Глава 19. Флот
Ивар
Мы шагнули через дверной порог и оказались рядом с прибрежным городом, зажатым между горами и внушительного размера бухтой, а также защищенным валом. Есения покрутилась на месте и с удивлением смотрела на пейзаж, простирающийся перед нами. Зрелище захватывало дух даже у меня. Сотни кораблей, чьи паруса слегка трепал ветер, а лазурная вода плескалась о борта. Их носы были украшены резными столбами, увенчанными звериными головами с открытыми пастями, поверхность покрывал сложный узор из переплетенных фигур животных и лент.
Берег был усыпан пристанями и причалами. Несколько небольших кораблей вытащили на покатый берег, большие – пришвартовали к столбам, стоящим в неглубокой воде. Разносился стук молотков. Из небольшой лодки, только что подплывшей к берегу, мужчина выгружал свежий улов рыбы.
— Повезло, — сказал Локи, засовывая руки в карманы. — Нас выбросило на границе.
Он цепко всматривался в небо в поиске воронов Одина.
— Границе чего?
Даже претерпевая трансформацию, Есения не изменяла своему любопытству.
— Муспельхейма и Хельхейма. Можно сказать срезали.
Есения воззрилась на горы вокруг города. Видимо, ожидала увидеть извергающиеся вулканы и реки лавы, ведь Муспельхейм считался миром огня, но все это находилось в глубине царства этинов. Там постоянно жарко и душно, воздух горячий, а города построены прямо в горной породе. Мир в черно-оранжевых красках. Сомневаюсь, что ей там понравилось бы. На землях Сурта комфортно себя ощущали только сами этины. Но на границе располагались города, подобные этому, около которого нас выбросил Иггдрасиль. Здесь всегда тепло, много морской живности, местные жители обильно питаются морепродуктами и выращивают неплохой урожай.
Сначала нам предстояло заглянуть на пристань. Люди курсировали туда-сюда, слышалась грубая речь, каждый был занят делом. Взгляд сам собой цеплялся за огромный корабль, предназначенный как для хода под парусом, так и для гребли. Он выделялся среди остальных не только размерами, его корма выглядела как чешуйчатый бок Йормунганда и сверкала на солнце. И прошу заметить, никаких ногтей мертвецов. Как люди только придумали это?
— Нагльфар, — тихо сказал Альвар.
— Это он? — спросила Есения, уставившись на знаменитый корабль из мифов. — А как на нем поплывут все воины? Сомневаюсь, что этого хватит, чтобы взять Асгард.
— Никак, — безразлично ответил Локи. — Нагльфар — это название флагманского корабля и всех остальных под его командованием.
Ее глаза округлились, теперь Есения уставилась на залив совсем по-другому. Флот состоял из двухсот военных кораблей плюс небольшие суда на тридцать и двадцать пар весел, а также лодок с продовольствием. Одно дело одинокий Нагльфар, к которому сейчас как раз направился Локи, а другое — такой флот, рассчитанный на великанов.
К тому же бог огня и озорства часто тащил сюда какие-то разработки и технологии из Мидгарда, в попытке не просто доплыть до Асгарда в дни Рагнарёка, а придумать, как сделать флот грозной силой. Единственное, в чем Локи не преуспел, это порох, который тут никак не хотел загораться. В какой-то момент бог просто плюнул на эту затею. По старинке, так по старинке. И все равно смог найти, причем совершенно случайно, кое-что другое, что горело, но для пушек не годилось. Как раз на Нагльфаре хранились бочонки со смесью разных веществ. Уж не знаю, что Локи туда напихал, но воняло серой и магией. На каждом бочонке были написаны руны огня и разрушения.
Не сразу, но я заметил свой драккар, украшенный резьбой и столбом с волчьей позолоченной головой. Повезло, корабль был как раз пришвартован. Вместе с Хати я направился туда, пока Локи разговаривал с мужчиной, покрытым множеством татуировок в морской тематике, а Сколль на всякий случай сторожила Есению и Альвара. Отсюда бежать все равно некуда, но лучше подстраховаться. Теперь с этой ходячей катастрофы мы глаз не спустим.
