Алый лис

| к этой части подойдет пеня найтивыход (feat. Vspak) - Оставшись в пыли. |

Pov: Херейд

В ушах ужасно гудело. Когда я с усилием смог сделать глубоких вдох, а после и открыл глаза, голова начала кружиться ещё сильнее. Я не чувствовал своих конечностей от слова совсем. Но когда мозг разглядел черный дым, а после и горевший огонь, я заставил себя подняться.

— Херейд! — Послышался юный крик сзади. Я с хрустом повернул голову, и увидел Банана, что несётся к нам. Не стану задаваться вопросом, откуда он знает моё имя. — Вы целы? Нужно выбираться скорее, в лаборатории пожар!
— Где Дед? — С трудом прохрипел я, тяжело откашливаясь. Банан помог мне подняться с дрожащих ног, и мы оба осмотрелись. — Он не мог далеко отлететь! Немедленно ищи его, а я за Славой, — поручил я, и закрыл нос локтем. Тут морозный страх накрыл меня. Белое хаори. Оно полностью превратилось в чёрное.
— Славой? — Не понял Банан.
— Тот самый самозванец, — прохрипел я, убегая в сторону той комнаты. Волосы из пучка превратились в потрепанные и распущенные.

Не успел я далеко убежать, потому что Корби разлёгся прям на пороге. Я присел на одно колено, начиная хлестать его по лицу.
— Слав, Слава, просыпайся, — громко требовал я, но его побитое мной же лицо не шевелилось. Я сжал зубы. — С*кин ты сын, подъём!

Но какой шок меня парализовал, когда я понял, что он не дышит. Я тут же наклонился к груди, слушая сердце, хотя я был уверен, что его у него нет.

Нет.

Там тихо и пусто. В висках бешено стучало лишь моё сердце. Он умер.

Я ещё раз бросил взгляд на него. Корби был весь побит и в саже с мертвым лицом. Наверное, когда он выбирался из комнаты, задохнулся от дыма. Я до боли прикусил язык, и кулаком ударил по его недышащей груди.
— Твою м*ть...

Я прибежал к Банану. Я закинул Славу на плечи, отчего Саша на меня странно посмотрел. По всей лаборатории что-то бесконечно пищало, лампы окончательно затухали. Светло было лишь от искр огня, которые пробирались через дым.
— Это что?
— У него нет пульса, — быстро ответил я. — Мне кажется, надо сделать искусственное дыхание. Он не может умереть.
— Какое искусственное дыхание!? — Крикнул Банан. Я бросил Славу на пол. — Ты посмотри на него! Он уже мёртв как полчаса!
— Банан, это житель моей деревни, член нашей команды и парень моей сестры, — зажмурился я, — он не может.
— Ага, а ещё эта падаль убила моего лучшего друга! — Выругался Банан. — Даже если ему в рот сделать, это ничем не поможет. Херейд, оставь его.

Банан убежал за угол, а я опустил голову на Корби. У меня затряслись руки. Страшно думать, что Слава останется здесь. В пепле.

— Я его нашёл! — Глухо крикнул мне Саша. Я подбежал, едва обрадовавшись находке Деда. Но когда он лежал с раскрытым ртом без единого движения, холод накрыл меня, а в легкие пробрался дым.
— Дед!
— Он ещё дышит, — сразу сообщил Банан, поднимая за спину старика. — Нам нужно выбираться. Я знаю здесь медицинский пункт рядом. Славе уже ничем не помочь.

Я помог парню поднять моего деда. Он закинул на своё плечо его дну руку, а я другую. И таким образом мы оба потащили седого. Было ужасно неудобно, особенно под весом Деда, закрывая нос от дыма. Наверное, ходить в дзори по пеплу было приятнее, чем босиком бы. Я верил Банану, что он ведёт на выход. 

Всё было как в омуте. Нет, не в лёгком и светлом тумане, а самом страшном чёрном омуте. Я так и не понял, как нам с Бананом удалось вытащить Деда и самим спастись. Хоть в канализации и пахло ужасно, но это был глоток свежего воздуха, по сравнению с горящей лабораторией.

