CYBER-SX

— Мы выпустили MYG093. И теперь проводим первые испытания по установлению связи с объектом.

Доктор Ким говорит в небольшой диктофон, а затем откладывает его в сторону на металлической стол перед собой.

— MYG093, не могли бы вы рассказать, что сейчас чувствуете?

Юнги сидит напротив него с прямой спиной и унылым выражением лица. На нем только больничная рубашка, которая едва прикрывает торс, оставляя открытыми ноги. Он все еще полностью лысый, с красными пятнами на коже от трубок, через которые в него вводили наноботов.

В данный момент они находятся в карантине с серыми стенами и потолком. В углу комнаты стоит небольшая раскладушка, а с другой стороны — перегородка с туалетом. В углах комнаты, у стены с единственным выходом, установлены две камеры видеонаблюдения, направленные прямо на Юнги. Обе записывают все происходящее.

В ответ Юнги лишь молча смотрит в пол пустыми глазами, слегка приоткрыв рот, через который вырываются короткие вздохи.

— MYG093. Мне нужно знать, как ты себя чувствуешь. Можешь со мной поговорить, пожалуйста?

Эли старается говорить мягко, но господин Мин, который стоит позади нее вместе с Тэхеном, уже теряет терпение.

— Отвечай на чертов вопрос, Юнги, — недовольно рыкает он, но его сын не проявляет никакого интереса к разговору. — Ты сказала, что с ним все в порядке, — он направляет свой гнев на Эли. — Он молчит с тех пор, как очнулся. Он что, нас не понимает?

— Сэр, он прекрасно осознает, что происходит вокруг. Ему просто нужно время, чтобы привыкнуть к своим кибернетическим улучшениям.

— Возможно, я смогу помочь, — Тэхен делает шаг вперед, упирается ладонью в стол и с ухмылкой наклоняется к Юнги. — Хозяин.

Но тот по-прежнему не проявляет интереса.

Тогда Тэхен решается на крайнюю меру.

— Хен.

Юнги моргает, а затем медленно переводит взгляд на андроида. «Что?» — вот его ответ, голос звучит очень низко и хрипло.

— Юнги-хен, мы хотим знать, как ты себя чувствуешь.

Доктор Ким и господин Мин смотрят друг на друга с удивлением и легкой усмешкой.

— Конечно, у KTH095 были какие-то отношения с Юнги до его безвременной кончины. Возможно, Юнги помнит его и чувствует себя с ним комфортно.

Доктор Ким делает пометку.

Господин Мин же усмехается. Ему плевать на их отношения.

— Пока Юнги в рабочем состоянии, мне все равно, чем они занимаются вместе, — он смотрит на часы, хмыкает и что-то бормочет себе под нос. — Подготовь его к завтрашнему дню. Я собираюсь продемонстрировать его нескольким военным генералам.

Эли замирает в шоке.

— Сэр, вы хотите, чтобы ваш сын служил в армии?

— Нет, я хочу, чтобы они увидели, что мое исследование наконец-то дало результат. С помощью этой нанитовой технологии мы можем создать кибернетически усовершенствованных солдат для нашей армии.

— Но, сэр... изначально это было задумано для помощи инвалидам и больным раком. Этого хотел ваш отец.

Юнчжэ усмехается при мысли об отце.

— Этот человек был слишком миролюбивым. Такую технологию нельзя растрачивать на мелочные цели, — он поворачивается к сыну, который по-прежнему безучастно смотрит в пустоту. — Мой сын — первый в своем роде. Первый гуманоид в истории.

— Я чувствую себя уставшим, — внезапно отвечает Юнги, привлекая их внимание.

— Конечно, за последние несколько месяцев ваш организм пережил многое, кроме того, у нанитов в вашем теле низкий уровень энергии, поэтому вы чувствуете усталость.

— Почему они работают на низкой мощности? — спрашивает Тэхен, бросая на Доктора Ким недовольный взгляд.

— Это протокол безопасности, — отвечает Эли, с трудом сглотнув, потому что ее нервирует пристальный взгляд Тэхена. — Мы имеем дело с гуманоидом, чья сила превосходит возможности моделей CYBER-SX. Мы не можем рисковать и использовать его на полную мощность... пока.

Юнги переводит взгляд на Доктора Ким, молча обдумывая ее слова.

— К тому же он находится под контролем Min Corp. Если он выйдет за рамки дозволенного, активируется шоковый ввод, который мы закодировали в кибермозге, что ослабит его вместе с нанитами внутри него, — добавляет господин Мин с самодовольной ухмылкой.