Мы с Хати прошли по сходням и начали проверять готовность судна. Уж лучше провести время с пользой, чем снова думать о том, что, может быть, Есения не сможет снять оковы. Она хотела убежать от меня, стоило только открыться ей… Мне следовало сейчас отвлечься, заняться делом. После произошедшего мы с Есенией пока не были готовы идти на диалог.
Нежно дотронулся до теплого дерева. На Нагльфаре вместе с Локи и Суртом я плыть не хотел. Пусть мой корабль уступал флагманскому в размерах, но был милее моему сердцу. Последние распоряжения по поводу драккара отдавались недавно, оставалось только проверить. Лучше сейчас, чем потом попасть в не очень приятную ситуацию.
В длину корабль превышал два десятка метров от кончика носа до кормы, которые имели элегантные крутые изгибы. Киль из одного куска дуба, мощный планшир. Корпус образовывали шестнадцать поясов обшивки, каждый из которых перекрывал нижележащий и был надежно приклепан. Все пазы и стыки надежно заделали.
— Красавчик, — прокомментировал Хати, любуясь драккаром.
Не мог не согласиться. Я шагал по сосновым половицам, свободно лежащим на поперечных балках. Приподнимая их в любом месте, можно было и вычерпать трюмную воду, и вынуть хранившиеся под досками вещи.
Кораблестроители потрудились на славу. Внутреннюю структуру корабля образовывали девятнадцать шпангоутов, служившие основой для обшивки, на них лежали поперечные балки. Под ватерлинией именно к этим балкам обшивка привязывалась корнями ели, пропущенными через клинья в досках. За счет такой технологии корабль был достаточно гибким, мог уверенно идти даже по бурному морю, имел преимущества в виде легкости и высокой скорости. То что нам и требовалось, чтобы быстро достичь Асгарда. Уверен, Тор устроит настоящее буйство погоды.
Хати направился к рулю, похожему на широкое, массивное весло, прикрепленное к кормовой части и выступающее ниже линии киля. Варг очень пристально бродил взглядом по каждой детали, провел пальцами по румпелю, украшенному головой волка, придирчиво оценил, надежно ли руль крепился к дубовому блоку планками, а также ремнем, который соединял его с планширом.
Тем временем я осматривал мачту и парус. Беловатая шерстяная материя с желтыми и синими полосами слабо колыхалась на ветру. Через нижнюю рею были перекинуты канаты, с помощью которых ее двигали и уравновешивали парус. Рифы, проходящие сквозь петли и вшитые в ткань, использовались для того, чтобы поднимать и опускать ее быстро и ровно.
Я погладил сосновую мачту, всаженную в тяжелый дубовый блок.
— Гляди, чтобы Есения этого не увидела, а то как приревнует к драккару.
— С чего бы? Она ведь хотела нас бросить.
Варг нахмурился. Ему тоже был неприятен ее поступок. Как бы между прочим Хати прошел вдоль борта, разглядывая уключины, из каждой выходила прорезь для весел и небольшая деревянная заслонка, которая предназначалась для того, чтобы не пропускать воду.
— Говори уже, — сказал я другу.
— Поставь себя на ее место. Она ведь была человеком. Ее укусили, чуть не убили этим.
Не думал, что мой друг будет вступаться за эту беглянку. Я подошел к подставкам, которые поднимались над палубой. На них хранились сосновые весла. Легкие, с тонкими, сужающимися к концу лопастями.
— Ты ее защищаешь?
— Она думает, что Рагнарёк затронет людей. Что все миры будут уничтожены. Ты ведь не рассказал ей, как обстоят дела на самом деле?
Я отрицательно покачал головой и бросил взгляд на берег, где Есения села прямо на землю и наблюдала за тем, как волны набегают на сушу.
— Нет. Пока она не доверится мне, это бессмысленно.
— А сам ты ей разве доверился?
— Что ты от меня хочешь, Хати?! — рявкнул я. — В моей жизни было достаточно тех, кто воткнет нож в спину.
Варг тяжело вздохнул, будто сдерживался, чтобы тоже не начать орать. Его голос звучал спокойно.
