🕷СОСЕД ПО ПАРТЕ🕷
Абсолютно тихий и на вид слабый Питер резко встал с места и сбросил руку Флеша со своей головы. Он поднял взгляд на меня, в глазах которой было беспокойство и удивление. Сам Питер, казалось, был не особо уверен в своих действиях, но всё же посмотрел прямо в глаза Томпсону.
— Флеш, оставь Бэтти в покое и уйди со своими друзьями к другому столу. – сказал брюнет, неосознанно сжав кулаки и серьезным взглядом смотря на хулигана.
— У-у-у, наш фотограф-неудачник хочет подраться? – Флеш усмехнулся, а его друзья стали разминать руки и пальцы.
— Нет, Флеш, я не хочу с тобой драться, просто скажи своим друзьям убрать руки от Бэтти и уйти к своему сто... – он не успел договорить, так как прямо в его нос прилетел тяжёлый кулак Флеша Томпсона. От такого удара Паркер упал на пол и схватился за нос, из которого тонкой струйкой потекла кровь. Он шипел и кусал свои губы, дабы не закричать от боли.
— Видели?! Вот так поступают с гандонами! – крикнул Флеш, на что вся столовая отозвался одобрительными, но боязливыми возгласами. Его друзья ему зааплодировали и, на такой волне славы, Флеш размял кулак, приготовившись нанести ещё один удар.
Я ахнула и, вырвавшись из цепной хватки друга Флеша, подбежала прямо к Томпсону и положила свою ладонь на его сжатые пальцы. Такой порыв смелости был очень неожиданным для меня самой, но я понимала, что всё, что сейчас происходит совсем неправильно и нужно это предотвратить.
— Флеш, не нужно! Я... я пойду с тобой, если ты хочешь, но, пожалуйста, не надо драки... – тараторила я, пытаясь подобрать нужные слова, чтобы этот задира успокоился. Кажется, он был очень доволен моим предложением, поэтому под довольные возгласы друзей по-хозяйски положил свою руку мне на плечо.
— Ладно, Паркер, из-за этой девчонки я тебя пожалею, но поверь, в следующий раз я обязательно добью тебя, – шикнул тот и уже подтолкнул меня к тому столу, где сидела троица девушек с ярким макияжем, как вдруг Питер резко поднялся на ноги и, сделав два шага к Флешу, неожиданно для всех ударил того, да так, что тот отлетел до самой дальней стены.
Все ахнули и растерянно смотрели то на Питера, то на меня, то на лежащего и скрутившегося от боли Флеша. Я шокировано перевела взгляд на Питера, на лице которого гневно играли желваки. Он тяжело дышал и было слышно, как быстро билось его сердце.
— Не нужно тебе с ним никуда идти, – шепнул брюнет так, чтобы было слышно только мне одной. В ту же секунду в дверях столовой появилась какая-то разъярённая женщина, до которой возможно кто-то донес о том, что же тут произошло.
Почему то, осознавая все это, мне вдруг стало стыдно и волнительно, ведь по сути вся драка произошла из-за меня. Если бы я повела себя как-нибудь по другому, то, возможно, можно было бы и избежать драки. Но уже поздно думать об этом. Нужно взять ответственность.
— Что вы здесь устроили?! Томпсон, Паркер и Уотсон! Немедленно в кабинет директора! – после этих слов женщина ушла, агрессивно стуча каблуками по паркету.
Ученики стали перешептываться и обсуждать все то, что только что произошло. Мне стало ещё стыднее, поэтому я опустила голову и слегка покраснела. Слишком много внимания сегодня было оказано моей персоне.
— Эй, Питер, Бэтти, – шепнула Венди и мы с Питером посмотрели на неё. — Это было так классно! Прям как настоящая драка супергероя со злодеем! – в ее глазах читалось восхищение, на что я неловко улыбнулась и мы с Питером, взяв свои рюкзаки, пошли в сторону выхода из столовой под недовольное бурчание и взгляды Флеша Томпсона.