— С таким же успехом можно было бы надеть на него электрошоковый ошейник, — саркастически бормочет Тэхен себе под нос.

— Что ж, раз Юнги отвечает KTH095, почему бы нам не оставить их наедине, чтобы они поговорили? — предлагает Доктор Ким, вставая со своего места и жестом приглашая Тэхена сесть, но тот игнорирует ее.

— Хорошая идея. К тому же я назначил KTH095 личным андроидом Юнги, чтобы обеспечить его безопасность. Я верю, что он справится с этой задачей, — говорит господин Мин, выжидающе глядя на Тэхена. — Убедись, что он полностью работоспособен, и записывай все, что он говорит. И не вздумайте ничего учудить, — он указывает на камеры наблюдения. — Я слежу за вами обоими.

— Да, сэр, — монотонно отвечает Тэхен. Хотя ему так и хочется вцепиться в горло господина Мина.

— Очень хорошо. Мы оставим вас наедине с Юнги. Насколько я могу судить, с Юнги все в порядке, он просто ослаб из-за недостатка энергии.

Доктор Ким направляется к двери вместе с господином Мином, обсуждая с ним планы на интервью с Юнги.

Как только они уходят, Тэхен подходит к двери и ждет несколько секунд, прислушиваясь к шагам с помощью улучшенных сенсоров. Затем он включает тепловизор и видит, что за дверью пока никого нет, а значит, у него есть примерно пять минут до прихода охранников.

Он медленно оборачивается и видит, как Юнги ковыляет к раскладушке. Гуманоид садится на жесткий матрас и какое-то время безучастно смотрит на Тэхена, а затем в уголках его губ появляется легкая улыбка, и он медленно раздвигает ноги.

Тэхен смотрит на него, а затем на камеры.

Юнги тоже переводит взгляд на камеры.

Его кибермозг сканирует устройства, легко взламывает системы и запускает протокол временного отключения.

Тэхен моргает, пытаясь осознать способности Юнги. У него, может, и мало сил, но он все равно смог отключить две камеры наблюдения, не моргнув глазом.

Теперь он понимает, почему Доктор Ким составила для него протокол безопасности.

Это для их же безопасности.

Но Тэхен найдет способ нарушить этот протокол.

У них есть пять минут, прежде чем камеры снова включатся и появится охрана.

Тэхен, не теряя ни секунды, подходит к Юнги, легко укладывает его на кровать и садится сверху, впиваясь в его губы жарким поцелуем.

Юнги улыбается в ответ на поцелуй, а затем начинает тихо хихикать, как и Тэхен.

— Что ты на самом деле чувствуешь? — спрашивает андроид, обнимая его за спину и поглаживая нежную кожу.

— Я чувствую себя лучше, чем когда-либо, — Юнги тяжело дышит и раздвигает ноги, чтобы Тэхен мог лечь между ними. — Не могу поверить, что наш план сработал.

— Подумать только, все, что для этого потребовалось, — это твое самоубийство, а я просто терпеливо ждал, пока они будут работать над тобой, — говорит Тэхен, опускаясь губами к подбородку гуманоида и нежно покусывая кожу, пока он медленно втискивается между ног.

— У нас всего две минуты.

— К черту их. Пусть видят нас, — рычит Тэхен, сильнее прижимаясь бедрами к Юнги, отчего тот стонет. — Я ждал тебя несколько месяцев, мой котенок, — шепчет он, заглядывая в кошачьи глаза с нежностью, которая была ему несвойственна. — Я скучал по тебе, хен.

Юнги закатывает глаза.

— Ты упустил возможность поиздеваться надо мной, гребаный садист, — он слегка посмеивается, хотя это и не смешно.

Он помнит, как ненавидел Тэхена за то, что тот с ним сделал, ненавидел за то, что не мог контролировать ни себя, ни других.

Чимин и его друзья одержали над ним верх. Он потерял своего андроида, потерял свою компанию и, что хуже всего, потерял уважение Тэхена.

Юнги чувствовал себя так, словно его прижали спиной к стене без возможности высвободиться. Он знал, что его карьера закончилась, как и свобода.

Пока они плыли на остров Хондо, Тэхен проводил его в каюту. Юнги думал, что андроид снова оттрахает его до потери пульса, но вместо этого он сказал нечто, что потрясло гуманоида до глубины души.

На самом деле именно Тэхен предложил Юнги покончить с собой.