— Жить будет, — кивнул мужчина в белом халате и красным крестом на шапочке.— Думаю, скоро его переведут из реанимации в обычную палату.

— Ясно, спасибо, — кивнул я и совершил небольшой поклон.

Мы с Бананом ходили в медицинский пункт, где Деда положили аж в реанимацию. А на меня напала какая-то медсестра, которая бесплатно обработала и перебинтовала мне раненую руку. Сказать, что мне становилось легче - ничего не сказать. Я до сих пор был напуган. Да и к тому же я остался один. Эд убежал, Слава погиб, Дед в реанимации останется в городе, как и Банан. Я один. И что мне делать, я не представляю.

— Спасибо, что помог нам, — пожал руку на прощание я Банану. Ужасно дул холодный ветер, а колючие снежинки так и врезались в лицо.
— Вам спасибо! — Немного грустно улыбнулся парень. — Теперь я хотя бы вернусь домой.

И мы распрощались. И я отправился в деревню на общественном транспорте. Один.

Порог дома тихо скрипнул. Стояла холодная мгла, как и по всей деревне. Я, конечно, удивился, почему в деревне никого нет на улицах, почему притихли павлины, и почему на снегу просто веерами раскиданы их перья вместе с собачьими следами. Наверное, Сиба-Ину играли. И почему Наташи нет дома, я тоже удивился. Лондонские часы показывали глубокую ночь. Наверное, у девчонок на ночевке.

Я зачерпнул ледяной воды из кувшина, перелив её в собственную глиняную чашу. Колеблющая глад стихла, и я заметил в темноте своё отражение.
Лохматые распущенные волосы.
Полностью черное грязное хаори.
Мешки под красными глазами. И местами сажа на лице.
Перебинтованная рука.

Офигенно мы съездили в город.

Я уперся ладонями о стол, зажмурив глаза. Эд озверел. И теперь он сбежал. Такого дикого кицунэ, который уже подорвал лабораторию, точно скоро застрелят. Ком встал в горле, перекрыв дыхание. Эксперт Костя убит. И хоть я его не знал, но очень жалко пацана. Слава тоже погиб. Дед в реанимации. Солнце уже не поднять. Казалось, чем тяжелее мои мысли, тем ниже они меня спускали. В конечном итоге я оказался на коленях, упершись лбом о толщину стола, а пальцы рук так и впились в него, будто я подвис над пропастью. Тишина проедала барабанные перепонки, внутри повисла настолько тяжелая пустота, что мне казалось насквозь меня торчит огромная дыра. С самого начала я знал, что так всё и будет. Ещё в Бакико, ещё за тем столом, когда я обреченно смотрел на потресканную маску Эда, я уже знал, что всё кончено. У нас ничего не получилось. У меня. Я его не спас. И в деревне есть уже первая смерть из-за Лиса. И это Слава. Все мои обещания и клятвы просто пустые слова, потому что люди убивают лиса, а лис убивает людей. И тут одно из двух: либо я спасаю Эда, либо в деревне все живы. Но ничего из этого не происходит.

Так сильно хотелось плакать, так сильно хотелось кричать. В той комнате я не разрешал себе проронить слезы, хоть они уже рвались. Я со всей силой ударил кулаком больной руки по столу. Вдруг чаша покачнулась, и ледяная вода пролилась мне на голову, возвращая в реальность. На секунду мысли перестали заполнять голову, и я услышал тишину, раскрыв до боли глаза. Я шмыгнул носом, заставив себя подняться.

— Херейд? — Раздалось вдруг. Я испуганно поднял глаза на вход в дом. — Вы уже вернулись!

Наташа всегда бесшумно входила в дом, и также бесшумно выходила. Я чуть запрокинул голову, чтобы капли вернулись снова в слезные каналы, выдавив беззаботную улыбку.
Как же мне это надоело.
Как же мне надоело строить из себя счастливчика или шута.
Как же мне надоело строить из себя идиота.
Как же мне надоело глотать слёзы.
Я не хочу больше быть лучником-лидером как всем пример.
Я хочу быть старшим братом, который может проревется на коленях сестры, как в детстве.