Не думала, что мой первый день в новой школе пройдёт таким образом. И вроде бы неплохое начало, а закончилось всё дракой в столовой. Я практически не была виновата в сложившейся ситуации, скорее пыталась её прекратить, но кто же знал, что Питер вступится за меня и ударит Флэша так, что тот отлетит на метр. Взялась же у него сила откуда-то такая! Даже не скажешь по нему, что он так может. На курсы что-ли ходит? В общем, прямо сейчас мы трое (я, Флэш и Питер) сидели на стульях у кабинета директора, ожидая, когда он начнёт вызывать нас по одному и отчитывать. Томпсон кривился, дотрагиваясь до разбитой губы, и бросал полные ярости взгляды на Питера, что сидел рядом со мной. Сам громила предпочёл сидеть от нас как можно дальше.
Я сложила руки на коленях, разглядывая голые стены и потолок. Поблагодарить своего соседа по парте я так и не успела, хотя не думаю, что сейчас подходящий для этого момент, но всё же тихо произнесла, нарушая тишину:
— Спасибо, что вступился.
Питер слегка улыбнулся, качнув головой. У него тоже была разбита губа, а из носа текла тонкая струя засохшей крови.
— Любой поступил бы также.
Мне было есть, что сказать на этот счёт.
— Нет, не каждый. Я видела, как все боялись Флэша в тот момент, и даже не думали мне помочь. Только ты это сделал. Правда, спасибо.
Он ещё раз слабо улыбнулся, прижимаясь спиной к стене.
— Сильно болит? – спросила я, действительно беспокоясь.
Питер вопросительно приподнял тёмные густые брови.
— Губа, – показала я и он отрицательно покачал головой.
Тогда я покапалась у себя в рюкзаке и достала белый платок. Там же обнаружился маленький пузырёк с дезинфецирующим средством. У меня вошло в привычку носить его с собой на всякий случай. Обработала ткань и, потянувшись к его лицу, была неожиданно резко остановлена крепким захватом за запястье.
— Что ты делаешь? – Питер недоуменно прищурился.
— Хочу помочь, – объяснила я. — Можно? – намекая, чтобы он отпустил мою руку, разрешив вытереть кровь.
Несколько, кажется, долгих секунд он смотрел мне в глаза и, наконец, позволил до себя дотронуться. У него глаза были тёмно-карими и притягивали словно магнит, но я мысленно отдернула себя, не позволяя отвлекаться. Я аккуратно вытирала кровь, а Питер шипел сквозь стиснутые зубы. Если Флэш и смотрел в нашу сторону, то молчал, явно помня, что за ближней дверью находится директор. Больше проблем он не хотел. Когда кровь с лица была смыта, я облегченно выдохнула и поспешила отстраниться, но при этом умудрилась наоборот поддаться вперёд, успев схватиться за его плечи, которые тут же стали напряжёнными.
Я сильно засмущалась, занервничала и начала запинаться, пытаясь объясниться:
— Прости! Прости, я... я случайно, не удобно было в таком положении... Извини... ещё раз!
И отскочила от него слишком резко, отворачиваясь, чтобы он не смог увидеть моего полыхающего лица.
— Паркер, – вдруг произнёс он, а я замерла. — Питер Паркер. Так меня зовут.
— Паркер? – переспросила я, вспоминая, где же уже слышала эту фамилию, но дверь кабинета перед нами распахнулась и секретарь назвала фамилию Флэша. Тот поднялся и зашёл, только что не хлопнул за собой дверью.
Разговаривали с ним долго и вышел он спустя пятнадцать минут. Томпсон был злой, как черт, направляясь к выходу из школы. Надеюсь, он не станет придумывать ничего изощренного, как бы нам с Питером отомстить. Или только мне, потому что всё произошло из-за меня.
Затем настала моя очередь. Если честно, то в кабинете директора я была в первый раз за всю свою жизнь. Я никогда ничего серьезного не совершала, меня только хвалили и звали участвовать в олимпиадах. Представляю, когда до родителей дойдёт эта ситуация, вот они удивятся. Их Бэтти показала класс, ввязавшись в драку. В мыслях звучало смешнее, чем на самом деле.
— И снова здравствуйте, мисс Уотсон, – произнёс директор, сцепив руки в замок над столе. — Не ожидал, что увижу вас здесь в первый же день. Я читал вашу характеристику и был удивлён, когда мне доложили о сегодняшней ситуации в столовой.
— Я тоже не думала, что когда-нибудь сюда попаду по такому поводу, – призналась я, присев на стул.
Устало потерев переносицу, он попросил:
— Расскажите, из-за чего всё случилось.
