8. Время выполнять обещания
Во вторник я намеренно пропускаю пару Чонгука, сославшись на плохое самочувствие. Перед глазами всё ещё стоит неприятная картина, где его целует при мне другая девушка, и от этих воспоминаний видеться с парнем хочется ещё меньше. Вдруг она тоже будет там... Я не выдержу этого. Как же просто всё казалось, пока Чон был далеко. Тогда я думала, что будет даже лучше, если он найдёт себе кого-нибудь и обо мне забудет. А сейчас... я эгоистично желаю, чтобы этот парень принадлежал только мне, душой и телом, хоть сама больше не могу быть с ним. Всё слишком сложно, но одновременно до смешного просто. Капризная маленькая девочка, запутавшаяся в своих бесполезных чувствах и глупых желаниях, которые только вредят дорогим ей людям. Пора повзрослеть и понять, что в жизни никогда и ничего не будет так, как я хочу. За свои мечты нужно упрямо бороться... либо сдаться и пытаться подстроиться под тех, кто сильнее меня, что я и делаю, наивно полагая, что выиграла хоть в чём-то... Глупость. Мне просто дали возможность так думать, ослабив сжимающую горло хватку ровно настолько, чтобы потом сжать её ещё сильнее, когда придёт время. Я никогда не стану свободной, пока буду цепляться за прошлое и пытаться остаться собой... Наивная девочка должна умереть.
Неделя проходит относительно спокойно. Я всё больше сближаюсь с Джином, который не отходит от меня в магазинчике и даже несколько раз заходит ко мне домой, чтобы вместе подготовиться к занятиям, посмотреть кино или просто поговорить ни о чём за чашкой чая. Рядом с ним я почти забываю о Чоне... Почти, ведь что бы ни делал мой парень я всё равно невольно начинаю вспоминать, как именно это делал Чонгук... и даже в том, что у Джина получается лучше, находить недостатки. Каждый раз ругаю себя и снова заставляю полностью сосредоточиться на парне, который смотрит на меня с такой заботой и доверчивостью, что хочется застрелиться от безысходности и невозможности почувствовать к нему то же, что он испытывает ко мне. По-прежнему, просто друг... очень хороший и почти родной, но друг. Этого не изменишь. Я потихоньку влюбляюсь в отдельные привычки и проявления характера, но, увы, никак не в человека. «Для этого просто нужно время», - убеждаю себя, в очередной раз осторожно высвобождаясь из нежных объятий. Но времени потеряно и так уже слишком много.
В пятницу перед последней парой, когда все уже собираются идти на физкультуру, а я думаю о том, под каким предлогом теперь улизнуть домой, нас всех собирает вокруг себя девушка нашего старосты – Минатозаки Сана, которая уже успела присвоить себе звание первой красавицы потока... хоть его ей никто не отдавал.
— Ребят, как вы уже знаете, у меня в это воскресенье день рождения! — объявляет девушка, изящно рассевшись на краешке парты. О том, что послезавтра Сане исполнится восемнадцать, пожалуй, не знает только глухой, ведь Минатозаки восхищается этим событием чуть ли ни на каждом шагу, не забывая добавлять, что обещала родителям хранить невинность именно до восемнадцати. Больше неё этому событию рад только Ким Ханбин, который и является парнем Саны. — Так вот, в этот день я устраиваю грандиозную вечеринку у себя дома! Приглашаю всю группу! Можно со вторыми половинками!
Одногруппники тут же окружают будущую именинницу, задавая вопросы о подарках и о том, сколько вообще человек можно будет с собой привести. Только мы с Дохён отходим подальше в сторонку, чтобы закончить собирать вещи и выйти из аудитории.
— Ты пойдёшь? — тихо спрашивает у меня Дохён, немного с опаской оглядываясь на шумную толпу.
— Не знаю, — пожимаю плечами, повесив сумку на плечо. — Смотря, как отнесётся к этому Джин. Без него мне там точно делать нечего.
— А я бы пошла, — бормочет девушка, неуверенно комкая края тёмной кофты. — Я, знаешь... ммм... никогда не была на вечеринках. Интересно было бы... попробовать.