— Привет, Натах, — кивнул я. Я думал, она сейчас налетит на меня с вопросами про Деда или ещё что-то, но синеволосая сразу подбежала ко мне, крепко схватив за руки. Я глянул на её румяное лицо с огромными глазами, но такими крохотными зрачками. Сейчас спросит про внешний вид?..
— Херейд, ты не поверишь! — Крикнула девушка, разводя руками, когда мои бесшумно упали и ударились о свои же бедра. Сердце немного сжалось. Мне хотелось поддержки, мне хотелось хоть капли эндорфина или окситоцина, мне хотелось хоть недолгих прикосновений, как это делал Эд. — Алый Лис! Он здесь! Он в Ханты, Херейд!

По ощущениям, в меня будто стрелу пустили. Она пронзила меня насквозь. Эд здесь?..
— Как вы поняли? — Мигом задал вопрос я.
— Его все видели! Он прибежал, снёс нам несколько заборов и схватил сразу четырех павлинов! Он удрал в лес, а Клайп и Данил сразу выслали несколько людей в погоню.

У меня похолодело всё. Такого не может быть. Нет-нет... История опять повторяется. Нельзя допустить, чтобы они встретились с Эдом... Они все убьют друг друга. И пусть Эд обещал не трогать павлинов, но сейчас он озверел... Он голоден. Я сжал кулаки.
— Алого Лиса нельзя трогать, — твёрдо и грозно отозвался я. Я смотрел в пол, на свои ноги в дзори Деда.
— С фига ли! — Крикнула Натаха, отбегая к стене. Я краем глаза заметил, как она надевает лук. — Херейд, он уже бешеный! Он нам дал потомство - дал. Вот и нечего его беречь!
— Да как же вы не понимаете, что никакого потомства не было! — Сорвался на крик я, что сестра замерла. — Он один! Мы всех убили, мы! Лисят кицунэ не было, нет, и уже никогда не будет, потому что размножаться Лису не с кем! Мы всех убили уже как 25 лет назад! И Алого Лиса запрещается трогать, потому что только он вернет нам Солнце над Японией!

Повисла недолгая тишина. Наташа молча подошла к порогу дома, перекинув через голову лямку от колчана. Её голубо-серые глаза грозно посмотрели на меня. Снежинки немного задувало в дом.
— Херейд, я знала, зачем Слава уехал в город. Он уехал, "чтобы  вернуть солнце". И я ему верю.
— Знаешь, как твой Слава хотел его вернуть?! — Лгать и таить уже невозможно. — Силами Алого Лиса, он же шакко. Но у него ничего не получилось, Наташ! Он заставил людей верить и поклонятся Аматэрасу, а сам планировал захватить Лиса с помощью изобретения Деда, обманом заставляя его соорудить. Он хотел подчинить себе Лиса в той самой лаборатории, он хотел исполнить свою сказочку в реальность. Поскольку Алый Лис - Эдуард, он бы сделал вид, что принёс в жертву как раз его, а на самом деле бедный человек сидел бы на его цепи, и просто вернул солнце, будто Аматэрасу приняла жертву, — горел я. — Славу бы приняли за спасителя и лидера, чего он так долго добивался. Но у него не получилось.
— Почему ты так уверен? — Холодно отозвалась Натаха. — Почему ты так ненавидишь его? Почему так уверен в его провале? Почему ты так топишь за него? — Сестра явно сдерживала обиду, а вместе с ней и слезы. Я сжал зубы. — Ты так горишь желанием причинить боль тому, кого я так люблю!

"Так и ты  горишь желанием застрелить того, кого я тоже люблю," — прошептал внутренний голос то ли мне, то ли Натахе. Я давно себе смог признаться, что моя симпатия к Эду уже давно переросла во влюбленность. И он знает это. И это всё даже не ради солнца.

— Где, по-твоему, Слава? — Продолжала Натаха. Она сложила руки на груди. Я поднял на неё взгляд, продолжая до боли сжимать кулаки. — Откуда ты знаешь, что у него ничего не получилось? Это он тебе сказал?
— Натах, Корби держал и мучал Алого Лиса, но он выбрался, и из-за него Слава погиб, — на одном дыхании выпалил я, словно автомат. Пока не повисла тишина, я продолжал. — Я там был, да! Я с Дедом был в лаборатории, чтобы спасти умирающего Эдуарда! Но Лис озверел из-за Славы, поэтому он устроил взрыв! И Слава погиб! А Дед в реанимации в Киото!

