Глава 49
Мы в Германии:
- Я прямо предсказательница сотого уровня! - сказала я, улыбалась. - Надо бы только поскорее найти тех, кому я хотела врезать, - потерла руки.
- Неужели ты думаешь, что там Париж будет? - спросил меня сзади Московский.
Я дернулась.
- Что же вы так подкрадываетесь? - спросила я, - У меня же сердце может остановиться.
- Не остановится...
- Ой, а вы то откуда знаете? - спросила, выгнув бровь.
- Вроде больше ста лет назад перестал быть вашим учителем, а до сих пор за вами бегаю, - сказал он, закатив глаза.
- Так не бегайте
- Тогда у нас все будут побиты
- А вы против этого?
- Ну как бы да
- Плохо, - сказала я. - Ладно, я пошла искать их...
- Хоть скажите кого их? Кого от вас придется спасать?
- Немцев, - сказала я, загнув палец, перечисляя, - Париж и Хельсинки. ну французу меньше всего должно достаться, хотя я его за пожар 1812 не простила, будет выкаблучиваться, получит сразу в глаз, в речку же не получится его окунуть.
- Смотрите, не свалитесь в обморок по дороге где-нибудь, вы до сих пор, как скелет выглядите
- Надо было фосфором натереться, чтобы в темноте светиться и пугать остальных.
Михаил Юрьевич ударил себя по лбу.
- Я вас сейчас одну никуда не пущу, а то ещё найдете где-нибудь ядовитое вещество и будите радоваться.
- Я не настолько глупая, я же пошутила
- Да кто же вас знает
- Вы со мной больше двухсот лет и до сих пор не привыкли?
- Да, женская логика и так сложная, а вашу вообще прочитать не возможно, не предсказуемая.
- Ой, будите мне напоминать сколько ещё про то, что я Пьеру в лицо грязь кинула
- Так делать нельзя
- Войной на нас идти нельзя, за что свою порцию грязи и получил, ладно, я пошла. а то ещё что-нибудь скажу и вы меня не отпустите
Я быстро убежала.
- Думаю, что Хельсинки ко мне даже близко не подойдет сегодня, ещё когда в России был выучил мой характер и не подойдет по этому, надо бы других найти...
Тут я в кого-то врезалась и чуть не упала.
- Regardez, devant vous, pourquoi y a-t-il des villes si mal élevées dans l'Union ? (Смотрите, перед собой, почему в Союзе такие невоспитанные города?) - услышала я знакомый голос.
Ну да, я в форме СССР хожу за границей, знак наш отличительный. Но что так грубо то?
- Premièrement, bonjour, et deuxièmement, pourquoi avez-vous décidé que les villes d'Union soviétique n'étaient pas bien éduquées ? Troisièmement, Pierre, tu ne me reconnais pas ? (Во-первых, здравствуйте, во-вторых, почему это вы решили, что в Советском Союзе города не воспитанные? В-третьих, Пьер, неужели вы меня не узнали?) - переключилась я довольно быстро на французский.
- Saint-Pétersbourg, c'est vous, Alexandra Petrovna ? (Санкт-Петербург, вы ли это, Александра Петровна?) - спросил он.
- Moi, Monsieur Senois, mais pas Saint-Pétersbourg, mais Leningrad (Я, месьер Сенуа, но только не Санкт-Петербург, а Ленинград)
- Oh, tu es vraiment méconnaissable, tu ressembles à un squelette. (Ой, вас прям не узнать, похожи на скелет.)
- Mais vous êtes facile à reconnaître, vous ne pouvez même pas dire que vous avez cédé face aux Allemands, comment c'était pour vous sous l'occupation ? (А вас узнать легко, даже и не скажешь, что под немцев прогнулись, как вам было под оккупацией?)
- Tu ne peux même pas imaginer à quel point c'est grave (Вы даже не представляете, как плохо) - начал причитать он, - Je ne peux rien imaginer de pire (Не могу представить ничего ужаснейшего)
- Allez, dis-moi, parce que tu ne peux pas dire que c'était si grave (Ну же, расскажите мне, потому что по вам и не скажешь, что так уж и плохо было) - сказала я, сложив руки на груди.
- Pouvez-vous imaginer que je devais porter une chemise non amidonnée pour travailler ? (Представляешь, надо было на работу ходить в не накрахмаленной рубашке)
Я чуть не выпала.
- C'est tout? Tu n'aurais pas dû aller au travail en étant belle ?! (И всё? Не красивым надо было на работу ходить?!) - возмутилась я, но ничего не делала, подумала, что стебется.
- Oui, tu imagines ? (Да, ты представляешь?)
- Non, je ne peux pas imaginer, je n'avais absolument pas le temps de faire mon apparition, dis-moi quel goût ont les rats ? (Нет, не представляю я, мне было совершенно не до моего внешнего вида, рассказать какие на вкус крысы?)
Через пять минут на собрании:
- What's wrong with you, Senua? (Что с вами, Сенуа?) - спросил у него Лондон, когда он зашел в конференц-зал.
- Cette folle m'a frappé (Эта ненормальная меня ударила) - указал на меня, которая заходила после него.
- Александра Петровна, - вздохнул Московский.
- А пусть он мне не доказывает, что не накрахмаленная рубашка хуже голода, он так как я не голодал, ещё и уродиной под конец назвал! - громко возмущалась я.
- What are you doing here? You're not the capital (А что вы тут делаете? Вы же не столица) - спросил Вашингтон.
- Я культурная столица Советского Союза, ещё вопросы? - спросила я, встав рядом с Московским.
- You are not an important city (Вы не важный город) - настаивал на своём он.
Я повернулась к углу, где был Берлин и свистнула:
- Hey! Fritz! Sagen Sie mir bitte, ist Leningrad eine wichtige Stadt in Barboros' Plan oder nicht? (Эй! Фриц! Скажи ка мне, пожалуйста, Ленинград важный город в плане Барбаросса или нет?)
Он замотал головой в знак согласия, а я развернулась обратно:
- Ещё вопросы? - и улыбнулась во все зубы.
Услышала тихий голос Михаила Юрьевича:
- Я вас одну больше никуда пускать не буду, перебьёте всех же
Подпишитесь, пожалуйста, на мой телеграмм канал, попросите ссылку на него в личных сообщениях, и я вам её отправлю.
Название телеграм-канала: О всём
В нем проходит голосование на счет выхода историй. Найти его вы можете по хештегу #голосование.
Люди добрые, оставьте мне, пожалуйста, нормальный комментарий, мне будет очень приятно. Без спама!
Донат: Сбер - +79231261479