиво глядя на него.
— Я сказал им, что они слабаки, и после этого они накинулись.
«Ещё бы, тут же все отбитые,» – подумала Рю, закатывая глаза.
— Ах да, спасибо вам! Теперь мы друзья! – засмеялся парень, протягивая руку. — Меня зовут Хан Джисон, а вас?
— Ай, что вам нужно? – произнесла Сухён, обращаясь к тому, кто её затащил в каморку.
«Что за ублюдок?» – промелькнуло в ее голове. Но через секунду ее больно впечатали в дверь, и она услышала щелчок замка. «Ай, черт!»
Сухён хотела уже накричать на того, кто стоял перед ней, но когда подняла глаза, увидела чью-то грудь, а после посмотрела выше. Из-за приглушенного света она различила силуэт, но, к её несчастью, она узнала бы его из тысячи.
— Хёнджин...
— Привет, моя малышка, я думал, мы договорились... – промурлыкал он, наклоняясь к ней и встречаясь взглядом. — Сухён, зачем ты надела кофту? Сегодня довольно тепло... А если ты замерзла, я могу тебя согреть.
— Обойдусь, я уже согрелась, – ответила девушка, кладя руки ему на грудь. — Что ты хотел? Что, больше не нашлось места для разговора?
— Малышка, по-моему, я предупреждал тебя, чтобы ты разговаривала со мной более уважительно...
Не успел Хван закончить, как Чха перебила его. Она помнила, чем все закончилось, но ей опять же было плевать. За эти два дня Хёнджин знатно успел её выбесить.
— По-моему, ты говорил, что не тронешь меня, так чего? Говори, что ты хочешь за плату долга?
— Так сразу? Я думал, мы ещё мило поболтаем, – усмехнулся Хёнджин, но через секунду его глаза холодно блеснули, отчего девушка немного стушевалась. — Почему закрыла метку, которую я тебе подарил?
— Потому что я не собираюсь показывать всем то, как будто я принадлежу тебе, – выдохнула девушка, немного подрагивая от этой давящей, немного интимной что ли, атмосферы.
«Почему мне так жарко? Тут слишком мало места... для нас двоих, и этот огромный стол,» – подумала Чха, чувствуя, как сердце начинает биться чаще.
В следующий момент Хёнджин прикоснулся к краю её кофты и, воспользовавшись замешательством девушки, стянул её и бросил на пол.
— Что ты творишь?! — чуть ли не закричала Сухён, но он заткнул ей рот рукой, а другой перевернул её к столу.
— Помолчи, а то нас могут услышать, и у тебя будут проблемы, — сказал он, убрав руку.
— У меня? — переспросила она, не веря своим ушам.
Хёнджин ничего не ответил. Он подхватил её за бедра и усадил на стол перед собой, за счет чего немного уменьшил разницу в росте.
«Малявка,» — подумал он хитро щурясь, рассматривая её испуганное лицо. «Да она сейчас расплачется, ммм, я бы хотел посмотреть на это.»
Сухён, осознав, что происходит, начала дёргаться. Она пыталась вырваться из его захвата, но Хван одной рукой прижал её руки над головой, а другой схватил за бедро и немного приподнял юбку.
— Если ты закричишь, долг брата увеличится вдвое, — произнёс он с холодной усмешкой, глядя ей в глаза.
Чха замерла, ощутив, как по спине пробежал холодок. Ей не верилось, что это происходит именно с ней, здесь, в каморке школы.
«Я не хотела, чтобы меня изнасиловали в этой заднице,» — мелькнуло у неё в голове. Мысли о том, как её жизнь может измениться в один миг, вызывали панику.
Хёнджин, наслаждаясь её испугом, начал играть с краем её юбки, потянув его чуть выше.
— Знаешь, — произнёс он, — это может быть весьма весело, если ты немного расслабишься.
Сухён почувствовала, как внутри неё нарастает ярость и страх, но она знала, что сейчас нужно сохранять спокойствие, он же не тронет её? Он же обещал? Ей нужно было найти способ вырваться из этого капкана, прежде чем всё выйдет из-под контроля.
— Ты не имеешь права... — выдавила она, стараясь сохранить хоть каплю достоинства.
— Не имею? — Хёнджин наклонился ближе, его лицо стало совсем рядом. — Твой брат позволил мне это сделать, когда согласился на сделку.
— Нет, мой брат бы этого никогда не позволил! Ты обманул его, Сухо никогда бы не согласилась на такую сделку! — воскликнула она, стараясь выглядеть уверенно.