— Я понимаю. Но не думал, что именно страх заставил ее убежать? А не то, что она хотела тебя бросить. Это чушь. Любой идиот видит, как вы тянетесь друг к другу.
Пытаясь не слушать Хати, начал пересчитывать количество весел, потом переключился на легкую перекладину под планширом и над рядом уключин. На ней со внешной стороны корабля висели щиты, окрашенные попеременно в темно-синий и желтый цвета, каждый отчасти перекрывал соседний. Стройно и ровно. А когда корабли поплывут, то щиты снимут, чтобы первая мощная волна не смыла.
Будто стараясь удержаться от падения в бездну и мыслей, что ничего не выйдет, я дошел до резного столба на носу и дотронулся до него ладонью. Есении не под силу снять оковы… Если бы все зависело от нас, от меня, но в данном случае учитывались другие переменные.
Когда вчера я засыпал перед ее побегом, то находился в состоянии счастья. Впервые решил, что готов к жизни в стае, готов обзавестись волчицей, маленькими варгами, своим домом. Но она взяла и все перечеркнула. Оставила нас и дальше биться о глухую стену. Во главе Ванахейма асы сидят с тех пор, как Один забрал к себе пленником Ньерда, бога морей. На трон Альвхейма посадил преданного Фрейра. Один медленно, но верно хотел подмять под себя и остальные царства. Что стоит его наглость проскакать над Ярнвидом со своей Дикой охотой. Он не боится нас, провоцирует. Безумец…
Локи рассказывал, что когда-то они с Одином действительно дружили. Но со временем все больше стали расходиться во мнениях. Асу становилось мало власти, мало крови. Он был опьянен силой, которую ему давали распри, в сражениях все чаще поддерживал недостойных. Стоило Локи только высказать асам правду в лицо, показывая, насколько они прогнили, как его приковали к скале, а сверху повесили змею. Ее яд капал на бога и причинял жуткие страдания.
А потом этот случай с детьми Ангрбоды… Настолько Один боялся потерять власть, что даже не пожалел детей…
Решимость поднималась из глубин. Даже если Есении не под силу справиться с оковами, мы должны продолжать борьбу. В очередной раз осмотрел свой драккар.
Эластичный и легкий корабль обладал разумной и практичной красотой, красотой мощных линий и великолепно рассчитанной конструкции. Он способен пережить множество штормов без всяких повреждений и достигнуть под парусом хорошей скорости. Гибкий корпус, способный встретить нагрузки во время плавания. Идеально. Единственное, нужно было распорядиться о продуктах, не требующих готовки: сушеной рыбе, копченостях, сухарях, фруктах, орехах, коробках с домашним сыром и соленым маслом, бочках с элем и медом.
Этот осмотр дал мне сил и вернул к насущным проблемам, даже несмотря на причитания Хати. Когда мы вернулись, Локи тоже подошел, хмурый, как небо глубокой осенью.
— Придется подождать. Завтра проплывем через грот.
Что ж, значит, предстояла еще одна спокойная ночь. Отсюда Есении точно не сбежать. Повсюду были наши люди, наш флот, город окружали горы. Можно расслабиться.
Мы прошли в деревянные ворота, которые сейчас были распахнуты, и двинулись вглубь города. Большие бревенчатые длинные и квадратные дома стояли рядами по сторонам аккуратно построенной деревянной дороги и были отделены друг от друга огороженными дворами со своими воротами, дорожкой и колодцем. Другие постройки стояли на берегу реки, протекающей через западную часть города, и у них имелись ступени, которые вели к воде.
Пока мы шли, чувствовал, как Есения поглядывала на меня. Совсем недавно мы занимались диким сексом в душе, не зная, как оторваться друг от друга, а теперь даже не разговаривали. Ее поступок до сих пор неприятно скребся внутри. Сколль оказалась права, эта дикарка усыпила мою бдительность и слиняла сразу, как представилась возможность. А я наивный дурак надеялся, что будет по-другому. В любом случае, Локи заставит ее как минимум попытаться снять оковы.
Внутри таверны воняло пивом, жареной рыбой и чесноком. Грубые столы и скамьи потемнели от пролитых жидкостей. Мы прошли в дальний конец заведения. В основном контингент тут состоял из кораблестроителей, местных рыбаков да небольшого количества воинов. Этины стекались с другой стороны гор и по одной только им известной тропе придут сюда, чтобы погрузиться на корабли.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил Альвар у Есении.
