Глава 28.
Дворец Джонатана Старшего не изменился с тех пор, как я видела его много, много лет назад. Все также мрачно и будто грустно.
Я смотрела в окна, стараясь разглядеть, там ли Мэйсон находится или нет. Я не хотела его видеть. Если увижу, не смогу сдвинуться с места.
— Идем? — спросила Аманда, стоя в боевой готовности. Она тоже переоделась. Для удобства мы оба надели костюм: черные штаны и черную рубашку.
Кивнув наставнице, я первая вошла во дворец через огромные двери. Внутри было тихо. Холод пробивал до костей. По спине сразу прошлись мурашки и я поежилась. Через пару секунд из угла вылез худощавый парень лет двадцати. У него были голубые глаза и белые волосы. Он был похож на эльфа, но ушей не было.
Взглянув на меня, в его ярких глазах промелькнул страх, но он поскорее попытался скрыть это чувство за маской безразличия.
— Вам здесь не место. Лучше уходите по-хорошему, мисс, — гортанно произнес он и прикоснулся одним пальцем к мечу, висящему у него на талии.
— Или ты сейчас покажешь нам где темница по-хорошему, — с весельем ответила я. — Ты ведь знаешь кто я, верно? Так отступи.
В один момент в его взгляде было заметно сомнение. Но потом он опустил руки и попросил идти за собой. Я хмыкнула и вместе с Амандой пошла за пареньком, что на вид был моего возраста.
— Тебе двадцать? — спросила я, когда мы были уже у темницы.
— М-мне тридцать семь. — Запинаясь ответил эльф и показал рукой на вход.
Вокруг все уже было в плесени. У входа стояла просто ужасная вонь, но я заглушила чувство тошноты. Мне нужно к друзьям.
Я бегом оказалась внутри и первое, что я увидела — был Мэйсон. Он стоял передо мной и тяжело дышал. Моему удивлению не было предела. Как он так быстро оказался здесь? Но больше всего мне было интересно одно: поможет ли он нам найти заложников Роберта?
— Пропусти.
— Сначала ты меня выслушаешь.
Я подняла бровь и цокнула. Он продолжил:
— Дядя… остался жив, но… исчез. Он написал мне письмо и пропал из города. Надеюсь, тебе стало легче от этой мысли, — он отошёл в сторону, открывая нам путь.
Дальше все было только хуже. Черные стены были покрыты засохшей кровью, а темноту освещали пару факелов. Я лишь кивнула и ему в знак благодарности поспешила удалиться. Моему счастью не было предела, когда я смогла найти заложников. А ещё тому, что я одержала победу над монстром.
Спустя две минуты бега я наконец-то услышала мужские и женские голоса. Они о чем-то переговаривались, но разобрать не получилось. Я помчалась туда, откуда были слышны эти звуки. И наконец смогла найти тех, кого искала. В трех камерах друг напротив друга были те, кого считали уже умершими. Парень лет двадцати пяти, и девушки. Одна выглядела на тридцать, а вторая на двадцать. У них у всех были отличительные черты лица. Глаза, волосы или родимые пятна на лицах.
Когда они увидели меня, то сразу встали. Все выглядели уставшим, и так, будто не мылись три недели. Но теперь были бодрыми. В глазах каждого засияла надежда на спасение. И я не подведу их.
Подбежав к первой камере, я силой сломала замок и открыла металлическую «дверь». Парень вылез оттуда и крепко обняв, поднял и покружил меня. Я встала так, что видела реакции тех, кто пришёл со мной. Мэйсон был откровенно в ярости и сжимал кулаки. Сжимал так, что костяшки побелели. А глаза уже стали красного оттенка.
Я не стала обращать на это внимание и освободила девушек. Они тоже обняли меня, но кружить не стали. Сил не хватало бы.
— Он умер? Как ты спасла нас? — спросила девушка двадцати лет, которую звали Таисия. В её сине-изумрудных глазах появились слезы.
— Он не умер. Я лишь забрала у него силы, — я чуть не всплакнула, но сдержалась. — Как давно вы тут?
— Семь лет, — отозвался Андерсен.
— Восемь, — одновременно ответили Таисия и Сфина.
Вернув им силы, мы поговорили ещё минут тридцать и они поспешили вернуться в свои города. У них, может, ещё остались в живых родители или наставники. Они сами не знают: живы их родственники, или нет.