— Ты уверена? Хорошо ли ты знаешь брата? — Хёнджин наклонился ближе, его голос стал тихим и угрожающим. — А ты знала, что изначально было условие: если он не справится, то я заберу тебя к себе на один вечер? И знаешь, что? Он согласился. Да, видимо, был настолько уверен в своих силах. Ну что, на что-то же нужно было жить после смерти родителей, верно?
Услышав про родителей, Чха взбесилась. Не контролируя себя, она пнула его по ноге, целясь в колено. Но он перехватил её и резко закинул бедро девушки к себе на плечо.
— Если ты закричишь, долг брата увеличится вдвое. А в данный момент расплачиваешься ты, — произнес он, с ухмылкой глядя ей в глаза. — Советую подумать дважды.
— Я ненавижу тебя... — выдавила она, стараясь сохранить своё сознание.
— Нет, тебе это нравится! И потом ты будешь только рада, когда я буду зажимать тебя в таких подсобках и затыкать твой рот, — произнес Хван с наглой усмешкой.
Не успела девушка ничего ответить на эту фразу, как Хёнджин припал к её бедру. Он обхватил кожу губами, слегка прикусывая. Девушка вздрогнула от неожиданности. Он с силой втянул кожу, оставляя багровый след. Он сосал и кусал, пока не почувствовал, что на её бедре образовался отчетливый засос. Парень довольно долго делал это, наслаждаясь её страхом. Когда он наконец оторвался, начал любоваться своей меткой.
— Ты мерзкий! Не можешь по-другому показывать это? Пытаешься утвердиться за мой счёт? Ты что, давно никого не трахал или тебе просто не дают? — выпалила брюнетка с презрением.
Хван разозлился. Он ударил со всей силы по столу, и Сухён немного вздрогнула, но не отвела взгляд. Вместо этого она посмеялась над ним, сказав:
— Сволочь.
— Цена такова: ты весь этот учебный год принадлежишь мне. Если я тебя позову к себе, ты должна прийти. Если я попрошу уйти с урока, ты уйдёшь. Понятно? — произнёс блондин с холодным спокойствием, не оставляя ей выбора.
В уголках её глаз начали собираться слёзы. Сначала маленькие и незаметные, а потом всё больше и больше, пока не потекли по щекам, оставляя мокрые дорожки. Хёнджин с удовольствием наблюдал за этим.
— Вот так-то лучше, — прошептал блондин, ухмыляясь. — Мне нравится смотреть, как ты плачешь.
Хван, немного отодвинувшись, повернул щеколду, что означало открытие двери и окончание разговора, и посмотрел на Чха.
— Ты уже принадлежишь мне, — сказал он, схватив её за руки. Парень чуть ли не скинул девушку со стола и толкнул к двери.
Чха снова больно ударилась о неё и буквально выпала из помещения, оказавшись на полу посреди коридора. Здесь уже собралось достаточное количество учеников. У всех на глазах красовался засос Хёнджина, который он оставил ещё вчера. Если посмотреть на её ногу, то можно было увидеть свежий отпечаток его поцелуя на её теле.
— Оу, а я думал, она приличная, а она та ещё шлюха, — сказал какой-то парень, на что другой его поддержал:
— Ага, интересно, с кем она там была?
Девочки начали перешептываться и тыкать пальцем в Сухён. В этот момент из каморки вышел он — Хёнджин. Все сначала недоуменно смотрели то на него, то на неё. Конечно, он был в восторге от такого внимания, но вот девушка сидела и не понимала, что ей делать. Сейчас она выглядела как жалкая подворотная девчонка.
«Он... он издевается, он специально сделал это, блять,» — пронеслось у неё в голове. Школьница схватилась за голову, тяжело дыша. — «Черт, мне опять плохо.»
Хван вальяжно вышел из помещения и подошёл к девушке, кинув ей её кофту.
— Я буду ждать тебя завтра, моя малышка, — сказал бритоголовый с ухмылкой.
После этих слов он развернулся и ушёл с Сынмином куда-то дальше по коридору.
Среди собравшихся учеников начался шёпот. Кто-то из девочек, сжимая губы, прошептала:
— Неужели она правда с ним встречается?
— Да она же просто игрушка для него, — добавил другой парень, указывая на Сухён.
Чха почувствовала, как на неё обрушивается волна насмешек и осуждений. Ей стало невыносимо тяжело, но не от них, а скорее от самой себя, и она, стараясь скрыть лицо, быстро натянула кофту, поднявшись с пола, и направилась в сторону улицы.
«Я хочу домой, мне нужно домой, Сухо о чём ты думал?»
— Сухён? — спросила Рюджин, глядя на состояние подруги. — Сухён, что случилось?
Не успела она подойти к подруге, как Чха подошла к стене и скатилась по ней на пол, отключаясь.
— Сухён!