16
Чонгук блуждает по коридорам, не зная, чем бы занять себя, лишь бы отвлечься. Он очень сильно волнуется за Тэхёна. Встреченный им пару часов назад в коридоре Намджун посмотрел на него таким взглядом, что стало ясно - с Тэхёном что-то не так. Вероятно, течка проходит болезненно, потому что совсем рядом находится Чонгук. Чонгук же лезет на стену, потому что крыша медленно едет от того, что Чонгук не может ничего сделать. Если бы Чонгук мог просто быть рядом, просто дать Тэхёну поспать у него на груди, омеге было бы уже куда легче. И как выйти из этой ситуации, нет ни малейшего понятия. - Чонгук, - слышит он и оборачивается. Намджун, весь взмыленный, спешит к нему на всех парах, пересекая коридор. - Нам нужно поговорить. Срочно. Они ищут укромный уголок, где они могли бы поговорить с глазу на глаз, и выходят на небольшой балкон. - Как Тэхён? - тут же задает интересующий его вопрос Чонгук, поджигая спичкой табак в трубке и кидает спички Намджуну, разместившемуся на софе напротив. - Ему было очень плохо утром, - начинает Намджун, закуривая. - все течные симптомы просто увеличились раза в три, его так еще никогда не ломало, я дежурил у дверей все это время, а Джису носилась от кухни к спальне, пытаясь хоть что-то сделать, лекарственные травы и обычные методы не помогали, но позже Джису пошаманила над его чаем, добавив туда «секретный ингредиент», - Намджун показывает кавычки пальцами. - и его отпустило. Сейчас он отсыпается. - «Секретный ингредиент»? - Чонгук вскидывает брови. - Да. Джису сказала, что это отличный способ обманывать организм омеги во время течек или альфы во время гонов, если ты знаешь, какой ингредиент нужен именно этому человеку. - Я все равно не до конца понимаю, о каком ингредиенте идет речь. - Мята, Чонгук. В его чае мята. Чонгук прикрывает лицо ладонью. Что ж, это вполне логично и разумно, если дать Тэхёну мяты, то его организм отреагирует на нее, приняв за запах Чонгука, и на время успокоится. - Намджун, я... - Не говори ничего. Я тоже не знаю, что нам делать, - вздыхает тяжело Намджун. - Я всю ночь ломал голову, глаз не сомкнул. - Я тоже. Но нам надо что-то придумать. Тэхён слишком хороший, чтобы к нему так относились. Я его брат, и для меня его счастье стоит на первом месте. Я не позволю, чтобы родители из принципиального желания выдать за тебя Сольхён сломали жизнь Тэхёну. На кону его счастье и ваше с ним здоровье. Я не хочу, чтобы ему было больно, но он плакал вчера весь вечер от безысходности. - Поверь, я тоже этого не хочу. Я готов поклясться, Намджун, я все для него сделаю, что в моих силах, но сейчас... - Я понимаю. И я верю тебе. Вы - истинные, и даже до того, как мы это поняли, я уже видел, что ты действительно любишь его. - Я еще никогда в жизни не был в такой ситуации, когда я не знаю, что мне делать. И я не понимаю одного, почему ваши родители так относятся к нему? - Все просто. Сольхён была первенцем, ее ждали и хотели. Ее холили и лелеяли, она их любимица. Она первая красавица в королевстве, даже ее запах роз говорит об аристократии в ее крови. Я наследник. Отец возлагает на меня много надежд и пока я их оправдываю, мне все сходит с рук. Отец в упор не видит, что я не поддерживаю его взглядов, потому что пока пляшу под его дудку. А ему это и нужно. В свою очередь от третьего ребенка ожидали, что он будет альфой. Родители хотели истинного наследника, надеялись, что раз и омега, и бета уже были, то будет и альфа. Когда врач по форме живота определил, что скорее всего будет мальчик, все ждали альфу, но появился Тэхён, разрушив их ожидание. Хотя если бы он был альфой, то и ко мне было бы такое отношение, как к Тэхёну сейчас, ибо он стал бы наследником. Возраст и здоровье уже не позволяли матери понести снова, и отец обвинил Тэхёна еще и в том, что она не может родить четвертого. Полный абсурд. В конечном итоге Тэхён для родителей просто существует. Что есть он, что его нет, им все равно. От Сольхён ожидают выгодного брака, но в погоне за выгодой они потеряли действительно выгодные варианты, надеясь, что найдут еще лучше, а