Хонгвей
Небольшой шатёр, расположенный среди огромного поля, в нескольких метрах видно воинов, которые охраняют Императора, генерала и их омег. Хосок конечно в себе не сомневается, как и в Намджуне, но на кону не только их жизни, да и Император не самоубийца, ведь добровольцы на его жизнь всегда найдутся. Намджун с Хосоком отправились в поисках дров, сухой травы, и других материалов. Из чего можно было бы разжечь костёр, Юнги с Джином принялись раскладывать вещи, доставать еду. В основном всё делал Юнги, а Джину он сказал отдыхать, безопасность ребёнка это главное.
Альфы вернулись с дровами, и сухой травой. Хосок с Юнги принялись разжигать костёр, а Намджун укрыл Джина пледом, чтобы тот не простил. Юнги по указанию Джина, приготовил ужин, всё было очень вкусно. На небе было видно каждую звёздочку. Намджун помог Джину, опустится на плед, между его разведённых ног, приобнял мужа, он поглаживал животик, рассказывая тому название звезд, и созвездий. Тот откинувши голову на плечо мужа, с восторгом слушал, а когда альфа заканчивал, он пальцем указал но новое созвездие, и снова слушал.
— Они такие милые, — хихикнул Юнги, который также сидел между разведённых ног своего любимого.
— Они будут хорошими родителями, — улыбнулся Чон, чмокнул омегу в макушку.
— А мы? — Юнги съехал головой с плеча, по руке, заглядывая в глаза Чона. — А мы будем хорошими родителями? Сможем воспитать ребёнка в любви и ласке?
— Мы будем самими лучшими родителями, — улыбается Хосок и нагнувшись оставил лёгкий поцелуй на губах Юнги. — Наш ребёнок будет жить в любви и достатке.
— Обещаешь? — снова заглянул в глаза Чона омега.
— Обещаю, — улыбнулся, Хосок и помог Юнги сесть нормально, так как тот уже полностью лежал, в руках Чона.
— А почему на небе так много звёзд? — Юнги руку к небу подносит, сквозь пальцы на их сияние смотрит.
— Каждая звёздочка, это вселенная. С такими же людьми как мы, а после смерти наши души меняют вселенную. Возможно в одной из них, мы с тобой вместе, уже женаты, и у нас есть малыш… Юнсок, и мы живём счастливо.
— Юнсок, — пробует на произношение Юнги и улыбается. — Это сочетание Юнги и Хосока, — улыбается Юнги смотря на звезды. — Красиво звучит.
— А если меня убьют, что ты будешь делать? — вдруг спрашивает Юнги.
— Ты о чём даже не думай о таком. Я не позволю, — сразу напрягается Хосок.
— Но всё же, что ты будешь делать? Как будешь дальше жить?
— Я без тебя не живу, а существую. Без тебя нет и меня.
— А давай дадим обещание, если один из нас умрёт, второй продолжит жить. В первую очередь в память о нашей любви. Если я уйду первый, я буду ждать тебя там, — Юнги на небо кивает. — И не важно в какой из вселенных, я все равно буду любить тебя, и ждать тебя в каждой из них.
— Найду, в каждой из них, — Хосок впивается в губы омеги, нежно сминая их.
Слышится странный звук, а затем копошение воинов.
— Что случилось? — сразу подскакивает на ноги Генерал.
— Что такое? — поднимается и Император.
— Ваше Величество, похоже это дикие лошади. Они пришли поесть травы. Мы не подпустим их близко.
— Хорошо будьте осторожны.
— Здесь есть дикие лошади, — глаза, Юнги азартом засияли.
— Есть, но они дикие, это может быть опасно, нельзя подходить к ним близко. Они могут быть агрессивными, — стройными голосом говорит Чон, ведь знает, Юнги очень любопытный, и может пойти к ним.
— Хорошо я к ним близко подходить не буду, — закатил глаза Юнги.
— Вот и отлично, а сейчас спать.
*****
Юнги ночью тихонько выбирается с объятий Хосока, покидает шатёр. Мин оглядываясь по сторонам приседает, чтобы его не было видно. Вдалеке видно двух воинов, Юнги видит как те о чем-то разговаривали, остальные похоже спят, а эти на страже. Юнги поднимается на ноги, обходит шатёр и движется в сторону стада, диких лошадей. Некоторые лошади, лежат, похоже спят, некоторые лежат но не спят, смотрят на гостя. И только один чёрный настолько, что даже среди ночи он выглядит очень черным. Наверное вожак. Юнги видит как его грива на ветру развевается. С восторгом наблюдает за столь прекрасным созданием. Конь головой взмахивает, чтобы гриву с глаз убрать. Прямо в глаза гостя смотрит, и медленно подходить начинает.