— Поверь, вряд ли тебе там понравится, — фыркаю я, вспоминая свой первый и последний опыт похода на вечеринки. Тогда я поклялась себе никогда и ни при каких условиях не посещать мероприятия, где много алкоголя и развязной молодёжи... Правда, именно в тот день мне удалось зацепить Чонгука отказом потанцевать с ним... Но это, наверное, теперь самое печальное воспоминание. — Я когда-то пожалела, что не послушалась родителей и отправилась... «веселиться».
— Но ты хотя бы попробовала, — замечает Дохён, краснея от смущения. — А я... мне... страшно идти одной. Может, ты всё же пойдёшь? Даже если Джин не согласится. Вдвоём будет спокойнее.
— Ладно, я об этом подумаю, &— обещаю, раздумывая над тем, чего я хочу больше – помочь новой знакомой или выполнить данное себе же обещание.
— Спасибо, — улыбается Дохён, подхватывая свой рюкзак и направляясь к выходу из кабинета.
Всё решается само собой, когда Джин с сожалением сообщает, что не сможет пойти со мной, ведь обещал присутствовать на репетиции у матери. Но он настоятельно рекомендует, даже почти уговаривает, пойти на вечеринку с кем-нибудь из друзей, ведь мне надо сблизиться с коллективом, с которым я до сих пор почти незнакома. Парень обещает приехать за мной в любой момент, просит не употреблять алкоголь в больших количествах и лично подвозит нас с Дохён до дома Минатозаки, чем всё сильнее поражает меня своей несхожестью с моим бывшим парнем. Да Чон бы скорее приковал меня наручниками к батарее, чем отпустил бы куда-то без него. Приятно, конечно, что Джин настолько мне доверяет, но порой уже начинает не хватать того неусыпного надзора, из-за которого я не раз ругалась с Чонгуком.
Я немного нервно поправляю тёмно-синее шифоновое платье и с самым невозмутимым видом, на который способна, захожу в большой зал дома Минатозаки, оглядываясь по сторонам в попытке отыскать среди танцующих хоть парочку знакомых лиц. Бесполезно. В таком освещении родную мать узнать трудно.
Дохён выглядит не менее напряженной, чем я, она впивается ногтями в чёрную лаковую сумочку у себя в руках и едва ли не пытается спрятаться за мою спину, вздрагивая от каждого звука. Что ж, что такое вечеринка я ей показала, теперь можно со спокойной душой звонить Джину, который вряд ли успел уехать далеко, и возвращаться домой. Здесь моя миссия исполнена.
— З-здравствуйте, Учитель Чон, — неожиданно лепечет Дохён, и на этот раз вздрагиваю я.
— Привет, Ким, — усмехается парень, возникший перед нами, словно из ниоткуда. Готова поспорить, всего минуту назад его ещё в этой комнате не было. — Привет, Бурундук Чэнн. Отлично выглядишь.
— Спасибо, — шепчу, не придумав, что бы ещё сказать. Первая идея, возникшая в голове – бежать отсюда и немедленно. Но потом я понимаю, что это будет как минимум глупо, а как максимум просто по-детски. Интересно, его девушка тоже здесь?
— Чеён, я пойду, попью чего-нибудь, — извещает Дохён, недоверчиво посмотрев на Чонгука. — Если что, кричи, я прибегу, — добавляет шепотом, так, что это слышу только я, и быстро уходит, оставляя нас с парнем наедине.
Несколько секунд мы с брюнетом смотрим друг на друга в упор, а потом он тянет меня за руку и прижимает к себе, заключая в крепкие объятья. Я в испуге осматриваюсь по сторонам, боясь, что мои одногруппники точно обратят внимание на преподавателя, зажимающегося со своей студенткой почти посреди зала. Он с ума сошел. Но окружающим, похоже, плевать на всё происходящее. Они пьяны и слишком увлечены не всегда ритмичным подергиванием под громкую музыку. Увы, по-другому я их «танцы» назвать не могу.
— Немедленно отпусти меня, — шиплю, теряясь в объятьях парня. Он так близко...
— Нет, мне слишком нравится, как ты дрожишь в моих руках, — ухмыляется Чон, прислоняясь своим лбом к моему. — Я ждал тебя... И, знаешь ли, не особо горел желанием тащиться на студенческую вечеринку.
— Зачем тогда притащился? — злюсь, пытаясь успокоить бешено бьющееся сердце.
— Ты обещала потанцевать со мной, помнишь? — смеётся брюнет, бережно накрывая мою кисть своей и увлекая за собой в центр зала. — Думаю, пришло время выполнять обещания.