Сольхён уже между делом двадцать шесть. От меня ожидают, что я буду хорошо править, и мне повезло, что наши с Сокджином чувства оказались выгодны и для Горельфины, и для Альбаросы. Тэхёна же просто хотят спихнуть на шею какому-нибудь альфе, чтобы не мешался. Они не ожидали, что ты проявишь интерес, и их бесит, что ты играешь не по их правилам, поэтому они только для того, чтобы насолить тебе выдадут его замуж. Мать все еще ошибочно полагает, что ты перейдешь на их правила и женишься на Сольхён. Им невдомёк, что у вас с ними разные шахматные партии. Чонгук тяжело вздыхает. - Неужели твой отец не может понять, насколько ему выгодно просто одобрить наш с Тэхёном брак? Ты ведь правильно сказал, он мог бы вить из меня веревки, выставляя условия к браку. - Отдать Тэхёна тебе, будет означать, что ты победил. Ты добился своего. У них же есть свои планы. В итоге они и сами проиграют, потому что свои планы не выполнят. Но это вопрос чести и гордости для отца. Нужно обыграть его. Нужно придумать что-то, что заставит его поставить на кон важные фигуры. Надавить на его больные места, заставить выбирать между гордостью и этими самыми больными местами. - Только ты знаешь, что для него больное. Они на какое-то время уходят в раздумья, пытаясь хоть что-то сообразить. - Честь, - через какое-то время выдыхает Намджун. - Для него самое главное - это честь его королевства и королевской семьи. - Нам нужно сделать так, чтобы ему пришлось выбирать между тем, чтобы согласиться на этот брак или потерять честь королевства? То есть, получается, нужно подставить королевскую семью?
-Точно, - соглашается Намджун. - Но как? - Это и нужно сейчас придумать. Они на какое-то время снова замолкают, уходя в раздумья. Проходит, казалось, целая вечность, прежде чем Намджун отмирает. - У меня есть идея. Но она тебе не понравится. И Тэхёну тоже. Она вообще отвратительная, но должна сработать. - Тогда я слушаю тебя.
* * *
Они быстро, на полной скорости, несутся по коридору. - У нас слишком мало времени, - сообщает Намджун. - Все должно произойти сейчас и будет зависеть только от того, доверится ли тебе Тэхён и хватит ли у него храбрости. - Я в принципе не верю, что он может решиться на такое. Это слишком важный шаг, тем более для омеги. - Он смелее, чем ты думаешь. Но только ты сможешь убедить его в этом. Тебе придется контролировать ситуацию изнутри, а мне снаружи, со стороны родителей. - Слишком много факторов, какой-нибудь из них может подвести. - Не думай о том, что будет, если не получится, думай о том, что может получиться. Они добираются до лестничных пролетов, останавливаясь. - Дальше я не пойду. Нельзя, чтобы кто-то увидел нас. На этаж вверх, прямо по коридору и налево. Ты не перепутаешь эту дверь, - сообщает Намджун, смотря вверх, проверяя лестницу на наличие людей. - Главное, помни все то, что я тебе сказал. И у тебя получится - Пожелай мне удачи. Чонгук срывается вперед по ступеням, и, когда подлетает к нужной двери, сверяется с часами. У него тридцать две минуты. Тэхён вздрагивает от неожиданности, когда в дверь коротко стучат. Он уже давно проснулся и чувствует себя терпимо, но его обещали не трогать, чтобы дать отдохнуть, и поэтому он понятия не имеет, кто это может быть. - Да? - интересуется он, садясь на кровати и сжимая одеяло, укрывающее ноги. - Тэ, это я. Тэхён в ужасе вскакивает и несется к двери, заслышав любимый, но такой тревожный голос. - Что вы тут делаете? Вам нельзя здесь быть! - в таком же ужасе восклицает Тэхён, прижимаясь к двери, чтобы лучше слышать. Через щели он уже чувствует чужой запах, и сейчас он для него как вино, кружит голову и не дает трезво соображать. Тэхён упирается лбом в дверь, втягивая всеми легкими чужой запах. - Я знаю, но это очень важно. Нам нужно поговорить. Прямо сейчас. Пожалуйста, Тэ, - чужой голос кажется действительно очень взволнованным. - Я... Я не могу! Вы же понимаете! - Если кто-то увидит меня здесь, нам обоим не поздоровится. Пожалуйста, Тэ, я обещаю, я никак не наврежу тебе. Прошу, пусти меня. Это очень важно. Тэхён долю секунды колеблется, а