14. Новые загадки
Дом Мормонтов возвышался посреди густого леса, словно тёмный замок из старинной легенды. Его стены, построенные из чёрного камня, казались поглощающими свет, делая атмосферу вокруг ещё более мрачной. Высокие башни с остроконечными крышами исчезали в тумане, который окутывал лес. Ветви деревьев, словно стражи, тянулись к дому, закрывая его от посторонних глаз. Единственным звуком было завывание ветра, будто природа сама предупреждала незваных гостей.
Когда карета остановилась у массивных железных ворот, Розалия ощутила лёгкий холодок по спине. Служанка рядом с ней нервно поправляла свой платок, явно ощущая ту же тревогу. Ворота скрипнули, и их встретил дворецкий. Это был высокий, худощавый человек с седыми волосами, зачёсанными назад. Его лицо казалось вырезанным из камня, и только глаза, бдительные и цепкие, выдавали живую натуру.
- Добро пожаловать, леди Розалия, - его голос был тихим, но резким, словно он редко говорил громко. - Прошу за мной.
Дворецкий провёл её через огромный мрачный холл с высоким потолком. На стенах висели портреты предков Мормонтов, их суровые лица следили за каждым её шагом. Ступая по ковру тёмного бордового цвета, Розалия ощущала, как тишина давит на уши, а её каблуки звучат слишком громко.
Когда они вошли в гостиную, Розалия ожидала увидеть Рейнольда. Вместо него в кресле у камина сидел пожилой мужчина. Он поднял голову, услышав их шаги, и внимательно посмотрел на неё. Это был Генрих Мормонт - дед Рейнольда.
Генрих выглядел так, будто сошёл с одного из портретов в холле. Его седые волосы, зачесанные назад, подчёркивали высокий лоб и острые черты лица. Густые брови нависали над глубокими, серыми глазами, которые излучали холодный интеллект и опыт прожитых лет. Его длинные пальцы слегка барабанили по подлокотнику кресла, создавая едва слышный ритм. На нём был строгий тёмный костюм, который подчёркивал его осанку и вызывал уважение.
- Леди Розалия, - произнёс он низким, бархатным голосом, который показался ей одновременно гостеприимным и настораживающим. - Я ожидал вашего приезда. Рейнольд скоро присоединится к нам. А пока... может быть, вы уделите немного времени старому человеку?
Розалия кивнула, стараясь не выдать своего смятения. Её сердце начало биться чуть быстрее: она не ожидала, что сначала ей придётся говорить с этим человеком, чья репутация была окружена тайнами и слухами.
Генрих продолжал смотреть на неё так, будто видел не только её лицо, но и все тайны, скрытые в её душе. Этот взгляд заставлял Розалию чувствовать себя маленькой, будто её проверяли, изучали и одновременно судили.
- Вы, наверное, не понимаете, зачем я здесь, - сказал он, наконец нарушив молчание. Его голос был глубоким, почти гипнотическим. - Но я всегда предпочитал начинать с истины, даже если она не для всех очевидна.
- Истина? - переспросила Розалия, слегка нахмурившись.
- Истина в том, что время - обманщик, леди Розалия. Оно позволяет нам думать, что всё происходит случайно. Но это не так, - он сделал паузу, барабаня пальцами по подлокотнику кресла. - Вам никогда не казалось, что некоторые дороги ведут только в одно место, независимо от того, как вы пытаетесь свернуть?
Розалия не знала, что ответить. Его слова звучали как загадка, а тон добавлял ещё больше тревоги.
- Я... не уверена, что понимаю вас, лорд Генрих, - честно ответила она.
- Вы не понимаете сейчас, но однажды поймёте, - сказал он, чуть склонив голову, будто смирившись с её ответом. - История, моя дорогая, - это вечный круг. И те, кто думают, что могут избежать его, чаще всего оказываются его жертвами.
Она почувствовала, как по её спине пробежал холод. Генрих говорил странно, будто намекая на что-то, о чём она не знала.
- Но зачем вы говорите это мне? - спросила она, стараясь, чтобы её голос звучал твёрдо.
Он усмехнулся, но в этой усмешке не было ни радости, ни насмешки.
- Потому что вы пришли сюда не просто так, леди Розалия. Никто не приходит в дом Мормонтов без причины.
Его слова повисли в воздухе, как грозовая туча. Она хотела задать ещё один вопрос, но дверь гостиной тихо открылась, и в комнату вошёл Рейнольд. Его спокойное, уверенное присутствие сразу разрядило атмосферу, хотя холод от странного разговора с Генрихом всё ещё оставался.
