Операция "Злодей": пособие для начинающих слабаков

"Приставьте людей для строгой охраны консорта. Заключить его в дворце императрицы на месяц. Без моего приказа, чтобы он ни шага за ворота дворца не ступил" голос Цзян Яньчи был холоден, как лёд, словно человек, исполненный нежности несколько дней назад, был совсем другим.

Чу Се не мог поверить, что молодой император, которого он поддерживал, проявит себя с такой стороны, стоило ему получить немного власти.

Эмоции захлестнули Чу Се, непонятно, было ли это негодование, разочарование или что-то совсем другое. Даже он сам не мог в этом разобраться. Он накинул на себя одежду, чтобы прикрыться, поднялся, собираясь выйти следом, но был остановлен стражей у дверей. В отчаянии Чу Се схватил фарфоровую чашу, в которой ещё оставались следы лекарства, и с силой швырнул её в стену.

Раздался звон разбитого фарфора.

Неожиданно тот человек вернулся. Дверь со скрипом распахнулась, и он отдал приказ вынести из комнаты весь фарфор, нефрит, и заколки для волос.

Чу Се был в замешательстве.

Он увидел, как молодой император велел привести Тао Ли. Молодая служанка, о которой хорошо заботились в особняке, была напугана и, опустившись на колени, с покрасневшими глазами звала: "Господин!"

Сердце Чу Се сжалось, и он резко сказал: "Цзян Яньчи! Ты, ты..."

Свободно сидевшая верхняя одежда, не могла скрыть разорванные внутренние одежды. Стражники тут же опустили взгляды, не смея смотреть дальше.

"Если ты хоть немного ей навредишь, я в десять раз отплачу тебе за это"

Сказав это Цзян Яньчи повернулся и, быстро удаляясь снова ушел, как будто у него больше не было привязанности.

Почти полностью опустошив дворец императрицы, дверь наконец снова закрыли. Чу Се не мог поверить, что лишь из-за той маленькой лжи, сказанной им до свадьбы, тот может так с ним обращаться.

В конце концов, теперь, когда Цзян Яньчи стал императором, разве имело значение, лгал он или нет?

Хотя жизнь Цзян Яньчи и была тяжелой, за эти несколько лет, с тех пор как он вытащил того из холодного дворца, Чу Се считал, что не поступал с ним несправедливо. Напротив, он поддерживал его на каждом шагу.

Даже положение наследного принца было отдано ему.

Изначально обреченная Дуань Сэ также была спасена благодаря ему.

Сейчас такой ответственный момент.

Согласно оригинальному сюжету, всего через два месяца наступит та самая ночь, когда этот мальчишка по-настоящему взойдёт на трон. Сюй Чуньму погибнет, как и он.

В эти короткие два месяца необходимо любой ценой сохранить жизнь Сюй Чуньму, иначе во время следующего сопереживания, если изначальный Чу обнаружит, что Сюй Чуньму мёртв...

С его коварным и решительным характером, он непременно убьёт Сяо Инь.

Да, Копье с красной кистью. Причиной смерти Сюй Чуньму станет копье с красной кистью. Достаточно любыми способами поскорее убить Чжао Линцюя, тогда непременно...

Чу Се, словно что-то вспомнив, снова открыл систему.

[Хозяин, хозяин?] система уловила резкие колебания его эмоций и удивлённо произнесла: [Хозяин, почему ваши эмоциональные показатели так нестабильны? Что случилось?..]

[Быстро, быстро! Разблокируй оригинальный текст. Я должен посмотреть, действительно ли убийство Чжао Линцюя спасёт жизнь Сюй Чуньму!]

[Но, хозяин, в последнем сюжете о смерти Цзян Цзинъаня, поскольку вы не убили его собственноручно, степень разблокировка сюжета увеличилась лишь на 3%. Текущая степень разблокировки  88%. До полного раскрытия оригинального сюжета не хватает всего двух процентов...]

Два процента. Почему всё ещё не хватает этих двух процентов?

Чу Се запустил пальцы в волосы и с силой сжал их. Он сожалел. Ему следовало убить Цзян Цзинъаня самому, собственными руками.