потом тянется к ручке двери, но вовремя останавливает себя, понимая, что на нем лишь ночная рубаха, не прикрывающая ничего ниже колена, поэтому он бежит через комнату, стаскивая с кресла халат, натягивает его, убедившись, что щиколотки не торчат из ткани, после чего возвращается к кровати, аккуратно садясь на край и выдыхая тихое «открыто». Дверь тут же открывается и закрывается, когда Чонгук влетает в комнату. Тэхён не может не заметить, как Чонгук полной грудью судорожно вдыхает переполняющий комнату запах, смотря на него так же тревожно и за своей спиной аккуратно закрывая засов, чтобы никто им не помешал. Чонгуку голову сносит от чужого течного запаха, но он держит себя в руках, ради своего прекрасного маленького принца. - Тэ, - выдыхает он так ласково, кидаясь вперед и оказываясь на коленях перед чужими ногами, что Тэхён вздрагивает от неожиданности, но рук из чужих ладоней не отнимает. - У нас мало времени. Я не успею тебе все объяснить, но у нас с Намджуном появился план, как заставить твоего отца дать согласие. Он отвратительный и не нравится никому из нас, но он должен сработать. Я не имею права просить тебя о подобных вещах, это низко, грубо и не вежливо, но нам...сейчас нам нужно... черт, как я вообще могу говорить об этом... нам нужно... заиметь любовную близость, понимаешь? - Тэхён в смятении и ужасе сводит брови и приоткрывает рот. - Будь у нас больше времени, я бы обязательно рассказал тебе суть плана, но времени почти нет, послезавтра мне уже нужно уехать, поэтому все должно произойти сегодня, сейчас. Я знаю, что это звучит абсурдно, но у нас нет другого выхода. - Я... Но... Н-но... - начинает заикаться Тэхён, его щеки краснеют еще сильнее, чем были красны от повышенной температуры тела. - Как это может помочь? - Об этом я и говорю. Это часть плана, если я буду рассказывать, время кончится, у нас на счету каждая минута. Все должно выглядеть так, будто я тебя изнасиловал, но я бы ни за что не сделал подобного, поэтому мне нужно твое согласие. Я знаю, что это все свалилось на тебя резко и неожиданно. Я бы и сам хотел, чтобы все было красиво и по правилам: я бы увез тебя в Квондору, мы бы поженились и все бы случилось в первую брачную ночь, но видимо судьба не оставляет нам выбора. Чонгук лезет в карман, ненадолго выпуская одну из тэхёновых ладоней, после чего достает из него обручальную шкатулку, и Тэхён не удерживается, чтобы не прикрыть рот ладонью. - Поэтому я сейчас спрошу у тебя. Если бы не родители, согласился бы ты, Ким Тэхён, стать моим мужем? Чонгук открывает шкатулку, являя принцу обручальное кольцо из белого золота, украшенное синими камнями. - Я... - Тэхён в ужасе вскакивает на ноги, продолжая прикрывать рот ладонью. Чонгук трепетно ждет на коленях чужого ответа, сжимая в руке кончики чужих пальцев, будто цепляясь за возлюбленного. - Для меня было бы большим счастьем быть вашим супругом, если это действительно возможно. Чонгук принимает это за положительный ответ, поэтому вынимает из шкатулки кольцо и протягивает ладонь, и Тэхён жмурится, протягивая свою в ответ. Золото холодит кожу, но садится идеально, и Тэхён открывает глаза только тогда, когда Чонгук поднимается, но тут же закрывает, потому что чужие руки обнимают за талию и губы накрывают поцелуем. Тэхён цепляется пальцами за ворот чужой рубашки, когда голову кружит, а ноги слабеют. Чонгук целует так горячо и в то же время бережно, оставляет дыхание на губах, что мурашки катятся по спине. Запахи в комнате начинают смешиваться. - А теперь я спрошу еще раз, готов ли ты довериться мне, если я скажу, что заберу тебя отсюда раз и навсегда в ипостаси будущего короля Квондоры? - вопрошает Чонгук в чужие губы, заглядывая глубоко в глаза и не выпуская из своих объятий. - Что будет, если план не сработает? - утыкается Тэхён в чужое плечо, лишь бы не видеть этих глаз. - Мы ведь истинные, помнишь, мы не сможем друг без друга. Должен сработать. Тем более, ты же знаешь, твой брат умен и хитер. - Это его план? - Да, целиком и полностью. - Но все же, что будет, если что-то пойдет не так?