- Дедушка, я думал, вы позволите мне встретить гостью, - сказал Рейнольд с лёгкой улыбкой.
Генрих лишь откинулся в кресле, его взгляд вновь устремился на огонь в камине.
- Конечно, конечно. Но всегда полезно узнать старших членов семьи, не так ли?
Розалия поспешила перевести внимание на Рейнольда, стараясь скрыть смущение и лёгкий страх от этого странного разговора.
Розалия машинально подняла взгляд, и её внимание привлекла башня, высившаяся вдалеке за окном. Её тёмный силуэт, будто поглощённый окружающим мраком, казался неестественно зловещим. На секунду ей показалось, что башня как-то оживает, притягивая к себе её взгляд.
В следующий момент в её голове всё закружилось. Комната исчезла, и её сознание словно унеслось в прошлое. Она увидела себя... но не в этом теле. На земле, перед той самой башней, лежало её мёртвое тело. Ветер трепал её волосы, а глаза безжизненно смотрели в пустоту.
"Я... упала? Или меня... сбросили?" - пронеслось в её голове. Но воспоминание не было чётким. Оно скорее было ощущением - холодным, тёмным, пропитанным страхом.
- Леди Розалия, - голос Рейнольда выдернул её из этого видения. Она вздрогнула и резко обернулась к нему, хватаясь за подлокотник кресла, чтобы не упасть.
- Вы в порядке? Вы побледнели, - в его глазах читалось искреннее беспокойство.
- Да... просто... закружилась голова, - попыталась соврать она, но её голос звучал неубедительно.
Рейнольд подошёл ближе, его спокойное присутствие немного разрядило её внутреннее напряжение.
- Эта башня, - тихо начала она, посмотрев в окно, - что это за место?
Рейнольд замер, его взгляд стал настороженным.
- Это старая сторожевая башня, оставшаяся с прошлого века. Она давно заброшена, но в нашей семье ходят слухи, что её история... не самая счастливая.
- Что вы имеете в виду? - спросила она, стараясь не выдавать дрожь в голосе.
Рейнольд чуть нахмурился, будто размышляя, стоит ли рассказывать больше.
- Люди говорят, что в ней случилось несколько трагедий. Кто-то называл её проклятой. Но это всего лишь слухи, - он посмотрел на неё пристально. - Почему вы спрашиваете?
Розалия замялась, не зная, как объяснить свои видения.
- Просто... она выглядит... необычно.
Рейнольд кивнул, не задавая больше вопросов, но в его взгляде было заметно, что он что-то подозревает.
В голове Розалии всё ещё звучали отголоски того видения. Образ её мёртвого тела у подножия башни врезался в память, вызывая ощущение, что это место связано с её прошлым... и, возможно, с её будущим.
Мысли Розалии метались, словно буря в её голове. Почему она увидела своё тело именно у этой башни? Почему башня находилась во владениях Мормонтов? Ответов не было, только ещё больше вопросов.
"Что если это был не несчастный случай?" - эта мысль пронеслась слишком быстро, чтобы её отбросить. А затем пришла другая, ещё более пугающая: "Что если меня сбросили?"
Её взгляд на миг остановился на Рейнольде. Его спокойное выражение лица не выдавало ни малейшего признака злого умысла. Но разве это что-то доказывает? Разве он не мог... быть причастным?
- Леди Розалия, - позвал он, и его голос звучал так мягко, так обыденно, что это только усилило её тревогу.
"Нет, он не мог, - убеждала она себя. - Но почему тогда я здесь? Почему именно Мормонты? Почему это воспоминание всплыло в этом доме?"
Она почувствовала, как холодные пальцы страха начали сжимать её горло.
"Если он сделал это однажды, что мешает ему сделать это снова?"
Розалия поспешно отвела взгляд.
- Вы уверены, что с вами всё в порядке? - спросил Рейнольд, его тёмные глаза были сосредоточены на ней.
Она сглотнула, стараясь взять себя в руки.
- Да, конечно. Просто устала с дороги, - натянуто улыбнулась она, хотя её руки слегка дрожали.
"Перестань, Розалия. Это просто видение, это не доказательство. Ты не знаешь, что случилось тогда, и не знаешь, кто был причастен."
Но мысли не отпускали её, цепляясь за каждую деталь, за каждый взгляд Рейнольда.
- Может, хотите отдохнуть? - предложил он, поднимаясь с кресла.
"Отдохнуть? Или..." - её разум тут же подбросил ещё одну пугающую мысль, но она заставила себя подавить её.