Почему та стрела была выпущена Цзян Яньчи?

Нет. Ошибка была допущена ещё раньше.

Ему следовало отказаться, когда Цзян Яньчи предложил брак.

Почему он позаимствовал способности Цзян Яньчи, почему доверился ему?

Зачем заключил с ним сделку?
Зачем он... стал на него опираться.

Он мог справиться сам. На протяжении всего времени он решал все проблемы в одиночку.

[Хозяин!] система с удивлением наблюдала за колебаниями эмоциональных показателей.

[Хозяин, почему уровень ваших негативных эмоций так высок...]

Будучи связанной с ним более десяти лет, система никогда не видела у этого хозяина подобных проявлений. Он, казалось, мог хладнокровно и рационально отбросить все негативные чувства, не способствующие решению текущих задач. Какой бы слржной ни была ситуация, он неизменно сохранял спокойствие и умел разбираться с любым хаосом.

Он не паниковал, не сожалел, не колебался и не терзался. А если подобные чувства и возникали, то длились лишь мгновение и тут же подавлялись.

О грусти или отчаянии и вовсе не могло быть речи.

Но сейчас словно в плотине, долгие годы сдерживавшей чувства, появилась трещина.

Чу Се схватился за грудь, отчаянно пытаясь подавить мрачное негодование в своем сердце.

Система явственно ощутила, как эмоции Чу Се постепенно снизились, вернувшись к привычному за прошедшее десятилетие уровню.

[Какой следующий сюжет?]

Система немного поколебалась.

[Сейчас осталось только два сюжета. Следующий сюжет —... покушение в горах и лесах]

Покушение в горах и лесах, в каких горах и лесах, и кто является целью?

Чу Се на мгновение растерялся, но тут же пришёл в себя. Это был тот самый лес в двадцати ли к юго-западу от окраин столицы... покушение на наследного принца.

А теперь, когда наследный принц уже взошёл на трон, это равносильно покушению на императора.

Вот почему он и должен был раньше выйти из сюжета!

Нынешний Цзян Яньчи лишился части его самовластия, не имеет угрозы от Нинъюань-вана, даже маркиз Чжэнго из рода Сюй пал.

Кто еще способен организовать покушение?

Оглядываясь назад, Чу Се ясно видел: сюжет стал шатким и опасным, но Цзян Яньчи всякий раз умудрялся вырываться победителем из безвыходных ситуаций. С точки линии главного героя, это, даже ускорило процесс сосредоточения власти в его руках.

А он ещё смеет срывать злость на мне. Очевидно, ты тот, кто извлекает выгоду!

Огонь в глубине сердца вновь вспыхнул, но, успокоившись, Чу Се спросил: [Можем ли мы сразу перейти к следующему сюжету?]

[Следующий сюжет?] система растерялась.

[Следующий сюжет предполагает провал покушения и казнь посредством линчи]

"..."

[И кроме того, сюжеты должны проходиться строго по порядку, их нельзя перепрыгивать...]

После некоторого раздумья система спросила: [Вы... не хотите проходить этот сюжет?]

[Дело не в этом, просто этот сюжет слишком сложен.]

Чу Се холодно ответил: [Я отказываюсь это делать]

[...?]

Система была ошеломлена. Разве здесь вообще существовали «лёгкие» сюжеты? Нет, каждый из них был крайне трудным.

Раньше хозяин тоже часто говорил, что сюжет сложный, но в итоге всегда послушно и аккуратно проходил его до конца.

Почему же теперь, в самый решающий момент, он отказывается?

[Хозяин, после полного раскрытия сюжета будет гораздо легче определить судьбу Сюй Чуньму... Разве вы раньше не говорили, что информация это самое важное?] попыталась уговорить система.

[Молодой император ведь на самом деле не погибнет, достаточно просто ранить его. Не нужно делать всё идеально, всего два процента и весь сюжет будет открыт...]

Он понимал логику. Но не мог объяснить свои чувства.

Если бы его заставили, он смог бы пройти этот сюжет. Более того, он сумел бы сделать это чисто, так, чтобы Цзян Яньчи в ближайшее время не нашёл ни единой зацепки.