Тогда я готов буду поступиться своими принципами и репутацией и выкрасть тебя, если ты, конечно, позволишь. - Это будет обозначать войну, - Тэхён все же поднимает голову и заглядывает в чужие глаза. - Я знаю, но воевать уже не твоему отцу, а Намджуну, мы это все тоже обсудили. Тэхён вновь прячет лицо в чужом плече, дышит чужим запахом, будто это поможет ему набраться смелости. - Мне так страшно! - шепчет, будто сознается Тэхён. - Я знаю, мне тоже, любовь моя, но я не отступлюсь, - Чонгук поднимает чужое лицо за подбородок, заглядывая в глаза. - Отступишься ли ты? Тэхён молчит немного, разглядывая крапинки в почти черных глазах. - Все хорошо кончится? - задает последний вопрос. - Да. - Обещайте мне! - Обещаю. И Чонгук снова целует, понимая, что его обещание стало опорой Тэхёну для прыжка веры. Он крепче обнимает, дает опереться на себя. Комфорт Тэхёна для него сейчас важнее всего. Им обоим приходится приносить жертву, чтобы их любовь могла существовать и дальше. Чонгук ведет губами по щеке, целует за ухом и спускается к шее, пока Тэхён вплетает пальцы в его волосы. - Ничего не бойся и ни о чем не думай, - шепчет в ключицу. - Я рядом, и я никогда не отпущу тебя и не сделаю тебе больно. - Я верю. Чонгук скользит ладонями по чужим бокам, бедрам, наклоняется ниже и подхватывает Тэхёна под колени, разворачивается к кровати сам и задом залезает на нее, опрокидывая на спину Тэхёна и оказываясь сверху. Они лежат поперек кровати, головами к двери и ногами к балкону, Тэхён смущенно отводит взгляд, но руками все еще хватается за чужие плечи, когда Чонгук выцеловывает его шею. Ему стыдно, но течка и чужой запах дурманят голову, и он надеется, что разум не покинет его окончательно. Тэхён чувствует чужие губы на сгибе шеи и плеча, чувствует ладони на ребрах, и понимает, что его ночная рубашка уже мокнет снова. С губ невольно срывается вздох, он прикрывает глаза, пока Чонгук развязывает на нем пояс халата и стаскивает его. Чонгук пытается быть максимально осторожным, хотя запах, накатывающий с каждой волной чужого возбуждения, заставляет инстинкты внутри выть. Хочется рычать и кусаться, когда он видит рельеф чужой груди через тонкую белую ткань рубашки, когда видит чужие голые колени и то, как намокает ткань. Клыки чешутся, но Чонгук не дает себе быть слишком импульсивным, чтобы не напугать и без того испуганного Тэхёна. - Я могу остановиться, если передумаешь, - шепчет Чонгук в свой поцелуй на груди, где кончается воротник. - Все хорошо, - шепчет Тэхён, и Чонгук лишь по голосу понимает, что Тэхён уже на взводе, хоть и пытается не давать течке брать вверх над собой. Тэхён закидывает голову, его рот приоткрывается из-за учащенного дыхания, а пальцы все еще сжимают волосы на затылке. Чонгук отрывается ненадолго, стягивая с себя рубашку, и видит, как его глаза застилает пеленой возбуждения. Он находит пальцами подол рубашки и тянет ее вверх, оголяя омежье тело и самое сокровенное. Тэхён дышит тяжело, и его и без того красные щеки еще сильнее заливает румянец, когда король смотрит на него так. Чонгуку думается, не будь у Тэхёна течки, ему было бы куда сложнее принять происходящее. Чонгук откидывает прочь их одежду, возвращаясь к чужому телу, устраивается между чужих бедер, спускается губами к открывшейся коже, выцеловывает каждый миллиметр, Тэхён мычит что-то невнятное сквозь сжатые губы. - Не пытайся сдерживать себя, нас должны услышать. - Что? - тэхёновы глаза в шоке распахиваются. - Но они же все узнают! - На это и расчет. Чонгук прижимает