- Нет, спасибо, - сказала она, стараясь держать голос ровным. - Лучше немного прогуляюсь.
Рейнольд кивнул, но его взгляд был слегка настороженным.
Розалия поднялась и направилась к выходу из гостиной, стараясь не показывать свою растерянность. "Соберись, Розалия. Это всего лишь дом. Это всего лишь человек. И ты ещё жива. Пока."
Розалия остановилась, с трудом сдерживая охватившую её панику. Она точно помнила, что эта дверь должна была вести в холл, но вместо этого она оказалась в странной зеркальной комнате. Слишком много отражений, слишком много её собственных растерянных лиц.
Она сделала осторожный шаг вперёд, но не смогла понять, куда ведёт путь. Половина отражений выглядела искажённой: то слишком вытянутой, то слишком приземистой. Отражения будто жили своей жизнью, насмехаясь над её смятением.
- Что за чертовщина... - прошептала она себе под нос, оборачиваясь и пытаясь найти дверь, через которую вошла.
Но её не было.
Розалия замерла, оглядываясь.
- Это какая-то шутка? - громко спросила она, надеясь, что Рейнольд или кто-то другой услышит её.
Тишина.
Она шагнула ближе к одному из зеркал, и вдруг ей показалось, что отражение задержалось на долю секунды. Как будто оно двигалось чуть медленнее, чем она сама. Розалия моргнула, но отражение всё ещё выглядело... неправильным.
- Что это? - её голос дрожал.
Вдруг одно из отражений начало двигаться. Оно наклонило голову, хотя она сама стояла неподвижно. Отражение чуть улыбнулось - странно, холодно, неестественно.
- Что ты здесь ищешь, Розалия? - голос отражения прозвучал, будто издалека, и эхом разнёсся по комнате.
Она отшатнулась, едва удержав равновесие.
- Кто ты? - потребовала она ответа, сжимая руки в кулаки, чтобы хоть немного унять дрожь.
- Разве ты не знаешь? - усмехнулось отражение, шагнув ближе. Теперь она могла разглядеть, что это была не совсем она: глаза у этой "Розалии" были чёрными, пустыми, как бездна. - Ты пришла сюда искать ответы, но готова ли ты услышать правду?
Розалия почувствовала, как сердце начало бешено колотиться.
- О чём ты говоришь? - выдохнула она.
- Ты знаешь, что случилось с тобой. Ты чувствуешь это. - Отражение прищурилось. - Но ты боишься признать правду.
- Замолчи! - выкрикнула она, её голос эхом разнёсся по комнате.
- Ты думаешь, ты пришла сюда случайно? - продолжало отражение, не обращая внимания на её крик. - Но ты ошибаешься. Всё предрешено, Розалия. Башня, ты, Мормонты... Всё это повторяется.
Она резко обернулась, но вокруг было лишь бесконечное количество её лиц, каждое из которых смотрело на неё с разной степенью ужаса и насмешки.
- Что это за место? - прошептала она, чувствуя, как ноги начинают слабеть.
Отражение улыбнулось шире.
- Это место - твоё отражение. Как и всё, что здесь. Ты видишь лишь то, что прячешь глубоко внутри.
Её дыхание участилось. Она заставила себя отвернуться от зеркал и шагнула вперёд, пытаясь найти выход.
- Нет... Я здесь не для этого. Я... я пришла говорить с Рейнольдом, - она пыталась напомнить себе цель, пытаясь не поддаться на игру этой странной комнаты.
Но отражение прошептало:
- Ты можешь убедить себя в чём угодно. Но здесь... здесь тебя найдёт правда. И ты с ней встретишься, хочешь ты того или нет.
Розалия почувствовала, как кровь застыла в её жилах. В отражении напротив больше не было её нынешнего лица, её новой внешности. На неё смотрела Анна - та, кем она была до этого странного перерождения.
Её прежние глаза, прежняя улыбка, прежнее тело - всё это было таким знакомым, но теперь казалось чем-то чуждым.
- Анна... - прошептала она, не веря своим глазам.
Отражение смотрело прямо на неё, но взгляд был твёрдым, пронизывающим, полным скрытого предупреждения.
- Не доверяй, - голос Анны был низким, почти шёпотом, но звучал в зеркальной комнате как гром. - Не верь всем подряд. Предатель уже рядом. Он ближе, чем ты думаешь.
Розалия моргнула, надеясь, что это всего лишь иллюзия, но отражение не исчезло. Анна наклонилась ближе к зеркалу, её глаза прожигали насквозь.