— Немного крутит кости. А в остальном нормально.
— Просто перестань сопротивляться, — холодно прокомментировал я, усаживаясь по другую сторону от нее.
Есения поджала губы и ничего не сказала в ответ. Что ж. Поиграем в молчанку.
— Вообще, он прав. Чем сильнее сопротивляешься, тем больнее, — подал голос Хати.
По нему очень сильно ударил ее побег, но он все равно пытался ее оправдать. Откуда только у него столько понимания. Локи с грохотом поставил перед ней стакан хмельного пива, из второй отпил сам.
— Отстаньте от нее. Все. Вы точно не помогаете расслабиться.
Я прищурился и, перехватив у Есении стакан, отпил глоток. Она недавно приняла медикаменты, о чем только Локи сейчас думал. Она ведь еще не варг, не до конца. Хотя богам не пристало сильно задумываться о человеческой хрупкости.
— Ивар, ты ведь не против, что я заказал вам с Есенией одну комнату на двоих.
Мое имя он произнес с усмешкой. В этот момент я даже подавился. Сегодня планировал провести ночь отдельно, но бог явно дал понять, что моя задача — следить за юной варгой. Отлично. Придется принять ледяную ванну, потому что я до сих пор хотел эту ходячую катастрофу. И ничего с этим поделать не мог, будто меня прокляли. Мне стоило держаться от нее подальше. Злость клокотала внутри, но я выдавил из себя совсем другое, то, что нам было нужно.
— Совсем нет.
Хати издал смешок, который попытался скрыть за кашлем. За это он получил мой недовольный взгляд. Сколль в очередной раз скривилась. А вот маленький альв, который таскался за нами как привязанный пес, недовольно смотрел на меня.
Я не мог упустить возможность поиздеваться, поэтому добавил:
— Тем более, я знаю очень эффективный способ расслабиться. Но для этого нам нужно остаться наедине.
Альвар промолчал и отвернулся. Эх, не такой реакции я ждал. Есения откинулась затылком на стену и выдохнула, уходя глубоко в себя. Ее совсем не волновали пошлые намеки. А у меня внутри зародилось желание хотя бы попробовать помириться. Руки так и чесались от потребности прикоснуться к ней, крепко прижать к себе. Тем более, когда видел, что эта врушка слукавила насчет своего состояния. Есения куталась в плащ, на щеках горел румянец. Осталось совсем немного. В один момент моя прелесть чувствовала себя идеальной, сильной, непобедимой, а в другой — ее мучила лихорадка и знобило. И чем ближе был "час икс", тем резкими оказывались перепады.
— Локи?
Я резко развернулся на голос, одновременно положив ладонь на рукоять топора. О, дело плохо. К нам подошел мужчина с лютней, одетый довольно просто, но светло-серые глаза сияли изнутри. Асс. На шее золотой пряжкой был закреплен грязно-голубой плащ.
— Такой же вопрос к тебе, Браги, — пробубнил Локи.
— Моя неудача даже для богов работает сверхурочно, — прошептала Есения, с интересом посмотрев на бога искусства поэзии и красноречия.
Тем временем Браги сел на скамейку рядом с Локи. Очень интересно, что он делал рядом с нашим флотом. С другой стороны этот бог никогда не занимал чью-либо сторону. Когда-то Локи заикался, что он трус и избегает сражений. Браги помалкивал и об одних, и о других. Они с Идунн были слишком мягкосердечными для ненависти. Когда-то богиня молодости даже вступилась за Локи, несмотря на то, что он ее похитил и отдал великану Тьяцци.
— Собираю идеи для баллад, естественно, — ответил Браги и демонстративно поднял лютню, будто мы слепцы.
Странный выбор инструмента, но кто этих творческих богов поймет. Браги можно было встретить даже с укулеле, если ему приспичит.
— Ох, могу рассказать пару интересных историй, — тут же подхватил Локи.
— И все они идиотские.