Повисла всё же тишина. Руки Наташи бесшумно упали. Она медленно подняла на меня холодные глаза.
— Ты спасал Алого Лиса? — Пораженно произнесла она.
— Я спасал друга.
— Друга? — Она едва подкосилась. Улыбка истерики накрыла её лицо. — Алый Лис хорошо так запудрил тебе мозги, братик... Слава был прав, что пора уже давно истребить эту тварь!
— Ната-
— И он убил Славу!? Почему ты это вообще допустил!? — Сорвалась на крик та.
— Мы все были под ударом, — с ноткой обиды ответил я. — Я тоже мог уже и не вернуться.
— Херейд, — серьезно начала сестра, — почему ты выжил, а Слава нет?

У меня свело скулы.

— Но я пытался его спасти! — Крикнул я.
— Ты сейчас серьёзно?.. — Будто только сейчас Наташа поняла всю катастрофу. — Слава не мог умереть.

Ответом послужила тяжелая и тянущаяся тишина, которая рокотала по мозгу нам обоим. Я проглотил комок в горле, медленно подходя к сестре. Я видел, как ей становится плохо, как тело бледнеет, а лицо краснеет от соли внутри глаз.

Когда между нами осталась лишь вытянутая рука, я остановился, протягивая свою дрожащую руку на её плечо. Но та дернулась и схватилась за лямку сумки.

— Он убил его, — ее голос напоминал одно хрипение. Я почти открыл рот, но Натаха развернулась к выходу. — Я с деревней уничтожу этого лисёнка. 

Внутри меня будто взорвалась петарда, и я тут же схватил синеволосую за руку, оттягивая к себе. Я почти возразил ей, но вдруг увидел, как к нашему дому бегут несколько нп.

— Херейд! — Первый крикнул Клайп, остановившись на пороге. Я отпустил Наташу.
— Ты вернулся! — Поддержал ИксДанил.
— Алый Лис в Лиловом Лесу, — пропыхтел Бишка. — Нам нужно немедленно атаковать его.
— Его нельзя ловить, — холодно отрезал я, помотав головой.
— Ты не правильно понял, — вставил светловолосый Никитка. — Деревня требует, чтобы ты руководил ей для охоты за лисом.
— Чего? — прищурился я.
— Деревне нужен лидер, Херейд, — пояснил ИксДанил. — Они жаждут крови.
— Вот именно! — Воскликнула вдруг Натаха. — Все хотят убить эту тварь уже! С нас хватит! Деревня верит в тебя, Херейд, она хочет, чтобы ты руководил ей как лидер! Как сын величайшего лучника!
— Иначе твоё место займет Корби, — негромко добавил Клайп. Я перевёл на него взгляд.

Я не спеша переступил порог, шаркая чужими дзори. Нп остались за моей спиной, смотря на Лиловый Лес впереди меня. Я развернулся к ребятам лицом, растопырив руки, будто это крохотное тело способно защитить огромный лес от тысячи стрел.
— Я запрещаю вести охоту на Алого Лиса, — громко и грозно заявил я. Все переглянулись. Только Наташа спустилась со ступенек дома ко мне.
— Херейд, давай ты нам всё объяснишь в Бакико.

Я собрал всех в Бакико не потому что послушал Натаху, а потому что лучик надежды засел в моей груди. Если я всё объясню нп, и они, как Дед, поймут и также отговорят других жителей Ханты, то охота точно отменяется.

За столом сидели абсолютно все нп, помимо Славы и Деда. Я же сидел на своем королевском месте, сжимая кулаки под столом.
— Охотиться на Алого Лиса невозможно, — сразу начал я. — Если мы его убьём, то солнце уже никогда не встанет.
— А после поднятия солнца, можно будет его истребить? — Задала вопрос Гречка.
— И когда он нам его вообще вернет? — Закатила глаза Локи.
— Вот именно, почему нельзя заставить его вернуть солнце?! — Воскликнул эмоциональный Никки. — Нас много, он один! Пытать его!
— Один уже пытал, — сквозь зубы ответил я. — Лис его убил,— с ноткой жалости я указал рукой, где обычно сидел Слава.