- Ты должна найти его. Ты должна противостоять ему, даже если это будет больно. - Голос стал резче, почти командным. - Не повторяй моих ошибок.
- Кто? - Розалия шагнула ближе, сдавленно дыша. - Кто он?
Анна нахмурилась, её лицо в отражении стало напряжённым.
- Я не могу сказать. Ты должна понять это сама. Посмотри на тех, кому ты доверяешь. Кто из них говорит правду, а кто скрывает?
Розалия сжала руки в кулаки.
- Почему? Почему ты не можешь сказать?
Анна чуть улыбнулась, горько, словно видела что-то, чего Розалия ещё не понимала.
- Потому что это твоя жизнь теперь. Это твоя битва. Я могу лишь предостеречь.
В комнате стало холоднее, и свет ламп, казалось, померк. Розалия почувствовала, как её ноги слабеют, но она всё ещё пыталась смотреть в глаза своему прошлому.
- Ты должна быть сильной, - сказала Анна напоследок, прежде чем её образ начал растворяться. - Будь готова к тому, что даже близкие могут оказаться врагами.
- Нет! Подожди! - Розалия вскрикнула, но отражение исчезло, а вместо него снова появилась её нынешняя внешность.
Она смотрела на своё лицо, бледное и испуганное, не понимая, что это только что было. Анна? Призрак? Воспоминание?
Но слова звучали в её голове: "Предатель рядом. Найди его и не бойся противостоять."
Она глубоко вдохнула, пытаясь унять дрожь. "Я должна это выяснить. Если Анна права, то опасность ближе, чем я думала."
Розалия сидела на холодном мраморном полу, сжав голову руками. Её мысли путались, а сердце бешено колотилось. Шум шагов вернул её в реальность. Она подняла взгляд и увидела перед собой Рейнольда и его дедушку, Генриха Мормонта. Оба смотрели на неё с настороженностью и любопытством.
- Леди Розалия, - первым заговорил Рейнольд, нахмурившись, - что вы делаете в этом крыле дома?
Её взгляд метнулся к двери, через которую она вошла. "Я зашла сюда из гостиной... Как я оказалась здесь?"
- Какого черта творится в этом доме?! - сорвалась она, всё ещё тяжело дыша. Её голос эхом разнесся по комнате, отражаясь от зеркал.
Генрих прищурился, его тёмные глаза блеснули, словно он что-то знал.
- Этот вопрос должны задать мы, дитя моё, - сказал он с хрипловатой насмешкой. - Как вы сюда попали?
Розалия медленно встала, чувствуя себя неуверенно под пристальными взглядами двух мужчин.
- Я... Я зашла через дверь из гостиной, но она... - она замолчала, оглядывая комнату. Всё это было абсурдно. - Она привела меня сюда.
Рейнольд окинул её внимательным взглядом, а потом взглянул на Генриха.
- Это невозможно, - сказал он. - Дедушка, это крыло закрыто. Никто не может попасть сюда без ключей.
Генрих сложил руки за спиной, его взгляд стал холодным и цепким.
- Возможно, не все ключи являются физическими, - проговорил он, подходя ближе к Розалии.
Она отступила на шаг, чувствуя, как от его фигуры исходит какое-то зловещее спокойствие.
- Что вы хотите этим сказать? - осторожно спросила она, оглядывая его.
Старик склонил голову, будто изучая её лицо.
- Дитя моё, - произнёс он мягко, но с ноткой угрозы. - Кто ты на самом деле?
Розалия замерла, её дыхание сбилось. Эти слова прозвучали так, словно он видел её насквозь, словно знал что-то, чего она сама не осознавала.
- Я - Розалия Бладворд, - твёрдо ответила она, несмотря на дрожь в голосе.
Генрих усмехнулся, его улыбка была холодной, почти издевательской.
- Ах, леди Бладворд... - его голос прозвучал так, будто он сомневался. - Возможно, даже ты сама не знаешь, кто ты.
Рейнольд нахмурился, глядя то на неё, то на дедушку.
- Дедушка, перестань. Ты её пугаешь, - сказал он, вставая между ними.
Генрих только усмехнулся и отступил на шаг.
- Правда может быть страшнее любых слов, - проговорил он, кивая на дверь. - Думаю, наш разговор закончен.
Розалия с трудом сглотнула, её мысли метались. Она не понимала, что именно имел в виду этот старик, но знала одно - она не доверяет этому дому и людям в нём.
Розалия сидела в карете, сжимая в руках перчатки, как будто это могло помочь успокоить её разгулявшиеся мысли. Пейзаж за окном тянулся бесконечными зелёными линиями, но её взгляд был расфокусированным.
