Шпионы
33:41 - 34:58. Пастор Протива.
Вифлеем. Гус спускается с кафедры (очевидно, после проповеди). Улыбается.
Голос из толпы: Отец, в Пльзене наш пастор запрещает нам читать Священное Писание. (Улыбка исчезает с лица Гуса.) Достаточно того, что он нам говорит.
Гус (строго): У вас есть Писание на чешском языке?
Голос: На немецком.
Гус: А ты понимаешь?
Голос (мы видим, что это бедно одетый старик): Я учусь. Пастор утверждает, что после рукоположения священник становится Сыном Божьим. (Старик иронично машет руками.) И что на каждой мессе он творец тела Бога.
Гус: Это большое заблуждение. (Старик смеется, все смеются.) Настолько большое, что я заставлю написать его на стене часовни в качестве предупреждения. И не стесняйтесь сказать пастору, чтобы он сделал одну большую коричневую кучу. Тогда, возможно, он и будет творцом*. (Все ржут. Становится видно, что за спиной Гуса стоит какой-то закукленный** чувак и записывает за Гусом.) Если бы Папа повелел мне дуть в свисток, построить башни, ткать ткани, шить одежду или тряпки, разве я не пришел бы к выводу, что Папа заказал глупость? (Все кивают.) Почему бы мне не предпочесть свое мнение по этому поводу заявлению Папы***? (Обращается к закукленному.) Запишите это и отнесите на суд архиепископа, "Куклик".
Закукленный удивляется и пятится. Прихожанин, одетый в университетскую накидку (препод), срывает с закукленного капюшон.
Препод: Смотри, это пастор Протива из Поржича! (Раскукленный убегает.) Привет, брат!
* И снова Гус сквернословит при исполнении служебных обязанностей. И снова я обращаю ваше внимание на то, что мне за упоминание этого факта прилетало от «поклонников» выдроченого хрен знает откуда образа Гуса, что вдвойне тупо, так как учитывая мой публицистический стиль заподозрить меня в презрении к табуированному «в приличныом обществе» юмору очень сложно.
** Закукленный от слова «куколь» — монашеское одеяние.
*** О как часто сегодня можно услышать этот аргумент от католических священников! Причем используют они его, как не смешно, в рамках апологетики! То есть когда очередной тролль выкатывает, как ему кажется, свежий и гениальный аргумент, что мол «вот у вас у священников католиков вертикаль власти своего мнения нет что скажут то и делаете какую-бы фигню не сказали сделать азазазаза» они отвечают вот этой сентенцией Гуса, что даже если Папа Римский скажет им делать какую-то фигню — то они предпочтут действовать по-своему, и что раз пока что они слушаются Папу, то потому, что Папа пока что фигни не говорит. (Вот это поворот, правда? Прыжок веры как он есть.)
Что мы здесь видим.
Функционально сцена двигает сюжет в сторону «за Гусом следят, на него стучат, он об этом знает, что-то сейчас будет». Кстати, за Гусом записывали не раз и гражданские тоже, и да — он это видел. В этой сцене разыгрывается так сказать последнее конспектирование. Также эта сцена расширяет образ трясущегося монаха — теперь мы знаем, что это пастор Протива из Поржича и что он не только конвентуальный священник и близок к церковной верхушке Чехии, но и шпион. Кстати, шпионом он был еще в Домовые Войны — так что это старый профессиональный разведчик, верный королю Вацлаву.
По эмоциональному посылу мы видим, что Гус крут и дерзок. Степень крутости Гуса определяется вашим отношением к фекальному юмору и его уместности.
Но большая часть сцену отведена так сказать историческому лекбезу. Нам показывают, что даже бедный старик в Чехии того времени: а) мог добраться от Пльзени до Праги без проблем и б) умел читать на чешском, имел возможность изучать немецкий, имел время изучать и доступ к Писанию. Это все говорит о безопасности и дешевизне перемещения по стране и о том, что даже бедный работяга был грамотен и имел свободное время и возможность изучать дополнительный язык и Писание, при том, что в других королевствах грамотность и возможность получать образование были доступны только богачам и клиру. Даже если это был ряженый шпион провокатор — эта его легенда не вызывала подозрений у окружающих.
34:58 - 36:20. Пятьдесят оттенков сапога.
Резиденция архиепископа. Видим крупным планом раскрытого Противу.
Протива: Отец архиепископ, вы должны знать, что если за жалобой стоят не все, то большинство пасторов. И прелаты. Вифлеемский проповедник презирает церковь*.