Юнги с места не двигаются, даже не дёргается, стоит и с нескрываемым восторгом за лошадью наблюдает. Конь остановился напротив Мина, носом жмыхает от чего волосы Юнги подлетают. Юнги даже рот от восторга открывает, за пазуху руку пихает и маленький свёрток достаёт. Там сахар который, он спрятал от Хосока. Юнги сахар на руку кладёт и ладонь лошади протягивает. Конь губами собирает лакомство (кто кормил когда-то лошадь, думаю поймёт как это), а Юнги пищать от счастья хочется. Когда сахар закончится, конь отстраняется и снова на лицо Юнги жмыхает, легонько мергечет.
— Извини, больше нет. Но я утром ещё принесу, — улыбается Юнги и руку хочет на морду положить, но конь головой машет, голову поднимат, и начинает губами волосы омеги перебирать.
— Ну нет больше, — Мин не задаётся и рукой по гриве проводит. Конь отстранившись снова, жмыхает, но стоит послушно. Юнги хочет попытаться снова, руку медленно подносит, лошадь не двигаться. Юнги свою ладонь к лбу лошади прикладывают, рот открывает. Ведь конь не двигается в глаза парня смотрит. Так они и стоят несколько минут, когда до Юнги доходят слухи о чьём то разговоре. Конь разворачивается и уходит к своему стаду, Юнги ему в след смотрит, улыбается и развернувшись к шатёру идёт.
*****
Утром Юнги проснулся позже всех, Намджун и Хосок по указанию Джина готовили завтрак на костре. А Джин как король, сидел на куче из одежды, и командовал.
— Доброе утро, — улыбнулся такой картине Юнги.
— Доброе Юнни, — улыбнулся Джин другу.
— Доброе утро, — сказали и альфы.
— Давайте я помогу, — смеясь сказал Юнги, смотря на мучения альф.
— Не не не, пусть готовят. А ты сюда иди, будем командовать, не каждый день выпадает такая возможность, в нашем подчинении сам Император и Генерал, — подмигнул другу довольный Джин.
— Мы вообще-то слышим, — подал голос Намджун.
— Молчи раб, — крикнул Джин.
*****
— Это вообще есть можно, — Юнги посмотрел на то что приготовили альфы.
— Выглядит не очень, сейчас на вкус проверим, — Джин взял в руки ложку, пробуя этот «шедевр».
— Тьфу, вы что туда сыпали, — скривился Джин.
— Все что ты говорил любимый. Сейчас попробую, может тебе из-за беременности кажется не вкусно, — Намджун взял ложку.
— Тьфу, гадость, — тут же выплюнул Намджун.
— Придётся есть то, что осталось, — вздыхает Джин.
— Что там есть тащите сюда.
После небольшого перекуса всё начали собирать вещи, Юнги складывал вещи, и грыз морковь. До Юнги доходит странный шум, словно кто-то дует в его волосы. Мин обернулся, как на его лице появился улыбка до самых ушей.
— Привет, — улыбается Юнги и получает вжмых лошади в лицо.
— Извини, я совсем забыл. Хочешь морковку, — подносит на ладони пол морковки. Лошадь принимает лакомство, и начинает жевать.
— Ты такой красивый, можно назвать тебя Хонгвей, — Юнги с восторгом начинаешь водить рукой по шее лошади. Тот никакого сопротивления не показывает, значит ему нравится это имя.
— Мне нужно идти, пока Хонгвей, — но лошадь не уходит, продолжает стоять на месте.
— Юнги… — Хосок замирает.
— Вау какой прекрасный конь, — начинает подходить Чон, но лошадь не даёт к себе подойти, даже на 3 метра.
— Это мой новый друг, зовут Хонгвей, — подходит и останавливается радом с Хосоком Юнги.
— Грандиозный?
— Ага, — улыбается Юнги, и лошадь подходит к нему, останавливается радом. — Ты ему не нравишься, — смеётся Юнги, когда лошадь хватает Мина за одежду и тянет подальше от Хосока.
— Ей, имей совесть, он мой омега, — смотря лошади в глаза заявляет Чон.