Но он просто не хотел этого делать.

Чу Се нахмурился: [Копье с красной кистью, Чжао Линцюй.]

[В оригинале Сюй Чуньму убил именно Чжао Линцюй. Если Чжао Линцюй умрёт, смертельная опасность Сюй Чуньму наверняка разрешится...]

[Даже если я не буду проходить этот сюжет, это не имеет значения.]

Главное это убить Чжао Линцюя.

В любом случае, Сюй Чуньму уже покинул столицу... Нет, вернее сказать, к счастью, он покинул столицу.

Сердце императора переменчиво, на Цзян Яньчи нельзя положиться.

Сюй Чуньму было бы крайне опасно оставаться в столице.

Что касается его самого, то это не имеет значения. В конце концов, всего через два месяца он все равно умрет.

Главное чтобы Чжао Линцюй был убит. Тогда жизнь Сюй Чуньму будет определённо спасена.

***

Резиденция императорского наставника.

Су Минъань узнал новости из дворца и понял: его рискованный ход себя оправдал. Он нашёл болевую точку Чу Се — молодого маркиза рода Сюй.

Ещё когда стало известно о ложной смерти Чу Се, он почувствовал странность: почему Чу Се последовал за молодым маркизом рода Сюй на северную границу?

Тогда он и заподозрил, что между Чу Се и Сюй Чуньму существуют скрытые отношения.

Теперь, хотя он еще не до конца разобрался в этом, пришло время разыграть эту карту, в противном случае Чжао Линцюй действительно может быть убит Чу Се. Однако относительно отношений Чу Се и Сюй Чуньму он по-прежнему испытывал сомнения.

На северной границе у них и правда было очень мало контактов.

В ранние годы Чу Се скитался в приграничных землях, но то были окрестности северо-западной границы, если уж на то пошло, у него было больше связей с северными гунами.

Нельзя сказать, чтобы и у молодого императора не возникало подозрений. Но даже заметив некоторые признаки, он не мог понять, в чём дело.

Почему Чу Се так настойчиво защищает Сюй Чуньму?

С его умом и изворотливостью, с тем, как он в столице шаг за шагом ходил по краю пропасти. Неужели он и вправду мог с первого взгляда влюбиться в такого простого и доброго человека, как Сюй Чуньму? Он оберегал его до такой степени, что это сбивало с толку.

Теперь ситуация стабилизировалась, и жизнь Чжао Линцюя была временно спасена.

Но если углубиться дальше, нужно будет снова провести расследование.

"Это всего лишь домашний арест?"

"Всего лишь домашний арест" ответил шпион

"Его величество потратил немало сил, и наконец полностью их выкорчевал. Сейчас Чу Се во дворце словно слепой и глухой человек. Это редкая возможность, мой господин должен воспользоваться ею, чтобы что-то предпринять"

Молодой император тоже полон подозрений. Теперь всё взбаламучено, словно мутная река, остаётся лишь посмотреть, кто сумеет выловить из этой мутной воды самую крупную рыбу.

Что делать?

Возможно, было бы лучше ничего не предпринимать и использовать неподвижность, чтобы контролировать движение.

Накануне он прощупал императора, теперь настало время докопаться до правды о самом Чу Се.

Сколько весит Сюй Чуньму в твоём сердце? И на что ты готов ради него пойти?

Я хочу ясно это увидеть.

После размышлений Су Минъань несколько раз перебрал в уме разные варианты и решил снова пойти на риск.

"Все ли каналы Чу Се во дворце перекрыты?" императорский наставник Су, посмотрел на тучи, затянувшие луну, и почувствовал, что эта ночь может принести сильный ливень.

"Иди, не дай себя обнаружить. Передай Чу Се весть, что Сюй Чуньму не смог покинуть столицу"

"И ещё. Отправь людей на северную границу. Воспользуйся тем, что в резиденции маркиза Чжэнго всё ещё неразбериха. Разведайте... Мне нужно знать всё о Сюй Чуньму"

Чу Се так ценит его, может быть, есть что-то ещё?