Вдруг повисла тишина.
Сначала началось переглядывание, затем шепот. Одна Наташа сидела с каменным лицом.

— Тем экспертом оказался Корби, — как можно безразличнее говорил я, хоть от одного воспоминания всё рвалось на куски. — Никакой самки нет. После того, как Алого Лиса поймали, Слава хотел его подчинить себе. Он его мучил, не кормил и бил током, — с дрожью говорил я. — Мы с Дедом отправились его спасать, потому что... — я запнулся. Как объяснить это нп? Потому что он наш друг? Потому что он нам нужен? Потому что Слава идиот? — Алый Лис не просто животное. Он человек, и его зовут Эдуард, — горло невольно заболело, а по голове всплыли собственные крики из той комнаты:"Его зовут Эд!". — И он нам нужен, чтобы вернуть и всю жизнь охранять Солнце. Без этого последнего кицунэ хаус настигнет нас.
— Херейд, но он же убил Славу, — негромко добавила Сосиска.— И Дед тоже пострадал. И лис убивал нашу деревню раньше, он ворует павлинов даже сейчас. Если мы не будем его трогать, мы так сами исчезнем. Лис опасен.
— Эд хороший, — выдавил из себя я, до боли сжав хаори в кулаках с колен. Я зажмурился. Сердце больно сжалось. — Он хороший. Просто Слава убил в нём всё хорошее, и теперь... — в голове, словно вспышки, начал мелькать его оскал, его шерсть, пасть, когти, рычание, взгляд, слюни, кровь, вонь. — Теперь он не сможет думать, как человек.
— Ну и чего его беречь тогда!? — Крикнул Бишка. — Мозгов уже нет! Солнце он точно без них вернуть не сможет!
— Херейд, — вдруг вспомнил Клайп. — Ты нам когда-то говорил, что ты сам знаешь, как вернуть солнце.
— И ты говорил, что уже его возвращаешь, — вставила Натаха. У меня похолодело все.
— Выходит, лис нам не нужен, а солнце вернешь ты, — сделал умозаключение притихший Флозер.
— Нет, я- — я не успел и ответить, как меня перебила Наташа.
— Херейд, твоего дружка Эда к рассудку уже не вернуть. Но пойми, что так будет лучше, — её глаза мерцнули. — Да, мы все понимаем, что эта красная шкура промыла тебе мозги, и теперь ты не хочешь его подвергать опасности, — она резко поднялась. — Но очнись! Очнись, ты сам знаешь, как вернуть солнце, а лис уже представляет яркую опасность для нас! Он одичал! Его просто необходимо убить! А хаус без лиса, о котором ты говоришь, всего лишь детские сказочки, потому что богов не существует! Существует очень хитрый дьявол, который пудрит тебе мозги. 
— Да, я поддерживаю Наташу! — Стукнула по столу Локи.
— Он не заслужил жизни, он убивал наших людей! — Кивнул ИксДанил.
— Натаха! — Взорвался я и тоже поднялся. — Дед тоже делал вид, что ничего не знает и не понимает. Он тоже отказывался спасать лиса, хоть знал последствия, если мы этого не сделаем! Но я знал, я с самого начала знал, что он знает намного больше, и он что-то скрывает. Так и оказалось, он знал о пользе лиса ещё до нашего рождения, он знал причину смерти наших родителей! И я это вижу, Наташ. Я вижу, что ты что-то знаешь и таишь от меня. И это "что-то" точно знает кицунэ. Ты точно знала, что он именно съел солнце, ты точно знала, что Эд и есть Лис, но прикидывалась дурочкой, которой потом якобы приснился сон после отравления Эда! Ты знала, что я к нему хожу, ты знала, чем занимается Слава. И это ты ему сказала сочинить сказочку для глупых людей про Аматэрасу, пока ждала момент, чтобы отравить и поймать лиса! "Богов не существует", да ты же сама придумала несуществующую Богиню, чтобы настоящий, то есть Эд, вернул это солнце по прихоти Славы! И ты прекрасно знаешь, что девятихвостый ничего мне не пудрил, и что он на самом деле прав, — я горел, а лицо Наташи начало краснеть. — И убить ты его хочешь не ради безопасности деревни, а ради своей какой-то выгоды, о которой я не знаю, но точно знает Эд! Что?! Что он тебе такого сделал?!
— Он убил моего Славу, — хмуро и сразу ответила сестра, пока все нп затихли. Она опустила голову, но продолжала смотреть на меня, и из её глаз понеслись слёзы. Самые настоящие крупные слёзы. Вдруг мой гнев перевернулся на глубокую жалость.
— Принесите воды! — Подала голос Локи. Меня тут же вернуло в реальность. Наташе очень больно... Я мог представить её боль, как крапивой по сердцу, а потом она прожгла грудь насквозь, что там ничего не осталось. Пустота.