"Этот дом... Эти люди..." - думала она, вспоминая пристальный взгляд Генриха и холодное выражение лица Рейнольда.
Когда она успокоилась после того странного инцидента в зеркальной комнате, Рейнольд всё-таки задал вопрос:
- Вы ведь хотели о чём-то поговорить со мной, леди Розалия?
Его голос был сдержанным, но она почувствовала нотку настороженности.
Розалия посмотрела на него, пытаясь собрать мысли в кучу, но в голове была только одна идея: "Я не могу доверять этому человеку... Пока не могу."
- Уже ничего важного, - ответила она сухо, стараясь держать голос ровным.
Она видела, как в его глазах мелькнуло удивление, но он ничего не сказал, лишь кивнул.
Теперь, возвращаясь домой, Розалия снова пыталась анализировать всё, что произошло.
"Почему он ничего не сказал? Почему Генрих говорил со мной, как будто знал больше, чем положено? И эта комната..."
Карета вдруг подпрыгнула на выбоине, и Розалия вернулась в реальность.
"Слишком много вопросов, и слишком мало ответов. Но теперь я точно знаю одно: я должна выяснить правду. И я должна быть осторожной."
Когда карета подъехала к имению Бладвордов, Розалия уже приняла решение. Она не вернётся в дом Мормонтов, пока не будет готова к новым загадкам. Пока её подозрения не обретут чёткую форму.
Вернувшись в свою комнату, Розалия устало опустилась в кресло у окна. Её пальцы неосознанно скользили по подлокотникам, пока в голове хаотично мелькали мысли.
"Что за странный дом... Почему я оказалась в той части, если шла в холл? А эта зеркальная комната? Сколько раз я повторяла себе, что надо быть осторожнее, но вместо этого вляпалась в какую-то мистику..."
Она прикрыла глаза, пытаясь осмыслить увиденное. Генрих Мормонт... Его слова... Его взгляд, холодный и проницательный, будто он видел её насквозь.
"Что он имел в виду? 'Кто ты на самом деле?' - мысленно повторила Розалия его вопрос. - Зря только ехала. Надеялась получить ответы, а нашла лишь ещё больше вопросов."
Она встала, подошла к зеркалу и посмотрела на своё отражение.
"Может, я действительно не должна была туда ехать? Может, это знак, что мне нужно держаться подальше от Мормонтов?"
Но что-то внутри неё протестовало против этой мысли. Это было похоже на интуицию или на тень той самой Анны, что предупреждала её в зеркальной комнате.
"Нет. Я должна была узнать, на чьей стороне были Мормонты. Но теперь они ещё больше вызывают подозрения. Слишком странные, слишком скрытные..."
Она тяжело вздохнула и отвернулась от зеркала.
"Нужно быть умнее. Надо думать не только о себе. Если Мормонты действительно принимали сторону Бладвордов во время войны, возможно, они знают что-то, что может помочь мне защитить свою семью. Но сначала я должна понять, могу ли я им доверять."
Она села за стол, вынула чистый лист бумаги и задумалась. "Может, начать с того, чтобы написать Рейнольду? Но что я скажу? Простите за мой поспешный уход?"
Перо зависло над бумагой, а Розалия продолжала бороться с сомнениями. "Зря только ехала? Возможно. Но я не оставлю это просто так."
Розалия отложила перо, так и не начав писать. Её взгляд был устремлён в окно, за которым медленно сгущались сумерки. Мысли спутались, словно паутина, и чем больше она пыталась разобраться, тем сильнее запутывалась.
"Что я вообще пыталась найти там, у Мормонтов? Подтверждение своей догадки? Или ответы на те вопросы, которые сама себе боюсь задать?"
Её размышления прервал стук в дверь. Служанка, опустив голову, осторожно вошла, держа в руках серебряный поднос с конвертом.
- Это только что принесли, миледи.
Розалия нахмурилась, осторожно взяла письмо. Запечатанный черным воском конверт без подписи вызывал странное ощущение тревоги.
"Кто мог написать? Это точно не Рейнольд, его письмо выглядело бы иначе..."
Она разорвала печать и развернула аккуратно сложенный лист. На нем всего несколько строк:
"Будьте осторожны. Не все, кто рядом с вами, на вашей стороне. В доме Мормонтов правда, но ключ в вашем прошлом."
Розалия перечитала записку несколько раз, но смысла больше от этого не прибавилось. Её сердце забилось быстрее.
"Кто это мог отправить? Рейнольд? Или Генрих? Или кто-то третий?"