***

На зелёную черепицу тихо падал мелкий снег, смешанный с дождём, создавая тихий треск. В столице начался первый снегопад, принесший с собой пронизывающий холодный ветер, который задувал во все уголки дворца.

Дождь падал и на темные длинные ступени дворца.

Чу Се, закутанный в широкий плащ, сидел в качалке, укрытой лисьим мехом, и смотрел, как холодный дождь постепенно превращается в кружащиеся хлопья снега, похожие на гусиные перья.

Это первый снег в столице в этом году. Удивительно, что он пришёл так поздно.

Он глубоко выдохнул, изо рта и носа вырвалось белое облачко пара.

"Мой господин, вам пора отдохнуть"

Глаза Тао Ли были опухшими, как грецкие орехи, она протянула Чу Се тёплую грелку.

"Не волнуйся, я ещё хочу немного подумать"

"О чём мой господин хочет подумать?"

Я хочу подумать о том, как убить Чжао Линцюя, находящегося за тысячи ли отсюда.

"Мой господин, ваше здоровье оставляет желать лучшего, не следует подвергать себя такому холодному воздуху"

Тао Ли снова заплакала, шмыгая носом, присев на корточки у ног Чу Се

"Давайте пойдём думать внутрь, хорошо?"

Она смутно чувствовала, что сегодняшний господин не такой, как обычно. Словно он был особенно уставшим и запутавшимся.

"Мой господин?"

"Тао Ли"

Чу Се повернул голову, поднял руку, чтобы погладить девушку по волосам, и внезапно спросил: "Если бы я солгал тебе, использовал тебя... ты бы сильно рассердилась?"

"Это зависит от причины"

Тао Ли вытерла покрасневший нос рукавом, радуясь, что Чу Се был готов сказать ей еще несколько слов, она сказала:

"Тао Ли знает, что мой господин всегда действует ради моего блага, не причинит мне вреда, даже если это ложь... это лишь для защиты Тао Ли. Так что, независимо от того, какую ложь говорит мой господин, Тао Ли не будет сердиться. Если мой господин хочет использовать меня, пусть использует. Тао Ли не против"

"О"

Чу Се дважды пробормотал про себя, размышляя над её словами: зависит от причины.

"Почему мой господин вдруг спрашивает об этом? Его кто-то обманул?"

"Нет. Это я... обманул его"

"Его?" Тао Ли не поняла и увидела лишь растерянный взгляд Чу Се.

Она слушала, как её господин понизил голос, словно в эту позднюю ночь он погружался в какое-то замешательство:

"У него ведь вообще не было потерь... почему же он так разозлился? Сюй Чуньму потерял семью, я лишился власти, северные гуны вот-вот уйдут ни с чем... положение настолько выгодное, так почему же он..."

"Я уже отдал ему всё, что мог"

Но он так разозлился. Из-за такой маленькой, ничтожной лжи.

"Мой господин"

Тао Ли потянулась, взяла слегка прохладную руку, лежавшую у нее на макушке, и положила ее обратно на теплую грелку.

"Люди не пострадают от простой лжи"

"Что разбивает людям сердце, так это разбитые ожидания, которые у них когда-то были"

Хотя Тао Ли не совсем понимала, о чём говорит Чу Се, ей казалось, что она уловила что-то важное. Иногда господин был невероятно умён, а иногда совсем как ребёнок, не понимающий людских чувств. Впервые Тао Ли мягко, почти по-сестрински, стряхнула мелкий снег с его волос, утешая господина:

"Несколько лет назад, когда Тао Ли только вошла в поместье, я сильно поссорилась со служанкой, которая разжигала огонь на кухне. Я соврала ей и сказала, что на третьем дне двенадцатого лунного месяца будет Цветочный фестиваль. Она усердно трудилась, разжигая огни, лишь бы получить выходной в тот день..."

"А третьего числа, средь бела дня, я поняла, что была неправа, и потратила половину месячного жалованья, купив ей мои любимые, самые дорогие османтусовые леденцы в промасленной бумаге. Я призналась, что солгала, и сказала ей, чтобы она не выходила на улицу ночью... однако она всё равно стояла у ворот поместья, ожидая Цветочного фестиваля, который никогда не наступит. Сладости она так и не съела — выбросила их под ступени."