к себе крепко, пальцами считает ребра, снова выцеловывая шею, чувствует, как чужое возбуждение трется об его пресс, и Тэхёна от этого гнет дугой, а с его губ срывается первый полноценный стон. - Можно я помечу тебя? - просит Чонгук, уже выбирая губами место. В качестве положительного ответа получает невнятный стон, и Тэхён вскрикивает громко от смешанных чувств боли и наслаждения, когда в его шею вонзаются зубы. Пока Чонгук зализывает метку, Тэхён царапает ногтями чужие плечи. Его ноги сводит от дикого возбуждения, и он почти хнычет от этого. Чужие руки, спустившиеся на бедра, делают только хуже. Тэхён понимает, ему будет стыдно, когда течка отступит, но сейчас он уже не пытается ей сопротивляться, он гнется в спине и стонет от того, как хорошо, когда его вот так целуют в живот. Чонгук знает, Тэхён уже дошел до того состояния, когда готов на что угодно. Он поднимается выше, вновь целуя чужие губы, и скользя ладонью с бедра к ягодицам. Смазка постыдно хлюпает, когда Чонгук пробегается по влажной коже пальцами. Тэхён закидывает на лицо руку, прикрывая предплечьем глаза от греха подальше, когда Чонгук целует его бедра и пальцами массирует колечко мышц. Стоны срываются уже сами собой. Тэхёну кажется, что он уже превратился в один сплошной оголенный нерв, потому что все, даже прохладный ветерок с балкона, действует на него с невероятной силой. Он чувствует, как в него проникает палец, и ноги сами гнутся в коленях от невероятности происходящего. Новая волна мурашек пробегает от пяток до затылка. - Боже... - тянет Чонгук снизу завороженно. - Не упоминайте господа, мы грешим! - хнычет Тэхён по-прежнему в руку. Чонгук продолжает аккуратно двигать пальцем, после чего добавляет второй и любуется, как подрагивает чужое тело, как член слабо дергается, капая смазкой. Он носом втягивает накативший с новой волной возбуждения запах и ловит каждый чужой вдох. - Это даже хорошо, что у тебя течка. Нам же легче преодолеть все это. Тэхён в ответ стонет только, и Чонгук успокаивающе гладит его по бедру, добавляя третий палец. Смазка делает свое дело, обезболивает и позволяет двигаться даже в такой тесноте. Чонгук поднимается, стаскивая с себя одной рукой штаны и отшвыривая их подальше, после чего вновь нависает над Тэхёном, аккуратно снимая его руку с лица. Глаза напротив смотрят с вожделением, Тэхён хватается руками за чужие плечи, будто ищет точку опоры. - Перевернись, - полушёпотом просит Чонгук. Он руками аккуратно помогает Тэхёну перекатиться на живот, так же устраивается между чужих ног, пока Тэхён прячет лицо в одеяле. Чонгука сводит с ума изгиб чужого тела: спина, поясница, ягодицы. К последним хочется притронуться, сжать в ладони, но Чонгук не хочет опошлять сейчас ситуацию, ведь Тэхёну и так многого стоило ему довериться. Чонгук накрывает собой сверху, прижимается грудью к спине, целует в шею сзади. - Расслабься, мой принц. И ничего не бойся. - Я не боюсь, - выдыхает Тэхён в одеяло, но по нему видно, что, напротив, он боится неизвестности. Чонгук входит максимально медленно, дает Тэхёну возможность ему доверять и не паниковать. Тэхён хнычет что-то неразборчиво, вытягивает руки вперед, чтобы сплести пальцы с чонгуковой ладонью, упирающейся в кровать над его плечом. Чонгук аккуратно скользит внутрь, успевая оставлять поцелуи вдоль позвоночника, и, когда входит до упора, прижимается телом к чужой спине. Тэхён мычит в одеяло что-то смутно похожее на «Еще», поясницу выгибает. Чонгук осознает, что сознание от него уплыло окончательно.