— Поговорим? — спросил Мэйсон, когда мы уже были вне дворца. Все время он стоял и смотрел на все со стороны.
— Я тебе уже тебе сказала, когда мы сможем поговорить, — равнодушно ответила я, но внутри у меня разгоралось пламя. Я уже почти простила его, но все равно не могла дать сказать свою «важную» причину. Мне было больно от того, что он проболтался ему и подверг опасности более двадцати ведьм.
— Ладно. Хорошо. Но ты должна знать что стало с Эммой, — я всё таки взглянула на него. — Она у дяди. Единственная, кто осталась с ним. И она ничего плохого не сделает тебе.
Я кивнула, прошла мимо него и схватилась за предплечье наставницы. Открыв портал, я потащила нас обеих домой. Оставаться там ещё на несколько секунд я не хотела. Иначе бы заревела на месте.
Оказавшись дома, Аманда отправила меня переодеваться для вечера, а сама отправилась в свой дом. Она не хранит у меня дома вещи. Я не стала так рано готовиться к празднику. Мне хотелось немного отдохнуть от всего на свете. Я просто хотела немного свободы.
Поднявшись в комнату, я на всякий случай взглянула на время. Без пяти минут четыре. Ещё есть время посидеть или поспать. Только сна не было ни в одном глазу. Я… была рада, что мне не пришлось ещё бить Миллер Младшую.
Передо мной уже темнел потолок комнаты. Окно было зашторено, поэтому внутрь не попадал свет. Мне было неспокойно. Сердце громко стучало. И я ничего не слышала. Хотя одно я услышала чётко. Оповещение. Сначала звонок, а дальше уже сообщение. Мне все ещё было непривычно слышать этот звук, исходящий из телефона. Связи здесь быть не должно, но я невольно её создала. И я знала кто пишет. Каролина теперь меня не вспомнит, а это значит, что писал и звонил Мэйсон.
Я еще раз взяла телефон с комода и взглянула на сообщение. Это и в правду был он. Хотел поговорить и спрашивал где я. Забавно, ведь он знает, что я дома. Бросив телефон, я встала с кровати и надев меховую куртку с надписью «AMETHYST», что была в шкафу, поспешила выйти из дома. Мне срочно нужен был свежий воздух.
Когда я вышла, в лицо подул свежий воздух. Я прищурилась, чтобы хоть что-то увидеть, и когда привыкла, передо мной явился Мэйсон. От резких воспоминаний ноги подкосились. Как тогда, когда у меня не было сил. Это чувство было сильнее меня и я закрыла глаза. Но я все ещё была в сознании. Просто не могла двигаться и говорить. Я чувствовала, как Мэйсон меня куда-то тащит. Но я ничего не видела и слышала.
Меня бросили на кровать. А дальше звуки прекратились. Мне показалось, что он уйдёт и не вернётся, но спустя несколько секунд я очнулась от того, что по лицу мне начали брызгать водой.
Я открыла глаза и посмотрела на парня. В его глазах было волнение. Я бы долго смотрела на него и наслаждались бы его компанией, но вскоре опомнилась и уселась на кровати. Он положил кружку на тумбочку и повернулся ко мне:
— Я пришёл поговорить. Ты тогда даже не дослушала меня, — начал Мэйсон, перебирая в голове, наверное, разные варианты всевозможных ответов.
— Я не хочу с тобой говорить. Мне было достаточно и того дня, — я посмотрела на него, надеюсь, глазами полные ненависти, но он ничего не ответил на это.
— Нет, ты послушаешь меня, — Мэйсон двумя пальцами взял меня за подбородок и повернул к себе, заставив слушать себя.
— У тебя тридцать секунд, — от безвыходности пробормотала я, надеясь, что он скажет что-то такое, чтобы я ему поверила.
— Дядя... В то время, когда у тебя не было сил... Это было до твоего дня рождения; Он хотел все узнать, но я не собирался ему ничего говорить, пока он не упомянул тебя, — после короткой паузы он продолжил: — Он связал меня и приказал мужикам бить меня, чтобы я сказал им правду о тебе. Но я промолчал. И…
— Так те синяки у тебя на запястьях были из-за него? — я с трудом сдержалась, чтобы не зареветь.
— Да. Но дай договорить, — ответил он. — И он сказал, что если я не скажу, его парни «повеселятся» с тобой. Ты поняла о чем я. И в конце убьют. Он был готов на это, только чтобы проучить меня.