Она сжала письмо в руках, чувствуя, как гнев смешивается с растерянностью.
"Ключ в моём прошлом? Каком прошлом? Моём или Анны? И что это за правда в доме Мормонтов?"
Розалия встала, заправляя письмо в ящик стола. Она понимала, что ответов так просто не получить, но одно стало очевидным: её поездка к Мормонтам, как бы странно она ни закончилась, была лишь началом.
"Если правда действительно скрыта у них, мне придётся вернуться. Но на этот раз я буду готова."
За ужином царила непривычная тишина. Лишь звон столовых приборов и шелест тканей нарушали её. Розалия молчала, всё ещё переваривая события прошедшего дня, когда её отец, герцог Бладворд, наконец заговорил:
- Император объявил официально: принц Айзек помолвлен с принцессой Элионорой из соседнего государства.
Феликс поднял взгляд от тарелки и нахмурился.
- Это дипломатический союз? - спросил он, стараясь скрыть своё раздражение.
Герцог кивнул, отложив бокал.
- Именно. Войны больше не будет, по крайней мере, с их стороны. Этот брак - гарантия мира.
Дариус тихо усмехнулся, откинувшись на спинку стула.
- Мир? Какой мир, если внутри нашего государства нет единства? Император закрывает глаза на внутренние проблемы, как будто этого достаточно.
- Дариус, - резко произнес отец, бросив на сына суровый взгляд. - Император делает то, что считает нужным. Нам, как вассалам, следует уважать его решения.
Розалия почувствовала, как напряжение в комнате начало нарастать. Она хотела остаться в стороне от обсуждения, но вопрос, мучивший её, всё же сорвался с губ:
- А что будет с нашим троном? Если Айзек уедет в соседнее государство, кто останется наследником?
Герцог ненадолго замолчал, словно подбирая слова.
- Это сложный вопрос. У Императора нет других детей. Но не думай об этом, Розалия. Это не наша забота.
Она кивнула, хотя ответ её не устроил.
Феликс вновь вмешался:
- Не наша забота? Отец, с такими переменами в стране каждый шаг может стать роковым. Мы не можем игнорировать политические изменения.
Герцог бросил на него предупреждающий взгляд, и Феликс замолчал, плотно сжав губы.
Розалия вернулась к своему ужину, но её мысли всё ещё были далеко от стола. Объявленная помолвка Айзека лишь подтверждала сюжет книги. Война между герцогскими домами казалась неизбежной.
"Может ли всё повториться? И как мне найти предателя, о котором говорила Анна в отражении? Кто из близких может предать нашу семью?"
Она украдкой взглянула на своих братьев, затем на отца. Никто из них, казалось, даже не подозревал, что опасность может скрываться прямо среди них.
Розалия сидела за столом, разглядывая бокал с вином, но не видела ничего перед собой. Слова отца о помолвке Айзека звучали в её голове, как эхом отдалённого грома.
Она пыталась сосредоточиться на разговоре братьев, на стуке посуды, на мерцании свечей, но внутри всё кипело. Гнев, растерянность, тревога - всё смешалось в один клубок, сдавливая грудь.
"Он уедет. Айзек покинет страну, оставив этот трон в подвешенном состоянии. И что тогда? Всё повторится?"
Она с трудом сглотнула, чувствуя, как тяжесть этой мысли наваливается всё сильнее. Её взгляд невольно остановился на Дариусе. Он выглядел спокойным, но в глазах читалась настороженность.
"Если он узнает, что в будущем всё кончится его смертью... Нет, он не поверит. А если поверит, то что мне сказать? Что я знаю, как закончится эта война, но не могу изменить всё сама?"
Феликс обронил какую-то резкую реплику, но Розалия её почти не услышала. Грудь сдавило ещё сильнее, а руки, сложенные на коленях, начали дрожать.
"Кто предатель? Кто тот, о ком предупреждала Анна? Неужели это кто-то из них? Нет, это невозможно... Но если всё повторяется, предатель уже среди нас. Он уже делает свои ходы."
Её сердце билось так громко, что она боялась, что это услышат остальные. Холодный страх поднимался из глубины души, разливаясь по всему телу.
Она украдкой бросила взгляд на отца. Его суровое лицо выражало полное спокойствие. Но что, если это была всего лишь маска?
"Господи, что со мной не так? Почему я вижу подозрения повсюду? Они моя семья, моя кровь. Но если история повторится, что будет с нами? Со мной?"
Розалия опустила взгляд, пытаясь скрыть своё смятение. Она чувствовала, что начинает тонуть в мыслях, словно в густом тумане.