Заяц разворачивается и быстрым шагом подходит к Противе**, сурово смотрит в глаза снизу вверх, берет листы, снова сурово смотрит.
Заяц: Учту.
Заяц садится за стол. Кбель показывает зайцу рисунок на стене.
Кбель: Эту картинку представил ваш предшественник Ян Йенштейн в своем видении. Дьявол хочет у церкви, представленной Святым Отцом, вырвать признаки власти. (Заяц дрыгает ножкой с непробиваемым милитари фэйсом.) Это все еще актуально***.
Заяц встает и подходит к образу.
Кбель (артистично втирает, а у Зайца парад эмоций): Отец архиепископ, король действовал под давлением Виклефистов. Это работа Гуса! Он послал немецких мастеров из Праги продвигать виклефизм как священное учение в университете! Гус. Туда направьте свой гнев. Орден и верные пасторы поддержат вас. Вы заслуживаете мира в стране! Это будет оценено Святым Отцом, будь то Рим, Авиньон или Александр. А потом и королем.
* Здесь мы имеем т.н. эффект Кулешова. В предыдущей сцене нам показали пример одного из высказываний Гуса, где он обвиняет (обоснованно) другого священника в ереси циничным образом. В этой сцене нам сообщают, что большинство священников против Гуса, так как он не уважает церковь. Создается впечатление, что все священники обиделись на такую вот справедливую критику и что Гус один честный, а все остальные дураки и сволочи. Хотя этого никто не заявлял. Это эффект монтажа. Так что даже не наврали, но искусно создали зрителю впечатление, что он понял ситуацию. Такое упрощение, конечно, является технической необходимостью, чтобы не раздувать сценарий. На деле было так: и вправду были собраны все жалобы на Гуса и их было много. Но. Надо учесть, что это были жалобы за последние 10 лет и по самым разным поводам. Например, как вы уже надеюсь запомнили, Гус 8 лет работал инквизитором, 4 из которых гиперактивно работал, чем нажил себе много врагов среди разоблаченных им мошенников и местных лордов, которые потеряли некоторые доходы от его разоблачений и настраивали работающих на их территории священников против него. Еще Гус, как вы помните, был не просто популярным шоуменом, но и пропагандистом на королевской ставке — его зарплата, как проповедника Вифлеема, была в три раза выше, чем у любого другого проповедника, плюс Вифлеем был огромной часовней, куда вмещалось много прихожан, в том числе туда ходили богатые спонсоры. То есть были священники в Праге, которые даже не то что завидовали его популярности и зарплате, а просто (оправдано) считали нечестным то, что их коллеге король дал такие две форы, сделав равную конкурентную борьбу с ним невозможной. То есть их претензии были не лично к Гусу, а к королевской системе распределения, выражением которой был Гус. Ну и классика — священники и прелаты, являвшиеся и работавшие на церковных феодалов не любили Гуса ровно также, как и любого другого работающего на короля священника. Зайца, как можно догадаться, они не любили еще больше, потому докопаться до Зайца через одного из его лучших сотрудников, которым являлся Гус — было для них само собой разумеющимся.
** Зацените, как Льненичка держит подол рясы, поднимаясь по лестнице — приятно видеть, что даже такие детали схвачены. Даже сами монахи в первые два года ношения рясы не так ловко с нею управляются :D
*** Подробнее об этой картине и всем вокруг нее можно почитать у меня тут: https://www.wattpad.com/1286978561-wenceslas-iv-in-narrative-sources-the-vision-of
Что мы здесь видим.
Нам наконец показали, как Кбель манипулирует. До этого у него, скорее, просто было «свое мнение», но теперь мы видим, что он очень в чем-то заинтересован и давит на эмоции и играет с Зайцем, как Гус с Зофьей.
Именно здесь прямым текстом, из уст Кбеля, мы слышим ультимативный аргумент, способный убедить в чем-то Зайца (который до этого скорее раздражен тем, что ему что-то втирают и испытывает «гнев», справедливо направленный на тех, кто на него давит по поводу Гуса). «Вы заслуживаете мира в стране! Это будет оценено Святым Отцом, будь то Рим, Авиньон или Александр. А потом и королем.» Прямым текстом озвучено, что цель у Зайца и Вацлава одна — мир в Чехии. Ну и немножечко элемент желания Зайца, что называется, быть принятым парентальной фигурой, будь то Папа или король (что, кстати, совпадает с моим пониманием Зайца, как исторической личности, о чем вы, возможно, уже читали здесь).