Я кожей чувствовала, как ему сложно говорить об этом. Он смотрел в пустоту, наверное, представляя что было бы, если бы он промолчал. Мне стало неловко. И я чувствовала себя виноватой. Из-за меня его чуть до смерти не избили эти животные…
— Прости м…
Я не дала ему договорить. Приподнялась и закрыла ему рот рукой. Он выгнул бровь, но не попытался продолжить.
— Это ты меня должен простить. Если бы не я, тебе бы не пришлось это пережить. И главное: все в прошлом. Мы одолели его, — я обняла его и зарылась носом в его волосы. Его запах мне нравился. Я бы могла вдыхать его всегда.
— Я сам выбрал себе такую участь. Любить тебя не безопасно, но и не любить невозможно. Ты слишком прекрасна…
Я оторвалась от него, чтобы взглянуть в глаза. В эту минуту мы оба были счастливы. Вместе. А не раздельно. И это было самым лучшим чувством, которое я когда-либо испытывала.
Мэйсон взял моё лицо в руки и поцеловал. Это был самый лучший поцелуй в моей жизни. И я не захотела просто так его оставить. Потянув его за подбородок, я продолжила. Он обнимал меня, и я чувствовала себя самой счастливой ведьмой в этом мире.
Улыбнувшись ему, я повернулась на спину. Даже потолок моей обители стал каким-то светлым. И только в этот момент я вспомнила про праздник, который будет через два часа.
— Пойдёшь со мной на праздник к моей семье? Я вас познакомлю. Тебе будет весело с вампирами. Ну, и с магами тоже. К ведьмам не подходи, — с шуточной угрозой сказала я.
— Они кусаются? — в полном серьёзе спросил Мэйсон.
— Нет. Просто не хочу.
— Ревнуешь? — весело спросил он.
— Может быть, — также весело отозвалась я.
Мы ещё недолго лежали в моей кровати и улыбались друг другу. За несколько часов мы успели подготовиться без магии и ещё даже подурачиться. Я переодевалась за ширмой, пока он рассказывал смешные истории из своего детства, где меня не было.
На мне было розовое платье в пол. Ключицы как всегда были открыты, оставляя места воображению, а спина почти закрыта. На ноги я нацепила такого же цвета балетки с белыми пятнышками.
— Как я тебе? — спросила я, кружась вокруг своей оси.
— Хочется обнимать и не выпускать. Чтобы даже из дома не выходила. Была рядом и никогда не уходила…
Мэйсон подошёл ко мне и склонился, прикоснувшись губами моих губ. Он этого поцелуя у меня снесло крышу. Мне было так хорошо с ним, что уже не хотелось идти на какой-то праздник. Я обняла его за шею и ответила ему.
Губы терлись друг об друга, иногда сталкивались и зубы. И мне было невыносимо хорошо. Давно мне не было так хорошо, как сейчас.
— Мы не опаздываем? — спросил парень сквозь поцелуй.
— Да, наверное. Я не знаю, — ответила я, столкнувшись с ним лбами.
Нам все таки пришлось оторваться друг от друга. Время на часах уже было девятнадцать пятьдесят. Мы могли бы не торопиться: я могу открыть портал и оказаться в нужном месте за миллисекунду, но хотелось прийти пораньше и встретить прибывших первыми.
Мэйсон переоделся и вернулся за две с половиной минуты. После чего я открыла портал и мы вместе, взявшись за руки, вошли в «ресторан». Тут мы праздновали мой выпускной. Когда я чуть не умерла от боли в сердце.
Внутри никого не было. Как и ожидалось. Но тут же появилась Аманда. Она была одета в белое платье ниже колен, с белым бантом вокруг талии и в белых балетках. Наставница посмотрела на меня с удивлением, а потом подошла ближе и обняла.
— У вас все в порядке? — спросила Аманда, отстранившись от меня.
— В полном.
— Ты мне все расскажешь позже. А скоро прибудут гости. Готовьтесь.
Спустя пять минут и правда появились более двадцати родственников с разных сторон. И как всегда они пришли не с пустыми руками. Они все улыбались и поздравляли меня. А я знакомился их всех со своим… парнем?
Ещё через час все уже были на месте. Музыканты пели и играли на инструментах, а мы танцевали до упаду. Но вскоре музыка стала медленной. Мужчины начали приглашать дам на танец. Ни на что не надеясь, я отошла от центра зала. В следующую секунду ко мне подошёл Мэйсон и протянул руку. От этого движения я вспомнила все разы, когда он звал меня на бои.