Я тут же бросился к подвалу, поскольку эта самая вода находилась только там. Как вовремя закончилась вода на кухне в Бакико.

Подвал оказался открыт. Я не придал этому особого значения, потому что ключи я же потерял. Лестница проскрипела, пока я спускался на пыльный пол. Здесь не было лампы, обычно спускались с фонариками. Мурашки пошли по телу, когда я краем глаза заметил символы взрывоопасных веществ вдали подвала. Темнота позволила мне разглядеть целую бочку с запасом воды, и я почти набрал кувшин, если бы меня не отвлёк скрип снаружи. Я поднял голову.
— Знаешь, Херейд, — улыбалась Наташа, взявшись за край дверцы в подвал. Свет снаружи бил ей в спину, освещая прозрачные слёзы. — Ты прав. Ты кое-чего не знаешь обо мне. Я до сих пор не понимаю, почему Алый Лис не рассказал тебе, — она с той же улыбкой полезла в карман своего кимоно. Я напрягся. — Выходит, он не настолько предан тебе. А ты ему очень. В этом и проблема, — она скрипнула дверцей, наклоняя её вниз. Я двинулся к ней.
— Что ты делаешь?
— Посиди пока тут, братик, — улыбнулась шире девушка. — Не мешай мне с деревней охотиться на Лиса. Теперь я лидер, и я убью девятихвостого монстра.

За секунду она вытащила ключ  от подвала из кармана, и тут же захлопнула дверцу. Я немедленно подбежал к ней, толкая руками наружу. Но послышался уже грохот.

Натаха заперла меня в подвале.

— Наташа! — Я крикнул во всё горло, продолжая долбить ладонями двери. — Наташа, Алый Лис убьёт тебя, если ты ранишь его! Природа сохранит его жизнь любыми жертвами! Натах! Так умер наш отец! Натаха, выпусти меня!

Но слышалась лишь тишина и громкий, уверенный голос сестры в главной комнате. Она объявляет охоту, смахивая слёзы. Я сжал зубы, а вместе с ними и кулаки, желая выбить эти двери. Темнота начала пугать меня, подвальная вонь душила, а капанье воды наводило страх. Учитывая, что в подвал мы заходили крайне редко, тут и могло поселиться целое семейство змей или каких-нибудь гокибурей.

После того, как я стёр себе все руки от ударов, я спустился с пыльных ступень, присев на одну. Я спрятал голову в колени, а распущенные волосы упали на лопатки. Пальцы залезли в кудри, впившись когтями в кожу головы. Дышать стало трудно. Меня не столько душило отчаяние, сколько гнев. Я тут же вскочил, дав со всей силой ногой по дверцам. Я сжал лукаки, до боли задрав голову к пыльному потолку.

Пол в пыли, потолок.
Подвал в пыли, как и уже все мои надежды.
Я опустил взгляд на себя.
Белое хаори, в котором я кружился около теплого источника, когда Эд улыбался мне, когда он шутил и решил устроить "догонялки" по всему лесу.
Теперь оно чёрное. Оно в пыли и пепле. Теперь я заперт в подвале собственной сестрой. Теперь Эд уже никогда не улыбнется, а лишь разинет пасть от догонялок с охотниками.

Я проглотил комок слёз. Солнце можно получить из искр. Видимо, мы с Эдом слишком перегорели, что я остался только в пепле после этого теплого костра.