"Мне нужно взять себя в руки. Я должна быть сильной. Если я сломаюсь, кто спасёт их от той участи, что ждёт в будущем?"
Но даже эта мысль не принесла облегчения. Внутри осталась только пустота и холодное предчувствие надвигающейся бури.
Последующие дни Розалия полностью посвятила себя тренировкам в стрельбе из лука. Утренний воздух был свеж, наполняя легкие прохладой, когда она, сжимая деревянный лук с изящной резьбой, отправлялась на тренировочную площадку в саду.
Она прицелилась, вытянув тетиву, так что каждый мускул на её руке напрягся. Лук был идеален, создан специально под её рост и силу. Кончики пальцев слегка дрожали от напряжения, но взгляд оставался холодным и сосредоточенным.
"Выдох... Отпускай", - велела себе Розалия, и стрела со свистом устремилась к мишени.
Она ударила прямо в центр.
Розалия на миг замерла, прислушиваясь к себе. Стрельба из лука приносила странное чувство умиротворения, словно каждый точный выстрел забирал с собой её тревоги.
Её тонкие пальцы снова взяли стрелу из колчана. Она закрепила её на тетиве и прицелилась. В этот раз ветер слегка поменял направление, и она учла это в расчётах.
Вторая стрела вонзилась чуть выше центра, но всё ещё попадала в "десятку".
"Неплохо", - прошептала Розалия, проводя пальцами по тетиве, прежде чем приступить к третьему выстрелу.
Она вдохнула глубоко, сосредоточившись. Выстрел, и стрела, летящая в воздухе, ударила в центр мишени, точно как первая.
Служанка, наблюдавшая издалека, подошла ближе, держа полотенце и воду.
- Вы невероятно искусны, миледи, - с восхищением заметила она, опуская поднос.
Розалия лишь коротко кивнула, убирая выбившуюся прядь волос.
- Искусство требует упорства. А я, как видишь, далеко не идеальна.
Она медленно сложила лук, убирая его в чехол, и направилась к дому. Впереди её ждали дела, которые уже давно требовали внимания, но мысли о странностях дома Мормонтов и словах Генриха не покидали её даже здесь, на тренировочной площадке.
***
Селена Велмер сидела в своей комнате, глядя на своё отражение в зеркале. Свет от свечей бросал мягкие тени, но её лицо оставалось напряжённым. Губы сжаты, взгляд опущен. Она нервно теребила подол своего кремового платья, пока её мысли путались в вихре отчаяния и страха.
Помолвка объявлена. Айзек и Элианора.
Эти слова не переставали звучать в её голове, словно молот ударял по раскаленному металлу. Она всё сделала неправильно. Её улыбка, её взгляд, её попытки быть рядом - всё оказалось недостаточно. Он не посмотрел на неё так, как она мечтала.
- Почему я не смогла ему понравиться? - прошептала она, глядя на своё отражение, словно ища ответы у самой себя.
Но зеркало, как всегда, молчало.
Селена встала, нервно шагая по комнате. Каждый шаг отдавался тяжестью в сердце. Теперь не только её мечты разрушились. Её провал мог повлиять на всю семью. Она знала, что отец возлагал на неё большие надежды, что этот союз мог укрепить их положение в империи.
И теперь...
- Что он скажет? - вслух спросила она, чувствуя, как пальцы сжимаются в кулак.
Селена остановилась у окна, глядя на сад, залитый мягким лунным светом. Её сердце колотилось в груди, как птица, запертая в клетке. Она вспоминала строгий взгляд отца, его холодный голос, который разрезал воздух, как лезвие.
- Я подвела его, - прошептала она, чувствуя, как горячие слёзы начинают собираться в уголках глаз.
Но Селена тут же вытерла их рукой. Нет, она не покажет слабости. Она будет сильной. Как Велмер.
Селена замерла на пороге кабинета, едва переступив через массивную дубовую дверь. Воздух внутри казался тяжёлым, словно пропитанным страхом и ожиданием. Её отец сидел за большим письменным столом, заваленным бумагами и свитками, но как только она вошла, он медленно поднялся. Его глаза блестели холодом, а лицо выражало ледяное разочарование.
Она нервно сглотнула и опустила взгляд.
- Подойди, - голос отца был низким и отрывистым, но в его спокойствии ощущалась гроза.
Селена сделала несколько шагов вперёд, чувствуя, как ноги дрожат. Она хотела сказать что-то, оправдаться, но не могла найти слов.
И вдруг - резкий звук. Щёка запылала от боли, и она пошатнулась, чуть не упав.