— Приглашаешь на бой, Паркер? — улыбаясь сказала я, но приглашение на танец все же приняла.
— О да-а! Мне не терпится тебя одолеть, Элли!
Мы начали кружиться в танце. Иногда он приподнимал меня и кружил в воздухе, и от этого действия все улыбались и аплодировали. Я не сразу заметила, что в центре оказались только мы. Все смотрели только на нас. И мне это нравилось.
Я смотрю ему в глаза, и в этот момент весь мир будто исчезает. Остаемся только он и я. Музыка, и наше единение в этом волшебном танце. Его глаза блестят в свете луны, пробирающийся через прозрачный потолок, и я вижу в них отражение своих чувств — счастье, любовь и благодарность за этот момент.
Музыка заканчивается, но мы все ещё держимся друг за друга, не желая прерывать этот момент. В его взгляде я вижу то же, что и чувствую сама — любовь и нежность. И я уверена, что ничего больше в этом мире не разлучит нас.
Вечер продолжается. Все танцуют под весёлую музыку, я все ещё рядом с парнем. Иногда разговариваю с сёстрами-ведьмами и вампирами. Они все младше меня, но сил в них, хоть отбавляй.
Спустя минут пятнадцать, я сильно устаю, поэтому у меня появляется желание выйти на улицу и подышать свежим воздухом. Сообщив об этом Аманде, я выхожу, но следом за мной идёт и Мэйсон. Он решил не оставлять меня одну.
— Помнишь тот день два года назад? — спросила я у него, когда мы сели на ту самую скамью.
— Да, такое не забудешь. Чёрт знает почему тебе стало плохо. Я ведь переживал за тебя. А твоя мать на меня смотрела так удивленно, будто я смертный из другой галактики.
— А ведь тогда я не стала принимать то, что нравлюсь тебе. Сердце заболело именно по этой причине…
— А ведь все могло закончиться ещё тогда! — с долей разочарования протянул парень. — Просто нужно было быть смелее…
— Я тогда весь вечер думала о том, почему я все еще не в логове твоего дяди. Я была без сознания, а ты меня спас.
Это и в правду было для меня странным. Но теперь понимаю, что он никогда бы не посмел никого обидеть или убить.
Он повернулся ко мне и неловко улыбнулся. Будто провинился в чем-то.
— Ты ведь не убьёшь меня, если я скажу, что поцеловал тебя тогда?
От этой новости я чуть не подавилась собственной слюной. Почему-то я догадывалась об этом. Да и сны такие мне не снились никогда в тот момент…
— Конечно, я тебя ударю. Все! Расходимся. Можешь уходить в закат и не появляться передо мной! Уходи! — я показала рукой в сторону леса и в шутку начала его толкать.
Мы остановились и громко засмеялась. В душе у меня цвела весна. Я не могла поверить в свое счастье. У меня есть любимый человек и Наставница. Теперь мысли о родителях не причиняли мне ужасную боль. Я вспоминала их с любовью и доброй улыбкой. Надеюсь, они тоже счастливы там, куда попадают все после смерти.
Подняв голову к небу, я мысленно поблагодарила родителей за то, что они были со мной до девятнадцати лет и любили меня.
Мэйсон подошёл ко мне сзади и обнял за талию. Я взяла его за руки. Он положил голову мне на плечо и тихо сказал, глянув на падающие звезды:
— Я люблю тебя, Пинки, — прошептал он, а после встал прямо передо мной и обнял снова.
— Я люблю тебя, Мистер Шкаф, — тихо ответила я, вспомнив прозвище, которое я дала ему случайно.
Это слова дались мне тяжело, но они были самыми искренними. Они шли прямо из сердца, где он поселился и уже не уйдёт оттуда.
Мэйсон положил руку мне на затылок и поцеловал там, где у меня находились родинки в виде «Большой Медведицы». Я закрыла глаза и отдалась ощущениям. Мне нравились его прикосновения и поцелуи.
А после, мы вернулись ко всем, чтобы продолжить веселье. Этот день точно будет одним из лучших. И я буду вспоминать его каждый раз, когда буду видеть своих самых родных и любимых людей…
Наверное, так и заканчивается любая история любви. Признанием в чувствах. Но у нас с Мэйсоном она только начинается и будет длиться очень долго. Сердце подсказывает мне, что я не ошиблась в своём выборе. Я люблю его. И это точно взаимно.