Слушая этот, казалось бы, не имеющий отношения к ситуации рассказ, Чу Се почувствовал тупую боль в сердце.

"Служанка плакала и спрашивала меня: если Цветочного фестиваля не было, зачем я обманула её? Я тоже плакала и говорила: я ведь потратила половину жалованья на сладости, почему ты просто так их выбросила? Это же всего лишь улица с цветами, что в ней такого редкого?"

"Мы обе проплакали всю ночь"

Даже сейчас, рассказывая эту историю, Тао Ли грустила.

"На следующий день она сказала мне, что независимо от того, насколько дорогими были леденцы, она просто хотела увидеть Цветочный фестиваль. Если Цветочного фестиваля вовсе не существовало, зачем я обманывала её?"

"В тот момент Тао Ли наконец поняла: мне нравились леденцы, но служанке они не были интересны. Моё предполагаемое возмещение на самом деле её совершенно не волновало. То, что я считала пустяковой ложью, заставило двенадцатилетнюю девочку спать всего три часа в ту ночь, сгорая от ожиданий, а потом ещё полмесяца изматываться в дровяном сарае..."

"С тех пор Тао Ли больше никогда не лгала"

Она поджала губы, словно наконец отпуская давний груз: "В прошлом году та служанка вышла замуж, и её муж отвёл её на Цветочный фестиваль. Она всё ещё помнила тот случай и купила мне большую сумку моих любимых османтусовых леденцов"

Тао Ли сделала жест рукой, ее глаза сияли от счастья.

"Так что, господин, не грустите слишком сильно. Несмотря ни на что, пока у моего господина доброе сердце, в конце концов все будет хорошо"

Чу Се, казалось, понимал, но в то же время, не до конца.

Что за леденцы, какой Цветочный фестиваль?

В этот момент Тао Ли услышала, как стоявшая рядом дворцовая служанка что-то сказала ей. Они обменялись несколькими тихими фразами, и Тао Ли взволнованно подбежала, шёпотом сообщив: "Господин Чу, в поместье доставили письмо. Оно прошло через канал к югу от дворца, оказывается, не все в поместье бесполезны, наконец-то есть вести извне... Тао Ли сходит принесёт."

Маленькая служанка взяла зонт и радостно зашагала по тонкому слою снега.

Ветер был очень холодным, Чу Се предупредил: "Будь осторожна, не поскользнись"

Не прошло и мгновения, как девушка вернулась, принеся с собой запах снега и холода. Она вынула из рукава спрятанное письмо.

Тао Ли почти не умела читать, но Чу Се, лишь мельком взглянув, понял: письмо от знакомого ему помощника управляющего в поместье. Если честно, в нынешнем хаосе он вовсе не горел желанием узнавать, что происходит снаружи.

Было довольно приятно наслаждаться спокойствием хотя бы несколько дней.

"Прочитай это для меня"

Сказав это, он поднялся и ушёл во внутреннюю комнату, выглядя заметно уставшим.

Тем временем Тао Ли распечатала письмо и развернула тонкий лист бумаги. Сначала она воскликнула: "Ох!"

Затем добавила: "Мой господин, это же иероглиф «Сюй»? Э-э... Чанмин... будет... э-э, на западе... э-э... Сюй... приезжает в столицу... Ох, мой господин, я не знаю многих иероглифов, Тао Ли не очень хорошо это понимает..."

Эти несколько слов были достаточны, чтобы насторожить Чу Се, который немедленно забрал письмо из рук Тао Ли.

От автора:

Глава получилась больше обычного, хе-хе.
Обострение противоречий.
Следующие несколько глав будут тяжёлыми (прячусь под крышкой от кастрюли и бегу...)

(П.п. 顶锅盖跑路 (dǐng guōgài pǎo lù) — интернет-сленг, дословно «накрывшись крышкой от кастрюли, бежать с пути», означает поспешное бегство, попытку скрыться, обычно после сообщения неприятных новостей или провокационного высказывания, в шутливой форме признавая свою вину или желание избежать гнева читателей/зрителей)