- Ты жалкая, - произнёс он сквозь сжатые зубы. Его голос был наполнен презрением. - Даже не смогла соблазнить принца! Ты понимаешь, что ты натворила?
Селена прикрыла рукой пылающую щёку, не смея поднять глаз. Она видела только массивные ботинки отца и край его тёмного камзола.
- Даже эта проклятая Бладворд... даже она смогла обратить на себя его внимание. А ты? Ты, дочь Велмера, оказалась бесполезной.
Слёзы жгли её глаза, но она не смела дать им пролиться. Она знала, что отец ненавидит слабость.
- Ты позоришь нашу семью, - продолжал он, его голос становился всё громче. - И это после всего, что я для тебя сделал.
Селена сжала кулаки. Её губы задрожали, но она промолчала. Она привыкла к его жестоким словам, но каждый раз это било по её сердцу сильнее, чем до этого.
- Ты ещё можешь исправить свою ошибку, - добавил он, резко отвернувшись от неё. - Найди способ доказать, что ты достойна нашей крови.
С этими словами он махнул рукой, давая понять, что разговор окончен.
Селена развернулась и медленно вышла из кабинета. Её спина горела от напряжения, а щёка всё ещё пылала от удара. Она прошла по коридору, стараясь дышать ровно, но как только оказалась в своей комнате, дверь захлопнулась, и она сдавленно разрыдалась.
Селена сидела на широком подоконнике своей комнаты, глядя на тусклую луну. Её сердце было тяжёлым, а мысли не давали покоя. Она обхватила колени руками, стараясь найти хоть немного утешения в уединении.
Как же ей хотелось увидеть сейчас Мариуса. Её старший брат всегда был для неё опорой, единственным, кто умел успокоить и заставить поверить, что всё наладится. Но сейчас он был далеко, занят делами семьи, которые, казалось, всегда отнимали у неё право на его внимание.
«Почему я родилась здесь?» - думала она, кусая губу. Её злость и обида не находили выхода. Если бы она была простой девушкой, возможно, всё было бы иначе. Без ожиданий, без требований, без унижений.
Она вспомнила Розалию Бладворд, её утончённые манеры и лёгкую улыбку, которой та встречала всех на балах. Их семьи враждовали, но Селена не могла не заметить, как тепло Розалия общалась со своим отцом. Они часто стояли в стороне, весело беседуя, и выглядели такими близкими, такими... счастливыми.
«Наверное, он никогда не поднимал на неё руку», - подумала Селена с горечью.
Слухи о семье Бладвордов ходили самые разные, от скандалов до тайн, но при этом они всегда казались сплочёнными. Селена даже завидовала этому. У них было то, чего она никогда не знала: поддержка, взаимопонимание. Её отец только и делал, что требовал, а если она не оправдывала его ожиданий, наказание не заставляло себя ждать.
- Почему всё так? - шепнула она в пустоту комнаты.
Но ответа не было. Лишь холодный свет луны отражался на её лице, делая её ещё более одинокой.
Селена подошла к своему трюмо, открывая изящно вырезанный ящик, полный украшений. Золотые браслеты, жемчужные ожерелья, серьги, инкрустированные сапфирами, - всё это она теперь воспринимала как цепи, связывающие её с ненавистной жизнью.
Она быстро начала складывать украшения в небольшой бархатный мешочек, едва сдерживая дрожь в руках. Эти драгоценности могли обеспечить её новую жизнь, если она решится на побег.
- Я не стану ничего доказывать отцу, - прошептала она себе, словно пытаясь убедить в этом не только себя, но и весь мир. - Мне не нужны его похвалы или прощение. Я просто уйду... с Джеем.
Джей был её рыцарем. Высокий, с суровыми чертами лица, он всегда находился рядом, когда она выходила в город. Селена не знала, почему он стал для неё таким важным, но его спокойное присутствие и редкие, но искренние слова поддержки заставляли её чувствовать себя защищённой.
Она вспомнила их недавнюю встречу, когда он помог ей выбраться из толпы на рынке. Его рука твёрдо, но нежно сжимала её локоть, а голос был полон уверенности:
- Вы в порядке, леди Селена?
Селена вздохнула, глядя на своё отражение. Её лицо казалось ей чужим - усталым и напряжённым.
- Он поймёт меня. Он поможет, - прошептала она, крепче сжимая мешочек с украшениями.
Решение было принято. Её больше ничто не держит здесь. Она сбежит из этого холодного дома, из-под власти жестокого отца, к свободе и новой жизни с Джеем.