Как ты себя чувствуешь? - шепчет на ухо Чонгук и аккуратно двигает бедрами. Тэхён в ответ стонет и крепче сжимает чужую ладонь. Выгибает поясницу и отрывает лоб от одеяла, закидывая голову назад и позволяя целовать свою шею. Чонгук двигается медленно, но сильно, заполняя собой изнутри. Ему мало этого, но он держит себя в руках, напоминает себе, что не должен напугать Тэхёна, и, тем более, сделать ему больно. - Н-нас наверняка, уже услышали... Мм... Ах... - через стоны выдыхает Тэхён. - Не волнуйся об этом. Вообще ни о чем не волнуйся, - Чонгук горячо дышит на ухо, продолжая двигаться. - Ааахх... Как же хорошо, боже... - Ты же просил не упоминать господа. Чонгук пытается не увеличивать амплитуду толчков, но силу и скорость постепенно наращивает, чтобы Тэхёну было еще лучше, и чтобы выбить из него больше стонов, чтобы их услышали наверняка. Ему сносит голову от того, как же невероятно Тэхён пахнет, и от того, как красив его голос. Тэхён же сходит с ума. Он и не знал, что во время течек именно так бывает. У него глаза закатываются, перед ними плывет все как в тумане. Тэхён может только слышать и чувствовать, как Чонгук обнимает его крепко, прижимаясь кожей к коже, как целует, куда придется, как дышит горячо на ухо и толкается глубоко внутрь. Чонгук добавляет темпа, и именно в тот момент, когда Тэхён еще громче начинает стонать, в коридоре слышится некое шевеление. - Ва... Ваше... Вел... - пытается выдавить Тэхён. - Я же просил ко мне так не обращаться, - выдыхает Чонгук, пока звуки чужого присутствия в коридоре нарастают. - Мой... Мой король... - пробует снова Тэхён. - Все равно не то. В этот момент Чонгук толкается изо всей силы, привлекая внимание присутствующих в коридоре. - Чонгук! - в момент толчка выкрикивает Тэхён. - Умница, - шепчет Чонгук на ухо. - Там... В коридоре... Ааах... - Не думай об этом. Не бойся. В этот момент в спальню очень громко и настойчиво стучат. - Тэхён! - слышится грозный голос короля из-за двери. - Какого черта там происходит? Тэхён вскидывает голову и смотрит на входную дверь. - Ничего не бойся, - снова шепчет на ухо Чонгук, протягивая вперед ладонь и накрывая ею чужие глаза. - Я с тобой. - Тэхён, живо открой! - кричит король и несколько раз очень резко дергает дверь, благо та заперта. - Все в порядке. Тебе ничего не будет, - продолжает успокаивать на ухо Чонгук. Ручка двери еще несколько раз сильно дергается. Чонгук перестает двигаться, накидывая себе на спину одеяло и продолжая накрывать Тэхёна собой и закрывать ему глаза ладонью. Дверь громко бьется о проем, от чего небольшой засов отлетает с двери и дверь распахивается. На пороге король, за спинами которого можно разглядеть всю королевскую чету, пару стражников и слуг. У короля в ужасе глаза на лоб лезут, когда он видит злого, как черта Чонгука, с чем-то животным в глазах, вжимающего в кровать Тэхёна. - Вон отсюда! - шипит Чонгук сквозь зубы. Где-то сзади в ужасе вздыхает и прикрывает рот рукой королева. Король, остолбеневши, не знает, что и делать, ведь он не может ослушаться Чонгука, пока тот является королем на голову выше него. - Я сказал, вон отсюда! - кричит Чонгук, и король выходит из прострации, захлопывая дверь обратно и удаляясь. Чонгук еще долю секунды смотрит на дверь, после чего убирает ладонь с тэхёновых глаз, и