Тут Браги наконец осмотрел нашу компанию. На Альваре он почему-то нахмурился, будто род альвов не вызывал у него особого дружелюбия. Вероятно, разные взгляды на музыку. Потом бог добрался до Есении, заставив меня напрячься.
— Еще не обратившаяся? Разве это законно?
— Да, — быстро сказал я и переплел наши пальцы, отчего девушка вздрогнула, но не противилась, умная девочка. — Мы думаем пожениться и наплодить волчат. Сам понимаешь, с человеком такое оплодотворение может тяжело пойти.
— Не всегда. Но если мы говорим об оборотнях Железного леса…
Тут он увидел татуировки на моих запястьях, которые предательски выглянули из-под рукава в самый неподходящий момент. Его глаза расширились. Локи моментально схватился за кинжал на боку.
— Десять раз подумай, Браги.
— Ох, Локи. Это рискованно. До меня доходили слухи… Можешь не переживать. Я не расскажу Одину.
— С чего такая честь?
— Идунн всегда относилась к тебе хорошо. Одна из немногих. А я верю жене. Кстати говоря, она тогда даже ругалась с Тюром, в лицо назвав его лицемером.
— А он?
— А что он сделает? Если бы продолжил спор, то Идунн могла обделить его молодильными яблоками. И пуф. Морщины, немощь, дряблая кожа, седые волосы. Никакой афродизиак не спас бы.
Локи засмеялся.
— Я бы посмотрел на дряхлеющего Тюра. Пойдем-ка, поговорим наедине, Браги.
Бог кивнул и встал. Они скрылись за входной дверью. Я не знал, как к этому относиться. Быть ли начеку, проследить ли за Браги. Хати вопросительно посмотрел на меня, и я еле заметно кивнул. Нельзя так рисковать, пока мы тут. Хати ухмыльнулся. Мы друг друга поняли.
В какой-то момент Альвар тоже вышел на улицу и куда-то снова запропастился, Хати пошел проследить. Иггдрасиль нас весьма подставил, выбросив именно сюда. Браги… Как покровитель поэзии и скальд, он имел право путешествовать везде, где ему вздумается, но сейчас его появление тут было совсем не к месту. Надеюсь, Локи разберется.
Есения ела без особого энтузиазма, будто из нее жизнь выкачали, а в рот она клала вату, а не тающую на языке рыбу. Ее мысли находились далеко отсюда. Я решил, что ей пора отдохнуть, впереди нас ждал трудный путь в Хельхейм. Туда с помощью двери не войти, если ты не житель того мира.
— Пойдем. Тебе надо отдохнуть.
Я ждал, что она начнет спорить чисто из принципа, но нет. Есения покорно поднялась и пошла за мной на второй этаж, слишком измученная процессом обращения. В нашей небольшой комнате стояла широкая кровать. По сути это единственное, что тут поместилось. Есения села, вцепившись в покрывало, я же стоял у двери, как истукан.
Мне нужно держаться от нее подальше. Осознание того, что ее побег уж слишком сильно меня ранил, будто сердце вырвал, когда я только стал целостным, ударило наотмашь. Раньше я был менее восприимчив к поступкам женщин. Эта милая катастрофа с разным цветом глаз перевернула мою жизнь и чувства, не прилагая особых усилий.
— Ты сильно на меня злишься? — спросила она тихо, словно боялась моей реакции.
— А тебя это волнует?
— Хотела бы я сказать, что нет. Ивар… ты должен меня понять. Рагнарёк заденет людей.
— Ты уже почти не человек. Ты теперь одна из нас. Пора начинать думать, как варг, если планируешь выжить.
— Люди не виноваты в вашей грызне!
— А с чего ты решила, что они пострадают?! — пророкотал я и быстро вышел, пока не наговорил чего-то лишнего, о чем потом пожалел бы.
Лучше остыну или займусь делами. Глупость какая-то, нет бы последовать совету Хати и рассказать все, но в итоге злость просто вырвалась наружу. Сколль стояла в коридоре и понимающе кивнула, когда увидела меня. Она даст мне время успокоиться и присмотрит, чтобы новый член стаи не попытался сбежать снова.
А потом я поговорю с Есенией… Хати прав.