— Так всё спокойно, вам ещё подраться не хватило, — вмешивается Юнги.
— Хонг иди к своему стаду, — погладил Мин, лошадь, но та и не думает уходить.
— Хочешь остаться со мной? — и лошадь кивает, как будто понимает человеческую речь.
— Хорошо, давай заключим договор, — обращается Хосок к лошади.
— Только, после того как вернёмся в Дайду (столицу), — Хонгвей понимающей смотрит, Юнги отпускает.
Уже к обеду, Император, вместе с Юнги вернулись во дворец, Джин попрощался с другом, и направился прямо в их с генералом поместья.
Юнги сразу после прибытия, приказал повару приготовить им вкусный обед, чтобы наконец-то полноценно покушать.
После трапезы с Императором, Юнги вспоминает о пареньке с площади. Мин собирается уже покинуть дворец верхом, на Хонгвее, но слышит голос Императора.
— Куда ты собираешься? — остановился в пару метрах от лошади Чон.
— На рынок, я скоро вернусь.
— Зачем тебе туда идти, пошли прислугу, — не понимает Чон, почему омега так переживает.
— Я обещал, — с мольбой смотрит на него Юнги.
Всё-таки после быстрого рассказа Хосок, отпускает Юнги, но с несколькими воинами, он не может им рисковать.
Чонгук с самого утра, ждёт хёна в том же переулке. Гук не сам, рядом с ним стоит Хани, одной рукой держится за руку брата, а второй прижимает к груди потрёпанную куклу. Время уже за обед, Хани начинает дёргать руку брата, прося её покормить. Старший же, не знает что делать, стоит дождаться хёна, которого всё ещё нет, или же что-то своровать, для сестры.
Только вот последнее время из-за шарма на пятке, Гука часто ловят.
А сейчас быть пойманным на воровстве, и оставить сестру одну в этом жестоком мире, не хочется. Когда Хани, уже чуть ли не плачет, время за обед, а единственное, что они еле с братом за 2 дня, один рисовой пирожок. Чонгук уговорил сестру не выходить и ждать его, чтобы всё так отправится на рынок и утащить хотя бы маленький кусочек хлеба, чтобы прокормить сестру, как прямо напротив переулка останавливается чёрная как ночь лошадь.
— Хён, — улыбается Гук. — Ты пришёл, а мы уже заждались.
— Извините, я хотел раньше, но меня задержали, — слезает с лошади Мин.
— Привет, — опускается на корточки перед девочкой Мин. — Я Юнги, а ты? — улыбается так по-доброму.
— Хани, — прячется за потрёпанной игрушкой девочка.
— Я вам, кое-что принёс, — тянется за пазуху Мин, чем вызывает огромный интерес у Хани.
— Держи, — протянул рисовой пирожок Мин, но Хани вместо того, чтобы взять, сначала на брата смотрит, когда тот кивает, ведь уже взял свой пирожок, девочка улыбается и принимает пирожок, перед тем как начать есть на пополам разламывает, и Юнги протягивает одну половину.
— Я не хочу, можешь съесть всё сама, — улыбается Мин, вот что значит жизнь на улице, в первую очередь думаешь о близких, а уже потом о себе. Улица людей не портит, она их воспитывает.
— Спасибо, — бормочет девочка, и глаза опускает, наконец-то кушать начинает.
— Поехали со мной? — говорит Юнги детям которые уже съели пирожки.
— Куда? — сразу же интересуется Гук.
— Во дворец Императора.
— Хён, спасибо за пирожки, но дальше мы сами, — взял сестру за руку Гук. — Нам не нужна жалость.
— О какой жалости идёт речь? — не даёт им просто так уйти Юнги.
— Ты забыраешь нас, только из-за того что у нас нет родителей, мы не можем оплатить твою помощь, так что это если не жалость.
— Я вас не жалею, — мрачнеет Юнги. — Я вам помогаю, вы будете помогать прислуге, а вас за это будут кормить, и вы сможете жить в комнате для прислуги. Это не самая лучшая помощь, но однозначно лучше чем, жить на улице и воровать еду, если бы я вчера не оказалась рядом, чтобы было, с тобой, а сестра?
— Хён, — нагибает голову Чонгук. — Спасибо, что не бросил, меня вчера, ещё и помогаешь нам. — Поехали, — поднимает Хани на руки и сажает верхом на Хонгвея, а затем и Чонгука.
Спасибо за прочтения ♡