Глава 94
Розмари умоляла так отчаянно, словно должно было произойти что-то плохое, если она покинет Дворец прямо сейчас. Она потянулась вперёд, словно собираясь ухватиться на подол платья Медеи, но служанки быстро отреагировали и не дали ей этого сделать.
Медея носит ребёнка Лайла. Если с ней что-то произойдёт, первыми полетят головы именно служанок.
— Ты ничего плохого не делала. Это Маркиза виновата. Я же больше не хочу тебя видеть.
Розмари глубоко склонила голову.
— Я сейчас отправлю её назад, Ваше Величество.
Служанки окружили ничего не понимающую Розмари. Она хотела было снова броситься ей в ноги, но не смогла, застыв под её ледяным взглядом. Если она продолжит сопротивляться, то уже не Медея, а служанки разозлятся.
Медея отвела глаза от Розмари, которую уводили служанки. Снаружи она старалась выглядеть спокойно, но внутри её всю трясло.
Почему? Почему Розмари появилась сейчас? Разве не должно быть никакого заговора, если Медея жива?
* * *
Лайл раздражённо чесал лоб.
Он не хотел этого признавать, но прошлая Медея была хорошим щитом для него.
Поэтому, говоря о появлении девушек во Дворце... Если кто-то собирался представить Лайлу девушку, Медея не оставалась в стороне. Открыто или за спиной, она мстила и выживала их.
Императрица огрызалась и говорила, что Император не сможет коснуться ни одной юбки. Для Лайла, который имел лёгкое отвращение к другим женщинам, это было неплохим слухом.
Ему не нравилось, что Медея не хотела раздражать его этим, но то, как умело она заранее отшивала всех девушек, ему было по душе.
Но...
— Император. Как вам?
Князь Ланс бесстрастно посмотрел на Императора, наливая алкоголь.
Прекрасно было известно, какие слухи сейчас ходят. Император наконец-то покорил свирепую Императрицу. Он завоевал её в постели, и укрощённая Императрица теперь слушает каждое его слово и следует за ним повсюду.
Это правда, конечно, что я брал её слишком часто и сильно...
Послушная овечка?
Последнее время, из-за того, что Медея не посещала балы, так как боялась за ухудшение своей амнезии, слухи распространялись куда быстрее. Бал, который проводился в Императорском Дворце был сокращён в два раза по числу гостей, и закончился тем, что Лайл немного показался публике.
Опять ты пытаешься проделать этот трюк.
Лайл наблюдал за балериной, которая изящно танцевала посередине зала, стиснув зубы.
Медея последнее время стала мягче, и казалось, что это была стратегия, чтобы Лайл снова попробовал завоевать её сердце. Даже допустив появление наложницы, я всё равно останусь для тебя на первом месте – вот что хотела сказать Медея.
Только способы, которые она применяла, были слишком агрессивными.
Балерина, танцующая посередине зала, выглядела как та, по которой скучал Лайл.
Его мать, Королева Грейс. Несчастная Королева, которая погибла в разрушенной башне.
Балерина, так похожая на мать Лайла, повышала интерес людей в зале.
Ты думаешь, что если в зале появится девушка, напоминающая мою мать, я не смогу ей сопротивляться?
То, что Лайл всю свою жизнь скучал по матери было правдой. Но он не хотел выставить себя посмешищем из-за этого.
У него есть жена, которую зовут Медея, и у них есть общий ребёнок.
Мать Лайла постоянно страдала от скитаний и женской участи. Неужели она думает, что я причиню ей боль, будучи опьянённым красотой и схожестью этой девушки с моей матерью? Особенно в период, когда мы ждем ребёнка?
— Вам нравится танец? – спросил Герцог, скрывая свою усмешку. В его глазах явно читалось то, что он прекрасно понимает, что балерина подходит предпочтениям Лайла. Это бесило Императора.
Бах!
Когда стакан с грохотом опустился на стол, зять притих. Музыканты, которые играли для балерины подходящую музыку, тоже остановились. Балерина по имени Камилла тоже перестала танцевать и посмотрела в сторону Императора и князя Ланса.
— Это вульгарно.
— Что?
— Как вы посмели использовать балерину, похожую на мою мать... Вы хотите меня как-то проверить, соблазнюсь ли я?
Князь Ланс замер от ледяных слов Лайла. Он не думал, что это будет воспринято в штыки, ведь он знал, что Лайл повесил в холле портрет Грейс и время от времени посматривал на него.
— Нет-нет, что вы! Как вы могли такое подумать! Я всего лишь подумал, что вам понравится танец Камиллы...
Князь Ланс вспомнил о предупреждении Маркизы Бермон. Его Величество имеет хороший вкус, и поэтому лучше было представить ему Камиллу не как танцовщицу, а как Госпожу, которая была бы под его покровительством.
Но, зная, что уже несколько князей пытались представить девушек именно таким способом и у них ничего не выходило, Ланс решил подойти к этому делу иначе.
Слухи, распространяющиеся вокруг Лайла, говорили о том, что он привык к жизни с одной девушкой, Медеей. Словно её звонкий смех постоянно стоял в зале. Поэтому он игнорировал слова Маркизы и пригласил Лайла на банкет.
— То есть ты хочешь сказать, что девушка, которая похожа на мою мать и которая танцует полуголая прямо передо мной это не попытка соблазнения?
Презрение к Императору считалось преступлением, которое даже не представлялось оговаривать. Князь Ланс побледнел и встал на колени прямо перед Лайлом. Опустив голову на землю, он начал его умолять:
— Я совершенно не подразумевал этого... Как я вообще мог подумать о таком недостойном поведении в отношении своего Императора?