Я пересказала, ничего не утаивая и всячески пытаясь отгородить Питера, который не был виноват, просто вступившись за меня. Разве за такое наказывают? Директор однозначно знал, что Флэш из себя представляет и каждая такая ситуация происходит по его вине. Я понимаю, с такими подростками тяжело. С одной стороны понимаешь, что если выгонишь его, то испортишь будущее, но и ничего не предпринимать тоже не вариант.
Он старался делать всё, чтобы наставить таких, как Томпсон, на путь истинный. Кто-то действительно потом будет благодарен, а кто-то не изменится. Не исключаю, что у Флэша просто проблемы в семье, такое часто накладывает отпечаток на поведение.
Выслушав, директор кивнул своим мыслям и сказал:
— Тогда не вижу смысла задерживать вас и мистера Паркера. Просто попрошу в следующий раз не реагировать на провокации, а сразу обратиться к кому-нибудь из старших. Я скажу, чтобы миссис Дьюк заходила вас проверять на обеде. Можете идти, мисс Уотсон.
Я воспряла духом, что ни мне, ни Питеру не влепят какое-нибудь наказание после уроков
— Спасибо, до свидания! – радостно поблагодарила я и вышла из его кабинета, подойдя к Питеру.
Он сидел, закрыв глаза. Кажется задремал. Я осторожно коснулась его плеча и он немного дернулся, туманным взглядом взглянув на меня.
— Я замолвила за тебя слово, так что мы свободны, – улыбнулась я.
— А наказание? – спросил Питер. — Либо мистер Филдон сегодня в добром расположении, либо ты обладаешь какой-то силой разума.
— Силой разума? – засмеялась я и он неловко улыбнулся в ответ. — Просто ты не виноват и я рассказала об этом. Ладно... Мне нужно идти домой. До завтра, Питер.
Брюнет открыл рот, будто собирался что-то сказать, но ничего не произнёс, лишь глаза лихорадочно забегали, словно он занервничал. Последний раз бросив на него взгляд, я зашла в раздевалку, чтобы одеться, и вышла из школы. Где-то сзади раздались торопливые шаги и Питер догнал меня, поравнявшись.
— А ты... Я хотел спросить... Ну, в общем... Тебя проводить до дома?
Я остановилась, поддерживая рюкзак на плече.
— Я живу где-то рядом с Форест-Хиллс. Ещё не знаю, какая точно улица.
Лицо Питера просветлело.
— Я тоже. Раз ты пока не знаешь Нью-Йорк, я покажу тебе, какой автобус ходит. Расскажешь, где твой дом, и я провожу.
Меня должен был забрать отец после школы, но мне так захотелось поехать с Питером, что я быстро отправила сообщение и, кивнув ему, пошла с ним.
Путь до остановки был не таким долгим. Солнце постепенно пряталось за огромными зданиями Нью-Йорка, окрашивая город в нежные оранжево-розовые цвета. Мы шли и не разговаривали, каждый был погружён в свои мысли, а может мы просто стеснялись разговаривать друг с другом, кто знает. Вместе с нами шло несколько таких же подростков и учеников нашей школы, которых я мельком видела в столовой. Завидев нас, те стали перешептываться между собой. Ну что сказать, теперь я стала популярна на всю школу. С одной стороны я хотела новых друзей и другую жизнь, но я совсем не хотела становиться популярной лишь из-за того, что была причиной драки. Это было просто ужасно.
Долго ждать автобус нам не пришлось, ведь он приехал довольно быстро. К этому времени уже практически стемнело, небо было окрашено в сине-фиолетовые цвета. Питер, как истинный джентельмен, пропустил меня вперёд, на что я скромно улыбнулась ему. На улице, на которой мы оказались, стояло много фонарей, своим ярким белым светом освещающие всю улицу. Как только мы вдвоём вышли из транспорта, двери тут же закрылись и автобус уехал, оставляя нас одних на такой широкой улице.
— Ну... вроде, мой дом в той стороне, – сказала я, указывая пальцем вперёд. Питер кивнул и мы потихоньку пошли.
На небе появились первые звёзды, такие маленькие яркие точечки, украшающие ночное небо. Между нами нависла тишина, вызывающая во мне волнение и смятение. Не выдержав, я решила разрушить эту тишину своей речью.
— Питер, скажи, почему Флеш задирает тебя? То есть... он обижает многих, но тебя как то особенно что-ли... – я мельком глянула на задумавшегося парня, после чего опустила взгляд на свои ботинки.