принц опускает голову на кровать, тяжело дыша. - Все хорошо, любовь моя. У нас получилось, - шепчет ему Чонгук на ухо. - Больше ни о чем не волнуйся. Ты молодец. Чонгук переворачивает принца обратно на спину, нависая сверху. Тэхён смотрит на него так же возбужденно через пелену, руки на плечи закидывает. - Ва... тебе придется все мне объяснить потом... - шепчет почти в самые губы. - Знаю, - соглашается Чонгук и прижимается к губам напротив. Он очень нежно целует, руками подхватывая чужие колени и разводя их в стороны, снова входит и медленно, лениво движется. Тэхён хнычет в поцелуй, пальцами сжимает волосы на затылке и дышит загнанно, когда Чонгук принимается выцеловывать его грудь. Он закидывает руки вверх над головой и гнется в спине, стонет, пока Чонгук нежно пытается довести его до разрядки. Мягко и с любовью, Чонгук выбирает нужный угол, перехватывает ладонью омежий член и пару раз проводит по всей длине, после чего Тэхён из последних сил выстанывает его имя, спуская себе на живот. Чонгук быстро выходит и за пару движений спускает следом на простыни. Тэхён, тяжело дыша, прикрывает глаза, распластанный по кровати. Чонгук утыкается в чужое плечо, пытаясь прийти в себя, после чего подтягивается на руках выше, ловя глазами каждый чужой вздох. Он утыкается в чужую щеку, трется об нее носом, целует в линию челюсти. Спустя долгую минуту, когда течка на время стихает, Тэхён приходит в себя, широко раскрывая глаза и дико краснея. - О боже! - выдыхает в ужасе и краснеет еще больше. Чонгук поднимает голову и открывает глаза, реагируя на чужой голос. - Все, хорошо, любовь моя. Он аккуратно убирает со лба мокрую прядку, после чего обвивает руками чужие ребра и перетаскивает Тэхёна на подушки, подбирает сбитое одеяло и укрывает их сверху, чтобы омегу не продуло. Тэхён выглядит очень уставшим и немного напуганным. - Они... они ведь все... - Да, - Чонгук кивает, приобнимая старшего под одеялом за талию. - Как и должно было быть. - Какой кошмар! - Я понимаю. Наверное, не стоило даже предлагать тебе это все. Виснет пауза. Чонгук видит, как Тэхён борется с диким стыдом перед ним и в то же время с накатывающей негой, утягивающей его в сон. - Все хорошо. Тебе нечего стыдиться, - Чонгук двигается ближе, впритык, гладит ладонью чужую щеку. - Теперь все будет хорошо. Можешь попробовать забыть все это, как страшный сон. - Нет, - Тэхён краснеет и опускает глаза. - Очень хороший сон. И я не хочу это забывать. Вы... ты обещал мне, что план сработает, поэтому... - И он сработает, вот увидишь, - Чонгук крепко прижимает к себе принца, целуя в макушку и позволяя уткнуться себе в грудь. - Потому что ты доверился мне. - Я бы хотел не доверять тебе иногда. Но не могу. Слишком сильно люблю, - признается Тэхён чужой груди, зевая. - И я тебя, мой маленький принц. Поспи. Тебе нужно отдохнуть. - Ты обещал рассказать мне ваш план, - Тэхён прикрывает глаза. - Это подождет. Тебя слишком сильно клонит в сон. Поспи, я расскажу тебе, когда попросишь. - Ты уйдешь? - уже как-то сонно бормочет Тэхён, снова зевая. - Если ты этого хочешь. - Не хочу, - бубнит Тэхён и обнимает руками вокруг ребер, будто не пуская. - Тогда я останусь. Спи, любовь моя. Я посторожу твой сон. Тэхён уже ничего не отвечает, удобнее устраиваясь в чужих объятиях и проваливаясь в сон.