— Да я сам... не знаю. Не помню того момента, когда он начал всем этим заниматься, – Паркер запустил пальцы в свои волосы в районе затылка. Он также опустил взгляд, но после взглянул на меня, а потом опять на дорогу.
— Но почему ты никак не даёшь ему отпор? Ну... кроме сегодняшнего происшествия в столовой... – я глянула на Питера, а тот по чистой случайности на меня и так получилось, что мы пересеклись взглядами.
Я всмотрелась в этот бездонный взгляд цвета сладкого молочного шоколада. Только сейчас, словно околдованная ими, я заметила, какие же у него чертовски красивые и манящие глаза.... Так, стоп, Бэт! Ты думаешь совершенно не о том!
— Я привык к этому. Он неисправим и... нужно просто смириться, – он пожал плечами, а я лишь смущённо отвела взгляд, явно думая в это время совсем не о том. Либо у меня потрясение после сегодняшнего, либо Нью-Йоркский воздух плохо на меня влияет.
Большинство считали Питера аутсайдером. Никто в классе не смотрел на него или смотрел свысока. Это из-за внешности? Манеры одеваться неприметно? Сейчас, глядя на него, я не видела ничего ужасного в нем. Ни во внешности, ни в одежде. Он был таким же обычным парнем, как и другие, но всё же что-то его отличало от остальных. Я пока не могла понять, что именно. Как это бывает, тот, кто отличается, часто становится объектом насмешек. Питер сперва не показался мне дружелюбным, но сегодня в столовой и у кабинета директора открылся с другой стороны.
— Понятно. Он как-то упоминал, что ты... фотограф-неудачник... Хотя я таковым тебя не считаю! Но мне интересно... ты... фотографируешь? – мое волнение, возникшее практически из неоткуда, охватило меня с головой, хотя ничего критичного сейчас не происходило.
Я пальцами сжала лямку портфеля, всё таки не решаясь посмотреть на Питера.
— Да, фото – мое хобби. Фотографирую для школьных новостей, подрабатывая таким образом, – сказал тот и засунул руки в карманы толстовки.
Подул лёгкий ветерок, из-за чего я поёжилась.
— А ты... какое хобби? Ой, то есть... я имею в виду... ну это... ну то есть... – он говорил неуверенно и явно не мог сложить воедино всё то, о чём думал. Но не трудно было догадаться, о чем он хотел спросить.
Я улыбнулась. Стало спокойнее дышать от понимания того, что нервничала не я одна.
— Ну... у меня нет определенного хобби, мне просто нравится наука, а именно химия и физика. Вот например закон инерции: материальная точка находится в состоянии прямолинейного и равномерного движения или покоя, если... –я не успела договорить, так как неожиданно для меня Питер продолжил:
— Если на нее не действуют другие тела или действие этих тел скомпенсировано.
Я улыбнулась и, забыв о тревожащих меня чувствах, посмотрела на парня.
— Так ты тоже понимаешь физику! Вау! В Принстоне, ну там, где я жила, меня не понимали и часто дразнили по этому поводу, но как же хорошо, что хоть здесь есть единомышленники!
Он тоже улыбнулся мне и, болтая о науке, мы и не заметили, как дошли до наших домов.
— Вот мой дом, – сказала я, указывая на небольшой домик, стоящий среди таких же. Питер кивнул и указал пальцем на соседний.
— А я живу здесь. На самом деле здорово, что... что ты моя соседка и одноклассница, – он смущённо опустил голову, мельком поглядывая на меня.
Температура в моих щеках вдруг стала повышаться, а цвет изменился с белых на ярко красный. Стоп. Только не говорите, что Питер тот самый племянник соседки и тот самый парень, за которым я нечаянно подглядела! Тот самый парень с шикарным телом.... Бэт! Стой! Остановись!
— А... да, здорово, классно, ну пока, увидимся завтра в школе! – быстро затараторила я и, кивнув на прощание, быстрым шагом пошла в сторону входа в дом.
Оказавшись дома, я прижалась к стене, приложив руки к горящим щекам. Сердце бешено стучало и казалось, что оно вот-вот выпрыгнет из груди. Дыхание было рваное, такое, будто я пробежала целый марафон.
Черт. Как же было стыдно. Он ведь тогда точно увидел...